***
Сэнди часто казался отчуждённым. Он не любил общаться, громких компаний, больше отдавая времени себе. Редко участвовал в школьных событиях, не часто можно было видеть рядом с одноклассниками, мог спать на уроках. Когда Песочный всё же начинал диалог, ничем приятным для остальных это не было. Ещё раньше ему говорили, что парень был слишком колким, резким в своих высказываниях. Он сам начинал разговор, а потом сам же не мог продолжить его. Если парню не нравилось или цеплялось что-то, он так же терял интерес к собеседнику. Он усмехался и сразу прекращал диалог. Но сейчас была совсем иная ситуация. Миллер стоял напротив двух девушек, бурно обсуждающих произошедшее. Они явно ссорились, ярко выражаясь и кидаясь резкими фразами. Что же произошло? Ответ на этот вопрос вы можете узнать сами: — Ну он же явно сверху! — чуть ли не кричала Макс, размахивая руками в разные стороны из-за своей, будто природной энергии. — Да не может. Он же ниже, да и слабее, — пыталась отстоять свою точку зрения Беа. Та, подперев бока руками, со злобой смотрела на девушку. Сэнди мог лишь тяжело вздохнуть, проведя рукой по лицу. Сам парень не был заинтересован в, как он сам говорит, "пассивах" и "активах". Общаться с девушками было очень приятно и даже интересно, ведь у обеих были свои интересы, но только они встречаются и их нельзя остановить. Подобные нынешней ссоры случались часто. Они просто говорили своё мнение, лишь осуждая, если так выходит, чужое. — Да не-е-ет, — протянула Макс, рассматривая недалеко стоявшего парня. — То, что он низкий, не значит, что пассив. Ты разве не видишь? Он точно актив. — Я иного мнения. Я думаю, что вот тот, — Беа указала на светловолосого парня, стоявшего рядом с обсуждаемым ранее, — в разы больше похож на актива. — Не-... — Да остановитесь вы уже, — прервал девушек Сэнди. Парень старался сдерживать злость. Быстро начал подходить к девушкам, которые были немного удивлены вырвавшейся фразой парня. Беа с настороженностью смотрела на Миллера, а Макс, будучи выше парня и не боясь его, с задорным огоньком ожидала его слов. Остановившись около них, Сэнди с прищуром всматривался, стараясь подбирать слова. — Вам самим не кажется, что нужно остановиться? Вы всю перемену обсуждаете этих ребят, а ведь они просто прошли мимо... Да и вообще, вы так почти все перемены говорите, кто бы не был рядом. Не надоело? — Нет, — в унисон ответили девушки. — Это же так круто — обсуждать парней, — сказала Беа, с странной для Сэнди радостью смотря на парня. — Лучше бы радовался, что мы не тебя с Леоном обсуждаем, — подколола Макс. — Кста-а-ати, Пчёлка, нам есть, что обсудить. — Не смей, — лишь успел сказать Миллер, как что-то навалилось на его спину. Сэнди не любил лишних касаний, этим он был похож на мать. Но именно сейчас парень не мог как-то избавиться от чего-то, ведь этим "что-то" был Леон. — Вспомнил говно — вот и оно, — в привычной манере сказала Макс, присвистнув от удачи Песочного. — Я тоже рад тебя видеть, — посмеявшись, ответил Леон. Литтлфут держал одну руку на плече Сэнди, а другая была убрана в большой карман толстовки. Всё так же прикрывая лицо копюшоном, можно было заметить, как Леон оглядывал собравшихся. Дольше всего взгляд задержался на Бее. Девушке же начала пятиться назад, прячась за подругу. — Да не бойся ты так, — сказал Леон, всё ещё наблюдая за действиями низкой девушки. — Я не повторюсь, уже пообещал кое-кому, — похлопал плечо Сэнди. — Зачем ты пришёл? — спокойно спросил Миллер, сдерживающий чувство дискомфорта. — Мне скучно, и я решил к вам присоединиться. Так, что обсуждали? — Парней, — как всегда, с лёгкостью ответила Макс. Компанию охватил школьный, уже повседневный шум. Возникшее молчание и неловкость не позволяли Сэнди и Бее сказать и слова. Вместо этих ребят говорила Макс, совершенно не боящаяся Леона, который был неприятен всей компании после драки. — Парней? И что же? Интересные? — с долей сарказма спросил Леон. — Да, — с радостью отвечала девушка. — Тебе разве не интересно, кто кем мог быть? У нас спор: кто актив, а кто пассив. Она, — кинула секундный взгляд на Беу, — говорит, что светловолосый актив, а я думаю, что пассив-... — Стоп, — прервал девушку Леон. — Вы... Говорите о геях? — Да. — Да как вы можете? — задал риторический вопрос Литтлфут, убирая руку с плеча Сэнди, облегчая тем самым его физическую и моральную ношу. — Это же мерзко. Две извращенки. Так же неожиданно появившись, Леон