Baby Driver

Июль 1982 Впервые за всю историю группы они не отправились на гастроли после выхода альбома. Это было как-то не нужно, да и ощущался уже совсем иной ветер. Это было странное ощущение, потому что Пол всегда находил пристанище в дороге. Она помогала отвлекаться от разных мыслей, не позволяя замыкаться в своем одиночестве. Он все так же стеснялся себя и боялся доверять другим людям, и сейчас порядок некоторых вещей в его жизни изменился. Он отрастил бороду, проводил большую часть времени с разными женщинами: с теми, кого знал в Нью-Йорке, и с теми, которые прилетали к нему из разных уголков страны. Он не посещал крупные общественные мероприятия, а просто «залег на дно», меняя женщин, как перчатки. Модель, с которой он на то время встречался, сказала ему слова, которые крепко в итоге засели в его голове: — Ты никогда не будешь счастлив, потому что ты очень жесткий и категоричный. Она была права, но в то время он не понимал, насколько он стал нелюдимым. Пол просто трахал женщин, при этом находясь в отношениях то с Джо, то с Донной Диксон, которая успела очаровать его. Он продолжал развлекаться с разными женщинами, которые для него ничего не значили. Была лишь только Тони, которая все так же занимала его мысли, но она то появлялась в его жизни, то снова исчезала. Все было на своих местах. Однако, хоть Пол и контролировал этот мир, но не жил в нем. Нет, он не жаловался, ведь проводил время с прекрасными женщинами — это было невероятно, круче развлечений, и неважно, что служило тому причиной. Ну и, естественно, его способ бороться с душевной пустотой был намного приятнее и безопаснее, чем у других тех, кто закидывался наркотиками, окружал себя лизоблюдами и льстецами или напивался до посинения. Эйфория, вызванная покупкой дорогих вещей, постепенно начала проходить. В свободное время Пол много размышлял и понял, что причина его «шопоголизма» была не в том, что он мог купить все, что хотел, а в том, что ему больше не нужно было переживать по поводу денег. Деньги давали определенный уровень свободы, но они не меняли его. В конце концов, все равно остаешься таким же милым или придурком, каким был изначально. Или же, как в его случае, испуганным маленьким мальчиком. Однажды он попросил Кенни Ортегу, хореографа, заехать к нему домой. Когда он вошел в квартиру, протянул ему чемодан и сказал: — Забирай, что понравится. — Кенни был удивлен, ничего не понимая, и начал оправдываться, что он так не может поступить. Пол долго его уговаривал и объяснял, а потом Кенни все же ушел с небольшой сумкой вещей. Пол продал свои гитары — всю коллекцию — одному дилеру. Они больше ничего не значили для него. Возможно, в будущем можно будем продать все эти гитары дорого, и жить на эти деньги, но Пол был уверен, что он все же не пропадет. Вешалки с одеждой и другие его покупки стали угнетать. Сначала казалось, что они принесут ему удовлетворение, но это оказалось не так. Эти вещи стали не просто кучей барахла, а материальным напоминанием о том, что ему не удалось наладить свою жизнь. И вот Пол вылетел в Гновер на встречу с доктором. Фред Рёкерт был приятным пожилым мужчиной, похожим на доброго дедушку. От него исходила уверенность, рядом с ним любой чувствовал себя в безопасности, и к тому же он был опытным специалистом. Они сразу же нашли общий язык. Фред объяснил Полу, что сначала нужно будет извлечь несколько хрящей из грудной клетки, чтобы с их помощью создать каркас ушной раковины. Затем каркас будет имплантирован и покрыт кожными лоскутами. В общем, эта операция должна была пройти в пять этапов, также необходимо было снять кожу и извлечь дополнительные хрящи из его здорового левого уха. Никому из его ровесников не делали таких операций, в основном такая методика использовалась в лечении детей. Но, поскольку для Пола эта проблема была источником как моральных, так и физических страданий, почему бы не попытаться ее решить? Внезапно у него появилась надежда. Пол надеялся, что исправление этого недостатка поможет забыть о горестях детства и приобрести внутреннюю целостность. Он хотел оставить прошлое позади и двигаться дальше. Когда все прижилось и раны зажили, он коротко постригся и начал тусоваться в кабаке на Аппер-Вест-Сайд под названием «Кафе Централь». Он решил немного отдохнуть от общения с людьми из музыкальных кругов. В «Кафе Централь» в основном отдыхали актеры; это был обычный бар, и люди целый вечер переходили от одного столика к другому, чтобы пообщаться со знакомыми. Среди постоянных посетителей были Кристофер Ривс, Питер Уэллер, Рауль