Your filter

Первым Чимин ощутил боль от слишком яркого солнечного света. Прямо в висках. ⠀ Не хочется открывать глаза. Не хочется видеть этот день. Не хочется двигаться. ⠀ Морщась от боли, он слышит чужое дыхание. Как-то совсем близко. Как-то совсем спокойно. Только подобным утром всё пропитывается чем-то липким и вязким. Чем-то неуютным и постыдным. ⠀ Не хочется поворачиваться, но Чимин концентрирует в руках всю силу, что у него есть. Ничтожно мало. Не хочется смотреть, но он фокусирует взгляд. ⠀ И, видя тёмный затылок, Чимину не хочется… ⠀ ⠀ Он моргает несколько раз, чтобы смахнуть невидимую пелену. Не хочется ошибиться. ⠀ ⠀ — Юн… ⠀ ⠀ Осознание дотрагивается до него медленно, как и собственная ладонь до губ. Чимин не понимает: это очередная попытка спрятаться хотя бы за своими пальцами или же так ощущается распирающий стыд. На самых кончиках. ⠀ Всматриваясь в тёмный затылок, Чимин смог яснее увидеть различия. ⠀ Наверное, раньше ему надо было бы прикоснуться. Надо было бы убедиться, что он уже проснулся. Надо было бы… ⠀ Но Чимин садится на кровати и смотрит на тёмный затылок. Чужой. Даже будь у Чонгука такая же стрижка и длина волос, Чимин бы отличил. Понял бы, что перед ним не… ⠀ Он не знает, как будет вести себя, когда Чонгук проснётся. Не знает, будут ли ему задавать вопросы. Не знает ответы ни на один из них. ⠀ Чимин знает лишь то, что это утро неловкое до отвращения. До усиливающейся боли в висках. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Чимин не понимает отчего трясутся руки. От похмелья, сонливости или страха. ⠀ Не понимает как ночь настолько быстро сменилась на утро. Не понимает за что она так поступила. За что он просто не остался в той тьме, которую видел даже не закрывая глаза. ⠀ За что ему дали смотреть на последствия собственных решений. Нет. Не дали. Заставили. И заставили так, как ему не нравится. ⠀ Честно. Не скрывая и не вычищая ничего для идеальной картинки, которой не может существовать. ⠀ Вот так прямо, грязно и мерзко. Полностью отражая поступки самого Чимина. По заслугам. ⠀ Если бы он мог быть искренним. Если бы решился хоть раз посмотреть на себя без разбитых и многократно склеенных масок. Тогда бы, может, у него был бы шанс проснуться сегодня без тошнотворного чувства. ⠀ Тогда бы он точно не смотрел на массивные кроссовки в прихожей. И не обнимал себя в попытке защититься хотя бы так. ⠀ Он сам это сделал. Своими же руками выстроил всё то, что ожидает. И тревожит. И не знает когда. Не знает как. Он лишь знает, что Чонгук проснётся. В его постели. В которой Чонгука быть не должно. ⠀ Заливая растворимый кофе кипятком, Чимин судорожно вдыхал. И не хотел видеть Чонгука. Не хотел говорить с ним. ⠀ Чимин хотел пропасть. Исчезнуть, раствориться. Через боль, истерики и выкручивающую руки боль. Но пропасть. ⠀ И не возвращаться даже в собственное сознание. ⠀ Прислушиваться к каждому звуку. Настороженно. Поднимать взгляд на прикрытую дверь. Сковывающе. ⠀ И увидев перед собой Чонгука, он смог надеть лишь фальшивую улыбку и произнести неуклюжее: ⠀ — Доброе. ⠀ ⠀ Чонгук лишь кивает с улыбкой и от этого легче. Легче от слов, что не голоден. Слов, что только выпьет кофе и поедет домой. ⠀ Легче. ⠀ Заливая растворимые гранулы кипятком во второй раз, Чимин чувствовал на себе взгляд. Ставя обе кружки на стол, Чимину удалось улыбаться чуть искреннее. Но