Наказание за преданность

Не мог себе представить, что когда-нибудь смогу полюбить. По-настоящему. Единственными людьми, которые любили меня и которых любил я, были родители. Их любовь ко мне была настолько сильна, что они убили ни в чем не повинную девочку, которая просто случайно раскрыла моё место положение. Они лишились крыльев. Лишились жизни. За любовь ко мне. Веками я был один. И в теле Бонта. И в сущности Маля. Никого не интересовало, что у меня на душе. Меня просто бессовестно разделили на две сущности. С этого момента я прочувствовал в полной мере всю несправедливость окружавшего меня мира. Дети не должны такое чувствовать… Никого это не волновало… Кроме одной единственной светлой души. Которая буквально спасла меня. Спасла от тьмы, пожирающей изнутри. Стала маяком в огромном океане ненависти и боли. Девушка, подарившая мне жизнь. Научившая меня жить. Радоваться обычным глупым мелочам. Первый снег, первая ёлка, взбитые сливки, домашняя пицца, соседский щенок, догонялки по среди ночи на пустующих улицах, корица в кофе, картинные галереи, кусты роз, её минутные набрости, выходные, минуты проведённые дома в тишине и в объятьях друг друга… Она спасла Небеса от меня. Спасла друзей от меня. Спасла меня от самого себя… И разве я мог представить, что смогу когда-нибудь полюбить кого-то так же сильно, как её?!

