Dead Souls (18+)

— Блин, я опять продул, — проныл Чонгук, когда вечером на следующий день после концерта парни на точке сели поиграть в карты и попить пива. Адреналин все еще кипел в крови, благо, выходной, и не надо ни в школу, ни в универ, поэтому можно было потюленить и потусить уже сложившейся компанией. — Желание… — коварно усмехнулся Джин. — Ты там вчера говорил, что тебе кто-то нравится? Верно? — Ну? — нахмурился Чонгук, не зная, что придет в голову его самому безбашенному хёну. — Задание: переименовать его контакт в телефоне на что-то сексуальное и заселфить с ним поцелуй. На задание тебе сутки. Пацаны дружно загудели, Чимин возвел очи к небесам с воплем: — Господи за что? Чонгук вопросительно посмотрел на Тэ. Они решили от парней не скрывать. Поэтому созрел план: — Хён, а если я справлюсь намного быстрее, оплатишь мне смену в баре в двойном тарифе? — подмигнул он Джину. — Да не вопрос. Че сидишь-то, беги? — рассмеялся Ким. Не такие уж огромные суммы он платил ему на подработке и был только рад поддержать парня, который пытается жить самостоятельно. Но Чонгук спокойно достает телефон, открывает книгу контактов, что-то меняет в ней и поворачивает экран к парням: — «Папочка», — читает Джин вслух, Ви закашливается, не вовремя отхлебнув пива. — Мелкий, это же еще не все задание… — Щас все будет, погоди, Джин-хён — прыснул Чонгук, открыл фронтальную камеру, повернулся к Ви, рядом с которым сидел все это время, бесстыдно слизал с его губ капельку алкоголя и утянул своего парня в горячий поцелуй с языком. В них они уже натренировались с утра (вернее, днем), когда проснулись и решили, что не хотят ничего откатывать назад, хоть и решились на отношения будучи не совсем трезвыми. — Блядь… — в гробовой тишине разносится голос Юнги, который аж проснулся по-настоящему от увиденного. — Чимин, ты должен засосать своего хёна точно так же, или я за себя не отвечаю! — точку в его тираде ставит звук фото — Чонгук все-таки вспоминает, что должен парням селфи, — и хлопнувшая дверь ангара. — Какого хуя? — прорычал вошедший в помещение Хосок, который шел мириться с парнями, но, войдя, забыл и цель своего визита, и все культурные слова, которые знал. — Какого ебаного хуя тут происходит? — Любоф-ф-фь, — протянул Юнги, сделав пальцами кавычки. — И только мне, несчастному, дрочить на зад моей неприступной булочки… Ви с Чонгуком с хохотом отрываются друг от друга, ибо подкаты Шуги бесценны, а Джин лежит на Джуне, хватаясь за сердце: Ви все-таки совратил их маленького крольчонка. Чимин смотрит на Юнги, думая, прописать ли хёну пизды или засосать в конце концов, чтоб тот угомонился. И над всем этим возвышаеся Чон Хосок, лишившийся временно дара цензурной речи: — Блядский пиздец… Чонгук, поднимай жопу и тащи ее домой для профилактических пиздюлей. — И кто мне их пропишет, братец? Уж не ты ли? — Чонгук сделал показательно-невинное лицо, но потом все же расхохотался. — Хоби-хён, ты прости, но с моим половым воспитанием ты немножко сильно опоздал. Мне восемнадцать, я девочек от мальчиков отличаю. И прекрасно понимаю, что и с кем я делаю. А родители могут быть спокойны в одном: по крайней мере, никто из нас не залетит. — Ага, это мы вчера пиздато обсудили, — прохрипел Тэхён, и они оба начинают ржать с новой силой. — Вы о чем? — не понял Чимин. — Да так, у нас вчера состоялся один шикарнейший диалог… — сквозь смех выдал Тэ. — Ви, если ты кому-то покажешь это видео, я с тобой расстанусь, — фыркнул Чонгук. — А вы уже встречаетесь? — подал голос отошедший от ахуя Намджун. — Господи, они уже сняли хоум-видео… что творят мои дети! — всплеснул руками Джин, и тут уже закашлялся Чонгук: — Да не такое там видео, придурок! — Теперь ты понимаешь, что проще показать? — пробормотал Тэхён, обнимая Чонгука. — Только через мой труп хён, — Чонгук легонько