ушёл, оставив компанию. Макс смотрела с, как казалось Сэнди, искреннем недоумением, пока Беа и Миллер смогли спокойно выдохнуть. Им обоим, кажется, никогда не привыкнуть к обществу Леона. Макс огорчёно вздохнула: — А-ах, а ведь мог выйти хороший разговор. Школьники разрозились звонки смехом, осознавая, какими странными они показались для Леона. Для них темы "кто актив и кто пассив" уже давно стали привычными, даже для Сэнди, который лишь недавно начал общаться с немного странными, но оптимистичными девушками. — Ага, особенно таким "брутальным" парням, как Леон, хаха. — Да уж. Даже наш физрук брутальней будет, чем этот Леон. Клоун какой-то и всё, — сказала Беа, выходя из своего спасения и мило показывая язык. — Ну и пошёл он. Больно он сдался, — выдохнула Макс, разводящая руки. — Та-ак-с, а теперь вернёмся к нашей проблеме. — Да, точно, — девушки рассмеялись, пока парень тяжело выдохнул, ожидая очередной спор на пустом месте.***
Урок алгебры не был приятен Сэнди, он больше любил географию, биологию и другие подобные. Но, не имея выбора, парню оставалось слушать учителя и смотреть на зелёную доску. Леон всё так же сидел рядом с Миллером. Только если Сэнди пытался влиться в урок, Литтлфут лежал, облокотившись на парту и смотря на соседа. Ему урок казался очень скучным, из-за чего мысли были заняты совершенно не математикой, которую парень упорно не понимал. Сдавшись, Сэнди шёпотом спросил: — Что-то не так? Молчание. Скрежет мела, очередные тяжёлые вздохи учителя, шёпот одноклассников и шум ламп. Не понятно, Леон проигнорировал вопрос парня или просто не мог услышать сквозь пелену собственных мыслей. " Надоело", — подумал Сэнди, смотря в глаза Леона, видневшиеся под зелёным копюшоном. — Да ответь ты, — буркнул Миллер, списывая задачу с доски. — Мне нравится Беа, — неожиданно для обоих сказал Леон, садясь ровно на стуле. — Что?.. — выпалил Сэнди, чувствуя, как начинают путаться мысли. — Ты это серьёзно? — Да, — тихо сказала Леон. — Я же красавчик, — пояснил он. — Весёлый, общительный, хороший парень. Но она меня не замечает. Я даже из-за неё подрался с тобой. А ей всё равно. — Бывает, — проговорил Миллер, вспоминая недавние слова Беи. " Клоун какой-то..." — процитировал в голове парень. — А каким она меня считает? Этот вопрос ввёл Сэнди в ступор. В голове спорили адекватность и эмоции, ударившие прямо в сердце, заставляя его часто биться. Помочь? Зачем? Можно ведь просто отказать. А если он опять побьёт? Перед глазами сразу всплыли полученные от Леона синяки, еле прошедшие после маминой заботы, а те, которые остались до сих пор, заныли, вызывая лишь больше страха. "Он же может опять меня побить", — подумал Сэнди. Парень ещё давно начал наблюдать за Леоном. Просто ради интереса, чтобы знать, кем он является. Он считался крутым парнем для многих, который мог всех развеселить. Очевидно, хулиган имел много знакомых, которые так же могли бы побить Сэнди после случайной осечки, как понял сам Песочный. В учёбе Литтлфут тоже был хорош, что не скрылось от глаз Миллера. Но более узнать он не мог. Просто хулиган, который мог часто повести себя слишком дерзко. Он ведь может побить. — Эй, ты меня вообще слышишь? — Леон вытянул Сэнди из омута тревожных мыслей. Миллер только вздрогнул и с страхом посмотрел на него. — Я-я не знаю, — после секундной паузы ответил Песочный, прикусывая нижнюю губу. — Что? — Ой, то есть она... Не очень хорошо к тебе относиться. Ты ей не был даже интересен, что уж говорить про симпатию, — "Будь, что будет". — А может ты мне поможешь? — даже через толстовку было видно, глаза Леона загорелись странным огоньком. — Как? — Ну-у, например, поможешь мне с ней сканектиться. Да и вообще при возможности помочь. Ни одна девчонка не говорила мне нет, она первая, и я хочу это изменить. Откинувшись на стуле, Леон довольно улыбнулся. Видно, настроение поднялось, не смотря на то, что ответа он не получил. Уже знал, что у Сэнди нет выбора. Миллер в свою очередь мог только выдохнуть. Никогда в его манере не было переживать, он по жизни пессимист, что уж говорить. Но именно после той драки что-то пошло не так в его размеренной жизни. Леон, словно ураган, прошёлся кулаками не только по тушке парня, но и по психике, которая не привыкла к столь частым насыщенным событиям. Самое смешное для самого Миллера, что ему даже не остаётся никакой надежды на возвращение своей обычной жизни. Особенно уже после второго договора с Леоном.