Пропасть за дверью

Сквозь шторы пробивался солнечный свет. Глаза от этого почему-то резало. «Я проспал?» — подумал Влад и попытался сесть. Тело не слушалось, голова кружилась и болела, во рту пересохло. На кухне послышался шум, забулькала вода. Влад рухнул головой обратно на подушку и услышал шипение. В ногах, оказывается, лежала Маруська. Мама зашла в комнату со стаканом воды и упаковкой таблеток. Невероятно радостная. — Ты пришёл домой к трём ночи! — её голос, всегда звучный, сейчас впивался в голову. Верно поняв его гримасу, мама убавила тон: — Как нормальный ребёнок! После… пати? тусы? вписки? Как там у вас сейчас? Держи аспиринчик, — она выдавила из блистера две таблетки. Влад сел, и кошка спрыгнула с кровати и пошла из комнаты. Он невольно залип на движение её лопаток под шерстью. Проглотить таблетки удалось со второго раза. Допил оставшуюся треть стакана. — Я проспал? — после стакана воды стало легче. Мама закатила глаза. — Давай ещё раз, но нормально. Повторяй: «Мам, па не заметил, что я пьяный пришёл?» — Мам, папа не заметил, что я пьяный пришёл? — голова всё ещё раскалывалась. — Он на дежурстве был, но я ему позвонила. Он тоже рад! — Давай ещё раз, но нормально, мам. Я проспал? Сколько сейчас?.. — Да не особо, я думала, днём проснёшься. Сейчас девяти нет ещё. Как… тусовка? Вечеринка вспоминалась с трудом. В голову лезло, как они с Никитой шатались по району и целовались в каждом относительно укромном месте. Относительно укромным местом было каждое достаточно широкое дерево и достаточно высокий куст. Как определяли достаточность ширины дерева, он не помнил, а куст должен был быть хотя бы немного выше их. Хотя бы одной с ними высоты. — Мне… пригодились уроки дяди Паши по кальяну, — Влад прикрыл глаза, чтобы не так резало. — Ха. А папа твой: айфон, айфон… Ничего в девочках не понимает. Ладно, что-то понимает. Он же на мне женился. Бульончик? Или рассол? У нас он есть?.. Кажется, капуста квашеная была… Влад догадывался, откуда у него любовь к болтовне. Мама вернулась на кухню, а он взял телефон, вынув провод зарядки. Вряд ли он ставил айфон заряжаться. Он вообще не очень помнил, как оказался дома. Вк краснел непривычно большим количеством уведомлений. Ему написали Отто, Лема, Ксюха, Никита и Анька. Аньке и Отто написал: «похмелье— 0/10, нихрена не советую». Потом прочёл их сообщения. Анька и спрашивала, как прошло, а Отто вместо ответа, где ж он был вместо тусовочки, кинул смехуёчек с Пикабу. Очень захотелось спросить Никиту, как там поживает Дим, но открывать их диалог Влад побаивался. В последнем сообщении виднелись только обычные вопросы типа как самочувствие. Спросить Никиту не про Дима, а про них — думать было страшно. А ведь они заперты в этом классе, до выпуска всего ничего. Деться некуда. На вечеринке было две его бывших и одна нынешняя, а Никита ушёл с ним. Никита разбирал с ним матешу, которую знал и сам. Никита прижимал его к дереву, целовал в шею и шептал, какой он красивый. Влад выдохнул и открыл диалог. Там действительно были только вопросы про то, как он и не ругались ли предки. «Я норм.» «Фигово то есть, голова пздц» «Мама ещё и рада» «А ты в школе?» Ответы начали приходить практически сразу же, как Влад отправил вопрос: «мне роллтон помогает» «Круто!» «Да» «Тебе норм?» — спросил Влад. «Неоч, но я привык» Влад прислал грустный стикер. Вернулась мама с чашкой бульона. Когда она варила его, то замораживала часть в контейнерах из-под мороженого. Сейчас, наверное, просто разогрела из этого запаса. Влад медленно цедил его, чтобы не обжечь язык, и думал, как написать Никите про то, повторится ли вчерашнее. Никита вроде как много раз доказывал, что он за, но Влад всё ещё не мог поверить. «Мы ещё встретимся» — перед самой отправкой Влад заменил на: «Ты ещё придёшь?» «Если ты хочешь» — пришло через три очень нервных минуты. Влад даже пил с трудом, хотя бульон уже подостыл. — «Соррян, урок» «Хочу» Никита прислал улыбающийся стикер. Влад допил бульон