Особое задание: влюбиться

Пока пара шла мимо стойки администраци, их окликнула девушка в униформе гостиницы.       — Извините, — начала она, улыбнувшись Ионову. — Меня тут спрашивали, кто живёт в 215 номере, то есть в вашем. Я не имею права говорить, но я сказала, что молодожёны. Эти люди представились вашими друзьями и заселились в 346 номер.       — Спасибо большое, — Кот улыбнулся девушке, а Уманова нахмурились. — Вы всё правильно сделали.       — Да, спасибо. Ну-ка пошли, — Олеся потянула Кота в сторону лестницы. — Значит это точно наши персонажи. Мы знаем их номер. Как там она сказала?       — Эта прекрасная девушка, — Вася обернулся и посмотрел на нее ещё раз, но та уже работала и разговаривала с очередным гостем, — сказала, что гости из 346 номера. «Прекрасная девушка», улыбки ей строит, ещё номер пусть у нее попросит! Олеся нахмурилась, а внутри почему-то было неприятно.       — Вот и иди к этой прекрасной девушке, — прошептала она, но Ионов все равно услышал.       — Эй, ты чего? Ревнуешь что-ли? — он усмехнулся, заглядывая в глаза девушке, но та отвернулась и быстрым шагом направилась к лестнице.       — Так, — протянул он в обычной манере, — иди-ка сюда! Третий этаж пустовал. Олеся выглянула из-за угла и изучила обстановку.       — Так, ну похоже 346 прямо по коридору. Какой-то из них. Мимо прошла горничная, поздоровавшись, а в одном из номеров открыли дверь и Ума увидела позолоченную табличку с заветными «346».       — А вот и наши гости, — озвучил Ионов. — И идут в нашу сторону.       — Уйти не получится, — озвучила вывод Уманова, осматривая этаж. — Что мы делаем по-твоему на третьем этаже, если живём на втором? Что делать, Кот? Шаги и голоса мужчин становились всё громче, уже можно было разобрать то, что они говорят. В таких случаях, Уманова обычно прячется, или хватается за автомат, но никакого оружия она не взяла — так сказал Вася. Девушка уже точно решила, что если их сейчас заметят, то операция будет провалена.       — Кот, что делать?! — Олеся дернулась, чтобы убежать и спрятаться, но Вася прижал ее к стене, отодвинул прядь волос, страдающую со лба, и накрыл губы Умы своими, закрыв глаза. Сердце обоих застучало сильнее. Он целовал настойчиво, в какой-то мере властно, но в то же время почему-то нежно, а Ума опешила от такого. Но тоже ответила, для начала прикусив ему легонько, чуть заметно, губу за поступок. Девушка положила ладони ему на плечи, а рука Васи скользнула по телу и вот он уже держит ее за подбородок. Уме показалось, что Кот хочет ей что-то сказать этим поцелуем, уж слишком он разошелся. Неожиданно для себя, Олеся поняла, что давно об этом мечтала. Она мечтала отвечать ему на поцелуй, закрыв глаза, а внутри прямо сейчас разливалось приятное тепло. Ума прямо сейчас не замечала окружающего мира, хотя и думать не хотела о том, что это лишь задание. Ей было хорошо с ним. Воздух в лёгких постепенно заканчивался, Ума легонько прикусила губу Васе, не желая прерывать поцелуй, но почувствовала, что мимо прошли люди и судя по голосам, это были те самые подозреваемые. Шаги на лестнице закончились, на этаже снова стало тише, а Олеся снова прикусила губу Васи, уже, понимая, что воздух окончательно закончился. Ионов чуть заметно простонал, протестуя, но разомкнул поцелуй, напоследок больно укусив нижнюю губу девушки, после чего ощутил металлический вкус крови. Ума начала тяжело дышать, приложив руку к губе, пока Кот проверял обстановку на этаже и лестнице. Парень вернулся, взял Уму за руку, пока она пыталась принять всё, что только что произошло. Ионов снова переплел пальцы, вернулся на второй этаж, быстро запустил девушку в номер и тихо закрыл дверь. Олеся тут же ушла в ванную, чтобы приложить ватку к кровоточащей губе.       — Дай, — он развернул Уму к себе лицом, аккуратно прикладывая ватный диск. Олеся до сих пор тяжело дышала, боясь поднять голову и посмотреть ему в глаза. Почему? Если бы она сама знала… Вася аккуратно поднял голову девушки за подбородок, отчего снова пошли мурашки по шее, и заглянул в ее глаза.       — Прости, — Ионов убрал ватку, вытирая остатки крови, а Олеся снова развернулась к зеркалу. Она посмотрела на него в отражение и тяжело выдохнула. За что извиняется? За губу, или поцелуй? Да. Они поцеловались несколько минут назад. И она была не против. Девушка открыла кран, из которой полилась холодная вода, тут же убрала руку из-под струи, ощутив новый прилив мурашек по руке и плечу. Или это от того, что пальцы парня снова проскользили по спине девушки? Олеся умылась холодной водой и снова подняла глаза на Кота. «Что же ты творишь со мной Ионов?!» — такой вопрос Уме хотелось задать Коту давно, с тех самых пор, как поругались, ещё в самолёте, когда она задала вопрос «ревнуешь что-ли». В это время Вася медленно, позволяя девушке отступить, притянул к себе и обнял за плечи, как это уже было. Олеся снова вздохнула и опустила голову на его плечи, которые так хотелось обнимать постоянно.       — Это всё ради задания, ведь так? — не думая спросила девушка, боясь получить ответ «да». Она не хотела этого принимать, но так боялась признаться себе в том, что действительно стала зависима от Кота, что стала зависима от парня, который не упустит возможности познакомиться с какой-нибудь красивой девушкой, что стала зависима от друга, сослуживца. Ионов развернул Уму к себе и прижал к груди.       — Я не хочу, чтобы ты потом себя винила, — ответил он ей на ухо, а Олеся сжала кулаки.       — Винила за что? — к горлу подступил ком и слезы, а голос дрожал. Сейчас она пыталась отогнать все мысли о том, что это неправильно, ей хоть раз хотелось быть счастливой…       — За всё, что мы можем совершить, — Вася взял лицо девушки в свои ладони. — И боюсь тебя потом потерять. Ты слишком дорога мне, медвежонок.       — Мне плевать, за что я там буду себя винить, — прошептала она, а Вася вытер большим пальцем не слезу.       — Уверена? А что если она для него никто? И после задания всё кончится? Он начал приближаться, чтобы поцеловать девушку, но она прошептала тихо ему в губы: «Не делай этого, если я тебе никто. Я не хочу, чтобы ты потом мне сделал больно». Кот резко притянул Уму к себе и вовлек в страстный поцелуй, углубляя его, а девушка и не препятствовала. Она пыталась влить в это всё чувства к Коту, всё эмоции и горечь слез, а Вася медленно поглаживая девушку по плечам. В кармане парня завибрировал мобильный, но он не обращал на него внимания. Ума прервала поцелуй.       — Ответь.       — Не хочу, — Ионов снова поцеловал девушку, переходя на шею и щеки, но телефон не переставал вибрировать.       — Возьми трубку, пожалуйста, вдруг там что-то важное, — Кот нахмурился и достал мобильник. На дисплее высветилось «Багира» и Вася нехотя ответил, продолжая проводить пальцами по плечу Уму, с которого спала лямка майки.       — Да, Багира. Да, мы узнали, в каком номере они живут, узнали, что они нас искали. Нет, они наоборот убедились в том, что мы молодожёны, по-моему. Хорошо. До связи. Олеся почему-то покраснела.       — Кот… — прошептала она, как только тот убрал телефон. — Ты то уверен?       — Уверен. Они смотрели друг другу в глаза, будто пытаясь прочитать в них что-то, будто ища там ответы на свои вопросы.       — Что мы теперь будем делать? — вопрос мучал Олесю и она его задала Коту, надеясь не получить от него чего-то плохого.       — Теперь мы будем… пошли, я обещал тебя греть, — он улыбнулся. — Или тебе уже не холодно? Олеся улыбнулась, взяв Кота за руку и дошла с ним до постели, упав на нее. Ионов притянул девушку к себе, вдыхая запах ее волос, прижимая к своему торсу ее маленькое, казалось бы, хрупкое тело, и сейчас он совершенно забывал, что она боец спецподразделения. Сейчас она для него — его маленькая девочка, которую никуда не хочется отпускать. Она ему нравилась давно, он понимал это, признавал, но боясь испортить дружбу с ней, боясь сделать больно Умке, специально иногда избегал, пытаясь не сорваться на так сильно манящие губы. Он давно сделал вывод, что лучше будет больно только ему, нежели ей. Он-то выдержит, а видеть ее слезы… Ионов готов любого убить за нее, лишь бы она не плакала. Черт. В этом сложно признаться. Но он любит ее. И давно мог сделать первый шаг, если бы не воспоминания о Мурашевой и фраза, которая давно вонзалась мечом в сердце. «Ты — командир, я — подчинённая и никаких отношений», если бы не боязнь, что его медвежонок это скажет. И как Вася рад, что Ума не такая, что ей плевать на запрет. Что она тоже его любит.       — Обещаю, не предам, — шепчет ей на ухо он, наблюдая за реакцией, а она улыбается и кивает.