Your filter

Лениво приоткрыв глаза, Чимин потянулся за телефоном, нажимая на кнопку блокировки несколько раз, не сразу понимая, что телефон почти полностью разряжен. Он забыл поставить будильники и точно проспал дольше, чем планировал. Но ещё сонная слабость настолько приятная, что парень и не думал мысленно ругать себя за это. Всё же можно позволить раз в неделю проспать столько, сколько организму нужно. Чимин медленно потянулся, ощущая, как напрягается каждая мышца. Расслабившись и полежав ещё несколько минут, он поставил телефон на зарядку, задумываясь о том, чтобы после умывания полежать ещё немного. Он уже точно не уснёт. Парень уже начал ощущать лёгкий голод, но у него ведь остались печенья, которыми можно перекусить, пока он будет готовить завтрак. Погреться под одеялом ещё хотя бы десять минут кажется намного важнее всего остального, к чему Пак приступит, но немного позже. Мятная зубная паста совсем не помогала проснуться, а массирующие движения по лицу с мягкой пеной расслабляли ещё больше и уговаривали полежать хотя бы ещё полчаса. Удлинитель быстро оказался в постели, как и сам Чимин, включающий телефон и наблюдающий за тем, как приходит каждое новое уведомление. Рассылка рекламы электронной библиотеки, оповещение о скидках в интернет-магазинах и новых видео, выпущенных любимыми каналами уже такого привычного видеохостинга. И сообщения от Юнги. Два сообщения от Мин Юнги. Пак прочитывает текст и открывает фотографии, задерживая дыхание всего на пару секунд, но рассматривая плетение гораздо дольше, вспоминая ощущения, которые он испытывал, позволяя связать себя. С утра они кажутся немного другими. Более неловкими и хочется накрыться одеялом с головой, потому что стыдно. Стыдно за то, что малознакомый человек видел его почти полностью голым, касался кожи и имел над Чимином власть. Хорошее начало для неудобной истории с быстрым и отвратным сексом, в которой нет ни смысла, ни желания повторить снова, а только разочарование и растянутая футболка. Но о вчерашнем вечере Чимин не хотел никому и никогда рассказывать совершенно по другой причине. Он не знал как описать свои чувства, которые переполняли его вчера и начинали охватывать сейчас. Но очень хотел в этом разобраться. Переведя взгляд на верхнюю часть экрана телефона, студент приподнял в удивлении брови, мысленно отмечая, что он явно себя недооценил. Instagram: 1 новое уведомление. Kakaotalk: 2 новых уведомления. Кому нужен этот инстаграм. 12:24 Вы: Добрый уже день, я вчера уснул… И спасибо за фотографии 12:25 Мин Юнги: Доброго дня, Чимин Я так и понял. Выспался? 12:25 Мин Юнги: На самом деле, спасибо за фотографии именно тебе 12:25 Вы: Да, выспался, даже очень. А ты? Ты поймал хороший кадр 12:26 Мин Юнги: Вполне А у тебя бывают какие-то другие? 12:26 Вы: Ещё как, но мне слишком нравятся эти, чтобы вспоминать о неудачных 12:27 Мин Юнги: Не могу не согласиться Как ты себя чувствуешь? 12:28 Вы: Пока немного сонно, а так в порядке А ты? 12:29 Мин Юнги: Я замечательно, спасибо Как твои колени? Чимин выдыхает и улыбается, прочитывая сообщение. Обычный вопрос, но именно оттого, что он вчера помогал мужчине не полы мыть, парень скидывает одеяло со своих ног и рассматривает колени, на которых не осталось ни единого следа. 12:30 Вы: И мои колени отлично себя чувствуют 12:42 Мин Юнги: Это не может не радовать Они тебе ещё определённо понадобятся Чимин не понимает, является ли фраза Юнги намёком. Таким откровенным и будоражащим намёком. 12:43 Вы: Почему-то я не сомневаюсь в этом 12:44 Мин Юнги: И я догадываюсь почему Юнги не сделал почти ничего, но заставил Чимина дышать чаще и держать телефон немного крепче. Он снова играет? Так мастерски и ненавязчиво, отчего ощущается чертовски мало. Но сегодня Чимин сможет получить чуть больше, если сам себе позволит и не сгорит от стыда.

