Your filter

Всю дорогу, что он успел проехать в автобусе Чимин думал как же ему поступить. Столько раз в голове осуждал себя, вновь и вновь старался оправдать. Адвокат из него паршивый. ⠀ Всю дорогу он смотрел на отражающиеся в окне огоньки фонарей. Всю дорогу он вспоминал, как похожие огоньки ощущались совсем иначе в чужой машине. ⠀ Он конченый идиот, раз готов прямо сейчас достать телефон и написать Юнги. Готов извиниться за своё поведение вчера. ⠀ Готов приползти к нему на коленях и извиняться, сколько будет нужно. ⠀ Чимин просто не скажет. Просто оставит это в том дне, когда всё и случилось. Просто со временем забудет, как ночной кошмар. ⠀ Ведь если быть честным и сравнить их поступки, то Чимин ничего толком не сделал. Чимин не врал Юнги, что кроме него никого нет. Чимину никто не пишет с настойчивым желанием встретиться. ⠀ Он не сделал ничего плохого до момента, пока это не сделал Юнги. Это честно. Справедливо. ⠀ Чимин… Ведь не… Виноват. ⠀ ⠀ Чимин сглатывает слюну всё чаще, почти начиная чувствовать, как бордовые засосы жгут кожу под горловиной свитера. Хочется мять шею ладонями, пока они не пройдут. Хочется, чтобы они сошли как можно скорее. ⠀ Ведь это знак, что Чимин так и не научился совладать с самим собой. Что Чимин так и остался бестолковым. Что Чимин так и не перестал нуждаться в чьих-то руках, чтобы доказать самому себе, что хоть как-то ценен. ⠀ Дышать становится сложнее. Двери автобуса открываются и закрываются, но свежести совсем нет. Воздух всё гуще, а каждый вдох всё больше заставляет почувствовать накатывающую тошноту. ⠀ Чимин вдыхает через нос. Медленно. Как когда-то его учил Тэхён. Вновь глотает вязкую слюну и до ужаса хочет сделать хотя бы глоток воды. ⠀ Людей совсем немного, Пак даже не замечает, как они выходят на своих остановках. Но замечает, как ему становится всё хуже. ⠀ Продержаться бы всего пять остановок. Всего лишь… ⠀ В мыслях яркими картинами проносятся воспоминания о Юнги. Сердце бьётся всё сильнее, словно оно становится больше и через секунду ударится о рёбра. Словно это оно сейчас стоит комом в горле. ⠀ В мыслях проносятся воспоминания и о Чонгуке. И стыд румянцем красит щёки, а затем и всё лицо. ⠀ Отвратительно. От себя самого. ⠀ ⠀ Чимин выбегает через двери, что уже начинают закрываться и жадно вдыхает холодных воздух. И дышит как можно размереннее, борясь с усиливающейся тошнотой. ⠀ Он такой жалкий. Сидит на корточках посреди пустой улицы и готов разрыдаться. ⠀ Он почти ничего не съел за обедом и надеется, что отвратное чувство скоро пройдёт. Что в его жизнь не добавится омерзительное воспоминание, как он, склонившись за остановкой, пытается не наблевать на свою же обувь. ⠀ Куртка раздражающе шуршит, а карман оказывается слишком глубоким, чтобы достать телефон одним движением. Руки трясутся и эта гадкая дрожь так быстро распространяется по всему телу. ⠀ На первый его вызов ответа нет. Но на второй, когда Чимин уже хотел сбросить, ведь до него дошло, что Тэхён может быть… ⠀ ⠀ — Да? — голос друга не звучит как обычно. ⠀ ⠀ И Чимин понял, что всё же позвонил не вовремя. ⠀ ⠀ — Я… Задержусь, — снова сглатывая. ⠀ — Да я сам не дома сейчас, — он говорит быстро, не до конца выговаривая слова. — Переночую тоже не дома. ⠀ — Извини, что позвонил… И, кажется, отвлёк… ⠀ — Нет, всё нормально, — дверь хлопнула, а тон Тэхёна стал теплее. — Что-то случилось? Ты обычно пишешь. ⠀ — Да просто… Захотелось тебя услышать. ⠀ — А ты где сейчас? ⠀ — Недалеко от дома. ⠀ — Насколько? Чимин? ⠀ ⠀ Эта взволнованность в голосе Тэхёна заставляет закрыть глаза и выдохнуть. ⠀ ⠀ — Мне стало неважно в автобусе. Я вышел и позвонил тебе, чтобы меня не стошнило. ⠀ — Что-то съел? ⠀ ⠀ Чимин зачем-то качает головой, но тут же приоткрыл глаза и понял, что Тэхён этого не видит. ⠀ ⠀ — Наоборот не ел толком. И… ⠀ — И? ⠀ — Давай… Дома поговорим? — чувствуя неловкость даже кончиками ушей. — Ты ведь у него. ⠀ — Потерпит, — говорит Тэхён серьёзно. — Так что? ⠀ — Просто… — решая быстрее закончить разговор, чтобы не мешаться. — Переволновался. ⠀ — Из-за Чонгука? — вот так прямо спрашивает Ким, говоря уже совершенно чётко. ⠀ — И из-за него. Из-за них… ⠀ ⠀ Тэхён молчит совсем немного. Чимин даже не успевает встать на прямые ноги. ⠀ ⠀ — Я скоро приеду домой, — решительно говорит Ким. ⠀ ⠀ И у Чимина слабеет всё тело. Только не это. Только не… ⠀ ⠀ — Тэ… Не надо. Прошу. ⠀ — Чимин, ты где-то на остановке, один. Ночью. ⠀ — Я скоро пойду домой… ⠀ — Скинь геолокацию. ⠀ — Тэ… — вдохнуть не получается совсем. ⠀ — Что? Ещё скажи, что не нужно. ⠀ — Не нужно! — неожиданно для себя Чимин срывается на крик и тут же замолкает. ⠀ ⠀ Тэхён молчит, а Чимин просит шёпотом: ⠀ — Не давай мне повода чувствовать себя ещё более жалким… Пожалуйста… ⠀ — Ты не… Чимин, — он торопится ответить, но нужные слова никак не подобрать. Всё не то, — Ты не жалкий, слышишь? ⠀ — Я… Просто хотел услышать тебя, — замечая, как дрожит собственный голос. — Останься у него… ⠀ ⠀ Чувствуя, как слёзы стекают по щекам и тут же становятся холодными. Чувствуя, как тошнота сменяется горечью на языке. Горечью разочарования в самом себе. ⠀ ⠀ — Я сейчас встану и сяду на другой автобус, — стараясь говорить как можно спокойнее. — Это не повод срываться домой. Совсем не повод… ⠀ — Можно я спрошу кое-что? ⠀ ⠀ Чимин одобрительно мычит и вслушивается даже в тишину на фоне. ⠀ ⠀ — Может, тебе позвонить Чонгуку или Юнги? — и тут же спеша объяснить: — Просто, чтобы добраться до дома. Не одному. ⠀ ⠀ Чимин вдыхает и всё ещё старается держать лицо, которое уже уродует гримаса боли и приближающихся рыданий. ⠀ ⠀ — Я… ⠀ — Говорю это… Потому что ты мой друг. Ты бы тоже волновался, если бы я был ночью один непонятно где, — Тэхён снова слышит согласное мычание, — Тогда скажи, как встретишься с кем-то из них или поедешь домой сам, ладно? Чимин? ⠀ — Да... Я напишу. ⠀ — Обещай. ⠀ — Обещаю. ⠀ ⠀ Чимин не узнал, что ещё сказал Тэхён, ведь убрал телефон от уха как можно быстрее. И скинул вызов. Лишь бы с ним больше не возились. ⠀ ⠀ — Позвони, если нужно будет… — Тэхён не успевает договорить, больше не слыша в динамике звуки улицы. — Помочь. ⠀ ⠀ Его нежно обнимают со спины. ⠀ ⠀ — Всё хорошо? — звучит ласковый голос. ⠀ — Не уверен, — честно отвечает Тэхён. ⠀ — Вот как, — произносит он задумчиво. ⠀ ⠀ Мужчина легко целует плечо Тэхёна и чуть сильнее прижимает к себе. ⠀ ⠀ — Позвони ему позже? — предлагает он и вдыхает аромат с кожи, на которой ещё осталось немного летнего загара. ⠀ — Не буду ли я дерьмовым другом, оставаясь тут? ⠀ — Что у него произошло? Можешь рассказать? ⠀ — Он на остановке один и на грани проблеваться от того, что опять себя накрутил. ⠀ — Вот как, — тянет он. — Я могу отвезти тебя к нему. И довезти вас домой. ⠀ ⠀ Тэхён рвано выдыхает и закрывает глаза. ⠀ ⠀ — Он просил остаться у тебя, — признаётся Ким. — И если приеду, то сделаю хуже. ⠀ — А если не поедешь? ⠀ — То пока он не доберётся домой, я буду постоянно оглядываться на телефон. ⠀ ⠀ Мужчина мягко поглаживает солнечное сплетение не скрытое одеждой и уверенно говорит: ⠀ — Ты хороший друг. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Чимин просидел так пропустив два автобуса. Он боялся, если снова зайдёт в один из них, то снова придётся выйти. ⠀ И все эти минуты он думал о словах Тэхёна. Что мысли друга точно не могут быть абсурдными. ⠀ И последние шесть минут он смотрел на отправленное сообщение. ⠀ ⠀ «Ты ещё не спишь?» ⠀ ⠀ На непрочитанное сообщение. ⠀ Ещё три минуты он ждал автобус. Ещё пять секунд заходил внутрь. Ещё две минуты дышал как можно глубже. ⠀ Всё ещё тошнит. Но уже не так сильно. ⠀ Он быстро написал Тэхёну, как и обещал. И заблокировал телефон, мысленно прося друга больше не отвлекаться на сообщения. ⠀ Всё ещё… ⠀ ⠀ 01:18 Юнги: Не сплю. Ты уже освободился? ⠀ ⠀ Стук. Ещё стук. И это всё сердце. Собственное сердце. ⠀ ⠀ 01:19 Вы: Уже еду домой ⠀ ⠀ 01:20 Юнги: Как ты себя чувствуешь? ⠀ ⠀ Ощущая как неприятно стягивает кожу после слёз, Чимин смотрит по сторонам. Страшно, что кто-то увидит его таким. Что кто-то узнает, что он разбит. Но кроме него в автобусе лишь два уставших человека, которые наверняка тоже едут с работы. ⠀ ⠀ 01:23 Вы: Можно я позвоню, как выйду из автобуса? ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ — Написал, — мужчина кивает на телефон и видит, как быстро Тэхён встаёт с кровати. ⠀ — Сел. И едет. ⠀ — Это ведь хорошо. ⠀ ⠀ Тэхён кивает и замечает протянутую к нему руку. ⠀ ⠀ — Тебе легче? — спрашивает мужчина и смотрит в глаза. ⠀ ⠀ Ким касается своей рукой его. Тэхёен всегда находил трогательным, что пусть он и младше, но ладонь у него больше. ⠀ ⠀ — Прости, что не дал тебе расслабиться. Это неправильно. ⠀ — Он — семья, — повторяет он слова Тэхёна, сказанные в их вторую встречу. — У меня тоже есть такой человек. У всех есть. ⠀ — Твой тоже запутался? ⠀ — Мы давно нормально не говорили, — от его голоса веет грустью. ⠀ — Познакомь нас как-нибудь, — просит Тэхён, вновь ложась на кровать. ⠀ — Только за поцелуй. ⠀ ⠀ И Тэхён улыбается. И лёжа под пуховым одеялом, он целует мужчину, который его принял. ⠀ ⠀ Тэхёну так захотелось позвать человека рядом по имени. По такому красивому имени. И на языке уже ощущалась первая буква, но на его губы выдохнули и прошептали: ⠀ «Не хочу отпускать тебя до самого утра». ⠀ ⠀ — И почему ты раньше не приехал, чтобы я обматерил тебя на парковке? ⠀ ⠀ Мужчина тепло смеётся и даёт лечь головой на свою руку. ⠀ ⠀ — Возможно, я был не готов узнать, что рот на таком прекрасном лице может произносить такие слова. ⠀ — Этот рот и не такое сказать может. ⠀ ⠀ Мужчина молчит всего мгновение, за которое начинает улыбаться. И произносит довольное: «Помню». ⠀ ⠀ — И только скажи, что тебе не нравится, — Тэхён наигранно отталкивает его от себя. ⠀ — Мне нравится в тебе всё. ⠀ — Болтун. ⠀ ⠀ И мужчина смеётся вновь. А Тэхён знает, чувствует, что ему говорят правду. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ — Тебе плохо? — Юнги спрашивает чуть громче, чем хотел. ⠀ — Уже получше, — объясняет Чимин, смотря под ноги по пути с остановки. ⠀ — Что-то не то съел? ⠀ — Да, наверное, — врёт парень, ускоряя шаг. ⠀ — Мне и сейчас не проявлять много внимания к этому? ⠀ ⠀ И Чимин сбавляет шаг, ощущая жар на шее и щеках. Знает, что этого будет мало, но пытается: ⠀ — Я… Не хотел говорить тогда так грубо. ⠀ ⠀ Они молчат, все несколько минут, пока Чимин не закрывает за собой входную дверь квартиры. ⠀ ⠀ — Ты… Злишься на меня за тот разговор? — боясь ответа, спрашивает Чимин. ⠀ — Не злюсь. Но меня это огорчило. ⠀ ⠀ Чимин закрывает глаза и чуть наклоняет голову, словно по ней ударили. ⠀ ⠀ — Прости… Я правда перегнул. ⠀ — В этом ты прав. ⠀ ⠀ Чимин стоит на небольшом входном коврике и прижимается спиной к двери. ⠀ ⠀ — Мне не нужно было писать тебе сегодня? ⠀ — Если я был расстроен вчера, это не значит, что я откажусь от тебя сегодня. ⠀ — Почему?.. — звучит совсем сдавленно. ⠀ — У всех бывают плохие дни. У тебя был такой вчера. ⠀ ⠀ Чимин кивает, всё ещё опасаясь что-либо произнести вслух. ⠀ ⠀ — Тем более ты извинился, — добавляет Юнги и неторопливо выдыхает. ⠀ — А этого достаточно?.. Извинений. ⠀ — Для меня вполне. ⠀ ⠀ Пак кивает вновь и рассматривает тугую шнуровку на ботинках. ⠀ ⠀ — Чимин, я устал сегодня, — чуть хрипло говорит Юнги. — И ты отдохни сегодня. ⠀ — Да… ⠀ — Если станет плохо — позвони. ⠀ — Да… ⠀ — У тебя совсем грустный голос, — мужчина вздыхает. — Как тебя такого отпускать? ⠀ — Юнги? ⠀ — М? ⠀ — Можно… Увидеться завтра? Я хочу… Поговорить. ⠀ — Смогу после семи. ⠀ — Подходит. ⠀ — О чём-то конкретном хочешь поговорить? ⠀ — Думаю, да. ⠀ — Тогда пойдём отдыхать, а завтра расскажешь. ⠀ — Да. ⠀ ⠀ Чимин снимал ботинки медленно, а пальцы не слушались, пока развязывали шнурки. Этот разговор словно отнял остатки сил, что он берёг для элементарных действий дома. ⠀ Переодевшись и упав на кровать, он знал лишь то, что с утра нужно сходить в душ. ⠀ И что завтра день будет ещё сложнее. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Ведь ничего не было. ⠀ Тогда, может, у Чимина нет повода терзать себя так. Может, у него есть хотя бы малейшее право посмотреть Юнги в глаза. ⠀ Может… ⠀ Вдруг он сможет утопить сжирающие мысли. Вдруг сможет закрыть глаза и хотя бы так не видеть картины, что рисует собственная фантазия. Фантазия, что рисует в подробностях, как Юнги с… ⠀ ⠀ «Хо» ⠀ ⠀ Чимин зажмуривается и быстро качает головой, словно это поможет заглушить воспоминания. ⠀ Вместо голоса мужчины Чимин слышит непривычное: ⠀ — Добрый день! Что для вас? ⠀ — Да, здравствуйте, — растерянно отвечает он и поднимает голову, рассматривая списки, которые читал всё время, что стоял в очереди. — Мне… ⠀ — Только сегодня появился сезонный флэт уайт с грецким орехом, — с улыбкой предлагает бариста. ⠀ — Думаю, это не подойдёт, — неловко говорит Пак. — Мне нужен лучший кофе. Без добавок. ⠀ ⠀ И чуть не произносит вслух: ⠀ «Кажется, от этого кофе зависит всё» ⠀ ⠀ — Хотите что-то мягкое или предпочитаете сильный вкус? ⠀ — Можно самую качественную арабику, что у вас есть? Это… Очень важно. ⠀ ⠀ Чимин смотрит на бариста с надеждой, что такой сорт точно найдётся за его спиной. И чувствует, как немного расслабляются плечи от бодрого: ⠀ — Конечно! Вам здесь или с собой? ⠀ — С собой, — чуть тише. — И можно один сезонный кофе с грецким орехом, пожалуйста? ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Чимин нёс два кофе так быстро, как только мог. Его шаги были непривычно маленькими. Он сам был непривычен для себя. Словно он по глупости одолжил собственное тело и сейчас им двигает кто-то совершенно неуклюжий. ⠀ Но это всё он сам. И Чимин знает, что его тела так надолго никому не нужно. ⠀ Пальцы согревались от тепла, что пропускали картонные стаканчики, но он всё равно ощущал мурашки. ⠀ Он так хотел, чтобы премиальная арабика сделала разговор легче. Так хотел, чтобы флэт уайт помог понять, что лучше сказать. Какие произнести слова, чтобы стало легче. Чтобы не потерять те крупицы, что есть у него сейчас. ⠀ И, помедлив перед самой входной дверью в квартиру мужчины, он так хотел всё исправить. ⠀ Хотел, чтобы не было никакого Хосока. Чтобы не было никакого Чонгука. ⠀ Хотел сохранить реальность, где есть лишь он и Юнги. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Нажимая на дверной звонок, у Чимина дрожали руки. ⠀ Переступая порог квартиры, у Чимина дрожали ноги. ⠀ Смотря на мужчину напротив, у Чимина дрожал голос сразу на несмелом: ⠀ — Привет. ⠀ ⠀ В голосе Юнги нет холода, лишь обволакивающее тепло, что коснулось лица Пака, как только он вошёл. ⠀ ⠀ — Привет, — с улыбкой встречает мужчина и берёт оба стаканчика, чтобы Чимин смог снять обувь. — Балуешь меня? ⠀ — Да это… Ерунда, — с нервной улыбкой отвечает он и наклоняется, потянувшись к ботинкам. ⠀ — Хорошо добрался? ⠀ ⠀ Тревога поглощает всё сильнее от бархатного голоса. От спокойного взгляда. ⠀ От того, что Юнги до сих пор учтив с ним. От того, что Юнги ещё не знает. От того, что Чимин ещё не решился рассказать. ⠀ ⠀ — Да, — снимая обувь и выпрямляясь. ⠀ — Тебе всё ещё нехорошо? — немного хмурясь и следя за тем, как Чимин расстёгивает куртку. ⠀ — Я… Уже всё нормально. И… Хочу извиниться за тот разговор по телефону, — чуть сжимая рукава снятой куртки. — Я ужасно вёл себя. ⠀ — Ты плохо себя чувствовал. ⠀ — Да, просто… Это же не оправдывает. ⠀ — Однако я не злюсь и не обижаюсь на тебя, — с успокаивающей улыбкой говорит Юнги. — Ты так тепло одет. С каких пор одеваешься по погоде? ⠀ ⠀ Чимин вешает куртку и проводит ладонью по своему плечу, закрытому свитером. И слегка наклоняет голову, чувствуя подбородком высокую горловину. ⠀ ⠀ — Да мёрзну постоянно, — парень пожимает плечами и всё ещё не подходит. ⠀ ⠀ Теперь Юнги выглядит обеспокоено. Теперь Чимин понял, что может замечать малейшие изменения в его мимике. ⠀ Но до дрожи во всём теле боится, что не сможет ответить на каждый вопрос мужчины. ⠀ ⠀ — Пойдём, — Юнги проходит на кухню и ставит оба стаканчика на стол. — Температуры у тебя, случаем, нет? ⠀ — Не… Не знаю, — и тут же старается исправиться: — Не думаю. Просто долго ждал автобус. ⠀ — Сегодня автобусы не придерживались расписания? ⠀ — Да, опоздал на несколько минут, — но холод по спине и бокам он всё же чувствует. От собственной лжи, — Кофе ведь остывает… ⠀ ⠀ Юнги подходит ближе и ласково проводит ладонью по плечу. ⠀ ⠀ — Ты ведь дрожишь, Чимин. ⠀ ⠀ Этот вдох был слишком шумным. Именно этот животный страх Чимин ощущал когда-то. Очень давно. Липкий, мерзкий, сковывающий. ⠀ ⠀ — Да это… Ерунда, ведь… ⠀ ⠀ Юнги аккуратно касается пальцами щеки Чимина. ⠀ ⠀ — Да ты же горишь… ⠀ — У тебя просто руки холодные, — врёт он и начинает отчётливо ощущать, как дрожит. ⠀ Как боится. Как до невозможного страшно даже вдохнуть. И выдать себя. ⠀ Чимин знает, что это за небольшой ящик. В прошлый раз Юнги доставал оттуда таблетки от головной боли. ⠀ ⠀ — Не надо, правда… ⠀ — Померь, пожалуйста, температуру, — просит Юнги, протягивая градусник. — Он чистый. Надо понять, нужно ли тебе выпить жаропонижающее. ⠀ — Т-только если выпьешь кофе. Пока не остыл. ⠀ ⠀ Чимин бы рассмеялся от того, как Юнги удивлённо приподнял брови. Чимин бы подметил это вслух. Если бы не бросил все силы, чтобы не уронить градусник из слабых пальцев. ⠀ Снизу. Нужно вести руку непривычно снизу. ⠀ Чимин делает короткий вдох, когда Юнги касается подписанного стаканчика. Чимин делает выдох ещё меньше, когда Юнги выпивает немного. И в этот момент быстро задирает свитер и прижимает градусник к подмышке. ⠀ ⠀ — Как? — торопливо спрашивает Чимин и слышит собственное тяжелое дыхание, словно он только что пробежал много километров. ⠀ — Вкусно, — Юнги ставит стаканчик на стол и бережно касается ладонью лба Чимина. — Спасибо за кофе. Только если ты плохо себя чувствовал, то стоило остаться дома и отдохнуть. ⠀ — Я… Нормально себя чувствую. Просто… Замёрз. ⠀ ⠀ Юнги вздыхает и аккуратно зачёсывает светлую чёлку к затылку. ⠀ ⠀ — Если у тебя высокая температура, то домой я тебя сегодня не отпущу. ⠀ — А вдруг я заразный… ⠀ ⠀ И Чимин пожимает плечами. Чимин, что прямо сейчас чувствует, как надвигается буря. Как собственные слёзы подкатывают так стремительно и беспощадно. ⠀ ⠀ — Чимин, — с заботой говорит мужчина и касается его спины. — Что-то случилось? ⠀ — В плане?.. ⠀ — Я беспокоюсь о тебе. И хочу помочь. ⠀ — Помочь… Чем? ⠀ ⠀ Чимин ощущает тёплую большую ладонь между лопаток. Ровное дыхание Юнги. Его взгляд. ⠀ ⠀ — Чем только смогу. ⠀ — Ничего такого… ⠀ — Если тебя что-то тревожит, то я рядом, м? ⠀ ⠀ И Чимин кивает. И проигрывает. Юнги. И самому себе. ⠀ Раз. Два. Три. ⠀⠀ Не получилось. ⠀ ⠀ — Не хочу давить на тебя, — переставая касаться Чимина. — И не хочу, чтобы тебе было сложно. Потому, если не смогу помочь сам, то найду того, кто может, хорошо? ⠀ — Мне кажется… Ты много надумал… ⠀ ⠀ Юнги видит, как Чимин слегка пошатывается. Видит, как его руки дрожат. Видит, как он часто, но поверхностно дышит. ⠀ Видит. Чувствует. ⠀ ⠀ Но говорит мягкое: ⠀ — Ты важен для меня. И не могу не беспокоиться о тебе. ⠀ ⠀ Видит, как Чимин приподнимает плечи. Видит, как Чимин до сих пор не поднимает взгляд. ⠀ ⠀ — Не думаю, что ты сейчас в порядке. Нет, не так. Я вижу, что ты не в порядке, Чимин, — наклоняя голову. — И ты можешь поговорить со мной, чтобы не нести это в одиночку. Вместе будет легче разобраться. ⠀ ⠀ Видит. И чувствует. Что-то совершенно неприятное, колкое. Как подбираются сомнения. ⠀ Раз. Два. Три. ⠀⠀ Вновь… Не получилось. ⠀ Звуковой сигнал градусника