лишь от мысли, что скоро в квартире он останется один. ⠀ ⠀ — Ты как? — звучит на тихой кухне. ⠀ — Я? — растерянно спрашивает Чимин, удивлённо смотря на Чонгука напротив. — Нормально. ⠀ — Нет похмелья? Вчера ты неплохо так выпил. ⠀ — Да, это… Я ещё и устал, поэтому выглядел так. ⠀ ⠀ Чонгук отрицательно качает головой и проглатывает обжигающий кофе. ⠀ ⠀ — Ты выглядел как всегда. Очень хорошо. ⠀ — Да я же… — Чимин не выдерживает и смеётся от того, насколько это абсурдно. И самую малость мило, — Не люблю, когда врут. ⠀ — Кто тут врёт? ⠀ ⠀ Точно Чимин. ⠀ ⠀ — Ты, Чонгук. ⠀ — Это жестоко, — наигранно тянет Чон и хватается за сердце. ⠀ ⠀ Чимин усмехается и наблюдает как Чонгук не выходит из роли. Как страдальчески охает и шуточно бьёт по столу кулаком. ⠀ ⠀ — Я ведь могу выглядеть и лучше. ⠀ ⠀ Чонгук кивает и говорит, что согласен. А Чимин знает, что Чонгук не понимает. ⠀ Потому что перед ним Чимин мог быть с поплывшим от работы макияжем. С неидеальными стрелками. С грязной тушёвкой теней. С красными глазами от неподходящих цветных линз. ⠀ С ним Чимин никогда серьёзно не задумывался как он выглядит. Никогда не ждал от него похвалы. Никогда не трепетал от ожидания. Никогда не ощущал на себе оценивающий взгляд. ⠀ Никогда не рассматривал себя в зеркале перед тем, как увидеться с ним. Никогда не беспокоился, что тон смог скататься у крыльев носа. Никогда не думал понравится ли ему вкус блеска на губах. ⠀ Никогда. ⠀ ⠀ Чимин провожал Чонгука равнодушно. Некрасиво. Пожелал ему хорошо добраться и слабо улыбнулся, подняв ладонь. ⠀ Но как только увидел широкую спину в чёрной куртке, что-то так тонко потянуло прикоснуться. Но Чимин так и остался стоять на месте, наблюдая, как спина скрывается за закрывающейся входной дверью. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Чимин не готов попытаться посмотреть на себя. Не готов осознавать всё. Не готов что-либо делать трезвым. Всё ещё. ⠀ Не готов прикоснуться ко дну, где выжжено безжалостное: «конец». ⠀ Не готов опутать себя тиной так, что не освободиться. Так, что даже не поднять руку, чтобы в топкой трясине его заметил хоть кто-то. Чтобы хоть кто-то вытащил и обогрел. Чтобы ему больше не нужно было молчаливо тонуть. ⠀ Непроглядная и всепоглощающая топь. Теперь его реальность. ⠀ Слыша как его внутренний голос напоминает о том, что он так отчаянно старался забыть, Чимин зарывается пальцами в собственные волосы и сжимает чёлку до боли. ⠀ ⠀ «Не привык?» ⠀ ⠀ Выдох, перерастающий в начало рыданий, что рвутся из самого солнечного сплетения. ⠀ ⠀ «Чего ты ожидал и в этот раз?» ⠀ ⠀ Зажмуриваясь до цветных кругов под веками. ⠀ ⠀ «Лишь это и было ожидаемо» ⠀ ⠀ Ощущая как лицо греют не мягкие руки, а собственные слёзы. ⠀ ⠀ «Только быть брошенным ты и достоин» ⠀ ⠀ Чимин позволяет себе задуматься: была ли у него возможность остановиться, шагнуть назад и сделать другой выбор. ⠀ Когда он начал чувствовать к мужчине что-то больше, чем симпатию. ⠀ Нет. Раньше. ⠀ Когда он спрашивал мужчину, кто они друг другу. ⠀ Нет. Ещё раньше. ⠀ Когда согласился приехать к нему в первый раз. ⠀ ⠀ Может, всё это чёртова фальшивка, как и сам Чимин. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Попрощавшись со студентами и не провожая их взглядом из аудитории, Юнги решил закончить с журналом в этот же вечер. Ему необходимо мысленно поставить галочку и немного отпустить. ⠀ Прикрыв дверь, он медленно расслаблялся от наступившей тишины. Никаких вопросов. Никаких лекций. Никаких проверок знаний уставших студентов. ⠀ Ещё прохладно даже в тонком шерстяном свитере. Но оно и к лучшему. Не захочется спать. ⠀ Он не отвлекался на новые сообщения, а потому, не следил за временем. Теперь это не нужно. Нужно лишь внимательно читать каждое слово и не путать строчки. Нужно лишь иногда зачёсывать спадающую на глаза чёлку. ⠀ По ощущениям это было всего полчаса. Они часто его подводили. И как только Мин подумал, что уже голоден и пора ехать домой, то услышал звуки в коридоре. ⠀ Непонятное шуршание сменилось на несмелое и хрупкое: ⠀ — Простите? ⠀ — Да? — от неожиданности Юнги повернулся в сторону голоса не сразу. ⠀ — Я... Могу спросить? — нечётко спрашивает студентка. Словно боится того, кто перед ней. ⠀ — Поздно Вы тут. ⠀ — Ждала, пока Вы выйдете… Но на третий час решилась зайти. ⠀ — Для чего? — тон голоса ровный, а широкие плечи из-за правильной осанки позволяют занять мужчине ещё больше пространства. ⠀ ⠀ Девушка стесняется поднять взгляд на преподавателя, от которого издалека не веет такой прохладой. Но сквозит ею, стоит лишь приблизиться. ⠀ ⠀ — Вы... Ещё ведёте дополнительные занятия? ⠀ — Уже нет. ⠀ — Как же... Давно? ⠀ — Не совсем. Беспокоитесь об оценках? ⠀ — Конечно... Я почти провалила прошлый тест. ⠀ — Можете обратиться к любому студенту, кто получил высокий балл, допустим, к Ким Исыль — у неё отличная успеваемость. ⠀ — Она не станет... Да и... Она ведь не преподаватель. ⠀ ⠀ Юнги видит, как студентка перебирает пальцами ручку небольшой сумки. В такую даже книга с трудом поместится. ⠀ ⠀ — С какими темами у Вас сложности? — переворачивая страницу журнала. ⠀ — Труднее всего пенитенциарная психология. ⠀ — Какие её общие принципы? — не отрывая взгляд от имён на бумаге, написанных своей же рукой. ⠀ — Отражение… — и студентка сразу исправляет себя: — Принцип психологического отражения, затем… Принцип личностного подхода, деятельной… ⠀ — Принцип единства деятельности, — подсказывает Мин. ⠀ — Стыдно-то как, — опуская голову. ⠀ ⠀ Юнги вспоминает её на занятиях. Никогда не тянула руку в желании ответить. Никогда не смотрела на него прямо. Однако никогда и не создавала шум, приходила со всем, чем нужно. Он даже не помнит, чтобы хоть когда-нибудь делал ей замечание. ⠀ ⠀ — Сколько всего общих принципов? — терпеливо продолжает Мин. ⠀ — Пять? ⠀ — Почти. ⠀ — Шесть? ⠀ — Шесть. ⠀ ⠀ Студентка закусывает нижнюю губу и не поднимает взгляд даже когда слышит голос преподавателя: ⠀ — Какие принципы есть ещё помимо общих? ⠀ — Специфические. ⠀ — В чём разница? ⠀ — Специфические как бы… Выходят из общих. ⠀ ⠀ Мин кивает. ⠀ ⠀ — Какие организационные методы существуют в пенитенциарной психологии? ⠀ — На это… Точно не отвечу. ⠀ ⠀ Юнги закрывает журнал и тянется за портфелем. ⠀ ⠀ — Даже не попытаетесь? — его голос не выражает ни единой эмоции. И, видимо, это и сбивает девушку. ⠀ — Длительное обследование? ⠀ — Направление правильное. ⠀ ⠀ Юнги слышит, как в её словах появилось хотя бы немного уверенности. ⠀ — Много раз обследуют одни и те же лица? ⠀ ⠀ Юнги не смотрит на неё. А потому, не знает, ищет ли она одобрения от него. Хотя бы в том же тоне голоса. ⠀ Он устал. И хочет домой. Тем более, он просидел тут больше двух часов. ⠀ ⠀ — Абсолютно верно. Вспомните название этого метода? ⠀ ⠀ Студентка качает головой. ⠀ ⠀ — Лонгитюдное, — отвечает за неё Юнги. ⠀ ⠀ Мин видит, как девушка кивает и повторяет за ним забытое слово. ⠀ ⠀ — Эту тему, как и другие необходимо выучить, — он кладёт ноутбук в портфель и медленно застёгивает молнию. — Рекомендую подробно законспектировать посвящённые им параграфы понятным Вам языком. ⠀ ⠀ Мужчина встаёт и замечает, как студентка выглядит ещё грустнее. ⠀ ⠀ — Помимо лонгитюдного в организационные методы входит и комплексный. В нём изучается объект представителями различных наук, как правило, с использованием различных средств. ⠀ ⠀ Мин задвигает стул и отходит от стола. ⠀ ⠀ — Изучите все методы до понедельника, — говорит он спокойно. — После занятий проверю каждый. ⠀ ⠀ Студентка поднимает голову и смотрит на преподавателя с благодарной улыбкой. ⠀ ⠀ — Если что-то будет непонятно, то выпишите и тогда разберём. ⠀ — Спасибо… Большое. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Выходной для Юнги не был долгожданным. Отнюдь. Он желал, чтобы этот день был далеко в будущем. ⠀ Возможно, он бы закончил собирать дорожную сумку и сразу бы застегнул её. Поставил в прихожую, поближе к обуви. ⠀ Если бы не увидел входящий вызов. Если бы не ответил на него коротким молчанием. ⠀ ⠀ — Чем занимаешься таким прекрасным утром выходного дня? ⠀ — Хосок, хотя бы скажи: «здравствуй», — ровно отвечает Мин. ⠀ — Так что? ⠀ — Уезжаю на пару дней. ⠀ — Каникулы себе устроил? Похвально. ⠀ — Еду в Тэгу. ⠀ ⠀ Юнги знал, что этими словами оборвёт лёгкость разговора. ⠀ ⠀ — Прозвучит, может, чем-то лишним, — даже не видя его лица, мин понимает, что Хосок пожалел о сказанном. — Хочешь, поеду с тобой? ⠀ ⠀ Юнги останавливается, так и не притрагиваясь к застёжке на сумке. И не понимает, а может, и правда хочет. Сейчас только утро субботы, а он уже готов сорваться в родной город в любую минуту. Осталось лишь положить зубную щётку. Одноразовую, дурацкую. ⠀ Он не хочет везти туда много личных вещей. Так он словно погрузится в тот город вновь ещё сильнее. Юнги не хочет прорастать вглубь. Не хочет даже закрепляться. Пусть его снесёт первым же порывом ветра. ⠀ ⠀ — Заеду? Через час подойдёт? ⠀ ⠀ Юнги медленно выдыхает. ⠀ ⠀ — Не надо, — массируя переносицу. — Я поеду один. Уже взрослый мальчик. ⠀ — В каком отеле остановишься? В одном из наших? И он знает? ⠀ — Слушай... Много вопросов. ⠀ — Не отговоришь, — обрезает любые попытки отказаться. — Напиши мне адрес. Или если не напишешь, я всё ровно узнаю. ⠀ — Узнаешь только если это будет ваш отель, — уточняет уже устало. ⠀ ⠀ Юнги закрывает глаза лишь на мгновение. Он уже без сил. ⠀ ⠀ — Хорошо. Напишу. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Часть дороги он постукивал большим пальцем по рулю. Чем ближе был к родному городу – тем размереннее старался дышать, словно за близость к границе он платил кислородом в машине. Но цена была ещё выше. ⠀ Он помнит как добраться. Помнит следующий поворот. Помнит дома, среди которых проезжает. ⠀ Юнги видел всё то же, что и много лет назад, а затем и подряд. ⠀ Он не скучал по этому месту. Он не оставил тут друзей. ⠀ Но оставил часть сердца. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Юнги не был здесь целый год. ⠀ Он распахивал окно и заглушал яркость огней бокалом выдержанного виски. Дышал чаще, представляя завтрашний день. Хмурился, представляя завтрашний день. И понимая, что вернулся. В самом деле. ⠀ Вернулся к чувству одиночества в родном городе. Вернулся к алкоголю по вечерам. Вернулся к игнорированию часами каждого рабочего чата. ⠀ Вернулся к тому Юнги, которого всегда хорошо понимал. ⠀ Которого понимает до сих пор. Но иначе. Так, что встреть он себя несколько лет назад, то точно бы положил руку на плечо. Поддерживающе бы сжал. Несильно, так, чтобы показать, что он рядом. Точно бы сказал, через время перестанет так остро болеть. ⠀ Набирая в сообщении адрес и отправляя его Хосоку, Юнги знал, что увидит рано утром. ⠀ Знал, что проснётся уже вымотанным. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Юнги был прав. ⠀ Он старался хотя бы ненадолго провалиться в сон, но внутреннее беспокойство до самого рассвета не давало заснуть глубоко. Затягивали непонятные обрывки то ли воспоминаний, то ли неприятных фантазий — Мин уже не различал. ⠀ ⠀ Первым он увидел полупрозрачный тюль на окнах. Неподвижный. Юнги нравится наблюдать за тем, как лёгкая ткань двигается от ветра. Но сегодня у него нет на это сил. ⠀ Он может лишь разблокировать телефон и увидеть новое сообщение. ⠀ ⠀ 06:18 Неизвестный номер: Спасибо, что принял доставку И скажи, если будет нужно, чтобы я приехал. Я не шучу и точно приеду ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Юнги помнил дорогу. Уже который год. ⠀ Остановившись и заглушив машину, он вдохнул. Достал два букета, он выходнул. И начал двигаться совсем медленно. Всё ещё оттягивая ту самую секунду. Когда увидит и почувствует вновь. ⠀ Эту узкую дорогу он помнил тоже. Уже который год. Он ощутил всю силу, с которой не справляется, когда сердце забилось чаще. И смирился. ⠀ Остановившись, Юнги опускается на колени, аккуратно укладывая два букета на сухую траву. ⠀ И произносит тихо, смотря на мраморную плиту: ⠀ — Привет, пап. ⠀ ⠀ Солнце припекает, особенно грея спину в чёрном пиджаке. ⠀ ⠀ — Позавчера дождь был. А сегодня… Ты и в этот раз ждал меня? — Юнги улыбается горько, но мягко, так, словно отец видит его. Так, чтобы не расстроить. — Мы любили солнечные дни, да? Сильно любили, пап. ⠀ ⠀ Юнги опускает голову и щурится от блика на чистом мраморе. ⠀ ⠀ — В том году пасмурно было, — не понимая, зачем он всё говорит вслух, Юнги всё же продолжает: — У мамы всё хорошо, только говорит, что пугается, если что-то падает. Но я сомневаюсь, что это ты. ⠀ ⠀ Он медленно выдыхает. ⠀ ⠀ — Один от нас с мамой, — он кладёт пышные белоснежные розы на плиту, — И другой от Хосока. ⠀ ⠀ Юнги укладывает рядом лилии с ванильным оттенком и аккуратно отпускает, замечая, что лёгкий ветер лишь шелестит полупрозрачной упаковочной бумагой. ⠀ ⠀ — Наверное, Хосок твой вкус знает лучше, чем я, хотя вы даже не были знакомы. Я… Неприятно признаваться в этом, но не помню, какие цветы ты любил больше. Мама говорит, что тебе нравились все. ⠀ ⠀ Юнги рассматривает свежие лепестки, ощущая ком в горле. После стольких лет. Он лишь недавно научился смотреть на цветы не вспоминая день похорон. Не вспоминая, как белые лепестки были везде. Не вспоминая, как касался их своими детскими ручками. Не вспоминая, как тогда был близок возненавидеть каждый цветок, что распустился на этой планете. ⠀ Теперь он может видеть в лепестках прекрасное тоже. ⠀ Но улыбка медленно исчезает с его губ. ⠀ ⠀ — У меня ещё один год без аварий. ⠀ ⠀ Ведя ладонями к коленям, он