***

Сегодня Чимин провёл больше времени в пекарне, чем вчера. Решив, что он в первую очередь идёт в гости, будет не очень красиво ничего не принести хозяину квартиры. Да и вчера мужчина оценил его выбор. Цены тут немного выше, чем у выпечки из супермаркета, но вкус гораздо лучше, так что этого того стоит. Положив картонную упаковку с прозрачной вставкой на верхней крышке в пакет, парень расплатился, задумываясь, какими же будут на вкус лимонные капкейки с лавандовым кремом. Главное – довезти их аккуратно и не вмять ягоды голубики в красивую шапочку из крема. Потянув за рукава белого пушистого свитера и прикрыв тёплой тканью руки до костяшек, Чимин пожалел, что снова забыл дома перчатки. Холодный ветер точно станет основной причиной покупки более увлажняющего крема для рук, чем тот, который у Пака почти закончился. А он ведь ещё хотел надеть драные джинсы, но почему-то выбрал просто зауженные. Но покрасневшие колени абсолютно точно так себе смотрелись бы в светло-голубых джинсах.

***

Сегодня Чимин помедлил всего несколько секунд перед тем, как нажать на дверной звонок. Задержал дыхание только на одну секунду, когда дверь открылась и он снова увидел Мин Юнги. И даже улыбался не так нервно, как вчера. Но чувство лёгкого и даже приятного волнения никуда не исчезало с того момента, как студент вышел из своей квартиры. Оно лишь усилилось, когда за его спиной закрылась дверь. — Как добрался? — Юнги переводит взгляд на пакет в руках Пака и слегка улыбается. — Хорошо, — стараясь не шмыгать носом, отвечает парень, расстёгивая одной рукой куртку, второй протягивая пакет. — Такого в нашем ресторане нет. — Любопытно, — мужчина взял пакет и повесил куртку Чимина на плечики, заметив его немного покрасневшие от холода руки. — Какой чай или кофе больше пойдут? — Думаю, чёрный и не особо сладкий чай будет в самый раз, — отвечает он, снимая второй ботинок. — Замечательно, — Мин улыбается уголками губ. — Если нужно, можешь воспользоваться ванной. Чай заваривается достаточное время. Чимин удивлённо моргнул несколько раз и неуверенно кивнул, стараясь выглядеть как можно спокойнее. Но Пак знает, что Юнги понимает. Понимает, как у него колотится сердце, а внизу живота странное чувство, не похожее ни на захватывающий власть страх, ни на возбуждение. Пройдя в ванную, он тихо закрыл за собой дверь, ощущая, как рушится его образ уверенного и способного выстоять под изучающим взглядом Мин Юнги. Так быстро? Почему мужчина отправил его в ванную так быстро? Или он снова себе выдумывает глупости? Чимин опускает руки под тёплую воду, чувствуя, как металл колец согревается и уже не так сильно холодит немного занемевшие пальцы. За этими украшениями он скрывается. Они помогают ему отгородиться от внешнего мира, как ещё один слой одежды. Чимин хотел выглядеть сегодня лучше. Произвести новое впечатление, отличное от вчерашнего робкого парня. Всю дорогу в автобусе он настраивался и думал, как зайдёт в квартиру к мужчине, как будет разговаривать с ним и как будет вести себя. В мыслях Чимин вёл себя более раскованно и привлекательно для Юнги и самого себя. Пак мог бы пропустить эту комнату, ведь он принимал душ перед выходом около двух часов. Помыв руки зачем-то два раза, парень касается влажной ладонью шеи, чувствуя свой пульс. Чего он испугался? Ведь в любой момент можно отказаться, извиниться за отнятое время и уйти. Но почему-то Чимин почти уверен, что не сделает этого. Выйдя из ванной и прикрыв за собой дверь, Чимин почти на носочках дошёл до кухни, смотря на спину мужчины. Сегодня на нём чёрная рубашка с закатанными рукавами и чёрные брюки. Поднимая взгляд выше и рассматривая тёмные, блестящие от верхнего освещения волосы Юнги, Пак подошёл чуть ближе. — Хорошо выглядишь, — голос Юнги немного хриплый и оттого звучит очень томно. Чимин замер и сглотнул, когда мужчина развернулся к нему лицом, поставив две чашки с горячим чёрным чаем на стол. — Спасибо, — смущённо благодарит он. — Ты тоже выглядишь отлично. Ответ получился слишком сухим, но избавиться от волнения никак не удаётся, особенно когда Юнги делает ещё два