О чём молчала Панси, или танцы над пропастью. Часть первая.

Драко с тех пор избегает Панси, дядя Люц, в Хоге появившись, аж дыру взглядом прожог, только ей все равно. Мама Като всё разузнала, долг этот дядя Люц на них навесил, когда, так на минуточку, своих же собственных союзников и вассалов после падения Темного Лорда из тюрьмы освобождал. А поскольку Паркинсоны союзники, а не вассалы… Пошёл он в жопу, как сказал бы Марк Флинт. А так жизнь прекрасна, помолвка расторгнута, мама Като прислала роскошное чёрное с золотом платье вместо розового ужаса и впереди бал. Собственно, это роскошное платье и навело Панси на некоторые мысли. Закрывшись в комнате, она достаёт из крохотной шкатулки с расширением пространства ( неожиданный подарок папеньки, «раз уж ты с Забини хороводишься, то секретная лаборатория бабушки Адары, урождённой Блэк, тебе точно пригодится. И никому об этом не рассказывай, Панс, поклянись-ка, так оно надёжнее») оборудование для анализа. Спасибо, папаня, ты даже не представляешь, как я тебе благодарна. Вывернув наизнанку многослойное шифоновое платье, Панси аккуратно вырезает крохотные лоскутки для анализа - подмышки, спина, под грудью, на запястьях. Анализ безжалостен - кроме обязательного для платьев такой категории легкого зелья очарования, наличествует андидот от зелья нежной влюбленности. У Панси с детства хранится платок с кровью её первого рыцаря, это когда пятилетний Блейз набил за неё морду пятилетнему же Драко. Анализ подтверждает - антидот настроен на Блейза, значит и изначальное зелье... А теперь планы изменились. Интересно, как и почему? Обижаться глупо. Мы делали это с другими, почему кто-то из нас не может сделать это с одним из нас. Мама Като подстраховалась, бывает... Панси озадачивает Трикси созданием точной копии платья, кто знает, что там ещё не найдено на нем, и начинает варить антидот, так оно надёжнее... Уже после принятия свежесваренного антидота Панси задумывается... Тогда мама Като удивилась, что сработала клятва о непричинении вреда и признании её, Панси, названной дочерью. Почему так получилось? Кажется, вот-вот вспомнится, но не вспоминается, а было ведь что-то... А сейчас Панси сидит в лесу у костра в компании Касси, Блейза и дурмстранговцев, им хорошо, тепло, они вместе провели очередной йольский ритуал, на горе из скинутых шуб и шинелей дрыхнет и уютно храпит Флинт, а все остальные пьют глинтвейн и Витя развлекает их историями о Грейнджер: - И именно ты, Виктор, как знамя и символ современного спорта, должен бороться за равноправие домовых эльфов… Все радостно ржут, а вот принесшая дополнительную порцию слабоалкогольного глинтвейна Трикси в ужасе… - Мерзкая грязнокровка, мерзкая, она обещала сделать карьеру и заставить хозяев освобождать нас! Убийца! Она сможет, такие как она, многое могут! Господа, сделайте что-нибудь! - Подтверждаю, - мрачно говорит Панси, - она контролирует Поттера и доносит на него за протекцию Дамблдора. Он уже обещал ей место в министерстве. И знаете, что самое страшное? Она презирает Поттера. Презирает человека, который спас ей жизнь, который ей единственной честно рассказал, как ему плохо в маггловской семье, где он живёт. Его там бьют и голодом морят. Так Дамблдору нужно, он его опекун, мы пытались помочь, никак. Дурмстранговцы предлагают подумать о спасении Поттера, с юристами проконсультироваться, наверняка выход найдётся, а пока вернуться к разговору. - Так вот, - продолжает Панси, - Вы, чужие Поттеру люди, сразу вписались. А