продолжает, чувствуя, что сказал не всё: ⠀ — С работой всё хорошо, — тише. — Планирую немного расшириться, но для этого нужен ещё сотрудник. ⠀ ⠀ Юнги пожимает плечами и не может откинуть ощущение, словно за ним наблюдают со спины. На могиле отца у него всегда такое чувство. ⠀ ⠀ — Провёл уже пять собеседований, а без толку, — усмехаясь. — Ты бы их выгнал, только посмотрев пару минут. ⠀ ⠀ Ему хочется услышать низкий и хриплый смех. Но слышит лишь тишину. ⠀ ⠀ — Но я найду, — рассматривая каждый сантиметр плиты, вновь разрывая собственное сердце. — Твоё дело будет жить ещё очень долго. Обещаю, пап. ⠀ ⠀ Юнги щурится он солнца и объясняет смазанный взгляд тем, что он стал слишком чувствительным к свету из-за недосыпа. ⠀ ⠀ — Тебя… До сих пор очень не хватает. ⠀ ⠀ И зная, что его голос не дрогнет, ведь он столько раз говорил с отцом и не слышал ответов. На его могиле, у себя дома, в офисе. ⠀ ⠀ — Присмотри пока за мамой, — прикрывая глаза. — У тебя это лучше получается. ⠀ ⠀ Юнги поднимается на прямые ноги и низко кланяется. ⠀ ⠀ — Увидим… — в эту же секунду он замирает и поправляет себя: — Приеду в следующем году. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Юнги приглушает свет и делает глоток ещё тёплого американо. Несмотря на все удобства номера отеля, он хочет домой. Хочет оказаться в своей постели после горячего душа. Хочет сам себе сварить кофе. Хочет выдохнуть. ⠀ И хочет наконец понять. Убедиться и больше не сомневаться. В том, что он верно поступил в тот вечер. Что верно подобрал слова. ⠀ Что не навредил. ⠀ Юнги смотрит на насыщенный кофе и неспешно гладит ручку белой чашки. Словно это поможет вспомнить тот вечер в малейших деталях. ⠀ Но в самом деле вспоминает. И закрывает глаза.

***

⠀ ⠀ Юнги вспоминал разговор с Чимином, пока видел зелёный свет на каждом из светофоров. Пока ехал в самое сердце Сеула. Пока прислушивался к собственному. ⠀ Сомнения не прокрадываются, а сжимают руку на руле. Нужно охладить мысли. И поговорить позже. ⠀ Стоя на красном, он знал, что легко не будет. Знал, что может ошибиться и выразиться грубо. Но как плавно он нажимал на педаль газа, так и мысленно говорил себе, что это не незнакомец. Это тот, кто был рядом. Тот, с кем не получилось. Тот, кто несмотря на все шипы, имеет хрупкое сердце. ⠀ ⠀ Мин приехал на пятнадцать минут раньше назначенной встречи, но Хосок был уже там. За столом в самом укромном месте ресторана. ⠀ Хосок даже не двинулся, когда Мин подошёл ближе. Он лишь внимательно смотрел за тем, как Юнги опускается на стул. За тем, как смотрит на две чашки кофе. ⠀ ⠀ — Ты так просто согласился, — неторопливо и с надменной улыбкой говорит Хосок. — Тебя долго не было и я заказал кофе. ⠀ — Надо было устроить тебе полосу препятствий? — спокойно спрашивает Юнги, дотрагиваясь до ручки чашки. ⠀ — Я не буду против. ⠀ ⠀ Мин подносит чашку к губам и вдыхает аромат. Крепкий. Хосок всегда, если приходил раньше, заказывал именно такой. ⠀ Первый глоток согревает после до льда пронзительности взгляда напротив. ⠀ ⠀ — Хосок. ⠀ — Скажи ещё раз. ⠀ — Я намерен говорить серьёзно и только один раз, — ставя чашку перед собой. ⠀ — Начинай. ⠀ ⠀ Юнги дал Хосоку время едва заметно выпрямить плечи. Опереться локтями о край стола. ⠀ Но, будучи честным с собой, время он давал отнюдь не Хосоку. ⠀ ⠀ — Я не рассматриваю тебя как саба. И позволь уточнить, что твои визиты без