шага вперёд, подойдя ближе, отодвинул стул и сел за стол с лёгкой ухмылкой. Парень не заметил, что упаковка с капкейками уже была открыта, пока не сел за стол и не обхватил ладонями кружку с чаем, грея о неё пальцы. По взгляду Юнги нельзя понять, что он собирается делать. Просто выпить чай и поговорить или он уже настроен на нечто большее? Точнее, куда большее. — Сильно замёрз, пока добирался? — мужчина опустил взгляд на руки Чимина, рассматривая аккуратные пальцы и кольца на них, замечая, что массивные украшения ему подходят. — Нет, нет, всё в порядке, — он слегка улыбнулся, борясь с желанием спрятать руки под стол. — Я забыл перчатки дома, а нести пакет с руками в кармане было бы опасно для капкейков. — Ты отлично справился со своей задачей, — мягко улыбается Юнги. Пак немного опускает голову и старается сдержать застенчивую улыбку от похвалы мужчины. Капкейки оказались хоть и немного необычными на вкус, но очень достойными. Мин отметил лёгкую сладость и приятную текстуру, а Чимин поджимал пальцы на ногах, чтобы не заёрзать на стуле от его внимательного взгляда. Они съели только по одной штуке, увлёкшись разговором на отвлечённые темы, но Чимин снова хотел перехватить инициативу и задать один вопрос, который не давал ему покоя уже несколько часов. — Чай очень вкусный, спасибо, — он сделал небольшой глоток. — Я больше разбираюсь в кофе, но соглашусь, вышло хорошо, — Юнги слабо кивает. — И не только, — его голос не дрогнул, и Пак быстро провёл языком между губ. — Спрашивай, — ухмылка Юнги становится развязнее, а сердцебиение Чимина чаще. — Я бы хотел узнать, как это всё происходит в реальной жизни, не на видео, — чуть тише говорит Пак. — Каждая сессия, ещё называют сцена или экшен, проходит по сценарию, запланированному обоими партнёрами, — мужчина видит, как Пак еле заметно гладит подушечкой пальца кружку и ожидает продолжения ответа. — В него может входить всё, что в состоянии проконтролировать Дом и выдержать саб. Полагаю, с этими определениями ты уже знаком? — Да, — без промедлений отвечает парень и смотрит на руки мужчины. Чимин рассматривает длинные пальцы, скользя взглядом от одной фаланги к другой, останавливаясь на костяшках. — Сессия не всегда включает в себя секс с проникновением и без, — он замечает взгляд студента и не двигает рукой, позволяя ему сохранять эту зрительную точку опоры. — Всё зависит от того, что хочется получить от сессии обоим партнёрам. — Удовольствие? — смущённо и тихо отвечает Чимин. — Несомненно, но вкусы разные, — Юнги еле заметно улыбается уголками губ, наблюдая за смущённым выражением лица парня. — Обездвиживание, также и верёвкой, но это уже не шибари, подвешивание, намеренное причинение боли с помощью порки, проколов, игр с воском или льдом. Достаточно разнообразно? — Ты всё это практикуешь? — переведя взгляд на аккуратно, кажется, не только подстриженные, но и будто подпиленные ногти Юнги. — Нет, — Мин проводит кончиками пальцев по столу, следя за движением глаз парня. — Как это обсуждается? — он задержал взгляд на запястье Мина. — Думаю, ты хотел задать другой вопрос, — поднимая руку и аккуратно проводя пальцами по волосам, словно убирая мешающую прядь, но у него такой нет, ловя взгляд Чимина на своём лице. Попался. Очень занятный. — Я бы хотел обсудить это, — договаривая последнее слово совсем тихо. — Тогда мне нужно будет задать тебе несколько вопросов. Готов на них ответить? — наслаждаясь всё ещё робким взглядом. — Да, — он уверенно кивает, надеясь, что их будет больше, чем немного. — Чего ты категорически против во время наших встреч? Расскажи, — Мин закидывает ногу на ногу и слышит только молчание парня. — Я должен это знать, чтобы не сделать тебе неприятно, Чимин. — Ну… Какие-то оскорбления, унижения, удары по лицу, подвешивание, порезы… Вот такое, — Пак опускает руки на свои бёдра, сжимая двумя пальцами левой руки кольцо на правой. — Хорошо. Что ещё? — рассматривая лицо парня, Юнги подмечает в который раз, что Чимин выглядит ещё привлекательнее, когда смущается и пытается подобрать слова, а после осмеливается их сказать. — Не стесняйся