разбирает тишину. ⠀ Чимин так и не поднимает взгляд даже на грудь Юнги. Он лишь поджимает губы. ⠀ Было бы хорошо. Сошло бы. Если бы Чимин понял, насколько он важен для Юнги. Если бы понял, как сильно Юнги беспокоится о нём. ⠀ Если бы осознал это до того, как зашёл в квартиру. Если бы осознал ещё… ⠀ Если бы учёл, что у Юнги отменная реакция. Если бы учёл, что сам начал двигаться слишком резко. Если бы учёл, что со стороны это выглядит тревожно. ⠀ Рука Юнги на боку. Его взгляд, изучающий лицо. ⠀ И именно сейчас Чимин посмотрел на Юнги. Прямо в глаза. ⠀ Чимин оцепенело продолжает оттягивать горловину свитера и замирает с градусником у лица. ⠀ ⠀ — Чимин? ⠀ — Да?.. ⠀ — Мне показалось, что тебе… Стало плохо. Ты сильно побледнел. ⠀ — Да, я… Как-то… — Чимин моргает несколько раз и смотрит на градусник. — Видишь? Ничего нет. ⠀ ⠀ Чимин больше не ощущает ладонь на боку. Юнги больше не ощущает ладонью бок Чимина. ⠀ Но Юнги видит градусник с чёткими тридцать семь и три. ⠀ ⠀ — Наверное, я мог ещё не отойти от того дня, — нервно начинает Чимин. — Возможно, что-то было не то с алкоголем… Или же не стоило вообще так напиваться. Глупо вышло… ⠀ ⠀ Чимин смотрит, как мужчина кладёт градусник на стол. И поворачивается. ⠀ Юнги никогда не смотрел на него так. Пристально. С дымкой потерянности. ⠀ Но именно сейчас не сразу понял, почему Юнги больше не смотрит на лицо. ⠀ И Чимин может спросить только: ⠀ — Что… Такое? ⠀ ⠀ И может только ожидать все те секунды, что кажутся нескончаемой временной петлёй. Может видеть, как Юнги хмурится. Как напрягает губы. ⠀ Как… Словно решается. ⠀ ⠀ Чимин хочет узнать. Хочет обезопасить. Выиграть хотя бы минуту. ⠀ ⠀ Но слышит стальное: ⠀ — Покажи шею. ⠀ ⠀ Чимин застывает в ужасе, а Юнги повторяет требовательнее: ⠀ — Покажи свою шею. ⠀ ⠀ Произнесено чётко каждое слово. Чётко настолько, что каждая согласная выбивает те капли сил, что остались. Что сжимает горло, скрываемое таким ничтожным клочком ткани. Таким же ничтожным, как и сам Чимин. ⠀ Чимин теряется. Не понимает, как двигать телом. Как открыть рот и попытаться сказать хотя бы что-то отвлекающее, чтобы дать себе время подумать. ⠀ Чимин утопает в собственном страхе, сотканным из голоса Юнги. ⠀ Он не успевает что-то сказать. Что-то сделать. Не успевает даже ухватиться хотя бы за одну мысль в этом сумасшедшем потоке паники. ⠀ Чимин успевает лишь понять, что Юнги подошёл близко. Очень близко. Но не успевает понять, как двигаются его руки. ⠀ Чимин лишь успевает ощутить, как Юнги оттягивает горловину свитера. И кажется, сердце перестаёт биться. ⠀ Чимин пытается. Изо всех своих маленьких сил. Сжимает своей маленькой ладонью запястье Юнги. ⠀ Но ни один его маленький палец не мешает увидеть ещё три засоса и два еле видных укуса, ближе к груди. ⠀ Юнги сильный. Чимин даже не знал насколько. Ведь он… Никогда не применял к нему силу вот так. ⠀ ⠀ Ничего не мешает Чимину расслышать в оглушающей тишине хриплое: ⠀ — Уходи. ⠀ ⠀ Лишь через несколько секунд Чимин понимает, что это было растерянным. Было тихим. ⠀ Чимин не знал, что голос мужчины может звучать так. Чимин не знал, что он может стоять и испуганно смотреть на мужчину. ⠀ Но начинает осознавать откуда этот панический страх, затыкающий рот. ⠀ ⠀ — Юнги… ⠀ — Я серьёзно, — говорит мужчина и разжимает напряжённые пальцы. — Уходи. ⠀ — Но я... Подожди… ⠀ ⠀ Мысли сложно уловить, словно через самую солёную воду. Юнги глубоко вдыхает и медленно выдыхает. И Чимин видит, как мужчина хмурится. Видит каждую мимическую морщинку. ⠀ ⠀ — Не поэтому ли ты в тот вечер не отвечал на мои звонки? — Юнги открывает глаза и спрашивает у самого себя, уже зная ответ. — И сообщения? ⠀ — Юнги, стой… Стой, подожди… ⠀ Раз. Два… ⠀ ⠀ Чимина так легко поймали. И припёрли к стене. Больно. Обидно. Мерзко. ⠀ ⠀ Но Чимин видит не спокойный взгляд Юнги. И ни один их тех привычных выражений, что он наблюдал уже так много раз. ⠀ Ещё никогда Юнги не выглядел так шокировано. Никогда не смотрел в одну точку так долго. ⠀ Чимин протянул руку, чтобы коснуться мужчины, но тот сделал шаг назад. Отшатнулся, не поднимая взгляда. ⠀ Словно Чимин — последний человек, которому он позволит дотронуться до себя. ⠀ И в эту долю секунды Чимин осознал, что готов просить прощения. Минутами, часами, ночами. Шептать жалобное: «прости». ⠀ Ведь… ⠀ ⠀ — Юн… ⠀ — Нет. ⠀ — Нет, ты... Дай мне… ⠀ — Чимин! ⠀ ⠀ Чимин вздрагивает так неожиданно для себя. Он не знал, что голос Юнги может звучать так. Он его ещё никогда не повышал. ⠀ ⠀ — Я ведь уже сказал! ⠀ ⠀ И Чимин задаётся режущим вопросом: «Что же он... На самом деле натворил?..» ⠀ ⠀ — Ты… — отходя ещё на пару шагов от парня. — Уйди. ⠀ ⠀ У Чимина так быстро и сильно бьётся сердце, что ощущается в горле. Как же душно. ⠀ ⠀ — Нет… — неуверенно начинает Пак. — Почему ты выгоняешь меня, после того… ⠀ ⠀ Голос ломается слишком внезапно. Как и накатывает