предупреждения в мой офис выглядят не так увлекательно. ⠀ — Так мне нужно всего лишь предупреждать, а не ждать разрешения? — закидывая ногу на ногу. — Ещё не успел соскучиться? Или нашёл кого-то занятного? ⠀ ⠀ Юнги чуть наклоняется и говорит тише, чтобы Хосок начал вслушиваться: ⠀ — Нам было хорошо, я никогда это не отрицал. И помню, как мы проводили время, как и свои чувства к тебе. ⠀ — Приятно знать. ⠀ — Но почему ты не хочешь принять, что это в прошлом? Как у меня, так и у тебя, — Юнги знает, что Хосок помнит, но решает надавить: — У нас было достаточно значимых разногласий и они не решались, ведь я остался при том же мнении, которое тебе не нравится. ⠀ — Ты умеешь красиво отталкивать. Даже почти не обидно. ⠀ — Я не хочу обижать тебя. ⠀ — Но уже обидел, — касаясь лопатками спинки стула и складывая руки на груди. ⠀ — Прости. Я в самом деле не хотел, — смотря в глаза вот так прямо. — Ты ведь понимаешь, о чём я говорю. И знаю, что ты превосходно можешь делать вид, что это не так. ⠀ ⠀ Хосок едва заметно улыбается, а Юнги знает, что скрывается за его опущенным взглядом. Как трескается его напускная самоуверенность в такие моменты. Когда он почти обнажает эмоции и чувства. ⠀ ⠀ — Ты ведь понимаешь, что ничего не выйдет, — без намёка на вопросительную интонацию. Лишь утверждение. ⠀ ⠀ Хосок кивает с тоскливой улыбкой на уголках губ. ⠀ ⠀ — Я не откажусь от тебя, если буду нужен, — уверенно обещает Юнги. — Но как твой друг — не более. Ты ведь это тоже понимаешь? ⠀ — Прямо-таки «мой»? ⠀ — Хосок. ⠀ — Я вижу, как ты смотришь на того мальчишку, — он улыбается шире и самому от этого противно. — Дураком ты тоже притворяешься блестяще. ⠀ — У меня не было цели… ⠀ — Это не так важно, да? — перебивая, Хосок хмурится, снижая значимость мальчишки хотя бы в своих глазах. — Было бы лучше, если бы ты нашёл в себе больше смелости, знаешь. ⠀ — Мне следовало подойти к тебе в клубе? ⠀ — Было бы неплохо. ⠀ — И что ты бы хотел от меня услышать? ⠀ ⠀ Хосок смотрит так проникновенно, словно сейчас одним взглядом сможет рассказать всё, чего не может произнести вслух. Смотрит так внимательно. ⠀ С обидой. С грустью. С сожалением. ⠀ ⠀ — Уезжай, — резко говорит Хосок. — Не хочу тебя видеть. ⠀ — Счёт я оплачу, — нащупывая самые тонкие границы Хосока. ⠀ — Ненавижу тебя, Мин Юнги. ⠀ ⠀ Хосок игнорирует собственные блестящие глаза. Не получится соврать себе же, что они слезятся из-за новых контактных линз. ⠀ Он злится на целый мир. Целый мир он готов сжечь, чтобы вырисовывать на пепле свои мечты. ⠀ ⠀ — Но я тебя нет. Никогда. ⠀ — Я сказал, что не хочу тебя видеть, но ты ещё сидишь и пытаешься продолжить разговор? — Хосок прищуривается. ⠀ — Прости. ⠀ — Нет, — его улыбка кривится от накатывающих эмоций и он переводит взгляд на стол всего на секунду, чтобы скинуть волнение хотя бы так. ⠀ — Ты не впервые пытаешься меня выгнать, — выдыхает мужчина. — Но, повторюсь, что если буду нужен… ⠀ — А если ты нужен мне каждый вечер? — и вновь полный глубокой печали взгляд. А еле сдерживаемые слёзы заставляют почувствовать тяжесть вины, — Что если так? ⠀ — Хосок. ⠀ — Ты же сам только что сказал. ⠀ ⠀ Сказал. Хосок прав. Невероятно прав. ⠀ ⠀ — Я хорош далеко не во всём, — искренне отвечает Мин. — То, что тебе нужно, я не могу дать. И мы говорили об этом. ⠀ — А ему можешь? — со слышимым надломом в голосе. ⠀ ⠀ Вот оно. Хосок смог