Нет ничего невозможного!

             Джон всегда просыпался рано. Вне зависимости от своего состояния. Часы показывали пять утра. Хотя его всегда это немного забавило. Они в открытом космосе, вокруг темнота, да звёзды мигают вдалеке. Как бы сказала Джейн: пятью утра тут и не пахнет! Где в этой тьме разобраться, который сейчас час?       Потянувшись всем телом, Джон перевернулся с бока на спину, почувствовав, как что-то соскользнуло с бедра на живот. А тот, кому это что-то принадлежало, с недовольным лицом завозился. Джон повернулся в сторону Натана. Не то чтобы Клон согласился на это имя, ему просто не дали выбора. Джон это аргументировал тем, что называть его клоном тоже не особо хорошая идея. А раз он сам когда-то подписался как Джонатан, вот его имя и сократилось до Натан.       Клону было начхать, но для вида он с коммандером поспорил. Только для того, чтобы посмотреть, как тот себя поведёт. А Джон не сразу и сообразил. А когда дошло, этакая победа упала в карман Натана. Клон пребывал в лёгком восторге от того, как Джон ему разъясняет, что к чему. Правда, вид у него всё равно с хмуро-недовольного не сменился. И он немного смягчился только тогда, когда Джон позволил себя поцеловать. Хотя дальше этого у них ничего не дошло, иногда Натану казалось странным целовать самого себя — эту идею Джон не поддерживал, считая их абсолютно разными.       Джон мысленно себя ругал за проявленную слабость. Нужно было настаивать на своём. Однако чем дольше он смотрел в холодные синие глаза, тем больше поддавался их обаянию. Такой холодный, неприступный, на вид жёсткий и жестокий, Натан определённо лучше, чем казался. А если не отходить в сторону, то Натан нагло заявил, что будет спать в каюте коммандера и нигде больше. И это несмотря на то что ему нашли койку. Джон и в этот раз попытался объяснить, что члены команды спят в отведённых для них местах. Странно, что, сначала стоя на своём, он быстро поменял мнение и согласился на общую комнату. Джон — наивное глупое создание… Как же он удивился, когда Натан заявился за пять минут до отбоя, полностью разделся и улёгся спать. Джон как сидел с планшетами, открыв рот, так сидеть и остался. А Натан ему с постели такой: "Свет выключи, спать мешает".       С первого же дня они делили одну постель. И, как было сказано, ни до чего у них так и не дошло. Натан, словно чувствуя сомнения Джона, лишь дразнил его, немного заигрывая и флиртуя. Джон вроде и не сомневался, но поселилась в нём некая тревога. Наглость Натана в некоторых моментах его коробила. Так и хотелось залепить подзатыльник. Но нет, смирился с его соседством по комнате. А ещё иной раз Джон рассматривал его, пока тот спал. Лицо один в один, все шрамы на своих местах. Но он не чувствовал, что это он. Перед ним лежал мужчина, просто похожий на него. В мире ведь это не редкость.       Команда, что неудивительно, оказалась против, чтобы Натан с парочкой его приближённых ступили на борт «Нормандии». Больше всего ярилась Джейн. Она чуть ли волосы на своей голове не вырывала, вопя, что такому как Клон на борту не место. Пришлось напомнить о нескольких друзьях-товарищах, с кем отношения начинались с вражды. А теперь их водой не разольёшь. Некоторые с этим согласились и оставили новеньких в покое. О! Вега тут же принялся заигрывать с Майей. Вот смех-то. Особенно когда Стивен над ним подшучивал, ставя в неловкое положение. Это к лучшему. Но не обходится и без тех, кто продолжал подозревать и ждать подвоха. И чему был удивлён Джон, так тому, что Кайден стал каким-то мрачным. И складывалось такое впечатление, что дело тут не в недоверии к Натану и его людям, а в нечто большем.       С мыслями о том, что всё наладится и команда примет новых членов, Джон осторожно убрал руку Натана со своего живота и предельно осторожно сел, чтоб больше его не тревожить. Но где там. Спиной-то он не увидел, как тот резко открыл глаза, а его брови сошлись к переносице. Натан поднялся следом и, как только Джон собрался встать, перехватил его выше талии и дёрнул обратно.       — Куда это ты собрался? — в самое ухо со смешком шепнул Натан.       — Работать, — отозвался Джон, ведя себя тихо и не предпринимая попытки к сопротивлению.       — Зачем ты постоянно так рано встаёшь?       — Работать, — посмеиваясь ответил Джон и попытался встать, но всё, что Натан ему позволил, — так это просто сесть, сам же он плотно прижался к его спине, не намереваясь отпускать. — Может, ты расцепишь руки? Я не могу подняться.       — Может, да, может, и нет, — Натан пожал плечами, положив голову на его плечо.       — Мы ведь с тобой говорили по этому поводу. Вроде как.       — Ну, умно поболтать ты любишь. Все эти твои наставления — от них так и хочется валяться на полу от смеха. Ты серьёзно думаешь, что это как-то поможет?       — Надеюсь на ваше всеобщее понимание.       — И как успехи? Надежда себя оправдала? — с зевком полюбопытствовал Натан и вопросительно изогнул брови, когда Джон к нему повернулся. — Что? Я где-то не прав?       Закатив глаза, Джон убрал от себя руки Натана и всё же поднялся. Развернувшись, он хотел начать читать очередную нотацию, но замер от вида вольготно развалившегося на постели парня. Ну, вот как удержать мысли в нужном направлении? У Натана привычка спать нагишом, тогда как Джон обычно спал в штанах. Натан даже как-то подметил, что это несправедливо и они оба должны спать голыми. Напрашивается вопрос: зачем?       — Что, налюбоваться не можешь? — насмешливо полюбопытствовал Натан, придерживая голову на весу сцепленными за ней руками.       У Джона появилась зудящая мыслишка что-нибудь кинуть в наглеца. Что-нибудь тяжёлое. Прилетит так в голову, может, и мозг нормально работать начнёт. Сомнительно. Но, может, стоит попытаться? Да, Натан хорош, тут не поспоришь. Сложен атлетически, мышцы красиво прорисовывались. Высок, широкоплеч, мужественен. Хитрый блеск в глазах подкупал. Суровое выражение лица говорило, что лучше с ним не связываться, но в этом его шарм. Растительность везде, кроме головы. Джона немного забавляла его волосатая грудь. А ведь сам весь такой же… Да, определённо полюбоваться есть чем. Особенно шикарным членом, который Натан даже не пытался прикрыть.       — Если хочешь, можешь его потрогать, — Натан хитро подмигнул.       Точно очнувшись, Джон вздрогнул и уставился на лицо Натана. После некоторых изменений оно просматривалось хуже. Но не сказать, что это мешало его понять. Джон сначала был категорически против, но после подумал, что смотрится это… интересно. Чтобы не сверкать физиономией коммандера Шепарда, Натан предложил его исправить. Себе. От хирургических экспериментов отказался и он, и Джон, и тут им на подмогу пришёл Джеймс, предложив сходить к мастеру и сделать какое-либо тату, чтобы скрыть черты. На самом Джеймсе от походов к такому мастеру скоро места не будет. Джон сначала отказывался, но Натан выдал, что не его харя будет страдать. Дело дошло до спора, и всё же Натан сделал по-своему.       Сделал дело — гуляй смело…       Когда возвращался на «Нормандию», всё думал, убьёт ли его Джон с порога или даст оправдаться. А Джон, когда увидел тату, чуть челюсть не потерял. Но Джейн заценила, показав два поднятых вверх больших пальца. На лице Натана красовался череп. Лицевая часть. Да, действительно, теперь черты коммандера просматривались сложнее. Но вид был каким-то… устрашающим. И, ко всеобщему удивлению, Джон не стал ругаться. Выдавив через силу: «Молодец», он удалился к себе в каюту, откуда не вылезал до самого вечера. И дольше бы просидел, если бы Натан не заявился.       Смотря же на татуировку сейчас, Джон не мог не подметить, что смотрелась она достойно и красиво. Немного жутко, но она безумно шла взгляду Натана. А ещё он немного отрастил волосы — буквально на сантиметр — и сбривал бока. Джон долго смеялся над нелепой крысиной косичкой, которую тот заплетал у шеи. Ровно до того момента, пока Натан её не отрезал. Весь его облик напоминал какого-то бандита.       Кашлянув и сделав важный вид, Джон развернулся и утопал в сторону душа. Продолжительное пребывание в постели с Натаном толкало его на пошловатые мыслишки. Обычно спали на расстоянии, кровати на это хватало. Но нет-нет, да кто-нибудь к кому-нибудь как-нибудь прижмётся. Иногда Джону казалось, что Натан это делает специально. Но во сне поди разбери, куда ты пододвинешься.       