…

Время на Земле течёт невероятно быстро. Зима сменяется весной, а та летом. Примерно год назад мы пали с Небес. За 365 дней моя жизнь перевернулась вверх дном. Да и я сам изменился. Ночные кошмары не покинули меня. Хотя стали появляться гораздо реже. И перестали быть кошмарами. Скорее просто особенными снами. Самое удивительное, что в остальное время обычных снов я никогда не видел. Словно эта такая маленькая деталь, отличавшая бессмертных от людей, осталась со мной даже здесь. В конце лета Вики устроила мне сюрприз. Мы отмечали мой день рождения. На Небесах нет такой традиции, время там течёт совсем по-другому. И я понятия не имел, когда по земным меркам я родился. Поэтому Вики решила, что день нашего падения станет моим днём рождения. И она была как никогда права. Я действительно словно снова родился. Для меня в тот день началась совершенно новая и такая удивительная жизнь на Земле. Словно второй шанс. За это время мы успели обзавестись друзьями и людьми, максимально приближенных к такому названию. Пит и Кейт уже несколько месяцев жили вместе на тот момент. И так странно, что меня это радовало. Ранее я никогда не испытывал такого счастья за других людей кроме Вики. Этих двух влюблённых и других наших друзей Вики позвала к нам в дом. Мы впервые устроили барбекю у нас во дворе. Я видел такое в фильмах, которые мы смотрели с Вики вместе, но и представить себе не мог, как это может быть здорово. Я помогал Питу с мясом. Он готовил просто прекрасные стейки. В его сторону поступила не одна шутка про то, как у него отлично получалось нарезать говядину. Было много еды, много напитков. Светило солнце. Всем вокруг было невероятно весело. Я видел, как моя любимая женщина общается с подругами и улыбается. Хотелось смотреть на неё вечно. - Ну что, друг, - вырвал меня из размышлений Пит, - Так а когда вы планируете свадьбу. Что-то пора бы уже, - с ехидной улыбкой произнёс он. - Мы с Вики решили пока отложить. Сначала одни заботы. Потом другие. – и я вновь устремил своё взгляд на мою беременную любимую. Пит последовал моему примеру и мягко улыбнулся. - Что ж… Придётся, видимо, устраивать ещё один мальчишник. Мы оба засмеялись. Пит за это время стал для меня очень близким другом. Не мог подумать, что мои сердце и душа готовы впустить в мою жизнь так близко ещё одного человека. Но, видимо, Вики была права, когда говорила, что из меня получился лучше человек, чем мы оба могли представить. И речь шла не о хороших человеческих качествах, а о способности быть человечным. Совершать ошибки. Быть одинаково и демоном, и ангелом. Привыкать к традициям и к быту. Вечером, когда все разошлись, мы с Вики прибирались во дворе и в доме. Несмотря на то, что я уже несколько раз сказал ей оставить всё и идти отдыхать, она продолжала мне помогать. В какой-то момент выбросив очередной стаканчик в мусорный пакет, она выпрямилась и глубоко вздохнула. - Ладно… Так уж и быть. Пойду отдыхать. – мы переглянулись и улыбчивыми глазами уставились друг на друга, - но ты идёшь со мной. Завтра всё доубираем. Мусор никуда не сбежит. - Она сделала ко мне шаг и, нежным движением взяв за руку, повела в дом. По дороге я выключил освещение во дворе и закрыл дверь. Мы поднялись в нашу спальню. Уже больше полугода это была наша спальня. Вторую, ранее спальню Вики, мы переделали под детскую. Мы уселись на кровать, облокотившись спинами на подушки и просто сидели в обнимку и обсуждали сегодняшний невероятный день. - Не знаю, сколько раз за всё это время я тебе это говорил… Спасибо… - Нуууу… Я думала ты скажешь «Я тебя люблю» - лукавым взглядом посмотрела на меня Вики. Её губы расползлись в широкую улыбку. - Моё спасибо всегда подразумевает «Я тебя люблю». Все мои действия подразумевают «Я тебя люблю». – Вики рукой легонько взялась за мою шею, подтянув к себе для поцелуя. Удивительно, как в такой боевой и сильной женщине может быть столько нежности. Отстранившись от её губ, но оставив между нашими лицами всё так же мало расстояния, я тихонько прошептал: - Я… люблю… тебя… - Вики подарила мне ещё один лёгкий поцелуй, после чего сильнее прижалась к моей груди. Я положил руку на её живот. Такое уже обычное для меня действие, но последнее время я делал это всё чаще. Ведь теперь я мог почувствовать это маленькое чудо, которое толкалось изнутри. И вот сейчас. Лёгкое движение, коснувшееся меня со стороны её живота. Вики захихикала. - Такой же воин. Как папа. - Папа… Как же это чертовски странно звучит. Я никогда не представлял себя в роли отца. Что если из меня получится плохой отец. Я уже и не помню, как меня воспитывал мой. Это было так давно. И так мало времени проведено вместе с ним… - Маль. Посмотри на меня. – я перевел взгляд на эти два голубых омута, похожих на океаны, в которых я тону каждый раз, смотря на неё, - Из тебя получится самый замечательный отец на свете. Посмотри на нас. На себя. Наш сын ещё не родился, а ты так его уже любишь. Этому не надо учиться. Это придёт само. Это как инстинкт. И то, что ты так за это переживаешь уже доказывает, что ты будет замечательным родителем. Она положила свою ладонь сверху на мою, лежащую у неё на животе. - Интересно… На кого он будет больше похож. В смысле характером. - Хочется верить, что он не унаследует мой характер. А то тяжко нам придётся. – Вики захихикала, - Но если честно. Я не знаю почему. Но я точно уверен, что он будет таким же сильным и чистым как ты. Вики повернула на меня голову, посмотрев самым нежным взглядом, на который была способна. Уголок её губ приподнялся. - Он унаследует это у нас обоих. … Дни летели. Вновь наступила осень. Была ночь. Я резко поднялся на кровати, проснувшись от очередного, окутавшего меня с головой, вещего сна. Осознав увиденное и стерев с лица капельки холодного пота, который посещал меня каждый раз во время такого сна, я аккуратно встал с кровати и начал собирать вещи. И вот когда я закрыл последнюю сумку, я услышал громкие вздохи. Вики проснулась и сильно сжалась от боли. - Мальбооонте! - она крикнула, чтоб меня разбудить, но я уже подбежал к ней с её стороны кровати, - собери быстро вещи, - немного запыхавшись от резкой боли сказала Вики, - кажется, у меня схватки. - Я знаю, любимая. Всё уже собрано. - Как ты… - она быстро поняла в чём дело и закатила глаза, но потом резко скрутившись в калачик от очередной порции боли, - твои сны… - она несколько раз быстро вздохнула, - сведут меня с умаааааааааа, - Вики снова закричала. Я аккуратно подхватил её на руки и понёс в машину. Месяца два назад я получил права. Вики настояла, но и я в общем-то был не против. Положив её на заднее сиденье, а затем сбегав за сумками, я быстро сел за руль и поехал в сторону больницы. - Маааааль, пожалуйста, быстрее! – она уже срывалась на крик. - Да-да, я знаю, я еду настолько быстро, насколько могу, потерпи немного, мы почти на месте. - О чеееееерт! - Милая, ну что ты опять Сатану приплетаешь, - мне казалось, сарказм это единственное, что может сейчас разбавить обстановку в машине. - Знаешь что! Я посмотрела бы на тебя, если б ты рожал! – я только засмеялся и вжал педаль газа ещё немного сильнее. За все время беременности Вики я выслушал огромное количество несвойственных ей фраз и слов, сопровождающихся необъяснимым гневом или из ни откуда взявшимися слезами. Та ночь была невероятно долгой. Очень много криков Вики. Много суеты с акушерками и врачами. Но та ночь закончилась для нас обоих самым невероятным чудом в моей жизни. Знакомством с нашим сыном. Вики, вся растрёпанная и мокрая от пота, держала в своих руках маленькое создание. Она смотрела на него самыми влюблёнными глазами на свете. Я стоял около неё, как вкопанный, не зная, что мне делать. Всё тело онемело, когда я увидел его. Просто невероятно. Все родители наверняка так говорят про своих детей. Но я смотрел на невероятно красивого ребёнка в руках самой красивой женщины на свете. Его волосы были чёрные, как смоль. А глаза голубые, как океан. Вики посмотрела на меня с улыбкой и дала на руки нашего сына. Маленькое хрупкое создание практически помещалось в одну мою руку. Я держал его с таким трепетом. Я чувствовал грудью его тепло. Малыш уснул у меня на руках. Как же он был похож на Вики. Я легким движением руки самым кончиком пальца прошелся по его гладкой розовой щеке. Он никак не отреагировал на моё касание, только сделал глубокий вдох. Я не сдержал улыбки. Такой сильной и искренней, что к глазам подступили слёзы. Мой сын. У меня на руках мой сын. Джек. Сегодня родился мой сын Джек. Это был один из самых невероятных моментов в моей жизни. Такой необычный ребёнок с таким самым простым человеческим именем.