выбить опору Юнги так филигранно. Смог задать тот самый вопрос, с которым засыпал уже не первую ночь. ⠀ ⠀ — Не уверен. ⠀ ⠀ Хосок усмехается. Не издевательски. Повержено. ⠀ ⠀ — Я не хочу портить этот вечер, — чуть отодвигаясь от стола, чтобы скользнуть рукой в карман пиджака. — Ведь он твой. ⠀ ⠀ Юнги аккуратно ставит на стол небольшую подарочную коробочку и спрашивает тихо: ⠀ — Позволишь попросить об одном? ⠀ — Слушаю, — рассматривая коробочку, обтянутую бордовым бархатом. ⠀ — Открой подарок дома. ⠀ ⠀ Хосок бережно касается кончиками пальцев маленькой крышки. ⠀ ⠀ — Для кольца большая, — заворожено смотря на правый уголок. — Вряд ли это предложение. ⠀ ⠀ Он смотрит на подарок с теплотой и нежностью, с которой когда-то смотрел на Юнги. Касается бархата так трепетно, как когда-то касался Юнги. Словно эта коробочка — некий проводник между ними. Словно так Хосок сможет приблизиться к Юнги. Как раньше. ⠀ И Юнги знает, что заслужил этот взгляд с прищуром. Знает, что заслужил эти прибивающие усмешки. Знает, что Хосок так защищает нежное сердце. И покоряется, принимая эти правила. ⠀ Опускает голову в извинении и произносит: ⠀ — Мне пора ехать, я забрал много работы домой, — мужчина встаёт, опираясь ладонью о стол и чувствует в кармане пиджака вибрацию. ⠀ — Наклонись. ⠀ ⠀ Юнги выполняет просьбу молча, а Хосок проводит кончиками пальцев уже по пальцам Мина. ⠀ ⠀ — Не знаю, по-настоящему ли ненавижу тебя, — он медленно ведёт от ногтей к тыльной стороне ладони. — Или же это пройдёт. ⠀ — Я никогда не жалел, что мы были вместе, — Мин позволяет себя касаться. — И я благодарен тебе за все те годы. ⠀ — Замолчи, — Хосок сдержанно улыбается и не только чувствует, но и видит, как его ладонь накрывает ладонь Юнги. ⠀ — Если ты так желаешь, — он поворачивает руку и мягко сжимает пальцы Хосока. — Сам знаешь, что я плох в поддержке. ⠀ — Ты буквально лучший из всех, кого я знаю, — Хосок рассматривает их руки вместе. — И у тебя всегда получалось говорить то, что мне было нужно. ⠀ — Сейчас, думаю, я не справляюсь. ⠀ — Потому что я хочу, чтобы ты обнял меня и сказал, что никуда не поедешь. ⠀ ⠀ Тоска смешивается с тянущим чувством в груди. Шлейф былого тепла всё ещё способен согреть. Так слабо, но по-родному. ⠀ ⠀ — Часто болит голова? — спрашивает Хосок не только из порыва продлить момент. Из-за беспокойства, которое касалось его так часто. ⠀ — Иногда бывает. ⠀ — Пей те таблетки, что я купил. Они же тебе помогали. ⠀ — Пью их каждый раз, — ощущая гладкую кожу Хосока. — Помогают. ⠀ ⠀ Юнги видит, как Хосок почти незаметно наклоняет голову. Чувствует, как слегка сжимает его руку своей. Слышит его голос, пропитанный сокрушением: ⠀ — Едь уже, иначе я открою подарок прямо сейчас. ⠀ — Буду надеться, что угадал с ним. ⠀ ⠀ Хосок горько улыбается от слов и от того, как медленно мужчина перестаёт касаться его руки. ⠀ ⠀ — Будь аккуратен на дороге, — последнее, что слышит Мин. ⠀ ⠀ Юнги нужно было собраться. Нужно было приехать сюда с холодной головой. Но не должен был вмешивать в это Чимина. ⠀ Ему точно нужно извиниться. Перед ними двоими. ⠀ А ещё достать телефон и посмотреть, что это было за оповещение. ⠀ Юнги расслабляет плечи, касаясь спиной сиденья автомобиля. И выдыхает, печатая важное: ⠀ ⠀ 00:15 Вы: Я тоже скучаю, Чимин. Прости, не видел. Был в дороге. Сейчас хочу сходить в душ, а после могу позвонить, как тебе?