Натана поведение коммандера откровенно веселило. Весь такой серьёзный, деловой. Одно удовольствие наблюдать, как он меняется от брошенных невпопад фразочек, как пошловатых, так и нет. Джон не всегда мог резко перестроиться с одной мысли на другую, отчего забавно подвисал с открытым ртом. А чего стоили его осуждающе-смущённые прищуры. Определённо дразнить его дело интересное. Главное, не переборщить. Всё-таки обижать его не хотелось.       Натан не до конца понимал, почему Джон, несмотря на случившееся, дал ему шанс. Он нисколько не жалел, не лепетал слова утешения или поддержки. Натану такое нравилось. Он ненавидел, когда к нему проявляли жалость. Точно он безмозглый сопляк, который не понимает и не знает, во что вляпался, а все вокруг носятся с платочками, чтобы подтереть ему всё что можно. Джон проявлял выдержку. Он и не осуждал, и не давил, и не лез с расспросами. Но при всём этом проявлял участливость, поддерживая тонко и умело. Недаром коммандером и Спектром стал именно он, а не его взрывная сестрица.       Да, большую часть мыслей Натана занимал Джон. Но поначалу он думал, как бы слинять без вреда для своего здоровья. Да, мысли о побеге не отпускали его всю неделю после появления на борту. Но это затруднительно, когда ты на корабле, а вокруг только космос. Да ещё и местный ИИ по имени Сузи за ним подглядывает. На первой высадке после недельного путешествия по космосу также сбежать не получилось, так как их попытались убить. Пока думал о защите, пропустил все моменты, подходящие для побега. А потом как-то эти мысли отошли на второй план, постепенно растворившись в других думах.       С командой тоже не всё так просто. Кто-то его принял сразу, кто-то через какое-то время, а кто-то проявлял враждебность до сих пор. Непостоянной оставалась Джейн. Она то бесится без причины, то обсуждает с ним завтрак. То пытается убить, то сетует, что новоиспечённый член команды не следит за своим оружием. Понять эту девушку не реально. Если остальные вели себя достаточно спокойно, то у этой особы мнение менялось каждый день. Но, по правде, сейчас Натана волновало мнение о себе только Джона.       Прислушавшись к заработавшему душу, у Натана как лампочка в голове зажглась. Поднявшись, он, не озадачиваясь одеждой, прошествовал к душу, дверь которого плавно отъехала в сторону, впуская его внутрь. Джон стоял спиной, поэтому ничего не увидел и не услышал, но это уже из-за шума воды. Натан невольно засмотрелся на ровную спину — сам он иногда горбился, за что также иногда получал замечания от Джона. Внимание Джона, каким бы оно ни было, начинало доставлять удовольствие. Иной раз Натану казалось, что он хочет этого мужчину. Целиком и полностью.       Подойдя ближе, Натан, до чёртиков напугав не ожидавшего такого Джона и налетев, прижал его к стене. Ощутимо укусив плечо, Натан тут же впился в открытый участок шеи поцелуем, оставляя лиловую отметину. Руками же он скользнул от его талии к груди, ласково её поглаживая.       — Нат, что ты делаешь?! — возмутился Джон, предприняв попытку к сопротивлению, но только поскользнулся; конечно же, упасть ему не дали.       — Пристаю к тебе, — хмыкнул Натан, сжав его соски и вынуждая застонать.       — Немедленно перестань!       — Наслаждайтесь, коммандер! — оскалившись так, что с тату смотрелось зловещее, Натан опустился на колени.       От чувства, как между ягодиц обдало горячим дыханием, Джон выпучил глаза и напрягся. Вот только Натан оказался настойчивее, чем казалось. Его язык мягко коснулся ануса, опускаясь к яичкам и снова поднимаясь наверх.       — Ты с ума сошёл… — выдохнул Джон, непроизвольно выгибаясь навстречу ласкам.       Хмыкнув, Натан не ответил, принявшись активнее вылизывать анус, проникая в него. Его не смущали жёсткие волоски, раз за разом он лишь с большей страстью впивался в него, из-за чего Джону становилось труднее стоять: ноги от нарастающего возбуждения мелко тряслись. Если же учесть, что партнёра у Джона не было очень давно, то поддавался на подобное он охотно. Сложно было описать ощущения трахающего его языка, но это определённо нравилось.       