ударил его по плечу. — Я помру от стыда молодым и красивым. И ты обещал. — Ладно, фиалка, не заводись. Минуты твоего пьяного позора останутся только в моей памяти, ибо услышанного не расслышать, — нежно улыбнулся Ви своему парню. — И да, Нам, мы теперь встречаемся, если что. Прям сегодня начали. Так что, Джин-хён, задание он твое выполнил! — Понял-принял… ну, поздравляем вас, дети мои. Ебитесь и ебитесь, ибо плодиться и размножаться вам природой не предусмотрено! — протянул Сокджин. — Блин, че там на этом видео, я ж от любопытства сдохну! — Страдай, хён, — подмигнул ему Чонгук. — Хоби, ты, вроде, извиняться и мириться сюда шел? Так извиняйся и мирись. А моя личная жизнь не должна тебя так горячо волновать. — Ты когда так оборзеть успел, мелочь? — протянул Хосок. — Связался со взрослыми мальчиками и решил, что сам вырос? — Хосок… Я прекрасно знаю, сколько мне лет, помню, что мне еще сдавать выпускные экзамены, и не пытаюсь строить из себя невесть что. Но с кем мне встречаться, я в состоянии решить без силы твоего животворящего мата. Не помню, чтоб мы были близки настолько, чтобы я обсуждал с тобой свои отношения, — Чонгук не был пьян, он сделал пару глотков пива за компанию, поэтому старался сдержаться и не наорать на брата. В конечном счете, он знал, что Хоби все равно за него немного волнуется. — Которых не было… — Откуда ты знаешь? Ты мне сейчас сказал слов больше, чем за последний год. Поэтому прекрати, пожалуйста, эту сцену. Ты не за этим сюда ехал, — вздохнул Чонгук. — Ви, мы можем поговорить? — Хосок все же отстал от младшего, переключаясь на друга. — Ну, пошли, поговорим, — хмыкнул Ви, взял со стола сигареты и зажигалку, машинально проведя по волосам Чонгука под улюлюканье намджинов. Юнги завидовал молча, сверля взглядом клавишника, который бурчал: «Боженька рока, верни мне Хосока, а то с этими я тоже огеячусь!» В общем, Чимин смиренно молился о насущном под темное нефильтрованное. Когда Ви и Хосок вышли, Джин тут же набросился на младшего с вопросами: — Крольчонок, он же тебя не заставил? Нет, Ви нормальный парень, чего это я… просто… — Хён, успокойся, — Чонгук для храбрости сделал еще глоток пива, решив, что ему точно хватит, если он хочет завтра пойти на уроки живым и адекватным, — Тэхён нравится мне уже некоторое время. Сначала я привязался к нему как другу, даже, наверное, как к старшему брату, потому что с Хосоком, как вы видите, мы вообще в последние годы на разных орбитах. Потом понял, что он мне нравится. Как парень. Вчера мы поговорили, я знаю, что тоже нравлюсь ему. Решили начать встречаться. Абсолютно осознанно и добровольно. Хосок прав, опыта в отношениях у меня никакого, но я уверен, что Тэ — отличный вариант, чтобы начать. — Он — отличный вариант, Гук-и, — улыбается Намджун. — Я рад, что он смог снова влюбиться, и это взаимно… ты знаешь о… — Джун, Тэ сам должен… — шикнул на него Юнги. — Если вы о Пак Богоме, то я знаю, — вздохнул Чонгук. — Теперь к моим самым страшным кошмарам добавился еще один. После той истории я дико боюсь следующей гонки. Знаю, что все вы в этом профи, но все равно страшно, чем все может обернуться. Я знаю о его семье тоже. Как выяснилось, его мачеха — моя тетя. До вчерашнего дня понятия не имел, что он — старший сын нашего дяди, они обычно таскали к нам домой младших. И, ребят, я понимаю, что вы за него переживаете. Поэтому сразу говорю — для меня это не баловство и не эксперимент с ориентацией. Я на самом деле очень сильно влюблен в Тэ, для меня это серьезно. — Мы тебя услышали, Гук-и, — отзывается Чимин. — Берегите друг друга тогда. Для тебя это первый во всех смыслах опыт, а Ви бы не связался с мальчишкой, если бы ты его по-настоящему не зацепил. Надеюсь, на этот раз ему повезет. И тебе. Если что, ты всегда можешь спросить у любого из нас совета. Мы все-таки хорошо