…

Через пару недель, когда и Вики, и наш малыш были дома, мы позвали в свой дом гостей. Снова знакомые лица. Восторженные и влюблённые взгляды. Улыбки, подаренные нашему сыну. Все по очереди рвались подержать его на руках. Раньше я не понимал, почему люди так этого хотят. Пока впервые не взял на руки это крохотное существо. Вечером, когда уже все гости разошлись, мы услышали стук в дверь. Мы с Вики переглянулись. Но я решил, что кто-то из гостей просто что-то забыл. Открыв дверь, я уставился в два ярких красных, словно жерла вулканов глаза. Из-за бордовых рогатых крыльев выглянула брюнетка и уставилась на меня своими улыбающимися серыми глазами. - Впустишь? – настороженно, не пряча своего обычного надменного взгляда, спросил демон. Я только сделал шаг назад, впуская шайку бессмертных на порог моего дома. После Люцифера в дом зашла Мими и крепко меня обняла. - Поздравляю, - шепнула она мне на ухо. Когда первое удивление прошло, я так же обнял её в ответ. Расцепив объятия, я услышал восторженные возгласы Вики, давно не видевшей своих друзей. Вслед за Мими в дом зашёл Дино. Остановившись напротив меня, он немного расслабил своё напряженное лицо, постаравшись мягко улыбнуться, и протянул мне руку. Мы пожали руки и я так же ответил ему скромной улыбкой. Мими уже держала на руках Джека, гуляя с ним по гостиной. К ней медленно подошёл Люцифер и уставился на мальца. Его лицо посетила редкая искренняя улыбка. Возможно, Вики она была знакома, но я никогда не видел его таким. Джек уставился на демона, но потом перевёл взгляд немного в сторону. Он поднял свою маленькую ручку и пальчиком дотронулся его багровых пышных крыльев. Крылья Люцифера слегка встрепенулись от неожиданного прикосновения, но он позволил малышу зарыться в них всей рукой. - Он нас видит. Наши истинные облики. Наши крылья. – с удивлением и восхищением в глазах произнесла Мими. Мы с Вики переглянулись. Буквально вчера мы обсуждали, стоит ли когда-нибудь рассказать нашему сыну нашу историю. Будет ли он знать о существовании ангелов и демонов. Или он будет просто иногда по ночам слушать сказку про полу-ангела полу-демона и самую сильную Непризнанную на Небесах. Если бессмертные продолжат посещать нас с Вики, никаких сказок и объяснений даже не понадобится. Следующим Джека на руки взял Дино. Казалось, он сделал это так умело. Словно у ангелов в крови какие-то отцовские инстинкты. Хотя отец Дино и не славился своими. В какой-то момент Дино улыбнулся «во все тридцать два», продолжая смотреть на мелкого. Через какое-то время он сделал пару шагов к Люциферу и многозначительно на него посмотрел. Люцифер вдруг поняв, что от него хочет ангел, попятился назад, поставив перед собой руки. - Я… Мне и смотреть нормально… Я и отсюда всё вижу. К нему сзади подошла Вики, положив руку ему на плечо, из-за чего он немного расслабился. - Он не кусается, Люцифер. – с ехидной, но в то же время нежной улыбкой сказала Вики. Но в глазах Люцифера не появилось сильного желания. Казалось, даже когда Дино передавал ему малыша, он всё ещё пытался пятиться назад. Но в тот момент, когда ребёнок оказался в его руках, он словно растаял. Надменность, презрение, присущие его обычному взгляду, моментально куда-то улетучились. Он немного неловким и растерянным взглядом смотрел на Джека, который с таким же интересом разглядывал его серьёзное лицо. Между ними словно образовалась какая-то незримая связь. И сейчас я, тот, кого Люцифер когда-то ненавидел больше всех на свете, и тот, кто так же сильно ненавидел сына Сатаны, смотрю на этих двоих и восхищаюсь тем, как они заинтересованно смотрят друг на друга. Через какое-то время бессмертные покинули наш дом. Последний уходил Люцифер. У самого порога он остановился и повернулся ко мне, стоящим у него за спиной. - Поздравляю, Мальбонте. У тебя замечательный сын. – он сказал это как угодно, но только не с презрением. Я почувствовал искренность его слов. Я быстро кивнул и протянул ему руку, которую он тут же пожал. И вот Люцифер уже практически улетал, как я его окликнул. - Люцифер. – демон повернулся ко мне, - ещё раз… Спасибо. Спасибо, что помог уберечь семью от того … подобия херувима… Люцифер кинул быстрый взгляд в сторону Вики, убаюкивающей нашего сына, и сказал: - Оно того стоило.

