I.L.Y.

      — Мью.              Тот, к кому обращались, стоял спиной к нонгу, сконцентрировавшись на готовке овощей. Галф уже собирался позвать мужчину снова, подумав, что его не услышали, но Мью неспешно обернулся. На его лице была спокойная улыбка, которая мгновенно исчезла, когда тот увидел слёзы на лице Галфа. Забыв о сковороде на плите, Суппасит рванул к мужу с вытянутой рукой. Нонг ожидал, что тот вытрет слёзы с его щёк, и почти что прикрыл глаза, но мужчина замер за мгновение до прикосновения.              Их отношения ещё не дошли до такого уровня.              — Нонг, — Мью опустил руку, позвав Галфа встревоженным голосом. — Что стряслось?              Не существовало ничего более неловкого, чем два человека, пытающихся соблюдать расстояние между друг другом вместо того, чтобы просто обняться, но Галф решил, что сейчас не лучшее время, чтобы обсуждать это.              — М-могу я спросить о кое-чём серьёзном?              Поначалу нонгу было трудно взять себя в руки, но он смог произнести вопрос. Мью кивнул в ответ, нахмурившись. Несмотря на тот выброс эмоций за это время они стали ближе друг другу, но всегда избегали разговоров на серьёзные темы. И всё же, обнаружив подарок, Галф чувствовал, что обязан задать этот вопрос.              — Ты продолжаешь заявлять, что наша любовь. В смысле...              Высказать мысль было не так уж и просто, оказалось сложно подобрать слова. А то, что Мью нахмурился, услышав слово “любовь”, и вовсе сбивало с толку.              — То, что ты продолжаешь называть мою любовь, любовь Галфа и даже свою собственную ложью... — медленно проговорил он, продумывая каждое слово.              Канавут никогда не был хорош в коммуникации, тем более на такие серьёзные темы, но почему-то с Мью это выходило проще. А ещё ему казалось, что он обязан другому Галфу начать этот диалог. Тот написал свои мысли на бумаге, боясь обсудить всё с глазу на глаз, но Галф был смелее. В его жизни сразу после выпуска не появился Мью, на которого можно было бы опереться. Ему приходилось рассчитывать только на себя. Нонгу думалось, что это и было основным самым большим различием между ними.              — Из-за чего у тебя вообще возникла такая мысль? — наконец подобрал слова Галф.              Мью открыл было рот, чтобы ответить, но вновь закрыл его. Неожиданно тот отвернулся. Галф даже думал повторить вопрос, побоявшись, что муж избегает этой темы, но после понял, что Мью ушёл выключить плиту и взял бумажные полотенца, чтобы передать их Галфу. Вытерев лицо, нонг увидел, как муж накрывает на стол. Решив помочь ему, чтобы быстрее справиться с этим, он взял тарелки. Мью положил на них овощи, а Галф добавил рис.              — Это сложная тема, — наконец ответил пи, когда они сели за стол.              — У меня есть время, чтобы выслушать, — немного раздражённо ответил Галф.              Он хотел было повторить вопрос, но вспомнил, что Мью сказал ему однажды.              — Ты говорил, что спутал чувства Тарна со своими, — попытался он подтолкнуть мужчину к разговору.              Мью начал есть, напомнив Галфу заняться тем же, и медленно кивнул.              — Полагаю, да.              "Полагаю"? Разве он не был абсолютно уверен в этом?              — Почему... — начал Галф, но его прервали.              — Как много ты знаешь о моём прошлом, нонг'Галф? — неожиданно спросил Мью, вводя нонга в ступор.              Он задумался, но мужчина продолжил говорить.              — История про моего... Коллегу, с которым я работал до тебя. То есть до моего Галфа, — уточнил Мью.              Галф удивлённо приоткрыл рот: он не ожидал, что разговор повернёт в эту сторону. Он скрыл своё удивление, продолжив есть. Обсуждал ли этот вопрос Мью со своим Галфом не особо волновало, ведь нонг знал, как сильно другой Галф любил Мью. Поэтому не видел особого смысла разговаривать про Арта.              — Я видел что-то в интернете, — признал нонг, — но решил, что это не важно для меня. Эта история уже в прошлом.              