и лёг. Сухость во рту отступала, внутри разливалось тепло. Глаза резало от яркого света, он закрыл их и сам не заметил, как заснул. Второй раз он проснулся днём, почти в три. Маруська снова вернулась к нему и лежала у подушки, повернувшись к нему хвостом. Влад неловко потрепал её за ухом, прежде чем она ушла. Написал Аньке, спросил про дз. Написал Никите и всё же спросил про Дима. Никита прислал такой смайлик, недоверчиво прищуренный. Жалко Дима не стало, но о том, как Никита будет его допрашивать, Влад задумался. Это он не умел давить. Никита, наверное, мог и не такое — как-то же он со своей командой справлялся. Теперь вспомнил про сообщение от Лемы. Она писала: «Какие успехи?» Сердце ушло в пятки. Влад так ничего и не ответил. Спрашивать о том, встретятся ли они ещё с Никитой, надо было после того, как он бы это рассказал. Он подумал, что говорить, и не нашёл слов. Стал накидывать заметку в телефоне, как иногда делал с текстами на баттлы — просто по фактам. Совершенно не передавало, как ему было жаль. Как он Никиту за человека-то не считал. Теперь не понимал, как. Его спокойствие. Глаза эти прозрачные, скулы, губы. Заснуть вышло с трудом — и из-за этих мыслей, и потому, что Влад продрых полдня. Только под маруськино «тыгдык» в половину второго ночи он наконец вырубился. Утро вторника было обычным. За окном было облачно, но дождь вроде не собирался. По пробивавшейся траве шёл мужик с мелкой собачкой, таким шариком из пуха. Много их развелось в последнее время. Влад позавтракал на автомате и вышел из дома. На лестнице чуть не грохнулся, вспомнив, как сидели с Никитой с пивом после крыши. Никита ждал его у подъезда. Влад видел по его лицу, что он тоже нервничал. Почувствовал запах сигарет. Смешно, но этот острый аромат даже начал немного нравиться. Никите с его мягкой улыбкой и искорками в глазах он подходил. Влад отвёл взгляд и пробормотал: «Привет». — Привет. Пошли? — Никита двинулся первым. Влад плёлся за ним, не зная, что сказать. Вдохнул, выдохнул. Мимо проспешил на работу какой-то дядька с усами, и всё. Слышны были только птицы, галдевшие с веток. Никита шёл быстро, резко двигая руками. Было заметно, что он напряжён не меньше самого Влада. — Прости?! — Влад замер сам даже быстрее, чем Никита. — Я… Никита обернулся. Влад ждал, что он тронет его за плечо, возьмёт за руку — но ничего не случилось. Никита вздохнул и сложил руки на груди. — Ты прав. Это было… — начал он тихо и печально. — Лема попросила меня пообщаться с тобой! — Влад плохо контролировал голос, вышло громче, чем он хотел. — Обещала свести с Ксюхой. Я не знал… я не знал, куда это приведёт и что она хочет… — А теперь?.. — Никита всё ещё говорил едва слышно. — Мне понравилось болтать с ней про рэп, делать треки, но… Я хотел бы с тобой… Если ты не против? И Лема, я не знаю теперь, как… Никита быстро осмотрелся — вокруг было пусто — и притянул Влада к себе, но тут же отстранился. Влад даже понять не успел, коснулся он его губ или нет, так быстро всё закончилось. — С Лемой я разберусь. Я её знаю, мы полгода встречались. Почти. Она просто хочет побыть королевой, — он отмахнулся. — Пошли. Никита двинулся вперёд первым. Его движения изменились: стали легче, более плавными. — А С6 объяснишь? Никита рассмеялся, и Влада наконец отпустило. Всё будет хорошо. *** Было сложно не смотреть на Никиту, не касаться его, вести себя как обычно — но не одному Владу, и это успокаивало. За прогул его едва пожурили классная, а потом и физичка, и всё. Никита прислал на это несколько стикеров, закатывавших глаза. «Хватит на меня смотреть, отвлекаешь» «Тебя это годами не смущало» «Ну прости» Никита прислал ряд смайликов — фейспалм, закатывание глаз, улыбку, что-то ещё. Влад улыбнулся. «Я поговорю с Лемой, встретимся после? Через час после уроков?» «Да» «Что ты ей скажешь?» «Придумаю» Разумеется, через три сам Влад встретил Никиту словами: — Ну, что, как поговорили? — Договорились, — отмахнулся Никита. — Потанцую с ней на