Хулиа и Аль Пачино, а барменом работал парень по имени Брюс Уиллис, мечтающий об актерской славе, но считавший, что пока надо подкопить деньги на мечту. Когда Пол общался с музыкантами, ему было скучно слушать об их гитарах и аппаратуре. Скоро выяснилось, что у актеров тоже есть излюбленная тема для разговора — они сами. Они слушали собеседника невнимательно, и только для того, чтобы затем заговорить о себе. Но для Пола это была смена обстановки, поэтому какое-то время он нормально воспринимал эти самовосхваления. Он стал ходить в театр практически каждую неделю. У него появился знакомый агент по продаже билетов, которому он звонил и спрашивал: «Ну, что у вас есть на сегодня?» Однажды он видел там Тони. Она была одета в платье с открытой спиной, мужчины вились вокруг нее, а она смеялась над их сальными шутками, наслаждаясь вниманием. О ней много теперь говорили. Фильм с ее участием выстрелил, не смотря на то, что это был гребанный арт-хаус, какой в пору смотреть в маленьких кинотеатрах, где сидело человек десять от силы. Тони там была дивно как хороша, но она сказала, что сниматься больше не будет, и теперь начнет делать свое кино. Вместе со своим женихом. Тони и замуж… Пол долго над этим угорал, когда она заявила ему после страстного секса, что Дилан сделал ей предложение, и она согласилась. — Почему ты смеешься? — Потому что ты собралась замуж ради карьерной возможности. — Он любит меня и уважает меня, — ответила она. — Он знает, что иногда ты ходишь ко мне потрахаться? — Нет, не знает, — она стала застегивать пуговки на блузке. — И все равно ты хочешь выйти за него замуж. Их отношения с Тони были как наваждение. Пока он записывал альбом, который уже успел возненавидеть, она часто приезжала к нему в Торонто. Тогда они запиралась в номере до утра, и Пол занимался с ней сексом до полного изнеможения. Ему всегда нравилось то ощущение полноценности, что она дарила ему, но он боялся того, что она навсегда исчезнет из его жизни, оставшись лишь легкой дымкой прошлого. Она навещала его, когда он делал операции на ухе, а он помнил, что она была одной из первых, кто узнал про его дефект. Тони старалась быть рядом, но явно так, чтобы ее Дилан ничего не узнал. Однажды, когда Пол ужинал в ресторане, туда зашла актриса Донна Диксон со своей подружкой-моделью. Донна была невероятно привлекательна — так сильно, что это даже пугало. Поэтому он решил приударить за ее подругой, и, как оказалось позже, соседкой по квартире. Пол ощущал, что Тони все равно не откажется от своего Дилана, все так же будет его использовать в своих целях. Донна была слишком красива. Однако после нескольких свиданий с ее подругой Пол вынужден был признаться и ей, и самому себе, что на самом деле интересовала Донна. И каким-то чудом у него все получилось: они с Донной начали встречаться. Ему очень нравилось, что у него такая шикарная девушка. И, хоть она была довольно легкомысленной и пустой, ее внешность очень радовала его. Донна получила свою первую крупную роль в сериале «Закадычные друзья», где также снимался Том Хэнкс. Ей приходилось часто летать в Лос-Анджелес, но они продолжали встречаться, а в то время он проводил ночи с Тони. Примерно в это время Эйс объявил, что хочет уйти из группы. Пол приехал к нему домой, в Уэстчестер, и они вместе провели целый день. Ему еще хотелось его переубедить, но, кажется, это уже было невозможно. Эйс решил уйти, обиды копились так долго, что уже просто так их нельзя было решить. Это было печально и трудно признать, но пришлось согласиться с решением Эйса. С Биллом, их менеджером, который поверил в них легко и без оглядки, тоже все было не просто. Он стал все чаще принимать не те решения, и конечно, это сказывалось на будущем группы. Кажется, Тони была права, когда говорила, что задул серьезный ветер перемен. Видя, как ребята катились по наклонной, утопая в алкогольном или наркотическом дурмане, Пол начинал понимать, что именно так они предпочли использовать свободу, которую давал успех. Иногда Джину нужно было, чтобы Пол поддержал его позицию и заявил, что тоже не пьет и никогда не принимал наркотики. Но это была не его позиция. Пол не имел ничего против бокала-другого, и в молодости покуривал травку. Но когда увидел, во что превратился офис «Casablanca», во что превратились Билл, Эйс и Питер, не посчитал это случайностью, невезением или злым роком. Пол был уверен — они сами стали творцами собственной судьбы. Ему все это было просто не нужно, но у него был свой наркотик. Он терялся в сексе и бессмысленных отношениях, желая так залатать