Он ожидал любую реакцию, кроме этой. Мью неожиданно рассмеялся и, успокоившись, продолжил улыбаться. Увидев смятение Галфа, тот рассмеялся вновь.              — Мне смешно от того, насколько вы двое похожи, но при этом вы настолько разные, — объяснился тот. — Галф говорил мне то же самое.              — И в чём же мы так разнимся с ним? — неожиданно спросил Канавут. Не то чтобы он пытался увести разговор от основной темы, ему действительно был интересен этот вопрос.              — В общении с Арт, — Мью доел и отставил пустую тарелку в сторону. — Меня всегда интересовало, прервал ли Галф общение со своими друзьями, Биром и Арт, из-за меня, — мужчина посмотрел на свои руки, улыбнувшись с грустью в глазах. — Это ведь всего-то имя, но я никогда не умел скрывать свои эмоции перед туаэнгом. Думаю, он заметил, что мне было больно слышать имя, хоть эти двое никак не связаны друг с другом.              Нонг не смог сдержать улыбки, услышав это нежное обращение. Пусть оно и не было обращено к нему, Галф почувствовал, как у него ёкнуло сердце. Кому бы оно ни предназначалось, это многое говорило о Мью.              — Что случилось, — мягко спросил Галф, — между тобой и Артом?              Он прочёл довольно много теорий и домыслов, но не верил ничему. Теперь, когда Мью захотел обсудить всё сам, Галф наконец может обратить внимание на эту ситуацию.              — Я слишком увлёкся, наверное, — почти прошептал Мью. — Это было ужасно, я делал неправильные вещи.              Галф не удержался.              — Вы оба делали.              Правда ли?              Он неожиданно вспомнил всё, что успел прочитать про ту ситуацию. Тогда нонг не осознавал, но сейчас он понимал, даже не зная мнения Мью, что тот простил коллегу. Это было неудивительно, учитывая влюблённость. Иногда любовь заставляет делать странные вещи, простить человека без раздумий — самое простое, что может случиться.              Мью ничего не ответил, продолжив рассматривать свои ладони. Галф положил свою руку поверх чужих, заставив пи перевести взгляд на него.              — Но как это относится к моему вопросу?              Почему же ты считаешь свою любовь ложью? И почему ты веришь, что моя любовь и любовь Галфа такая же, как и твоя: ненастоящая? Почему ты не видишь, что влюблён в него?              Галф нежно сжал чужую руку.              — Это он сказал мне, что моя любовь нереальна. Я не любил его, это мой персонаж был в отношениях с его персонажем, — не моргая отрапортовал Мью.              Галф смотрел мужчине прямо в глаза, пытаясь увидеть любую чужую эмоцию. Но он не был ни в чём уверен.              — И ты ему поверил? — спросил он.              Мью хотел ответить, но Галф его перебил.              — Ты поверил человеку, который так сильно ранил тебя?              Мью ничего не сказал, затем нерешительно кивнул. Лёгкий румянец, которого Галф никогда раньше не видел, появился на лице пи, словно тот был смущён или пристыжен.              — Но не поверил своему мужу, когда он сказал, что вы любите друг друга? — спросил Канавут обвиняющим тоном.              Если задуматься обо всём серьёзнее, ситуация выглядела нелепо. И что, что Арт сказал это Мью? Этот мужчина остался в прошлом и больше не имел никакого влияния на жизнь Суппасита, когда на другой чаше весов находился Галф, его муж! Несомненно, слова последнего перевешивали слова первого.              — Мой муж тоже не любил меня по-настоящему, — выдал Мью.              Галф тут же покачал головой, удивив Суппасита.              — Это не так, — уверенно отрицал он.              Мью вздохнул.              — Мы уже говорили об этом, нонг. Я не хочу начинать эту дискуссию снова.              — Хорошо, — Галф решил не спорить с ним, вместо этого он встал со своего стула. — Почему бы тогда тебе не подискутировать по этому поводу со своим Галфом? — уверенно сказал он.              Мью нахмурился, но Галф шикнул на него и попросил подождать минуту. Суппасит вздохнул, но согласился, наблюдая, как нонг уходит из кухни. Галф поспешил в спальню, где оставил свадебный подарок. Он взял его, не волнуясь о том, что коробка была распакована, и понёс обратно к столу.              