Улыбка дракона. Грифоны

С наступлением ночи погода испортилась. Видеть этого пленники не могли, но судно качало из стороны в сторону, оно скрипело, словно собиралось развалиться на части. Хуже всего пришлось Максиму. К нему вернулась подзабытая уже морская болезнь. Он распластался на полу неподалеку от Ву, который все еще мучился от ран. Бодрее всех держался Марк. Он даже смог немного подремать. Хотя именно он первым услышал крики наверху, на палубе. Все еще была ночь. До рассвета оставался час или больше. – Слышите,– толкнул он своих друзей,– там странный шум. Словно идет сражение. Женские крики. Разбуженные Марком девушки тоже прислушались. – Да это же боевой клич наших воительниц! – воскликнула Линн. – Нас спасут! – радостно загалдели бионки. Их возбуждение передалось остальным пленникам. Прошло минут двадцать, когда люк, ведший с палубы, заскрипел и на несколько секунд шум сражения стал более явственным. Но потом люк опять лязгнул, и крики стали глуше. Зато раздалось негромкое рычание Гриши: – Проклятая железяка! Она чуть не прищемила мне хвост. Вы здесь? Макс обрадовано завопил, не думая, как это воспримут те, кто, не знает о его общении с грифоном: – Да, мы здесь! А что там наверху творится? Грифон приблизился к клетке, своими тонкими пальцами изучая запор, заворчал: – Там просто кошмар! Громыхает гром, сверкают молнии. Ветер бешенный. А еще мы налетели на какую-то огромную посудину вроде нашей. На ней плыли бешеные самки двуногих, они начали заскакивать по канатам и доскам к нам, махать острыми длинными ножами. Если это охота, то я в ней ничего не понимаю. Хорошо только то, что на меня никто не обращал внимание. Пока он это говорил, его пальцы таки нащупали нужный элемент, дверь скрипнула и отворилась. Марк, который хоть и не видел почти ничего, как, впрочем, и остальные, в царившем в трюме мраке, но все понял по рычанию и репликам Макса, крикнул: – В соседней камере еще есть пленницы. Гриша недовольно заурчал: – А то я не чую запаха ваших самок Но все же он проследовал к соседней камере и так же ловко вскрыл и ее. Убедившись, что все вышли из камер и выстроились в цепочку один за другим, Марк скомандовал: – Идем наверх! Но только он это сказал, как их судно сильно накренилось, а потом резко остановилось, словно налетев на что-то невидимое. Пленники инстинктивно схватились за прутья решетки – только это спасло их от падения. Сохранившееся легкое покачивание говорило о том, что они все еще в море. Стоявшая последней пожилая женщина-рыбачка взвизгнула: – Вода! Мы получили пробоину! Тут же и остальные почувствовали, как их ног коснулась прохладная вода. Марк все таким же спокойным тоном произнес: – Без паники, выходим по одному. Но только Марк прикоснулся к люку, чтобы открыть его, как это сделал кто-то другой – со стороны палубы. Две девушки в традиционной бионской одежде воина с длинными волосами, завязанными хвостом стояли у люка. Одна из них, держа в руках факел, нагнулась к люку и спросила: – Тут есть кто-нибудь? И если, бросив первый быстрый взгляд на девушку с факелом, Марк подумал, что это всего лишь игра его воображения, то когда он услышал голос, любые сомнения покинули его. Это была Глая собственной персоной. – Да, здесь есть мы, – сказал он и выпрыгнул на палубу. А когда вслед за Марком на палубе появился и Макс, пришла очередь удивляться Глае. Другая девушка, бионка узнала кого-то из пленных девушек, начавших появляться из люка вслед за парнями. На Ву и грифона, который вжался в палубу у ног Макса, никто не обращал внимания. Но для радостных эмоций время было не самое подходящее. Резкий порыв ветра ударил в паруса пиратского судна, оно накренилось. Вспышка молнии осветила все вокруг в тот момент, когда корабль стронулся с места, освободившись от сцепления с каменистой мелью или рифом, из-за столкновения с которыми получил пробоину, и пошел вновь вперед. Из-за