меня. — Никакой урины и чего похуже… — сжимает губы, но тут же открывает рот и продолжает. — Фистинг… Это пугает. — Тоже не приветствую эти практики, — соглашается Мин, понимая, что Пака надо расслабить. Он должен рассказать максимально много, иначе Юнги может затронуть то, что парню может сильно не понравиться. Так нельзя. — Никакого группового секса, только мы вдвоём, — как-то резко и требовательно. — И… Слишком большие игрушки. Думаю, это всё. — Я тебя понял, Чимин. Обещаю, что ничего из этого я не буду делать, — говорит он чуть медленнее, замечая слабый кивок студента. — У тебя ведь был секс, Чимин? — мужчина сдерживает ухмылку от удивлённого взгляда парня, но почти сразу же сменившегося на ищущий новой опоры. — Был, — выдыхая и чувствуя, что снова становится жарко. Зачем он только надел этот свитер. — С мужчинами? — видя очередной кивок, Юнги не стал требовать от парня ответа словами. — В какой позиции ты был? — По-разному, — он понимает, зачем мужчина задаёт эти вопросы, почему старается узнать всё до каких-либо действий. Он очень аккуратничает. И это ещё больше сбивает с толку. Чимин поджимает губы. Как же неловко говорить об этом. Обычно получалось всё само, плавно или не очень перетекало от поцелуев к ненавязчивым ласкам руками, а там уже и к сексу. Он, конечно, говорил о близости, но только в формате грязных разговоров перед ним или во время. Не так. — Спасибо за честность, Чимин, — Юнги нежно улыбается, а парень повторяет за ним. — Ты же знаешь, что без твоих согласия и уверенности в решении я не прикоснусь к тебе? Сейчас мы просто разговариваем. — Знаю, — ему не было необходимо это напоминание, разве что совсем немного. — Ты говорил о доминировании и доверии… Как? — Во время сессии партнёр находится полностью под моим контролем и подчиняется каждому приказу, — его голос звучит немного ниже. — За послушание я хвалю и не только словами, а за проступки наказываю. И мужчина видит в глазах Чимина что-то кроме смущения. И это интерес. Он не ошибся, когда в ресторане заметил именно его. И не стоит придавать большого значения тому, что в первую очередь он обратил внимание далеко не на глаза. — Ты… Я… Можем? — если бы не тонкий слой тонального крема, то он бы точно переживал ещё из-за того, что покраснел от своих слов и мыслей. — Попробовать. — Я готов взять на себя ответственность и провести сессию, — он наклоняется немного вперёд, смотря на Чимина. — Ты хочешь провести сессию и довериться мне? — Да, — на выдохе отвечает студент и кивает в подтверждение своих слов. — Иди за мной, — Мин встал и прошёл в спальню, дождался, пока зайдёт и Чимин и закрыл за ним дверь. В комнате ещё темнее, чем вчера. Её освещает только небольшой светильник с тёплым светом. — Ты же знаешь своё стоп-слово? — он видит, как парень снова кивает. — Напомни мне его. — Красный. — Хорошо, — мужчина сделал небольшой шаг вперёд, не сводя взгляда с Пака. — Ты всегда можешь его использовать. — Да, я понял, — серьёзный тон, с которым говорит Юнги ещё больше распаляет желание узнать, что будет происходить в этой комнате совсем скоро. — Это первая сессия. Она не будет интенсивной. — Нет проблем, я просто… — Не потому, что я думаю о тебе плохо. Сейчас мне нужно понять твои границы. Сделаем это аккуратно и безопасно, хорошо? — Да. — Если понимаешь, что не можешь выполнить мой приказ, то говоришь об этом и объясняешь почему, — тон спокойный и голос ровный. — Пока я не знаю твоих границ дозволенного и хочу, чтобы ты честно показал мне их. Ты не можешь потерпеть, подождать, чтобы стало лучше. — Если такое будет, то я скажу, — говорит он более уверенно. — Перед тем как сделать что-то — ты обязан спросить моего разрешения. — Понял. Юнги смотрит на Чимина и пытается увидеть страх или сомнения. Но их нет. — Выключи или поставь на беззвучный режим свой телефон, пожалуйста. — он видит, как парень достаёт телефон из кармана джинс. — Вибрация тоже может помешать. Пак сразу выключил телефон. Он точно будет не так нужен. Точнее, совсем. — Замечательно, — он делает небольшую паузу. — Повернись ко мне спиной и скажи, как будешь готов