Особое задание: влюбиться

            — Ну что, рассказывай, как там дела? — Багира тепло обняла Олесю и обратилась к Коту. — Давно мы с вами вживую не виделись.       — Давно, — ответил тот и тоже обнял женщину. — Дак зачем нас сюда вызвали?       — Ооо, — протянула Рита, — ну пошлите, будем рассказывать. Ума взяла за ручку чемодан и пошла за Кошкиной по родным коридорам. Живот начинал предательски урчать от недостатка еды, ведь кроме половины стаканчика кофе, девушка ничего ела.       — Слушай, Багира, а у тебя есть что-нибудь перекусить? А то я не ела ничего, — тихо спросила Олеся и словила на себе недовольный взгляд Кота.       — Уманова, я тебе скоро сама лично еду вертолетом высылать буду, — недовольно ответила Рита. — Пойдем, чего-нибудь найду.

***

      — Разрешите? — Кот заходит в кабинет Булатова, а Ума за ним.       — Заходите, заходите, — Пригов встаёт с кресла.       — Здравия желаю, товарищ генерал-майор.       — Вольно, садитесь, — Ума заняла место за столом, а Кот напротив, но даже не смотрел на нее. Багира, которая сильно скучала по ним, была рада, что наконец увиделись, но также она слишком хорошо знала и Ионова, и Уманову, чтобы не заметить, что между ними что-то не так. Наблюдая, как Кот старательно не замечает Олесю, а та только поднимает на него глаза, и тут же опускает, Рита поджала губы и села в кресло рядом.       — Итак, у Вас особое задание, — начал Батя. — На Вас лежит защита родственников одного из знакомых Пригова.       — Стоп. А почему этим ФСБ не займётся? — Кот внимательно посмотрел на обоих.       — Потому что Курбанов сам лично попросил меня об этом, — ответил Пригов. — Курбанов — мой старый друг и сослуживец, и не раз меня спасал, поэтому теперь пора и мне его спасти.       — Ну и что нам надо делать? — Ума снова подняла глаза на Кота, а потом посмотрела на контр-адмирала.       — Грубо говоря, ваша задача — спасти дочь Курбанова и ее жениха, а именно стать этими людьми, — на такие слова Кошкиной, Кот недовольно закатил глаза. Ума сразу поняла, что он не хочет работать с ней в качестве напарников, дак ещё и играть молодожёнов. — По планам они должны были приехать в Питер, заселиться в гостиницу «Изумруд» и жить там какое-то время. Преступники знают об этих планах и по предварительным данным, должны напасть на Елену и Виктора. Их имена преступники не знают. А, как мы уже говорили, вместо них пойдете вы и будете ловить, так сказать, на приманку.       — Нормаааально, — протянул Кот.       — Нормально будет, если у вас получится задержать преступников, а пока Курбановы остались в Москве, — ответил Батя.       — Сейчас вы берете вещи и выдвигаетесь в гостиницу. Там всё осматриваете, заселяетесь и действуете по ситуации. Связь будет осуществляться 2 раза в день, об операции знаем только мы. Рано или поздно преступники должны как-то выйти на вас и самое главное — они должны понять, что вы — это молодожены. Поэтому играйте свои роли со всеми вытекающими, — последнюю фразу Пригов особенно выделил, а Ума поежилась. Что значит со всеми вытекающими? Нет, подождите. Что значит молодожёнов? Это им нужно будет жить в одном номере, вместе, везде быть вместе, дак ещё и делать вид пары? Нет, это уже слишком.       — Уманова, не спи! — из мыслей выводит голос Бати. — Вопросы есть?       — Есть. Почему именно мы? В смысле, почему я и… и Кот?       — Было бы глупо отправлять на такое задание Опера, у которого жена и дети, с Даной, правильно? Операция бы была наверняка сорвана. Ума, получив ответ от Пригова, кивнула и глубоко вздохнула. Получив «Идите, приедете — отзвонитесь», Олеся взяла чемодан и вышла из кабинета. Она молча плелась за Котом, который уже вызвал такси и понимала, что он тоже недоволен. А что делать? Приказ — есть приказ.