Чуть опустив голову, Натан покосился на свой затвердевший член. Напоследок впился в тугое кольцо горячим поцелуем с языком. Немного отстранившись, он облизал сразу два пальца, ненавязчиво проталкивая их в затрепетавший анус. Джон от этого начал дрожать ощутимее, задница приподнялась и сдвинулась навстречу Натану, который с готовностью покрывал ягодицы поцелуями, часто кусая.       Джон и так с трудом держал плавающий разум, как стало совсем не до того, когда пальцы мягко ткнулись в простату, поглаживая её. Ощущения в теле точно обострились. Всё его естество желало, чтобы им овладели. Он и сам не заметил, как выключил мешающую воду, как нагнулся вперёд, упираясь руками в стену.       От вида податливо подставляющего задницу Джона Натан возбудился до предела, в члене даже начало покалывать от нетерпения. Встав, он потёрся членом между ягодиц, как бы намекая, что он готов, вот только не хватало кое-чего.       — В шкафчике на верхней полке… — дрожащим голосом и еле слышно прошептал Джон.       — Ты такой милый, — хмыкнул Натан и попытался заглянуть в лицо Джона, но тот отвернулся, сильнее сжав кулаки.       Дабы не смущать мужчину ещё больше, Натан сходил до шкафчика, достал нужную баночку, откинул крышку и, набрав на пальцы побольше густой прохладной жижицы, обильно вымазал свой член. От прикосновения холода к своей дырке Джон немного вздрогнул и прикусил губу, ощущая, как пальцы легко вскальзывают внутрь.       — А теперь, — Натан, откинув банку, сжал свой член и прижал его к анусу Джона, — постарайся не напрягаться.       Ощущая, как под настойчивым давлением тугое кольцо раздвигается, Джон не специально, но всё же напрягся. Натану пришлось немного его отвлечь, щипая за соски, резким движением проникая в жаркий тесный плен. Джон от неожиданности резко выпрямился, глухо застонав. Член чётко ощущался внутри задницы, продвигаясь глубже и замирая.       — Ты потрясающе тугой! — выдохнул Натан. Не давая Джону вновь упереться в стену, он, точно душа, сжал локтём его шею, двигаясь медленно, попутно целуя его. Стоны Джона ласкали слух. А то, как он судорожно цеплялся, умиляло, словно он боялся, что его сейчас бросят. Подняв одну его ногу, Натан крепко схватился за ляжку. Он и сам постанывал от той силы, с которой задница коммандера его сжимала.       Джону казалось, что он плавится изнутри. Казалось, что хватка Натана его задушит. Казалось, что его член доставал до желудка. Казалось, что разум сейчас отключится. Как-то Джейн пошутила, что братец свихнётся, когда заполучит желанного мужчину в свою постель. Похоже, сейчас он и правда сходил с ума. Он не знал, куда деть руки. Стоило начать дрочить самому себе, как Натан вдалбливался так, точно стену хотел им проломить. Тогда ласкать себя не получалось, он просто искал опору, чтобы удержаться, цепляясь то за самого Натана, то упираясь в стену. Тогда толчки становились сдержанней.       Натану такие моменты нравились. Несмотря на то что Джон переставал отвечать на поцелуи, громко вскрикивая и постанывая, он водил языком по его губам и лицу, мимолётно прикасаясь губами. И опять впивался в его губы, когда тот переставал кричать.       — Натан! — запинаясь на каждой букве, выдохнул Джон, хватаясь за его предплечье и кисть.       Понимая, что оба сейчас кончат, Натан чуть ускорился, продолжая одной рукой держать Джона, когда как второй взялся за его член, активно дроча. Кончать от ощущения, как кончает партнёр, — задница от этого сжималась активнее — потрясающе. Тяжело дыша, Натан не рискнул выпускать Джона из своей хватки. Вынув член, он подхватил его на руки и, не заботясь о том, что у того из растянутой дырки течёт, уволок на кровать.       — Ты сумасшедший, — прохрипел Джон.       — Есть немного, — отозвался Натан, укладываясь рядом. — А теперь можно немного вздремнуть!       — Работа… — начал было Джон.       — Завали, — перебил его Натан. — А если снова заикнёшься, я тебя свяжу и изнасилую!       На угрозу любовника Джон тихо застонал и решил промолчать, а то, судя по всему, сил у того осталось побольше, чем у него самого.