волна обжигающего гнева. ⠀ ⠀ — После того, как сам встречался с ним?! ⠀ — Я делал что? — Мин прищуривается в непонимании. ⠀ — Хочешь сказать… Не так?! Думал, если я имени не знаю, то всё в порядке?! ⠀ — Какого ещё имени?! ⠀ ⠀ Обида царапает. А чувство вины проводит самим лезвием там, где сейчас ощущается сердце. Осколки надежды на то, Юнги — в самом деле его человек, ранят маленькие пальцы, которыми Чимин собирал каждый кусочек. ⠀ ⠀ — Намджун! Мне всё сказал Намджун! — чужое имя не вызывало чувств, но сорвавшийся собственный голос зацепил. — Почему ты мне ничего не сказал?! Какого чёрта ты сам говорил, что мы только вдвоём, а сам… Сам… ⠀ ⠀ Юнги не успевает ответить. Чимин не может слушать. ⠀ ⠀ — И много у тебя таких?! Таких глупых и наивных, как я?! — Чимин не вытирает слёзы, которых так резко стало много. — Я тебе верил! Каждый… Раз… ⠀ — Что ты… ⠀ — В тот вечер! Ты сказал, что вы близки… И… Почему ты ведëшь себя так, если тогда… С ним, — сжимая кулаки. — С этим Хосоком… ⠀ ⠀ Вот теперь зацепило и чужое имя. Чимин не ожидал, что сочетание букв сможет заставить его сжать зубы, чтобы не завыть от раздирающей боли. ⠀ ⠀ — Что тебе сказал Намджун? — голос до сих пор хриплый, но теперь и растерянный. ⠀ — Пошёл ты… Пошёл ты к чёрту… ⠀ ⠀ Юнги не видел, как Чимин споткнулся о свою же обувь. Не видел, как Чимин не надел куртку, а схватил и небрежно смял её. Не видел, как Чимин спешил выйти. ⠀ Потому что остался на кухне. И не сделал и шага, чтобы последним увидеть не лицо парня в слезах, а хотя бы его спину. ⠀ Гнетущее чувство мерзко расползалось от ключиц. Во все стороны. Медленно. Так, чтобы Юнги чувствовал каждый миллиметр. ⠀ Такое он уже ощущал. Смесь голода до головокружения и изводящей жары внутри каждый мышцы. Но Юнги уже ел. И не так давно проветривал комнаты. ⠀ Он смотрел на стакан, из которой Чимин не сделал ни единого глотка. И видит не крашеный картон, а влажное от слёз лицо. ⠀ Теперь он слышит не крик Чимина, а тишину. ⠀ ⠀ Юнги осознавал себя заторможено. Сперва он смог почувствовать ладони — горячие. Пошевелив пальцами, захотелось пристыдить себя, что для такого простого действия ему потребовалось так много сил. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Чимин знает: ему не справиться, если он не откроет бутылку крепкого джина. Знает, что не справится, если не станет пить, даже не достав на еду. Знает, что повержено заливает свою злость и желание разнести всё вокруг. ⠀ Он не звонит Тэхёну не потому что не хочет беспокоить. Хочет. Услышать его. Очень хочет. ⠀ Он не звонит Тэхёну не потому что неправильно отрывать его от другого человека. Сейчас он бы себе такое спустил. ⠀ Чимин не звонит и даже не начинает набирать сообщение, потому что у Тэхёна с тем человеком всё хорошо. Потому что у друга глаза меняются, когда говорит о нём. О человеке, чьего имени Чимин даже не знает. И никогда не спрашивал. ⠀ Потому что Чимина разорвёт так, что будет не собрать. Лишь от вида кого-то счастливого. ⠀ Чимина разорвёт, если Тэхён хоть раз при нём посмотрит на новое сообщение. ⠀ Потому что в их паре всё хорошо. ⠀ Потому что у Чимина хорошо не бывает. ⠀ Он не знал, что завистлив. Не знал, что настолько жалок. Не знал, что не настолько достоин всего того, что имел. И частичек того, что ещё осталось. Хрупкого. ⠀ Сейчас Чимин держит в руках не бутылку. А то, что он может сберечь. Лишь это. Кусок стекла с этикеткой. ⠀ Это в его силах. Швырнуть и разбить или же продолжить держать. ⠀ ⠀ — Это же… ⠀ ⠀ Чимин закрывает глаза. Усмехается и чувствует, как каждая нота в голосе звучит до ужасного ничтожно. И знает, что это не из-за того, что он сидит на холодном полу. ⠀ Он зачем-то возвращается мысленно туда. В ту минуту. Говорит Юнги много обидных слов. Но легче не становится. ⠀ В несуществующей сцене он кричит так громко, что начинает давить в висках. До срыва голоса. Чтобы каждое слово ударило Юнги. До нехватки воздуха, потому что он перестаёт вдыхать. ⠀ Но легче не становится. ⠀ Ещё один глоток джина отвратительный. Душащий, обжигающий. ⠀ Чимин морщится, но глаза не открывает. И возвращается в ту минуту вновь. Представляет, как спокойно говорит с Юнги и обнимает его. Как говорит, насколько ему важны их отношения. Как хочет поговорить о них. ⠀ Как честно признаётся сколько сообщений видел и как переживал из-за них. Как старается сдержать слёзы, а Юнги… ⠀ Успокаивает его. Называет так ласково, что щемит где-то в груди. Невыносимо. ⠀ Чимин почти слышит его голос. ⠀ Представляет, как Юнги что-то долго объясняет, как говорит, что их отношения важны для него тоже. Чимин не придумывает объяснений, не придумывает и слов, что преподносит ему Юнги. Он лишь понимает смысл, потому что не знает, как это всё можно объяснить. ⠀ Он нажимает большим пальцем на указательный и снова не чувствует прохладу от кольца. Чимин даже не помнит где оно. ⠀ И не понимает как из этого вообще можно выбраться без разбитого сердца. ⠀ Представляет, как они мирятся. Как обнимают друг друга. ⠀ Представляет, что ему спокойно. ⠀ И чувствует расщепление. Безжалостное. Настоящее. ⠀ И делает ещё один глоток, что не согревает, а расщепляет ещё больше. Чимин не хочет открывать глаза. Не хочет видеть, что в его руках лишь кусок стекла с этикеткой. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ — Ты выпил? — слышится из динамика телефона. ⠀ ⠀ Чимин встряхивает наполовину пустую бутылку и со смешком отвечает: ⠀ — Да. ⠀ ⠀ Чимин бездумно ходит от одного угла комнаты к другому и пьяно выдыхает. ⠀ ⠀ — Так что? — нетерпеливо спрашивает Пак, чуть сильнее сжимая телефон. ⠀ — А никто против не будет? ⠀ — Я один. ⠀ ⠀ Стыдно. Чимин не умеет справляться трезвым. И один он не умеет справляться тоже. ⠀ ⠀ — Оу, тогда да, — и добавляет для убедительности: — Да, конечно, приеду. ⠀ ⠀ Чимин пишет адрес и пошатывается, стоя на одном месте, пока комната непонятно двигается. Теперь не так стыдно. ⠀ ⠀ Чимин целует Чонгука прямо с порога, не давая снять массивные кроссовки. Целует смазано, торопливо. ⠀ ⠀ — Чем я такой приём заслужил? — спрашивает Чон с улыбкой, придерживая Чимина за талию. ⠀ — Хочешь комплиментов? ⠀ — Хочу, — чувствуя, как Чимин расстёгивает и стаскивает с плеч куртку. — Есть ещё выпивка? ⠀ ⠀ Чимин понимает, что раздевает Чонгука. Пока пусть безобидно. И отходит, давая воздух в первую очередь себе. ⠀ Смотрит, как Чонгук аккуратно вешает куртку и ставит кроссовки на самом краю входного коврика. Какой скромный. ⠀ ⠀ И наконец отвечает: ⠀ — Есть. Есть ещё много. ⠀ ⠀ Чимин согласился заказать доставку. И на то, что Чонгук всё оплатит. Пусть. Чимин вспоминал первые ночёвки у Тэхёна, когда они только начинали сближаться. Тогда они тоже сидели до глубокой ночи с вкусной едой. ⠀ Но в те дни они не пили. И не закрывали свою боль чужим присутствием. ⠀ А Чимин пьёт. Закрывает. Хвалит доставку и снова пьёт. Пусть. ⠀ Завтра его точно ждёт головная боль. И ему хватило лишь подумать об этом. ⠀ ⠀ «Сейчас уделить тебе нужного внимания я не смогу» ⠀ ⠀ Хватило лишь… ⠀ ⠀ «Обычное дело, просто разболелась голова. Скоро пройдёт» ⠀ ⠀ Чимин не собирался это вспоминать. ⠀ ⠀ «Пойдём полежим» ⠀ ⠀ Он не собирался снова вести себя по-скотски. Но хватило лишь взгляда на Чонгука. Сейчас в его больших глазах отражается всё, что происходит в фильме. ⠀ А в глазах Чимина отражается сам Чонгук. И на кончике языка всё ощущается вкус джина. И Чимин хочет от этого избавиться: ⠀ — Может, полежим? ⠀ ⠀ Чонгук соглашается и на это. Даже с улыбкой. Говорит, так смотреть будет даже удобнее после целого дня. ⠀ Но Чимин слишком пьян. И не смотрит этот дурацкий фильм уже минут десять. Кому он вообще нужен. Этот фильм. Да и сам Чимин. ⠀ ⠀ Он хмыкает слишком громко, а Чонгук наклоняется, спрашивая совсем близко: ⠀ — Ты как? ⠀ — Я… — Чимин закрывает глаза и приподнимает брови. — Кажется, я слишком пьяный. ⠀ ⠀ Чимин улыбается неловко. Поддельно. ⠀ Но Чонгук верит. Обнимает даже. Пусть. ⠀ А Чимин уже не вслушивается в реплики актёров. Он лишь всматривается в темноту внутри себя. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Мин не может понять, это дискомфорт оттого, что ему не признались прямо, а он сам поймал. Или же это и есть боль. Мужчина уже почти смог забыть, каково беспокоиться о будущем отношений, дорожить человеком настолько, чтобы желать делать его счастливее. Каждый день. Каждое мгновение. ⠀ С трепетом ждать встречи. На расстоянии вспоминать о том, кто греет сердце. ⠀ Но осознаёт, что точно вспомнил. Незаметно для себя. ⠀ Юнги хочет легко ухмыльнуться, но не получается. Вместо этого он подносит бокал к губам, считая себя таким глупым. Дожил до такого возраста, но до сих пор оставляет место наивности и слепой вере. ⠀ ⠀ И всё же, это больно. Это сделал Чимин. ⠀ Его Чимин. ⠀ ⠀ Юнги давно не брал выходной. Давно не позволял себе весь вечер ничего не делать. Не позволял наливать виски без мыслей о работе. ⠀ Не позволял себе желать поговорить с кем-то, ощущая поддержку. ⠀ Утешить его некому. Юнги уже давно объяснил это себе. Уже давно не открывал контакты, чтобы набрать номер в моменты бессилия. Уже давно сделав свой выбор, совершил его и за других. ⠀ ⠀ Уже второе сообщение Юнги оставляет непрочитанным. Видит его через всплывающее оповещение. Но не открывает. ⠀ На третьем он раздражённо выдыхает. ⠀ ⠀ 23:14 Неизвестный номер: Это я к тому, если Вам требуются модели, то с удовольствием приеду ⠀ 23:15 Неизвестный номер: И я видел рядом с Вами незнакомого мне парня. Он очень красивый. И я совсем не против, если буду вторым И если быть честным, то не против быть и третьим Вы ведь это знаете? ⠀ ⠀ Как же ему надоело. ⠀ Увидев входящий звонок, Юнги не напрягся. Не начал волноваться. Лишь устало прикрыл глаза, принимая вызов. ⠀ ⠀ — Вы же ещё не спите, правда? ⠀ — В начале разговора обычно здороваются. ⠀ — Ох, это… И правда, — он заливисто смеётся и проговаривает: — Здравствуйте. ⠀ — И время тебя не смутило? ⠀ — Так Вы… Редко спите в это время. По крайней мере так было раньше. ⠀ — На «раньше» больше не стоит опираться, — холодно отвечает мужчина. — Я не давал тебе разрешения звонить мне так поздно после того, как мы с тобой всё закончили. ⠀ — Мне надо спрашивать разрешение каждый раз? ⠀ — Прошёл не один месяц с прошлого раза. ⠀ — Я слишком самоуверен? — спрашивает с улыбкой, вспоминая, что Юнги всегда требовал дисциплину. — Простите, я не подумал. Совсем не подумал. ⠀ — В следующий раз подумай, — Мин смотрит на приоткрытую дверь в спальню. — Я не даю тебе разрешения писать или тем более звонить мне, когда тебе вздумается. ⠀ — Так мне… Придерживаться расписания? До шести вечера могу с Вами связываться? ⠀ — Не можешь. Я не нуждаюсь в моделях или сабах. ⠀ — Вы… Категоричны. ⠀ — Я был услышан? ⠀ ⠀ Парень молчит с минуту, а Юнги понимает, что это стоило сделать раньше. Не жалеть его. А пожалеть в первую очередь себя. ⠀ ⠀ — Я думал… ⠀ — Пожалуйста, оставь попытки связываться со мной по таким вопросам. ⠀ — Ладно, сейчас нет, а потом? Через месяц? Вы же знаете, что я подожду. ⠀ ⠀ Юнги закрывает глаза в нежелании продолжать разговор. В нежелании находиться в этом моменте. ⠀ ⠀ — Согласен, звонок был лишним, теперь я это понимаю, — он говорит мягче, в той же манере, когда извиняется. — Я никак не хотел Вас расстроить… ⠀ — Ты можешь приехать в клуб и записаться в модели, — объясняет Юнги спокойно. — Кроме того, будут Домы, которые захотят тебя. ⠀ — Но я не хочу других. Я хочу Вас. ⠀ — Я уже сказал, что никого не ищу. И если ты продолжишь упрашивать, то я начну терять терпение. ⠀ — Вот же… Вы стали ещё строже, — с восхищением говорит он. — Тогда можно попросить? ⠀ — Можно. ⠀ — Если понадобятся модели или… Или компания на любой из вечеров, то Вы сможете дать мне знать? ⠀ — Договоримся так. Но скажу сразу, что в ближайшее время этого не произойдёт. ⠀ ⠀ Юнги слышит, как парень довольно хмыкает. И слова, которые точно произносит с улыбкой: ⠀ — Буду ждать, — и почти не делая паузу. — Как будто я опоздал. Даже немного обидно. ⠀ — Доброй ночи. ⠀ ⠀ Юнги нажимает на красный значок и задумывается на несколько секунд. ⠀ Он знает, что этот парень будет согласен почти на всё. Быть не только вдвоём. В одном месте и в одно время. Он умеет делиться вниманием с другими нижними. Он даже не ревнив. Помнит. Хорошо помнит. ⠀ Но Юнги не льстит это внимание. И это то, от чего он всё же усмехается. ⠀ Усмехается потому что не хотел обидеть его, а потому, не отказывал так резко. Но в итоге и не обидел. В итоге всё это время он вредил лишь себе в желании не задеть других. ⠀ Не одного лишь звонящего. Каждого отправителя подобных сообщений. ⠀ ⠀ И Юнги понимает, что в тот самый вечер, когда он позволил себе быть отстранённым с Хосоком. В вечер, когда сказал то, что точно задело Хосока. ⠀ В тот самый вечер Чимин позволял себе много больше. И кому-то ещё. ⠀ Первые встречи Юнги готов был разочароваться. Понять, что парень попробовал что-то новое и с него хватит. Увидеть в его взгляде нерешительность. ⠀ После того, как Юнги не увидел похожего на то, что ожидал, даже захотелось подумать о расслаблении. О том, чтобы отпустить мысли и эмоции. ⠀ Юнги ловит себя. Набрасывает сеть из прочной лески на бестолкового себя. И усмехается, вспоминая себя. ⠀ Осознаёт, что вспоминает не Чимина на коленях, а то, как его руки нежно обнимали. Что вспоминает не мгновения оргазма парня перед собой, а мягкие поцелуи. Вспоминает несмелый взгляд и смущённую улыбку. ⠀ Вспоминает то, на что не стоило обращать так много внимания. К чему не стоило проникаться. К чему не стоило привязываться. ⠀ Осознаёт, что уже с минуту крутит между пальцев забытое Чимином кольцо. Осознаёт, что не равнодушен к факту, что у него есть одна причина написать Чимину. ⠀ Осознаёт, что собственными руками затягивает сеть так, чтобы выбраться можно было только разрезав каждую нить. ⠀ ⠀ Возможно, они ещё поговорят. Возможно, Юнги сможет хотя бы написать Чимину. Возможно. ⠀ ⠀

***

⠀ ⠀ Лёжа в кровати после горячего душа, Юнги касался губ пальцами. И не мог вспомнить момент, с которого он запомнил, как ощущаются губы Чимина. Не мог вспомнить, когда для него это стало так важно. ⠀ Лёжа в постели, Юнги закрывал лицо предплечьем, хотя знал, что дома никого нет. ⠀ Лёжа в постели, Юнги ощущал неприятную влагу, скользящую по вискам. ⠀ Лёжа в постели, Юнги засыпал один. ⠀⠀ ⠀⠀

***

⠀ ⠀ Когда-нибудь они встретятся вновь. Как только безжалостно перережут сдерживающие нити, сотканные из сердечных вен. ⠀ Однако предположения не могут стать гарантией. Гарантия не может быть абсолютной. Абсолюта не существует, как бы этого не желали человеческие сердца. ⠀ Такие хрупкие человеческие сердца.