сильного крена палуба стала уходить из-под их ног. – Бежим на наш корабль! – крикнула бионская воительница и потащила девушек, обступивших её плотным кругом, за собой. Остальные хотели ринуться за ней, но Марк вовремя вспомнил: – Тут рядом есть вторая спасательная шлюпка. Давайте туда. В одну шлюпку все равно не влезем. Еще одна молния отчетливо показала правоту атуанца, продемонстрировав то, что ранее не заметили остальные. Буря оторвала абордажные канаты и сходни бионского сторожевика от пиратского судна, и теперь корабли разделяло приличное расстояние. Пиратское судно тем временем все больше теряло плавучесть, погружаясь в воду. Когда они прибежали к шлюпке, ее уже практически не надо было спускать на воду. Оставалось только освободить канаты, чтобы и спасательная лодка не пошла на дно вместе с кораблем. Марк опасался, что за лодку придется сражаться с командой корабля, но фриландцы или уже погибли в бою или были заняты сражением на другом борту – со стороны бионского судна. Пока Марк освобождал канаты, которыми крепилась лодка, Максим посмотрел по сторонам. С ними была Глая, прилипала Ву само собой тоже. Гриша приготовился прыгнуть в лодку. А что это за бочонки стоят неподалеку? Возможно вода или, как его, ром. Надо захватить на всякий случай. Увидев, чем занимается напарник, Марк помог водрузить бочонок на дно шлюпки. Макс попробовал один ящик – тяжелый, лучше его оставить. А вот другой, фанерный, укрытый брезентом, был легче. Возможно там что-то съедобное. Ящик тоже последовал в шлюпку. Корабль пиратов заскрипел и еще быстрее стал погружаться в воду. Марк крикнул: – Всё, больше нет времени. Прыгай и давай грести. Нас может засосать в водоворот от тонущего судна! Максим запрыгнул в лодку, уселся за вторую пару весел, за первой уже сидел Марк. Гриша вжался в дно лодки, настороженно оглядываясь по сторонам. Глая внимательно смотрела вдоль палубы корабля, возможно, там появится кто-то из уцелевших матросов корабля или одна из ее бионских подруг. Макс пару раз задел веслом за палубу, оттолкнулся от нее, и, наконец, они поплыли, отдаляясь от тонущего корабля. Парни налегли на весла. Через минуту-другую яростной гребли они услышали свист воздуха, вырывающегося из внутренностей уже полностью затонувшего корабля. На всякий случай парни продолжали грести. Вспыхнула молния. Глае, которая смотрела назад, в какой-то момент показалось, что она увидела бионский корабль и небольшое пятно около него – другую спасательную шлюпку. Но как не вглядывались после этого они во тьму, определить точнее, где находится корабль, было невозможно. С равным успехом можно было грести практически в любом направлении. Единственным приятным моментом было то, что буря начала стихать. Порывы ветра и волны, бросавшие шлюпку из стороны в сторону, становились с каждой минутой все тише. После короткого обмена мнениями решили дождаться рассвета, после чего сориентироваться и решить, куда держать путь. Возможно, тогда они увидят бионский корабль. Воспользовавшись паузой, Макс спросил у Глаи: – Откуда ты здесь взялась? Ты же должна была учиться в университете! Глая хмыкнула: – Ну, вообще-то вы тоже! Ничего чрезвычайного не случилось. Просто у меня была морская практика. Как оказалось, Глая тоже получила направление на военный факультет. А так как главной военной проблемой западного Биона были нападения фриландцев, девушка попросилась для прохождения практики на побережье. Её взяли в рейд против пиратов, которые недавно совершили набег на побережье. И вот она здесь. Рассказ парней поневоле оказался более длительным. Ву, который знал большую часть истории и даже был её активным участником, иногда тоже вставлял свои короткие реплики в разговор. Что касается Гриши, то он с не меньшим интересом слушал историю парней. Ему хотелось узнать больше о тех двуногих, с которыми его свела судьба. Кроме того, это отвлекало его от