одиночество. Увидев сегодня Тони, смеющуюся с мужчинами, Пол решил к ней подойти. Пока он заказывала мартини, а мужчины искали сигареты, можно было вырвать ее из этой пучины веселья. — Привет! — она подняла на него глаза не сразу же. Пол заметил, как на пальце блеснуло обручальное кольцо с небольшим бриллиантом. Плохое напоминание о том, что Тони решила ради карьеры использовать все методы. — Привет, — выдохнула она. — Я… Рада тебя видеть. — Слушай, не хочешь уйти отсюда? — спросил он. — Хочу, — ответила она. Пол сразу же ощутил знакомое шевельнувшееся желание в брюках. Он положил руку на ее обнаженную спину, подталкивая к выходу. Бармен поставил мартини на стол, Тони не стала даже брать бокал, лишь только вытащила из маленькой серебряной сумочки несколько банкнот и оставила их парню. Она посмотрела на Пола, а потом снова опустила глаза вниз. Пол знал, что повезет ее к себе домой, и будет почти всю ночь трахать до изнеможения. Он хотел именно в ней найти спокойствие на время. Донна лишь компенсировала его внешние комплексы. Она была такой красивой, что и на ее фоне он казался таким же. А Тони… это было совсем иное. Пол и сам не понимал, что именно их все же связывало, почему он решил связаться с этой брюнеткой. Донна была красивой, но легкомысленной и глупой. Джо была восхитительной, но все же она требовала невозможное. А вот Тони… Не была красивой, но все же умной, а еще такой же сломанной как и он. Вряд ли они вместе могли построить нечто крепкое, но его манило к ней. — Я хочу тебя, — сказал он, целуя ее сзади, когда она дотронулась до ручки на двери машины. — Я знаю, — согласилась она. — Тогда не будем ждать, — попросил Пол. Тони открыла дверь его машина, не оборачиваясь, залезла в нее. Пол, ощущая нетерпение, завел мотор, надеясь, что сегодня в нем ни разу не шевельнется одиночество.

***

Стряхнув остатки усталости, Тони прижалась к Полу. Она чувствовала, что снова поступает неправильно и вообще не нужно было ей впускать в свою жизнь Пола, но стоило снова оказаться с ним рядом, как она теряла голову. Она обещала Дилану, что все же не будет бегать к Полу, но уже несколько месяцев продолжала это делать. Слава ее развращала, давала возможность ощущать себя счастливой, потому что она хотела вырваться из своего образа секси-девочки. И вот это случилось, а теперь она может делать все, что хочет, но все равно полное удовлетворение Тони не всегда чувствовала. Она не любила Дилана, пусть и была благодарна ему во многом. Тут уж ничего нельзя было поделать, но она решила пользоваться всем тем, что он мог дать ей. Да, слава ее портила. Вчерашняя порноактриса снялась в приличном фильме и готовилась стать сама режиссером. Это действительно был счастливый билет, и его нельзя было так просто потерять. Но Тони запросто могла бы, если дальше будет так продолжать. — Так будешь от меня бегать к нему? — спросил он. — Не знаю, — Тони просто закрыла глаза. — Тони… — Что ты хочешь от меня? — она резко села. — Хотя бы какой-то стабильности, — вдруг ответил Пол. — Стабильность, — фыркнула она. — Она вообще может быть в твоей жизни? Ты как сам думаешь? — Ты намекаешь на что-то, — в его тоне уже не было привычной страстности. Тони снова выбила его из любимого марева, какое опускалось всегда после хорошего секса. — Я намекаю на то, что так не может быть, потому что ты сам бегаешь от одной юбке к другой. — Хочешь я не буду это делать? — он знал, что блефует, но вдруг это успокоит Тони. — Нет, не хочу. — Почему? — он уставился на нее. — Потому что это ничего нам не принесет хорошего. Пол, ты вообще никогда не задумывался, почему так живешь? — А ты? — он понимал, к чему она сейчас клонит, чего она вообще сейчас хотела от него услышать. — Да, — она отодвинулась от него. — Что же мне делать? — Я не знаю, Пол, — она закрыла лицо руками. — Я ничего не знаю. Тебе нужно повзрослеть, иначе ты никогда не сможешь направить свою жизнь в нужное русло. И перестань встречаться с глупыми картинками. Так ты просто пытаешь затенить свои недостатки, но это все равно не сделает тебя счастливым. Я не могу быть с тобой, пока ты не разберешься со своей жизнью, как и я сама… — Тони… — А теперь молчи, — она поцеловала его, и он понял ее намерения. Он думал над тем, куда вообще ведет его вся жизнь. Пол запутался в своих женщинах, с группой все было так же не ясно. Он боялся выйти на свет, излечившись от всех своих страхов. Теперь он понимал, что чувствовала Тони, когда он узнал часть ее тайн. Она ощущала себя обнаженной, вот и он думал, что без своих страхов окажется как без одежды.