к продолжению вечера. Ответ мужчина услышал почти сразу. Согласное мычание и очередной кивок. — Только не говори, что под свитером нет футболки. Юнги не видит растерянный взгляд Чимина, но слышит его сбивчивое дыхание. — Чимин? — Ты же сказал не говорить… — Прелестно, — хвалит он, наблюдая за тем, как его плечи чуть напряглись. — Заведи руки за спину, Чимин. Пак слушается, не зная, как лучше это сделать, он просто обхватывает одно запястье пальцами. Так удобнее. Мужчина скажет, если это неправильно. Но Чимин так сильно надеется, что он сделал всё правильно и мужчина это заметит. И похвалит снова. Чёрт. — На колени, пожалуйста. Несколько секунд парень медлит, будто и не слышал приказа. Но под пристальным взглядом слова тяжело отдавались в грудь. Вышло громче, чем Чимин хотел, да и не так грациозно. Он чувствует, как щёки начинают гореть и смотреть на Юнги, что уже оказался перед ним, становится почти невозможным. Ему так стыдно за свою неуклюжесть. Мужчине вряд ли такое нравится. — Посмотри на меня. Пак подчиняется, поднимает взгляд с пола на мужчину и задерживает дыхание. Он видит другого Мин Юнги перед собой. Он источает власть и сдержанность. Мужчина подходит ближе и медленно касается двумя пальцами щеки Чимина, смотря в глаза. — Хороший, — его голос ниже, без малейшего намёка на улыбку. Но от этого у Чимина снова перехватывает дыхание. Мин отходит, а Чимин почти наклоняется вперёд, потянувшись за его рукой, но вовремя останавливается. Пак и не заметил, что в спальне стоит кресло. Оно в самом деле тут стояло и в прошлый раз? Негромоздкое, обтянутое тёмно-коричневой кожей, что тихо заскрипела под весом Мин Юнги. Мужчина расставил ноги чуть шире, опираясь локтями о подлокотники. — Чимин, — негромко, но чётко зовёт он. — Для чего ты здесь? — Я… — Пак не понимает, что нужно сказать. Из-за эгоистичных побуждений? Юнги удовлетворит этот ответ? Мин терпеливо ждёт ответа и не двигается, становясь всё больше похож на хищника, который выследил жертву и совсем скоро нападёт. — Я хотел попробовать новое, — признаётся он, смущаясь ещё сильнее, сам того не замечая, как вместо Юнги начал смотреть на пол. — Не смей отводить взгляд, — требовательно и хлёстко. И эффективно. Чимин слегка вздрогнул и перевёл взгляд обратно на лицо мужчины. — Это твой полный ответ? — Ты… Вы… Вы мне понравились, — как же стыдно. Парню кажется, что только одежда спасает его от того, чтобы утонуть в этом океане неловкости. Если бы парень не рассматривал лицо Юнги, то точно бы не заметил, что уголки его губ совсем слегка двинулись. — Подойди ближе, — приказывает он. — Не вставая с колен. Расстояние не такое большое, но Чимина ещё никогда не ставили на колени и тем более не просили, нет, не требовали, ходить таким образом. Вся нагрузка на колени была у Пака только, когда он сам решал разнообразить секс. Но никогда после чьих-то слов. Парень старается касаться пола тихо, всё ещё держа руки за спиной, ведь про них мужчина ничего не сказал. Подойдя к Юнги и оставляя расстояние между телами, он почему-то сделал ещё два небольших шага и остановился. Сейчас он сидит на коленях. Почти между ног Мин Юнги. Мужчина наклоняется, мягко касаясь светлых волос ладонью. — Ты хорошо справляешься, — немного громче говорит он. — Послушный. Чимин сглатывает, ощущая, что снова вдохнул резче обычного. Потому что пальцы Мин Юнги сейчас зарываются в его волосы. Сжимают уверенно, немного оттягивают назад и отпускают, пока мужчина рассматривает его лицо. Пальцы касаются затылка, несильно надавливая на кожу. Чимин наклоняет голову, почти касаясь носом колена мужчины. — Сконцентрируйся на своих ощущениях, — массируя шею говорит Юнги. — Расслабься. Плечи Чимина медленно опускаются, а губы приоткрываются от прикосновений к позвонкам. Ниже. Пальцы Юнги почти полностью скрыты тканью свитера. Пак готов ненавидеть этот свитер, который он так долго выбирал сегодня. Сладкая пелена расслабления захватывает парня так ласково. Снова. Тонуть всегда страшно, но только не сейчас. И Чимин позволяет себе не хвататься за грани здравого смысла. Сейчас они почти