***

Гостиница оказалась большой, что, конечно, только мешало заданию — больше места — больше способов укрыться преступникам. Получив ключи, Ума с Котом зашли в свой номер на втором этаже. Ванная, спальня, телевизор, стол, стулья, прихожая — было похоже на обычную квартиру. Пока Ионов обходил всё и проверял шкафы, столы, стулья и другое на предмет прослушек или ещё чего-нибудь, Ума добралась до спальни. Двухместная кровать. Одна. Большая.       — Черт! — Уманова выругалась уже вслух.       — Что у тебя?       — У меня большая двуспальная кровать. Одна, — с колкой интонацией ответила девушка и села на нее, ожидая Кота.       — Приплыли, — только и услышала она от Кота.       — У тебя как?       — У меня то чисто, — над чем-то раздумывая, Ионов вышел из комнаты. — В шкафу, кстати, нам по пистолету оставили, — из другой комнаты ответил он. — Знаешь что? Давай-ка я пока гостиницу осмотрю, а ты вещи свои разложишь. И вышел. Олеся тяжело вздохнула. Что за полоса такая черная? Ей явно в последнее время не везёт. Раскладывая одежду на полках, Ума уже мечтала о сне и еде. Багира, конечно, угостила ее булочкой, но этого оказалось недостаточно, да и за день столько всего случилось. Неожиданный перелет, новое задание, ссора. Ссора. Быть в таких отношениях с Котом Умановой не нравилось. Надо было поговорить. Да, она пыталась это сделать в самолёте, да, ничего не вышло, но нужно попытаться ещё раз. Запихнув чемодан на верхнюю полку, Ума проверила оружие. 2 пистолета, ещё несколько обойм. Красивый набор. А главное всё, что нужно. Послышался скрип входной двери и Ума автоматически сжала в руке пистолет.       — Уманова, застрелить меня захотела? — усмешка от Васи и колкий юмор.       — Ага, горю желанием.       — И с чего это?       — Да так, не нравится мне наше общение. Одни муки приносит, — Уманова встала в проходе, а Кот сидел на кровати и крутил в руках телефон. Но после сказанного Умой, он выгнул бровь и вопросительно на нее посмотрел.       — И что же не так?       — Я уже говорила: чуть ли не орёшь на меня, не разговариваешь, не поясняешь в чем дело, а я ходи и мучайся, — со стороны разговор звучал как шутка, но Олеся напряглась.       — Прямо-таки «мучайся»?       — Мучайся, — Ума села рядом с Котом, но потом пожалела. Он был слишком близко, и наверное, чувствовал, как она напряглась. — Дак может всё-таки объяснишь, что тебе не нравится?       — Ладно, — Ионов, протянув слово, развернулся лицом к Уме. — Раньше с Опером ты не так много общалась. Ума подняла брови и протяжно выдохнула. Значит, всё дело в Опере? Реально ревнует что-ли?       — Поясни.       — Ну что «поясни»? Опер у нас человек женатый и семейный…       — Не, не, не, подожди, Кот, по-моему ты не туда пошел в рассуждениях. Мы с Игорем просто коллеги, сослуживцы, друзья. Не более. И ни о чем большем речи быть не может! Ты думаешь я бы его из семьи увела?! — Ума уже срывалась на крик. — Спасибо за такое хорошее мнение, Кот. Уж от кого от кого, дак от тебя не ожидала! — девушка вскочила с кровати и начала ходить по комнате. Это ее защитная реакция — Кот давно уяснил.       — Нет, Олесь, подожди, я не об этом хотел сказать, — Ионов хотел ее успокоить, в слова Умы он поверил, да и до этого верил. — Мы просто… мы стали реже общаться. Ты больше с Опером, — парень уже хотел обнять Олесю, но та отступила назад, откинув его руки. Ума быстрым шагом ушла в ванную, закрылась и включила воду в умывальнике. На глаза наступили слезы, от чего? От такого мнения со стороны Васи? А почему было ощущение, что он ее предал? Это было причиной игнорирования с его стороны? То, что они начали больше общаться с Игорем? Он серьезно ревнует?! Умывшись холодной водой, Олеся вышла из ванной. Кот стоял в проходе, на лице читалась… грусть? Или он ее хорошо отыгрывал? Верить ему не хотелось, да и видеть вообще. Она так пыталась понять, почему он не общался с ней, а теперь это привело к слезам. Последний раз причиной слез была годовщина смерти отца. Слишком сильно он ее обидел, хотя обычно такой обидчивости Уманова за собой не наблюдала. Что он творит с ней? Девушка обошла Кота и легла на край кровати, отвернувшись от входа. Кот сначала проследовал за ней, но увидев, как Ума отвернулась, опустил глаза.       — Олесь, прости… — но девушка не отвечала. — Я тогда пойду узнаю, во сколько ужин, ладно? — ответа снова не последовало. Кот тихо вышел, а Ума вытерла глаза краешком одеяла. Что ж так больно, он ведь ничего толком не сделал? Глаза закрывались. Когда Вася уже вернулся, Ума спала. Он грустно улыбнулся, аккуратно накрыл девушку одеялом и сел рядом. Сейчас Ионов больше всего ненавидел себя за такие плохие мысли об Умке. Его маленькой Умке. Раньше они постоянно работали в паре, часто гуляли и она была именно его маленькая Умка. А потом неожиданный перевод в Мурманск, ежедневные разговоры постепенно уменьшались, а потом и вовсе сошли на нет. Затем перевод Олеси к Нерпам, снова общение, а потом Бизон попробовал поставить Опера и Уму в пару работать — и получилось. Общение сходило на нет, а Коту начинало не хватать ее. Ее, Умы. Умановой Олеськи, веселой девушки с колючим характером. Ревновал? Да. Тяжело поверить, но да, ревновал. Почему тяжело? Он давно это осознавал, но это бы помешало в работе, да и повторять ситуацию с Мурашевой не хотелось. Он стал ревновать. Да. Точно. Ревновать. Отношений не было, но ревновал к дружбе. Как там Олеся сказала в самолёте? «Ревнуешь?». Она поняла это. «Мучайся» — он причинил ей боль и впервые видел, как эта сильная девочка плакала. Вася тяжело вздохнул. «До чего же ты довел ее, Ионов?» — крутилось в голове. Что теперь делать, он не знал.