страх

Хината не любила дождь. Всей душой его ненавидела, потому что всегда именно в такие дни, случалось что-то ужасное. Нельзя было закрыть на это глаза, потому что если бы это было с ней самом, она бы наплевала. Но в последние годы, во время дождя страдал её единственный дорогой человек, помимо сестры и брата. Наруто! Пожалуйста! Пожалуйста, пожалуйста… Будь в порядке, прошу… Ливень, особенно сильный в этот день, размывал грунтовые дороги в деревне, смешивал с грязью счастливые воспоминания и размачивала призрачные мечты о прекрасном. Внутри девушки разрастался ком страха, поглощая все вокруг. В голове возникали образы Наруто. Вот он лежит на кровати, нашел все таки успокоительные и снотворное, которое Хината выдавала ему по рецепту во время приступов и не дышит. Возле губ небольшое количество пены, рука безвольно висит и лекарства рассыпались на кровати и полу. И если Хьюга придет, то вряд-ли успеет помочь. И горее от потери близного, будет изживать её изнутри, затемняя хорошие воспоминания, сценами смерти любимого. Её горе будет таким же, как и у Наруто, который все еще переживал утрату своего дорогого учителя и «отца». Хината не смогла его остановить. Не успела она переварить одно, сознание рисовало другую жуткую сцену. Наруто стоит на скале с лицами Хокаге и с сожалением смотрит вниз. Дома на кухонном столе он оставил записку. Конечно он никого не винит и просто просит Хинату быть молодцом. Держаться и жить без него. Он всегда был ей благодарен, но так жить он не может. Поэтому стоит сейчас там и снова плачет. Разбитый и одинокий, в последний раз осматривает деревню Листа и делает шаг. Падает и слезы смешиваются с истерическим смехом и утопают в шуме ветра. Хината не смогла его спасти. Соленые капли градом стекали по лицу девушки и тут же вместе с дождем падали на землю. Сердце колотилось так, что звук его отдавался в ушах, пульсировал в конечностях и сбивал дыхание. В сознании рисовалась третья сцена, которая не раз повторялась в жизни. Но Хината всегда успевала прийти вовремя, да и Курама тоже помогал. Вытеснял сознание и лечил раны, успокаивал рыдающую Хинату, хрипел, что все будет хорошо. Только вот лучше не становилось. Потому что это продолжалось уже два года, каждые несколько месяцев у Наруто сносило башню, он впадал в депрессию, но слава богу, не пил. Но лежал несколько дней на кровати, ничего не ел и быстро терял вес. В свои девятнадцать, парень выглядел едва ли младше себя. За эти пару лет у Узумаки под глазами пролегли тени, плечи опустились, улыбка погасла. Нет, он радовался конечно, когда Саске, Ли, Неджи и Гаара приходилии к нему и разговаривали о миссиях, когда Хината приходила и насильно кормила его. Иногда приходили Шино и Киба с Акамару, который неизменно вылизывал руки Узумаки. Но после потери своего «отца», настоящей, искренней радости не видел никто. Как никто не знал о темной стороне жизни джинчурики. Как он срывался и резал руки своим оружием, которое подарила ему Тен-тен на восемнадцать лет. Как не ел ничего неделями, только когда Хината насильно разжимала его челюсти и вливала в желудок горячий семейный бульон. Все думали что он просто грустит, а правду знал только один человек во всем мире. И сейчас она молила о его спасении высшие силы. В голове Хинаты, такой родной голос парня говорил о том, что он остыл, уже не чувствует боли и просто пытается забыть. Забыть тот день как страшный сон и поспать хотя бы одну ночь без кошмаров и слез. Срывался на крик и орал о том, что лучше умер он, лишь бы Ирука был ЖИВ. Перед глазами Хинаты снова возникал момент смерти их с Наруто первого учителя. Человека, который был для Узумаки всем. Отец, учитель, брат, тот, на кого можно всегда положиться и поплакать в жилетку и рассказать о проблемах.

***

Поляна, покрытая кровью Умино, Наруто стоящих на коленях и держа на руках умирающее тело и Хината, которая стояла рядом прижимая руки к груди. Тогда Наруто впервые разозлился, да так, что потерял контроль над телом и Курама забрал его тело себе. Они стали с подростком за несколько лет одним целым и лис был готов буквально разорвать на куски тех, кто причинил вред его джинчурики. Тогда впервые она увидела Наруто таким. За пару минут раскидав тела противников, он буквально делал горы трупов. После кровавой расправы над врагами, Узумаки зарыдал так сильно, что слезы лились нескочаемым потоком, смывая грязь с щек и очищая лицо. Подросток снова упал на колени и теперь нетерпеливо гладил щеки умоляя Умино очнуться. — Ну же, вставайте. Ирука-сенсей, пожалуйста, вставайте. Ну же! Ирука-сенсей! Вставайте, пожалуйста! ЧТО ЖЕ ВЫ ЛЕЖИТЕ! ОТКРОЙТЕ ГЛАЗА ИРУКА-СЕНСЕЙ! Пожалуйста… — Пальцы его тряслись, превращая щеки мужчины в непонятные формы. Слезы Наруто капали на лицо учителя, и тут же растирались горячими ладонями. — Что же вы, Ирука-сенсей… Как же я теперь… Тут, без вас. Вокруг стояла тишина, уже мертвые Акацуки лежали вокруг и из живых рядом была лишь Хината. Из Конохи никто вроде не пострадал. Вроде.