стёрты. — Для чего ты здесь? — повторяет свой вопрос Мин. Пак открыл рот, провёл языком по нижней губе, выдохнул и почувствовал сильные пальцы на плече. — Получить… Дать… Если я… — Что ты хочешь получить? — Всё, что позволишь. — Что ты хочешь мне дать? — Что попросишь, — он снова облизывает губы. — На что я буду готов. — Сними свитер, — ни одно его слово не звучит так, будто он сомневается. И Чимин это слышит. Видит в каждом движении, даже когда Мин перестаёт массировать плечо Чимина и молча ждёт, пока он разденется. Взяв свитер за верхний край, студент потянул его, сняв и взъерошив волосы ещё больше, не зная, куда положить вещь, он просто кинул рядом, положив руки на колени. Всё ещё в джинсах. Мужчина наклонился, касаясь указательным пальцем подбородка, не позволяя опустить голову. — Хороший ответ, — бархатно подмечает он. — Но ты уже дважды меня ослушался. Сладкое наслаждение от прикосновений и голоса мужчины резко стало менее ощутимым. Чимин, моргнув несколько раз, быстро завёл руки за спину, желая выругаться вслух, но не позволил себе этого. Точнее, этого ему не позволял Юнги. — Раз ты не можешь держать руки за спиной, — Мин поднялся с кресла, ощущая почти физическое удовольствие от растерянного взгляда Чимина. — Встань. Паку страшно. Страшно, что он провалился настолько, что сейчас всё закончится. Что он разочаровал Юнги. Но не осмеливается повернуться к мужчине, слыша только звук открывающегося и почти сразу же закрывающегося ящика комода. Почти бесшумный, но кроме дыхания Чимина больше ничего не нарушает тишину в комнате. — Сведи запястья вместе, — приказывает Юнги и встаёт за спину. Пак делает как хочет Юнги, и почти не успевает сдержать стон облегчения, когда чувствует, как его кожи касается шёлковая лента. На этот раз немного туже. Ещё лучше. Юнги теперь снова так близко. Чимину так хотелось коснуться его ещё в ресторане, сделать это будто нечаянно. Хотя бы на долю секунды. А сейчас… Он позволяет касаться себя. Чёртов выигрыш в лотерею, в которой Чимину никогда не везло. — Не сдерживайся. Покажи, как тебе хорошо в моих руках, — произносит он сейчас такие нужные слова. — Сейчас важно лишь то, что ты чувствуешь. Погрузись в темноту и наслаждение. Ты заслужил это, Чимин. Чуть сведя лопатки вместе, он замер, поняв, что коснулся пуговицы на рубашке Юнги. У Мин Юнги тёплые руки, точные движения и прибивающая ко всем поверхностям энергетика. Особенно сейчас. Мужчина не касается шеи или плеч, его руки не спеша гладят, иногда сжимая пальцами бока, разогревая кожу и мышцы, требуя, чтобы Чимин расслабился ещё больше. Сейчас. Для него. Для Мин Юнги, от одного присутствия которого мысли путаются, а вытащить одну, хотя бы немного логичную, становится ужасно сложным. Мин Юнги, от которого не веет опасностью или пустым желанием секса. Мин Юнги, от которого ни в коем случае не хочется отходить, прекращать получать приказы, ласку и такое особое внимание. Пак не замечает, как начинает совсем слабо двигаться, желая почувствовать руки Юнги немного сильнее и дольше. Не понимает, что отклонился достаточно, чтобы коснуться лопатками рубашки Мина. И ощутить тепло его тела, несмотря на такую приятную ткань. Когда длинные пальцы были рядом с пупком, Чимин шумно выдохнул и слабо толкнулся бёдрами вперёд. Парень больше не задавал себе вопросов как Мин Юнги это делает. Он просто благодарен ему. И хочет большего. Хочет всего. Хочет. И почти проклинает себя за то, что он не выбрал менее обтягивающие джинсы. Пак опирается спиной о грудь мужчины, не в состоянии сдержать еле слышимый стон, больше похожий на тихий скулёж. Глаза открыть слишком страшно. Вдруг это окажется галлюцинацией после огромного количества выпитого спиртного или же косяка, который Чимин никогда не пробовал. Мышцы на прессе напрягаются и становятся более видимыми только кровати и стенам. Юнги достаточно ощущать соблазнительный рельеф чужого тела, к которому он прикасается уже второй вечер. Наслаждается отзывчивостью этого парня, сдерживаясь, чтобы не зайти дальше. Сложно. Пак сейчас такой открытый, искренний в своих желаниях. Пусть он и