…

Время на Земле течёт быстро. Невероятно быстро. И ещё быстрее, если у тебя растущий ребёнок. Воспитание сына – одна из самых важных частей моей жизни, без которой я себе её просто не мог больше представить. Джек рос невероятно быстро. Такой чистый, добрый, но в то же время сильный, твёрдый, справедливый. Он стал для меня лучшим другом. По вечерам мы с ним разговаривали обо всём на свете, а он продолжал задавать вопросы. Иногда я отправлял его к Вики, потому что не на все вопросы, связанные с земной жизнью, мог ответить. Удивительно, но в какой-то момент я осознал, что живу на Земле лишь на год дольше Джека. Его любознательность не знала границ. Он постоянно попадал в разные ситуации, но умело из них выбирался. Иногда я видел во снах некоторые из них, но не всегда предотвращал их. Школа жизни делала своё дело. У него всегда было много друзей. И несколько очень близких. Не знаю, как, но он сразу понимал, кто из них настоящий, искренний и относится к нему так же трепетно, как и он к ним. Эти дети продолжали дружить на протяжении всей жизни. И в школе, и в университете. Когда Джек поступил в университет, он переехал в общежитие. После университета он снял квартиру в центре города и переехал туда с другом. Мы с Вики продолжили жить в нашем не самом большом, но уютном и таком родном домике. Через пару недель после рождения Джека мы одной прекрасной ночью, когда Кейт забрала мальца, чтоб мы отдохнули, расписались и стали официально женаты. Хотя для нас обоих это мало что значило. Это был один из тех прекрасных, но незначимых моментов. Мы были счастливы. И нам не нужно было подкреплять нашу любовь официальными бумагами, потому что ещё сильнее любить просто невозможно. Когда Джек только съехал мы с Вики немного растерялись. Тяжело было привыкнуть к тому, что за стенкой никто не сидит с друзьями или слушает музыку или делает домашку. Мы много путешествовали. Ещё когда Джек был маленьким, мы иногда ездили за границу, чем привили ему любовь к путешествиям. Но и я никогда ранее не путешествовал. Эта удивительная женщина показала мне полмира. Я ни на секунду не переставал её любить. Не верилось, что такая у меня сейчас жизнь. Меня и Вики за компанию сослали на Землю в наказание. А для меня это стало самым щедрым подарком в моей жизни. У меня был дом, любимая, которая всю нашу жизнь смотрела на меня влюблёнными глазами и самый прекрасный сын на свете. Шепфа проклял меня, разделил на две сущности, заставил мучаться и сгорать от ярости тысячи лет. И словно заглушая всю ту боль подарил короткую земную жизнь. Ставшей для меня всем. Другой жизни я уже не помнил. Я всегда буду помнить, что я натворил на небесах. Но это словно короткие отрывки. Размазанные воспоминания. Не мои. Все мои воспоминания связаны с этими двумя и тем, какую жизнь мне подарила Вики Уокер.