размышлений о том, что он плывет в утлом суденышке среди бушующего моря. Стало светать. Но в какой стороне находилось светило, из-за сильного облачного слоя определить было невозможно. Никаких признаков бионского судна и, тем более, суши ни в какой стороне не было видно. Они плыли в неизвестном направлении подвластные ветру и течению. Марк решил проинспектировать содержимое бочки и ящика захваченного ими с пиратского судна в последний момент. Вскрыв ящик, парень обнаружил, что внутри он обернут двумя слоями промасленной бумаги и доверху забит каким-то безвкусным сухим печеньем – морскими галетами. В бочке оказался, к счастью, не ром, а обычная, немного затхлая пресная вода. Больше всего расстроился Гриша. – Сочный кролик, когда я увижу тебя! Видно суждено мне сдохнуть от голода, – прорычал он. Макс не стал переводить его слов остальным. Он просто подумал, что проблему питания грифона надо было срочно решать. А то Гриша, не дай бог, вспомнит, что люди ведь тоже сделаны из мяса. Если бы можно было каким-то образом ловить рыбу. Ведь это почти мясо. На дне лодки под здоровым куском выцветшего, почти белого брезента парень обнаружил порванную рыболовную сеть. Это было уже что-то. Хотя прошло несколько часов, и Максим понял, что присутствие брезента не менее важно. Тучи рассеялись, над головой засиял Солен. Очень скоро стало ясно, что выдержать его прямые лучи (а он светил почти точно над головой, мешая попутно сориентироваться по сторонам света) в открытом океане не так уже просто. Парни соорудили из брезента, весел и двух валявшихся в лодке брусьев что-то вроде тента, под которым можно было спрятаться от палящих лучей. Починка сетки, к которой присоединились все пассажиры лодки, включая наиболее заинтересованного в этом Гришу, заняла около полутора часов. Тому факту, что грифон разумен, Глая поверила сразу, зная особенности общения Макса, хотя, конечно, все равно была удивлена. А Ву все еще находился в легкой прострации от свалившихся на него бед, неприятностей и новых понятий. Похоже, он воспринимал Гришу просто как очень умного, ручного домашнего любимца – просто большая кошка. В любом случае, у всех пассажиров лодки грифон вызывал искреннюю симпатию. Первый улов был довольно жалким – всего две небольшие рыбешки, но важна была его символическая роль. Все замерли, уставившись на грифона, когда тот взял в пасть первую рыбку и начал медленно её жевать. Грифон глотнул и заурчал: – Это не кролик, но жрать можно. Пусть никто, кроме Макса не понял его дословно, но то, что одной проблемой стало меньше, стало ясно всем. А практичный Марк подумал, что если их путешествие затянется, возможно, питаться сырой рыбой придется и остальным. Прошло еще некоторое время. Солен, пройдя по небу круг, опустился в океан, стали появляться звезды. Марк, который давно уже вглядывался в небо, пытаясь определить направления их движения, вздохнул. Он помнил карту, которую видел в каюте у капитанши Рут в тот памятный для него день (неужели это было вчера!). На этой карте хорошо были видны очертания острова Фри, его положение относительно Биона. Судя по всему, шлюпку сильным течением несло практически точно на север с небольшим уклоном на запад. Если они сохранят такое направление движения, Фри останется левее, и их унесет в открытый океан. И кто может сказать, что для них было бы лучше. Решив, что не стоит скрывать от спутников правду, Марк поделился с ними своим открытием. Когда же все замолчали, осмысливая неприятную новость, атуанец добавил: – Я не очень хорошо представляю, как соотносятся между собой остров Фриланд и материк Нодр. На карте его не было. Я надеюсь, что есть некоторая вероятность того, что нас вынесет к западному побережью Атуа или к Фалету. А Максим добавил: – Или к другому континенту… Как бы там не было, им стоило приготовиться к длительному путешествию. Впереди их ждала полная неизвестность.