Занося подарок на кухню, он старался до последнего скрыть содержимое коробки, и достал письмо. Не произнося ни слова, Галф протянул письмо Мью, и тот со смятением посмотрел на золотые буквы. Его глаза расширились, когда он узнал почерк.              — Ч-что это? — неуверенно спросил Суппасит.              — Мне кажется, ты знаешь, — Галф пожал плечами. — Давай же, прочти его. Найди ответы сам...              Нонг прервался на полуслове, заметив, что Мью перестал его слушать, увлёкшись письмом. Галфа кольнула обида, ведь он так рвался рассказать, но подобное следовало ожидать. Он здесь на втором месте, и так будет всегда.              Бумага внутри действительно была изношена, смята и покрыта слезами, и то, как Мью ухватился за неё, словно от этого зависела его жизнь, не очень помогало ей. Но видя, как на лице мужа меняются эмоции во время чтения, Галф даже был немного горд. Сначала Мью выглядел растерянно, потом на чужом лице мелькнула злость, но через минуту казалось, словно готов заплакать. Галф понимал, что Суппасит будет в шоке после прочтения. Если уж он сам так прочувствовал эмоции другого Галфа во время чтения, Мью должно было ударить ещё сильнее. Хотя, дочитав, тот не проронил ни одной слезы, лишь прошептав что-то так тихо, что Галф не расслышал.              — Что ты сказал? — уточнил нонг, желая знать, что же Мью скажет.              — Можно мне оставить подарок себе? — мягко и нерешительно спросил Суппасит.              Галф кивнул и передал коробку, заметив, как осторожно Мью берёт её в руки. Мужчина поставил её на стол, аккуратно распаковывая. Тот относился к ней как к какому-то сокровищу, хотя Галф так и считал.              Мью довольно долго рассматривал фоторамку. Галф почти что почувствовал неловкость: будто он не должен был лицезреть весь калейдоскоп эмоций, мелькающих на чужом лице. От небольшого раздражения до тоски, следом сменившейся счастьем и эйфорией. А после Галф увидел так много любви во взгляде и улыбке Мью, что не смог поверить своим глазам. Затем всё это исчезло, и на чужом лице остались сверкающие глаза и ослепительная улыбка.              Почему-то увиденное не беспокоило Галфа так сильно, как он ожидал. Он, наконец, получил ответ, который его так долго интересовал. Галф любил Мью так же сильно, как и Мью — Галфа. И он сам полюбил Мью, так же сильно, как, по какой-то причине, полюбил и другого Галфа. Он понимал, что всегда будет на втором месте и что Мью никогда не посмотрит на него глазами, полными любви. Возможно, любовь Галфа не так уж и сильно была направлена на самого Суппасита, скорее ему нравились отношения между здешним Галфом и Мью. Но даже так всё это было прекрасно. Его сердце прониклось нежностью к этой паре, игнорируя то, что самому будет больно.              Я сделаю что угодно, чтобы ты выглядел так всегда, Мью.              Галф ничего не сказал, он признался самому себе. Хорошее чувство.              Мью, казалось, наконец вспомнил, что находился не один.              — Я подготовил клятву заранее, — сказал тот уже более уверенным голосом.              Галф рассмеялся.              Ну конечно же Мью придумал клятву и не сказал об этом. Это так на него похоже.              — Я знал, что туаэнг подготовит свою, видел кучу смятых листов. Он плох в тайнах, — глаза Суппасита заблестели, когда он погрузился в воспоминания.              Нонг покачал головой.              — Я уверен, что это просто твоё ОКР, пи, ты копался в бумажках, которые Галф выкидывал, заметив, что с ним что-то не так.              Он хихикнул, представив Мью, копающегося в мусорке. Суппасит надулся, но не выглядел обиженным.              — Возможно, — сознался тот.              Они оба молча смотрели на фоторамку. Не особо хотелось что-то обсуждать, каждый думал о своём. Галф размышлял, как им поступить дальше. Не было ни одного намёка на то, что он сможет вернуться домой и прежний Галф вернётся сюда.              