…

Будучи на Небесах, я никогда не мог представить себя старым. Но вот это случилось и со мной. Короткая земная жизнь давно перевалила за половину. Мои волосы поседели. И в один день, когда я стоял у зеркала, меня вдруг осенило дежавю. «В зеркале я увидел себя, но другого. На меня смотрел Бонт. Он полностью повторял все мои действия. Я был Бонтом». Так надо мной смеётся судьба. Постарев и поседев, я снова увидел в зеркале Бонта. Словно к концу этой короткой, но такой долгой земной жизни я очистился. Воспитывая сына, любя любимую, работая, предотвращая разные неприятные случаи с людьми, которых видел в своих снах. Приближающая смерть не казалась такой страшной и пугающей. Я знал, куда я попаду. Несмотря на все хорошие поступки, сделанные мной в этой жизни, меня не простят за старую. И меня это совсем не пугало. Я был готов. Как минимум, Люцифер, вероятно, будет иногда заглядывать между пытками, подразнить мою истерзанную душу. И вот я лежу под капельницами, рядом сидит моя самая прекрасная Вики, смотря на меня всё теми же влюблёнными глазами, и сын, держащий меня за руку. Я незамысловатыми движением, используя все свои оставшиеся силы, снял с себя браслет, который был со мной всю жизнь и надел на руку мальца. Всегда будет для меня мальцом. Сколько бы лет ему не было. И вновь. Последнее воспоминание в моей жизни стало одним из первых вещих снов. Мой кожаный браслет с металлической вставкой, с тыльной стороны которой написано «В. М.», находилась не на моей руке. А на такой родной. Моей сына. - Я так тобой горжусь. – выдавил я из себя, проронив одну слезу. Он вырос таким сильным, таким справедливым и таким чистым. Внешне он был практически моей копией многие годы назад. Но с голубыми, как океан, глазами. - Ещё бы. Меня воспитывал ты. Я стал тем, кто я есть, только благодаря тебе. Я обязан тебе всем. - Ты ничем мне не обязан. – с новой силой взяв его руку, я прошептал, - Я люблю тебя. Малец отвёл от меня взгляд, стараясь остановить подступающие слёзы. Вики чуть сильнее сжала мою вторую руку, заставляя меня повернуться к ней. Она собиралась что-то сказать, но я её опередил. - Я и так уже всё знаю, любимая. - Я так тебя люблю, - две слезы рассекли её морщинистые щёки. Мы были молоды. Мы чувствовали себя молодыми даже сейчас, она наклонилась к моему лицу прошептав, - Ты подарил мне эту невероятную жизнь. Я никогда не жалела о том, что отказалась от бессмертия. День, когда нас обоих наказали и сослали на землю стал самым счастливым в моей жизни. Я так люблю тебя, Мальбонте. - Больше всего на свете…

…

Война не щадила никого. Мы отчаянно бросались друг в друга снежками, бегали по нашей лужайке, скрывались друг от друга за кустами. Мы снова выбежали на открытую местность. Вики начала просто захватывать снег руками и волнами отправлять мне в лицо, без остановки.

…

Мы сидели в обнимку с ней в нашей гостиной на том самом диване, который вместе долго и мучительно выбирали несколько лет назад. Мы просто смотрели на камин, периодически что-то рассказывая друг другу, и просто наслаждались близостью родного человека. И вот входная дверь с грохотом открывается. Мы резко разворачиваемся и видим нашего запыхавшегося сына, который, казалось, бежал последние минут двадцать, что вполне могло оказаться правдой. Ничего не говоря, он сунул нам под нос какой-то тест, на котором красивым почерком красной ручкой было написано: «Молодец! Так держать!», а рядом оценка «отлично». - Вы понимаете? - Переводя дыхание говорил Джек. Его глаза были наполнены восторгом и счастьем. Это была его самая первая оценка в жизни. Он получил «отлично». Он был так счастлив, что из глаз буквально потекли слёзы. Вики крепко обняла мальца, а я захватил их обоих в охапку и закружил вокруг себя. Как же было прекрасно видеть своего сына таким счастливым из-за школьной оценки. Ещё одна улыбка в моей жизни, которая делала меня счастливым.

…

Я лежал у неё на груди. Дыхание всё ещё приходило в норму. Я чувствовал бешеный стук её сердца, которое билось сейчас только для меня. Я чувствовал, как её пальцы теребили мои волосы. Я нежно гладил её шелковистую, но всё ещё немного влажную кожу на шее. Нас озаряли огоньки гирлянд с нашей первой ёлки и огонь из камина. Вики прервала тишину, говоря то, что весь день крутилось у меня в голове, отозвавшись её словами. - Мальбонте, я люблю тебя… Так сильно… Я повернул к ней голову, чтобы в очередной раз утонуть в её голубых глазах. Я поцеловал её в ключицу и еле слышно прошептал то, что чувствовал с самого первого нашего поцелуя ещё на Небесах: - И я тебя… Больше всего на свете…