В твоих глазах я вижу...

      У Гоэнджи ожоги по телу от бесконечных тренировок и огня, вырывающегося изнутри в виде хиссатсу или аватара, которого он недавно начал использовать на поле. Но он слишком силен для его тела, он почти рвёт его сознание на части от боли в каждой клеточке тела. Старые шрамы открываются вновь, на чистых от ранений участках появляются новые и новые травмы. Менеджеры обеспокоенно смотрят на красно-коричневые ноги и руки, он лишь качает головой: не стоит. Не стоит так переживать за него, он всегда справлялся с подобным, справится и сейчас. Если это даст победу, если его боль подарит улыбку и счастье людям — он будет продолжать.       У Гоэнджи кошмары. Постоянные и реалистичные, иногда он может проснуться и всё ещё видеть кровь, реками текущую с его кровати, он может видеть близких, которые молят о помощи со слезами на глазах, которые через секунду закрываются на века, а он не может сделать ничего: ни сдвинуться с места, ни закричать, ни закрыть глаза. Он знает, что сонный паралич, как его называют врачи, возникает из-за нарушения режима сна, и он бы рад был спать, как все нормальные люди, но он не может. Он пытается не спать или наоборот принимать снотворное, но это не помогает, это делает лишь хуже.       У Гоэнджи презрение к себе. Он остро чувствует, что не заслуживает всех этих потрясающих людей, что помогают ему, ведь он эгоист, он даже не ушёл из футбола из-за своего желания играть, зная, что отцу это не нравится, отца это злит, ведь вместо того, чтобы наслаждаться тем, что он любит, он бегает с мячом по полю. Он чувствует, что недостаточно открыт и эмоционален, что не может дать своим друзьям столько же, сколько и они ему. Он думает о том, что мало времени проводит с Юкой из-за своих тренировок. — Гоэнджи! — он оборачивается, и Эндо видит в его глазах безумие. Он подходит ближе и кладёт руку на плечо нападающего, чувствуя пальцами его бешеное сердцебиение и дыхание. — Эй, всё в порядке? Ты можешь рассказать мне всё.       Но у Гоэнджи есть этот голос. Он мягкий и тёплый, словно одеяло, окутывающее его замерзшее сердце, заботливый и тревожащийся о нем, как никто другой, он ведёт его каждый раз через тёмный лес мыслей на светлую поляну спокойствия. Этот голос — выключатель: с ним он перестаёт думать обо всех деструктивных вещах. Теперь в его голове лишь его образ. Он вздыхает облегчённо. Эндо смотрит обеспокоенно и печально, сжимая крепко его плечо, пытаясь через пальцы передать свою силу и энергию. Гоэнджи не знает, почему, но на душе становится теплее. О нём переживают. Он не один. Мамору, словно читая его мысли, улыбается ободряюще. Гоэнджи чувствует, как уголки его губ непроизвольно тянутся к ушам. Он наконец отвечает: — Спасибо за беспокойство. Все хорошо.