Где-то на подкорке он всегда волновался за другого "себя". Ему повезло: здесь оказался Мью, который помог ему влиться в незнакомую жизнь, но ведь другой Галф проснулся совсем один в незнакомом месте, без человека, на которого можно опереться. Если подумать об этом, другого Галфа было жалко. Наверное, тот до жути скучал по Мью. Попытался ли Канавут найти Суппасита в том мире или же молча тосковал по своему мужу из другого? А что бы он сам сделал, окажись в такой ситуации? Он не знал.              Как бы то ни было, он уверен, что здешний Галф силён благодаря своей любви. Он знал, что с ним всё в порядке. Галф доверял сам себе, особенно когда дело касалось близких.              Да, они оба были сильными личностями, и они любили всем сердцем, именно поэтому тот Галф должен быть в порядке. Как бы сложно ни было, они справятся.              Наблюдая за мужчиной, сидящим рядом с ним и потерявшимся в своих мыслях, Галф понимал, что они преодолеют любые трудности. Также, как преодолели все сложности до этого.              — Если честно, — разрушил тишину Галф. — Любить тебя совсем не просто.              Мью посмотрел на него, приподняв бровь.              — Ты только сейчас это понял? — поддразнивая ответил Суппасит.              Галф несколько секунд переваривал этот ответ, затем наклонился вперёд и ткнул Мью в плечо.              — Не цитируй сценарий! Я пытался пофилософствовать! — по-доброму возмутился он.              Мью пожал плечами.              — Нет, если серьёзно, ты действительно только сейчас осознал это? — спросил тот.              Галф решил проигнорировать вопрос, ведь его внимание привлекло кое-что другое.              — Так ты всё же веришь, что я люблю тебя? — приблизился он к удивлённому Мью.              Пусть Мью и цитировал фразы из ТарнТайпов, говорил тот всерьёз. Раз мужчина понимал, что любить его — нелёгкое бремя, значит понимал и то, что его любят.              — Полагаю, мой Галф всё же меня любит, — признал Мью.              Галф закатил глаза.              — А что насчёт меня?! — громко взмолился он, надув губы.              Мью рассмеялся, увидев это.              — Не уверен, любишь ли ты меня так же, как он, — Суппасит немного отдалился от его лица. — Но, наверное, я узнаю, так ли это? — улыбнулся мужчина.              Галф кивнул, наконец довольный ответом.              — Для начала мне нужно выйти за тебя и написать такое же любовное письмо? — уточнил он, забирая бумагу и аккуратно складывая её в конверт.              Галф протянул письмо обратно Мью, качающему головой.              — Давай начнём с того, что нам надо пережить ближайшую неделю, — предложил Суппасит. — А потом посмотрим, куда жизнь заведёт нас.              — Не обязательно было напоминать! Я вообще не готов к съёмкам, я и играть-то нормально не умею, — сокрушённо опустил голову нонг, вспомнив о предстоящей работе.              Мью обхватил его руку двумя руками и начал успокаивающе поглаживать тыльную сторону ладони. Затем тот потянул её ближе и слегка поцеловал, едва ли касаясь губами кожи. Это было так нежно, что Галф раскраснелся, а его сердце пропустило удар.              — Всё будет в порядке, нонг, — прошептал Мью, смотря ему в глаза.              Галфу пришлось отвести взгляд: это было уже слишком для его слабого сердца.              — Мне нравится, как ты играешь.              Спасибо за то, что любишь хотя бы мою игру, пи, пусть и не можешь полюбить меня.              — Я знал, что будет сложно, довольно давно. Но как бы тяжело ни было любить тебя, пи, и ты, и твой Галф стоите этого. Ты — чудесный человек для любви, — неожиданно ответил на вопрос Галф. — Так что я никогда не разлюблю тебя.              Он увидел, как покраснели уши Мью, и они обменялись взглядами.              — Прекрати цитировать ТарнТайпов! — рассмеялся Суппасит.              — А ты прекрати быть таким слащавым!              Прошу, будь таким милым со мной всегда.              — Ненавижу тебя, — несерьёзно выдал Мью, и Галф уже знал, куда это идёт.              — Ненависть означает...              — О Боже мой!