неопытен, но невероятно способный. И Юнги желает вновь убедиться в этом. Чимин затаил дыхание, когда руки мужчины накрыли низ живота, а кончики пальцев провели по пуговице на джинсах. — Чимин, — почти шепчет он на ухо. — Я приказал тебе не сводить с меня взгляд. Руки сразу сжались в кулаки из-за невозможности ухватиться за одежду Мина. Мужчина отстранился, а студент, не зная, как себя вести, сделал всё сразу. Повернулся к Юнги лицом, резко встал на колени, виновато опустив голову. — Прости, — на выдохе говорит он и, сильно сжимая губы, замолкает. Паку кажется, что он точно утерял способность мыслить здраво. Заставлять себя взять паузу, подумать и только после этого сделать. Но лучше так, чем лишиться Юнги прямо сейчас. Он не готов. А Юнги кажется, что он сейчас сойдёт с ума. Прямо здесь. Пока такой распалённый Пак Чимин просит у него прощения, стоя на коленях. Пак Чимин, который обращает всё своё внимание на Юнги, а не на своё возбуждение, что нескромно сообщает о себе натянутой тканью джинс. Ещё немного и мужчина даже задумается о том, чтобы заявить на Чимина свои права. Красть каждую секунду, каждый взгляд и каждое касание. Упиваясь чистым и тягучим наслаждением. Он потрясающий. Скрывать своё удивление и восхищение крайне трудно. Что же делает этот Пак Чимин. Этот прелестный Пак Чимин. Пак Чимин, который сейчас упирается лбом в его бедро. — Встань, пожалуйста, — мягко просит Юнги. Если присмотреться, то Чимин не так твёрдо стоит на ногах. А Юнги присматривается всю их встречу. К каждому движению Пака. — Закрой глаза, — и этот приказ парень выполняет сразу. Замечательный. Мин наклоняется, говоря совсем тихо, почти шепча на губы Чимина: — Я впечатлён. И добивается своего, слыша сдавленный стон. Чувствуя дыхание Чимина на своих губах, продолжая эту игру. Это первая сессия Пака. Он сейчас уязвим. Не нужно давить. Сегодня будет всё легко. — На сегодня хватит, — мужчина отстраняется, видя, как Чимин резко открывает глаза и ищет ответа в его взгляде. — Для первого раза этого достаточно. — Но… Я… — он пытается двигать руками, забыв о том, что они связаны, ощущая приятную боль от впивающейся в кожу ленты. — Тебе нужно успокоиться, — Юнги специально не смотрит на пах Чимина, чтобы не акцентировать внимание именно на этом. Парень возбуждён во всех аспектах. — Почему… Именно, — он не успевает договорить, как Мин его перебивает. — Это не просьба, Чимин, — строго уточняет мужчина. Кусочки незатуманенного рассудка собираются в пока ещё маленький пазл, но Пак понимает. Понимает, что это, скорее всего, ещё одна проверка может ли он слушаться. Заслуживает ли он похвалы ещё раз. И Чимин до тяжести в груди хочет её пройти. — Да, — он покорно наклоняет голову, медленно выдыхая, стараясь не думать кто перед ним и как же сильно ноет член от неприятного давления белья и джинс. Он давно не был так возбуждён. И Чимин осмеливается посмотреть на пах Юнги. И приоткрывает рот, выдохнув только половину воздуха. У него тоже стоит. — Не буду скрывать, я тоже возбуждён, — опережает его Мин. — Но намного важнее то, что ты уже отлично постарался сегодня. — Юнги… — жмурится Чимин, продолжая тяжело дышать. — Я развяжу твои руки, — он сделал несколько шагов, но голос Пака его остановил. — Подожди, — шепчет парень, чуть подвигав руками, чтобы в последний за сегодня раз почувствовать давление гладкой ленты. — Да. Мужчина развязывает ленту, видя следы от неё на мягкой коже. Он создавал натяжение довольно сильно и долго. Мин передвигается медленно, чтобы не напугать Чимина, молча показывая на ладони тёмно-красную ленту. — Другая, — подмечает он самое очевидное. — Посмотри на свои запястья, — не ожидая ответа, Мин абсолютно уверен, что Чимин рассматривает красноватые полоски не потому что не ожидал их увидеть. Наоборот. Мужчина нежно обхватил одно запястье пальцами, проводя по рельефной полоске на коже большим. — Это… Сложнее, — признаётся Пак, расслабляя кисть. — Знаю, — успокаивающе отвечает он, поднимая взгляд на парня. — Я очень доволен тобой сегодня. С каждой секундой становится не так жарко, а язык способен двигаться, выдавая