она просто решила, что дурачок Поттер преувеличивает, так же не может быть страшно, как он рассказывает. Даже проверять не хочет, Поттер ей нужен только как лифт наверх, чтобы уничтожить тот мир магии, который перед ней не склонился. А теперь представьте, что такое пришло к власти. - Да я понимаю. Она меня сочла спортсменом-идиотом, но уже продумала, как я ей смогу помочь в карьере. И с Поттером она, точно, именно поэтому. Могу пригласить её в Болгарию на лето, - предлагает Витя, - мой дядя ищет третью жену. Ей ведь пятнадцать уже будет? А там сами знаете, полный магический брак. За кого она вышла замуж, не узнают. А выдачи от нас нет. Оформим перевод в Дурмстранг. А так на домашнем обучении останется, может и экзамены сдаст когда. - Вот, пообещай ей, только под неразглашение или конфиденциальность, летом доступ в библиотеку Дурмстранга, тогда точно приедет, - советует Блейз. - Да ей по магии уже семнадцать, она на третьем курсе хроноворотом два года точно накрутила, - замечает Панси и рассказывает все приключения Золотого Трио. - Офигеть, - хором сообщают дурмстранговцы, - Это вот такое у вас творится? - Я что-то такое у неё в мыслях видел, - свидетельствует Витя, - но искренне надеялся, что она… фантазирует. - Как же вы будете, если этот ваш Лорд… И Дамблдор этот Ваш со своими играми… - Не знаю, - говорит Панси, - и к вам не убежишь, семья. - Мне проще, - цедит сквозь зубы Блейз, - Я могу слинять. Но Панси бросить не могу. И тут… хотелось бы сказать, явился ангел, прозвучал голос разума… нет, собственно, он и прозвучал, только в весьма приземлённом варианте… Из горы дурмстранговских шинелей восстал почти проспавшийся Флинт. - Мужики и… дама, - мрачно сказал он, - а с какого хера вообще эта жопа? Как этот хрен воскреснуть-то собирается? Касси и Блейз достали зеркала, дурмстранговцы тарелки с яблоками, Крам выудил маггловского вида мобильник, буркнул: «Гош, тут брейнсторминг, приходи». Гошей и явным близким другом Вити оказался Игорь Каркаров, но даже это уже не могло испортить общий настрой. На поляну в лесу – удачно расположились за границей Хога - аппарировали мама Като, папаня, папы Флинт и Уоррингтон, папы Карла и прочих дурмстранговцев, однозначно военного вида начальство Каркарова, некто Семёнов, и мама Полякова… В омут памяти Панси ещё раз слила всё налегиллеменченное у Грейнджер. - Однозначно крестражи, они же филактерии, они же Кащеево семя – мрачно констатировал полковник Семёнов, - но сколько же их у этого безумца, если один уже уничтожили? - И один из них Поттер, - мрачно пошутила Панси. - Живой крестраж? Ну конечно, Дамблдор сделал живой крестраж и детектор крестражей! – обрадовался отец Карла, глава Германского отдела Тайн, доктор Гюнтер, - Вы гений, фройляйн! Вот мы сейчас его сюда доставим и один ритуальчик проведём… Поттера, усыплённого и временно тихого, доставила Трикси, ритуал указал на пять крестражей. Трудность представляли Хогвартс, Гринготс и дом Блеков. В Гринготсе нашлись подвязки у папы Карла, он так орал в свою тарелку на гобблидуке, что все удивились тихому голосу на немецком, прозвучавшему из этой же тарелки: - Герр Гюнтер, это директор Грингот, я вас понял, никто договор от 1232 года не нарушает, выдать проклятую вещь из сейфа клиента не могу, но могу очистить от филактерии, вас это устроит? - И каким же образом, позвольте узнать, герр директор? - Да как хотите, хоть ядом Василиска, хоть ритуалом. - Э… а живого мальчика ритуалом очистить можете? -Если он крестраж, можно