его знаем. Что, еще партию на пятерых, пока эти курят? Юнги-хён, тасуй. — Лучше бы сказал: «Юнги-хён, целуй!» — Тебе самому не надоело?! *** Ви и Хоби вышли из большого гаража, где ребята вечно тусили и репетировали. По сути, он находился на территории автомастерской Джуна и Юнги, которая сейчас была закрыта, а потому огороженный двор был пуст. Тэхён закурил, Хосок тоже, и с минуту оба молчали, пока Ви, затянувшись, не спросил: — Ну? Че пришел-то? — Прощения попросить за тот вечер хотел. За то, что было тогда между мной и твоей девушкой. Я был пьян и думал хером. Оправдание тоже херовое, но что сделано… Я по всем вам скучаю до ужаса. Скучаю по репетициям, скучаю по нашим приколам в универе. Скучаю по своему брату. И я не о Гуке сейчас, Тэ. О тебе. Прости меня. Если еще раз налажаю, сам больше никогда не попадусь тебе на глаза, но сейчас прошу: дай мне еще один шанс? — Ты же понимаешь, что если еще раз проебешься, разбитым носом не отделаешься? — хмыкнул Тэхён. — Я понимаю, что ты сделал то, что сделал, без вселенской цели мне насолить, что Джису — сама повела себя, как шлюха, ты ее не соблазнял и не насиловал, но все равно… — Да понимаю я. На твоем месте тоже бы себе врезал и послал. Но я, правда, не хочу проебать друга из-за какой-то шмары и лишнего стакана алкоголя в себе. Мир? — Мир, — вздохнул Тэ, протягивая Хоби руку, но тот потянул его за ладонь к себе и крепко обнял. — Придурок, я тебе чуть куртку не прожег! — фыркнул Ви, бросая окурок на асфальт. — Есть ведь еще то, о чем мы должны поговорить? — Да. Слушай, я знаю, что ты нормальный парень. Ты же не играешься с ним, да? — шепчет Хосок, отводя взгляд. — Мы с мелким не то, чтобы близки, но мне не насрать на него. Он мой брат, и я не хочу, чтобы ему причинили боль. Он, знаешь, та еще наивная фиалка, все неземную и чистую любовь ждет, ни с кем не тусил, уверен, даже не трахался, если только вы не… — Нет, Хоби. И я не притронусь к нему, пока он сам не захочет. Я, наверное, ни к кому еще такого не чувствовал. Я не играюсь. Скорее, наоборот, боюсь, что для него это ненадолго. Он с нами дорвался до свободы, новые люди, новая музыка, новые впечатления, новые чувства. Может, он скоро поймет, что для него я не тот человек… В любом случае, для меня все серьезно. Очень. На этот счет тебе не о чем волноваться. Я не собираюсь разбивать твоему брату сердце. — Думаю, я услышал все, что хотел. Прости, что наорал на вас, просто приохуел немного от увиденного, не ожидал… Гук прав, я еще не могу привыкнуть, что он сильно повзрослел за последнее время. Если для вас обоих это важно — встречайтесь. А я должен наладить отношения с мелким. По большому счету, хреновый из меня брат. Для вас обоих. — Ладно, пошли, а то все пиво выжрут, — улыбнулся Ви. Когда они оба возвращаются в ангар, игра приостанавливается, и ребята выжидающе на них смотрят. — Что? — смущается Хосок. — У этих двоих есть мое братское благословение на большинство грехов. Простите меня, парни, долбоеба, я больше так не буду! Намджины вскакивают обнимать младших, Чимин и Юнги тоже подрываются следом, и последний окликает Гука: — Мелкий, че как не родной? Иди к нам! Тут воссоединение семейства! *** Вечером, когда Тэ и Гук приходят домой, последнему звонит мать. После недолгого разговора Гук обнимает Тэ и говорит: — Я после школы должен буду вернуться. Они не злятся, что я ушел, и я постараюсь без скандала убедить их, что буду проводить с тобой время. Тем более, ты обещал подготовить меня к выпускным экзаменам. В любом случае, мы встречаемся день, и жить вместе нам рановато. Вы с Хоби точно помирились? — Да, и, если честно, камень с плеч свалился. Все-таки он мне близкий друг… — отвечает Тэ. И звонит уже его телефон. Отец. Но Ви покрепче обнимает свою фиалку и не берет трубку. С этой семьей ему воссоединяться не хочется…