не только короткие слова. — Как ты себя чувствуешь? — Чимин не выглядит обеспокоенно или расстроено, просто расслаблено и немного устало. — Хорошо, — честно отвечает Пак. — Мне немного… Неловко. — Хочешь одеться? — Юнги не рассматривает тело Чимина, хотя соблазн очень большой. Не после первой сессии. — Нет, — чуть громче, чем хотел. — Чёрт, я просто… О боже. — Ты понимаешь, почему я сейчас не позволяю тебе кончить? Этот вопрос снова выбивает Чимина из самого минимального спокойствия. Безумные горки. Такие захватывающие. Не оставляющие другого выбора, кроме как пристегнуть ремень безопасности и получать дозу адреналина. — Я… Я ослушался тебя, — предполагает Пак. — Верно, — он едва заметно кивает, садится на застеленную тёмно-серым покрывалом кровать, похлопав рядом с собой, отрывая от покрывала только пальцы, а не всю ладонь. — Присядь рядом. Чимин почти свалился на кровать из-за слабости в ногах, смотря на лежащий на полу свитер. — Ложись, — мужчина замечает, как парень напрягся всем телом, но всё же лёг поперёк кровати на спину. — Сегодня мы определяли грани допустимого, уровень доверия на данный момент и ощущения от встречи, — Юнги аккуратно кладёт ладонь на бедро Чимина, ненавязчиво поглаживая. — Тебе было комфортно? — Думаю, по моим джинсам это понятно, — нервно усмехается Пак, не понимая, почему он сейчас так открыт с Юнги. Почему говорит с ним так, будто это их не вторая, а примерно двадцатая встреча. Почему ловит откровенный кайф от его ладони на бедре. Почему хочет быть с мужчиной ближе. Он понимает, что позволил себе лишнего лишь по тому, как Юнги сжал его бедро, заставляя собраться и отвечать серьёзно. — Очень… Непривычно, — он пытается ухватиться взглядом хоть за что-то, но потолок абсолютно белый и без какого-либо узора. Идеальный белый потолок, как, кажется, и владелец этой квартиры. — Это очень отличается от того, чем я занимался до этого. — Я тебя услышал, — Мин расслабил пальцы. Сейчас Чимин не стал долго думать над тем, как задать вопрос и вообще стоит ли это делать. Нет сил думать. Максимум он сейчас может только лежать. — А что… Делают потом? — Что угодно. Можно продолжить нежиться в кровати, разговаривать, смотреть развлекательные шоу или же разъехаться по домам, заниматься своими делами до следующей сессии, если есть желание её провести. Есть. У Чимина точно. — А… Ну… — слово «мы» казалось ему слишком громким, чтобы говорить самому. — Если ты спрашиваешь о том, чем мы можем заняться, — мужчина дождался кивка. — Можем более детально обсудить сегодняшний вечер, а потом запланировать следующую встречу. Ему… Понравилось? Он правда хорошо справился? Ведь Чимин совершенно не знал и до сих пор не знает что делать. — Я бы хотел услышать твои мысли. — Ну… Я не такой опытный в этом деле, точнее… Совсем не понимаю, как и что делается, — он закрыл глаза и почти сразу открыл их, будто в этой секунде темноты он увидел что-то очень пугающее. — Но если говорить об ощущениях, то я до сих пор не могу подобрать верных слов. Юнги молчит. А Чимин продолжает: — Просто… Это так… По-другому. Я будто отпускаю всё и нахожусь в совершенно другом мире. Для такого мне раньше надо было бы хорошо напиться. Его поражает уверенность и спокойствие Юнги. И так привлекает. Мужчина позволяет ему говорить. Чимин чувствует себя таким маленьким в этой квартире под внимательным взглядом Юнги. — Обратись ко мне по имени, — его тон настойчивый, но нет той строгости, которую Чимин слышал совсем недавно. — Юнги, — стеснение снова захватывает его, пока он старается всё же произнести каждый звук. — Ещё раз. — Юнги, — чуть более уверенно. — Ты можешь обращаться ко мне так, когда будешь чувствовать, что нуждаешься в этом. — Да, — ему не нужно объяснять. И Паку на самом деле лучше от этого. А ещё от того, что Юнги вновь смутил его, и теперь джинсы не такие узкие. — Ещё хочешь побыть в постели? Парень легко мотает головой, а мужчина не требует от него слов. — Думаю, для начала мы можем выпить чай и немного расслабиться. Чимин согласно кивнул и почувствовал, как тёплая ладонь больше не касается его бедра.