попробовать, мы Дамблдору уже предлагали… Доктор Гюнтер заскрежетал зубами и вызвал по тарелке какого-то Смита. Какой-то Смит оказался начальником английского Отдела тайн, явно все пролюбившим и очень злым. Впрочем, он сразу переключился на активацию портативного детектора крестражей, у них, оказывается, и такое было. Так что уже через четыре часа в Большом ритуальном зале Гринготса имелись: все присутствовавшие на поляне, включая спящего Поттера, дофига невыразимцев, золотая ваза с фигуркой барсука, перстень с чёрным камнем, диадема из легендарной Выручай-комнаты, она же привычный тренировочный зал рейвов, у них и учился Смит, медальон, который принёс нервный домовик, назвавший одного из невыразимцев «хозяин Реги», ну и злобный младенец-гомункул с прилагавшийся к нему змеей (обоих усыпили). Странно было молить об упокоении и новой жизни сына Магии Тома Марволо Риддла, но в процессе ритуала Панси увидела достаточно, чтобы посочувствовать малышу Тому и ещё раз возненавидеть Дамблдора. ...А в Хогвартсе, в своих покоях, мирно спал для надежности усыпленный как зельем мамы Като, так и эльфийской магией Трикси, Северус Снейп. ... Кажется, ритуал закончился успешно, по крайней мере, папаня и мистер Флинт что-то орали об исчезновении проклятой метки. «Хозяин Реги» бегал по залу от Смита, кричавшего «он думал, кретин, думал он», «я, говорит, решил этот вопрос» , «а у меня в год по три прорыва Завесы, по паре десятков безумных Магистров, прочая хрень, я один все должен контролировать, да?» … и тут … тут раздался тихий детский плач. На алтаре лежал крохотный темноволосый и синеглазый младенец. Пока практически никем почему-то незамеченный младенец. - И кто его такого возьмёт? – поинтересовался мистер Смит. - А вот об этом, и не только, нам стоит поговорить, - утащила его и младенца из ритуального зала мама Като. Ну что же, подумала Панси, Сириус Блек скоро будет оправдан и совершит невозможное после двенадцати лет Азкабана – обзаведётся наследником, да ещё и каким! Бабушка Вэл, точнее её портрет, будет в восторге. - Панс, - вопросил Флинт-младший, - я правильно понял? Мы сейчас за пару часов решили все то, с чем вся Магическая Британия долбилась столько лет? - Если бы, Марк, - вздохнула Панси, - Сейчас они будут делить власть. - Да уж, - помрачнел Флинт, - Ну, хоть Дамба замочат. Кстати, учитывая, что Сева здесь нет, он совсем того? - Ага, - подтвердила Панси. - Ну, Дамб, ясен хрен, кто-то ещё, магглы? - Они. - Так я и думал. Но надеялся, что ошибаюсь, туды ж его. - Марк, - развеселилась Панси, - тебя в Отдел тайн на работу не приглашали? - Дак уже. Смит и пригласил по-родственному. - То есть, ты его вычислил? - А чего тут вычислять, тут, как вы с Блейзом говорите, элементарно, Ватсон. Панси обнимает Марка и желает ему успеха на новой и первой работе. Честно говоря, она чувствует себя совсем Ватсоном, ей-то Смита не вычислить, а Марка спрашивать уже нельзя. Но им ещё полгода учиться вместе, и ещё будет бал. - Панс, - теребит её Марк, - На балу со мной потанцуешь? - Ясен... пень. - А танцевать научишь? - Будешь должен. - Буду. А о Севе не думай пока. Невыразимцы его сейчас в своих играх задействуют. Надо подождать... У меня няня была, сквиб и христианка, представляешь? Так вот ихний бог говорил своим рабам божим: «Мне отмщение и аз воздам». Даже ежели кто обидит «малых сих». А у нас, свободных магов, вольная Мать магия, чуешь? Так что мы сами за всё отомстим и воздадим, ясен хрен. - Обещаешь? - Обещаю. - .