***

Ливень смешивался со слезами девушки, которая так отчаянно пробивалась сквозь пелену воды. Грязь уже давно пропитала штаны и отпечаталась на ботинках, но Хината даже не обращала внимания. «Вот сюда. Поворот, и сейчас тут повернуть. Еще чуть-чуть. Дом Наруто. Все.» Пролетая через ступень и даже не стуча, девушка залетела в квартиру Узумаки и наспех сняв грязную обувь, резко дёрнула дверь ванной. Кунаи и сюрикены, лежавшие вокруг ванны, большая часть из которых была окровавлена, застилали почти весь пол. Идея о снятии обуви больше не казалась хорошей. За пару секунд нацепив ботинки обратно, девушка уже смело шла по оружию к ванне, в которой лежал подросток. Уже слегка теплый. Кровь сочилась из ран, но полуоткрытые глаза говорили о том, что Наруто был в сознании. — Говори со мной Наруто! Слышишь меня? Что же ты творишь… — Досадный голос девушки заставил мутный взгляд сфокусироваться и повернуть голову. — Оставь… Меня… Я хочу… К Ируке… Крх… — Голова опустилась на бортик и рука, которую Хината взяла в свои ладони расслабилась. — Нет, Наруто-кун, не отключайся! Черт! — Сконструировав чакру в ладонах, она просканировала тело парня, и остановившись на голове, прошептала: Курама, где ты? Помоги… — Я-я… — Скрипящий, страшный голос будто выливался из рта Узумаки. — Мне сло… жно… говорить… Он отключился, но… я лечу его… Сейча-ас… Хината подняла руку Наруто и кинула себе на плечо, почти рывком подняла тело и медленно, по одной ноге, вытащила его из ванной. Единственное, чему была рада девушка, это тому, что квартира Узумаки была маленькой и тащить довольно нелегкое тело парня нужно не далеко. Максимально аккуратно, насколько это возможно, Хината уложила подростка на кровать и подложила под сильные раны полотенца. Вернувшись в ванну, она собрала кунаи в одну кучу, а сюрикены в другую и принялась их чистить. Знала ведь, что не надо дарить такие подарки, как только согласилась на это год назад. Это заняло немного больше времени, но регулярно, почти каждые пять минут, она проверяла состояние Наруто. Хината смотрела за рыжей чакрой, и иногда меняла полотенца под руками, что бы сильно не пачкать покрывала, которое уже несколько раз видело кровавые руки парня. Курама лечил Наруто своей силой, поэтому свечение было не сильным, но отдавало жаром и на тонких пальцах девушки было уже несколько не слабых ожогов. Через пару часов, когда раны почти затянулись, а оружие было разложено в свитки, Хината думала куда спрятать их подальше, чтобы Наруто их не нашел. У него снова начались приступы, это значит, что все острое надо убрать как можно дальше, лишь бы Узумаки не откопал. Когда удалось спокойно вздохнуть, Хината смахнула прилипшую ко лбу челку и подошла к кровати Наруто. Парень тяжело дышал и во сне вертел головой. Беспокойство передалось и ей, когда Узумаки взмахнул рукой и прохрипел её имя. — Хината-а... Нет. Лучше я умру. Пожалуйста... — Глаза щурились и по щекам стекали слезы. Метаясь по кровати, он шарил по ней перевязанной рукой. Наруто как будто искал что-то, к чему можно прикоснуться. — Где... Ты... Хината? Не придумав ничего, что могло бы помочь Узумаки, она присела на край кровати и взяла в свои руки ладонь парня. Чакра девятихвостого обжигала, но боль была терпимой и Хьюга просто сидела, поглаживая чужие пальцы. Через минуту Наруто расслабился и обмяк, окончательно заснув. Руку Хинаты он не отпускал, иногда сжимая её чуть сильнее, но все равно крепко. И Хьюге оставалось только лечь рядом, укрывая парня пледом. Курама лечил Узумаки быстро и ему ничего не угрожало, а вот Хинате с травмами от его чакры, нужно было справляться самой. Но обожжёные руки были зажаты ладонью джинчурики и оставалось только ждать его пробуждения. Через пару часов, когда солнце начало показываться над горизонтом, в квартиру парня начали проникать первые лучи. На широкой кровати, лежало двое людей, обнимая друг друга. Наруто все еще держал руку Хинаты левой рукой, а другая лежала на талии девушки, слегка прижимая. Узумаки открыл глаза и оказался по щиколотку в мутной жидкости. Вокруг был непонятный темный туман и неясные очертания чего-то большого. С каждым шагом ближе он понимал, что это всего лишь открытая клетка хвостатого, в которой лежал Курама. — Очнулся, придурок? — Курама, ты чего? Я опять что-то во сне сделал? — Наруто плеснул ногой в морду монстра и сразу сделал шаг назад. — Ты злишься? Что случилось? — Посмотри на руки Хинаты и все поймешь. — Лис грубо прижал Наруто и утопил в жидкости под ногами. Узумаки