выпускном. — Всего-то? — Я же говорил. Влад засмеялся. Шикарная фраза, конечно, очень понятно стало. — Мне рассказали про её план не то до того, как она к тебе подошла, не то вскоре после. Много, знаешь ли, народу почему-то хочет со мной на выпускной. — И ты ничего?.. — Я был уверен, что она провалится. Что ты со мной даже не заговоришь. — Я был уверен, что это ты со мной общаться не захочешь. Никита закатил глаза. — Даже удивительно, — улыбнулся Влад. — Ты столько про меня знал, смотрел — а оказались не правы мы оба одинаково. Никита тоже улыбнулся. Влад уже привычно залип на его улыбку, на мягкие, бледно-розовые губы. — Я был уверен, что Дим с Владом сойдутся. Вообще не понимаю, почему они сто лет назад ещё не начали. — А мы? Лема сказала, что я не пропущу твой секрет. А мне кажется, даже если бы ты мне сразу сказал, вместо С1, что я тебе нравлюсь, я б и тогда не понял. — Дим предлагал сразу наглядно… на вкус объяснять. — И ты не послушал? — Влад скрестил руки на груди. — Ты бы не понял и тогда, — фыркнул он. Моргнул, и Влад зацепился взглядом за его ресницы. — Да уж попонятнее бутерброда вышло бы, как тебе вообще в голову взбрело? Ладно помидоры там, но бутерброд? — Ну сработало же. Есть, конечно, куда расти, — съехидничал он. Влад счёл это приглашением. Он продолжал залипать на Никиту и в те вечера, когда собиралась большая компания, и Никита с Лемой репетировали танец. Одна из подружек Лемы занималась танцами и поставила это нечто. Когда она в первый раз его объясняла, Влад только головой качал. И не один он. Питти (который всё ещё изредка посматривал на Влада с неприязнью) щурился, переводя взгляд с Лемы на её подругу и обратно. Влад был уверен, что это невозможно. Что выполнить всё это за три с половиной минуты они не успеют. Что упадут. Что Никита её уронит. Но сколько бы Никита с Лемой не срывали элементы, он умудрился ни разу её не уронить. Владу нравились эти посиделки. Иногда из-за болтовни дружков Никиты с баскета с щебетанием подруг Лемы было не слышно музыки. Разок кто-то (Влад подозревал, кто) заказал пиццу, и не успели к ней только Никита, Лема и её подруга-танцовщица. Никита потом, целуя Влада, смеялся, что пицца хороша была, но сладковата. Влад не заметил, когда Питти перестал бросать неприязненные взгляды на него, а когда начал перемигиваться с девчонками. Ещё не заметил, как изменились жалобы Отто на Дима. Он едва сам танец на выпускном не пропустил. И хотя Влад видел не меньше десятка успешных исполнений, два даже с платьем и каблуками, всё равно смотрел, открыв рот. Лема сияла, пока все хлопали, а Никита улыбался с усмешкой, но тоже довольно. На его щеках играл очаровательный румянец, и Владу вновь захотелось его поцеловать. Казалось бы, они целовались уже столько раз — последний раз украдкой в туалете часа два назад — но это не могло надоесть. Они смогли улизнуть только через час, когда все стали переодеваться перед автобусом в какой-то клуб. По пути взяли пару бутылочек «Хайнекена» — Никита знал кучу мест, где не спрашивали паспорт. В пустой квартире — родители Влада заблаговременно поменялись дежурствами, чтобы работать в эту ночь — они начали целоваться ещё до того, как зажгли свет в прихожей. Поцелуев Влад давно не боялся, а от чего-то большего Никита сам отстранялся первым. Если Влад забирался рукой под футболку или сам Никита углублял поцелуй — он делал пару шагов назад, рукой удерживая Влада на расстоянии и вдыхал и выдыхал несколько раз, пока не успокоится. Первое время Влад был ему за это благодарен. А теперь и самому было интересно, что же там — дальше. Никита таял, когда лежал головой у Влада на коленях, и Влад перебирал ему волосы. Проводил пальцами по острым скулам и мягким губам, чувствовал биение жилки на шее. Свет в затуманенный глазах. Если секс был чем-то таким — Влад хотел этого. И когда Никита положил руку ему на грудь, чтобы отодвинуть — он снял её обеими руками. — Ты уверен? — спросил Никита, уже прижимаясь к его губам.