проснулся вместе с первыми лучами и открыв глаза, аккуратно убрал руку с девушки, высвобождая из своей ладони руки куноичи. Её грудь тихо поднималась, а значит она спала. Мысли о вчерашнем вечере и ночи, отплыли на задний фон, как будто и не было залитой кровью квартиры и ведро пролитых слез. Но глядя на Хьюгу сейчас, он пропускал сквозь себя воспоминания о заботе Хинаты. Узумаки впервые подрался с Саске, она лепила разноцветные пластыри. Весной, когда ему было 8 и он пришел в академию неглубокими ранами от куная незнакомого шиноби, девчонка обработала ему раны и отдала свои конфеты. Ему 15 и Сакура решила над ним жестоко подшутить. Хьюга несколько недель не отходила от Наруто собирала по мелким кусочкам его разбитое сердце. В 17 при битве с Пейном погиб Ирука и Хината, единственная, кто не спрашивал постоянно о его самочувствии, а просто была рядом. Прошло два года и ему 19, у него руки в шрамах и дыра в душе от пустоты. Шикамару не делится сигаретами и покупать их Наруто не хочет. На людях он герой деревни и альянса, всегда радостный, с грустной историей паренек, но всегда приходит на помощь и выручает. А самого только Хината спасает. Ируки не стало и мир начал крушиться со стремительной силой. Губы больше не поднимались в улыбке и руки не махали каждому знакомому, приветствуя. Теперь они зажимали свой же рот, сдерживая громкие крики отчаянья от боли в сердце и разбивались о стену в коридоре, уродуя её багровой кровью. И только она знала о истериках и кровавых бинтах на запястьях. К 19 полки с одеждой заполнились куртками на весь год. Потому что от пальцев и до плеч, все было в страшных шрамах и синяках. Не потому что Наруто хотел жалости к себе, нет. Единственное чего он желал так сильно, это снова увидеть Умино, поплакать в коленях и поесть рамен в Ичираку. Рассказать про миссию и обсудить дела в академии. А такое получалось тогда, когда он терял сознание от потери крови. И он видел учителя, правда. Они смеялись и гуляли по Конохе, ели мороженое, вспоминали празднования дней рождений. Были семьей. Так же внезапно, как начиналось счастливое время, оно резко обрывалось и перед глазами появлялось заплаканное лицо Хьюги. И если первое время он рыдал и просил вернуть его обратно, сейчас он просто хотел растянуть момент встречи с Ирукой, но при этом жить. Рядом с одним человеком, который сейчас лежит у него под рукой. Наруто понял это неосознанно, нечаянно, когда увидел взволнованное лицо девушки, перед тем как потерять сознание в очередной день непроходимой депрессии и апатии. « А синяки под глазами как у меня... Из-за меня она так страдает! » Мысли пролетали с бешеной скоростью, заменяя друг друга похожими. Растерянный, Узумаки внезапно для себя всхлипнул и слезы градом полились из глаз. Он же мог просто умереть, оставив Хинату умирать в муках от одиночества! Парень аккуратно взял обожженые руки девушки и позвал Кураму. Услышав исходящее рычание из своего рта и оранжевое свечение у рук, Наруто спокойно вздохнул. Через несколько минут руки были чистыми и почти не осталось шрамов от ожогов. Смазав нежные ладони куноичи кремом, он сам лег рядом. Прижав свободной рукой Хинату, он медленно начал вдыхать запах её густых волос, успокаивая себя и шепотом просил прощения. Бинты свисающие с руки и неразборчивый разговор, разбудил Хинату. Она попыталась дёрнуться в сторону, но не смогла и тут же расслабилась, вспомнив где она находится. Девушка придвинулась обратно и потерлась носом о куртку парня, устраиваясь удобнее. А у Наруто уже фейерверки взорвались и Курама кажется беситься. Счастье, такое тихое и неприметное, подкралось внезапно. И он опустил голову вниз, осматривая Хьюгу. Взгляд парня прошёлся по длинным темным волосам и на секунду остановился на лице. Хината теперь тоже на него. Слезы высохли и теперь неприятно стягивали кожу лица. Узумаки рефлекторно дернул рукой и поднес к лицу. Но услышав слабый стон Хинаты, Наруто сразу отодвинулся от нее и быстро встал с кровати, обойдя её стороной. — Мне... Мне жаль, я не знал и не хотел что бы вот так... Прости, прости, прости... — Наруто. Посмотри на меня. — Спокойный голос Хьюги заставил поднять глаза и посмотреть на нее. — Со мной все в порядке, я просто хотела тебе помочь, тебе вчера было... Не очень хорошо, ты помнишь? — Я ничего не помню, как будто пятно в памяти. Только Ирука... М-м... — Наруто опустился на пол и положил свою голову на колени Хинаты. — Я снова... — Голос парня надорвался и из рта вырвался хрип. — Я снова сделал это?