Особое задание: влюбиться

Летний Питер в августе, дождливый, переменчивый, впрочем, как и всегда, влюблял в себя Олесю всё больше и больше, особенно вечерами, когда она гуляла по улицам, слабо освещённым тусклыми фонарями, когда она гуляла, держась за его сильную, крепкую руку, отпускать которую в последнее время не хотелось вообще. На это он лишь довольно улыбался и сильнее сжимал ее маленькую ладонь, переплетая пальцы, убирал непослушные пряди ее темных волос со лба, целовал ее щеки и губы. Олеся была готова отдать всё за такие моменты. Моменты, когда она действительно счастлива, когда нет заданий, иногда стоящих жизни, когда нет других людей — только он и она. А Вася? Он всё никак поверить не мог, что всё, что происходит с ним — правда. Как давно он мечтал о ее губах, а теперь в любую минуту дня и ночи, и она не против. Дело даже не в губах. Дело в ней. В ее колючем, но послушном характере. А ее ещё в какой-то степени детской и невинной любви, рушить которую он не хочет и не собирается. Он пристрелит любого ради нее. И если надо будет, себя тоже. Глупо, правда? Вот и он, обнимая ее глубокой ночью, задумывается над этим под ее тихое сопение. Он не шутит. Он готов на всё ради нее. И вот, стоя на набережной, сжимая ее руку, ощущая ее голову у себя на плече, он разглядывает ее ладони, маленькие шрамики от порезов, стертости от пистолетов и автоматов, а в голове картинка отказывается складываться. Высокоспециализированной боец спецподразделения Нерпы, старший лейтенант Уманова, и его маленькая Олеська, Умка, Медвежонок. Взгляд случайно падает на наручные часы.       — Олесь, — лениво протягивает он, поглаживая большим пальцем не ладонь.       — Мм?       — Если мы через 15 минут не позвоним Багире по видеосвязи, она устроит нам скандал.       — Помню, — протягивает она. — Пошли? Вася приподнимает ее лицо за подбородок, нежно целует и направляется к гостинице, ведя девушку за руку.       — Готова? — глупый вопрос, пока Олеся прячет недавний засос на шее лёгким свитером, а Кот усмехается.       — Готова.       — Здравия желаю, товарищ капитан первого ранга, — Кот устанавливает телефон на столик.       — Вольно, — отвечает женщина как всегда за рабочим столом в КТЦ, на столе пустой стакан с кофе, а усталые глаза улыбаются.       — Как вы там? — Ума искренне улыбается, а Вася невольно задерживает взгляд на этой улыбке.       — Мы то нормально, вот операцию ребята закончили, отдыхают. Вы как? — Рита внимательно изучает счастливое лицо Олеси, Васю, опустившего глаза.       — Мы тоже нормально, — они ограничиваются тремя словами, хотя на душе буря эмоций уже который день.       — Ну что, больше ничего не узнали? — Рита почему-то подавляет улыбку, хотя ей это плохо удаётся.       — Нет, подозреваемые ничего нового не делали. Всё так же следят за нами в холлах и ресторане, вроде как слушают разговоры.       — Они ещё не заподозрили вас в том, что вы не молодожёны? «Мы уже не молодожёны, а какая-то влюбленная парочка» — пронеслось в голове у Умановой, отчего она улыбнулась.       — Нет, — Кот снова посмотрел на девушку.       — Хорошо, — Багира поджимает губы и все так же смотрит на напарников, а по ее взгляду понятно, что она над чем-то раздумывает. За ее спиной появляется Батя, как обычно говорит «Вольно, вольно, ну как дела у вас?» и сам садится рядом с Ритой.       — Перейдем к делу. Поступила информация, что преступники попытаются пробраться к вам в номер и установить там бомбу, любое взрывчатое вещество или прослушку, в общем, что-то им нужно в номере.       — И мы должны их взять, ведь так? — Ума наклоняет голову.       — Нет, это на крайний случай. Вы должны узнать, что именно они хотят сделать. Сейчас их брать опасно — мы не знаем, вооружены они, или нет, не знаем их планов. А ещё желательно установить прослушку у них в номере. Оборудование также в шкафу у вас лежит, — отвечает Батя.       — Видели, — протянул Кот. — Есть план, как нам это всё делать, или мы сами придумаем?       — Действуйте по обстоятельствам. По ту сторону связи слышится «Товарищ капитан первого ранга, разрешите доложить? У нас захват заложников», Рита коротко бросает «Все, до связи» и отключается. Олеся шумно выдыхает и падает на постель, а Кот садится рядом. И они не узнают, что через несколько минут Багира позовет Батю «выпить кофе», а на самом деле обсудить резкие перемены.       — Слушай, а ты ничего странного не заметил? — начинает Рита, всё-таки покупая кофе.       — Нет, а что такое?       — Ну ты не заметил, как они смотрели друг на друга? — в ответ молчание и недоумевающий взгляд. — Ну, Бать, они уехали поругавшиеся, не разговаривали друг с другом, а сейчас Ума прямо сияет, а Кот не может взгляда от нее оторвать.       — А, ты об этом, — спокойно отвечает Батя.       — Об этом. Не боишься, что после задания они вернуться молодожёнами или хотя бы парой? — Багира отпивает горячий кофе и смотрит на Булатова, ища ответ.       — Боюсь. В какой-то степени, — загадочно усмехается тот.       — Ну-ка объясни!       — Я говорил с Приговым по этому поводу ещё до задания. Ты думаешь, он сам не понимает, во что это может вылиться? Мы все прекрасно знаем, что нельзя существовать служебным отношениям внутри отряда, но ведь если об этом никто не узнает, то ничего же не случится, так? — Булатов улыбается.       — А если случится?       — А если случится, думаю нужно будет переводить кого-то. Но! Они не малые дети, сами разберутся, — заканчивает Батя.       — Разберутся. Уже разобрались, и помирились, и вон как смотрят друг на друга, — бормочет Багира. Тем временем Кот принял решение начать все действия завтра, а пока спокойно сходить на ужин и лечь спать.       — Мне иногда кажется, что мы в отпуске, — задумчиво сказала Олеся, смотря в потолок. — И не на задании вовсе.       — Мне тоже. Видишь как хорошо, — по номеру раздался смех. Ужин, как и любой ужин за последние три дня, прошел обычно. Постоянный контроль подозреваемых не мешал Ионову шутить, целовать, иногда специально бесить Уму, но это только для того, чтобы придя в номер, она в шутку набросилась на него и всё закончилось страстным поцелуем и… и всё. К дальнейшему хоть и шло, но Кот давал Олесе подумать. Если она потом будет ненавидеть себя за это, он будет винить себя.       — Я на третий, посмотрю как там и что, — Ума торопливо разрывает поцелуй и выходит за дверь. Она облокачивается на стену и вздыхает. Она действительно стала зависима от этих поцелуев. Как наркотик. Сильнодействующий, оказывающий какое-нибудь положительное влияние, но наркотик. Она готова тонуть в нем, когда их губы соединяются, или когда Ионов целует ее с языком. Уме кажется, что поцелуев мало, мало того, что он держит ее за руку, того он рядом, того, что ночью она обнимает его. Ей мало его. Но что это значит, она сама для себя ещё не определила. Вот они уже неделю в гостинице и уже как 6 дней они встречаются, как целуются ночами, как держатся за руку. Задание — то задание, оно тоже вполне успешно проходит, но Ионов точно сводит ее с ума. Как и она его. Ему может сорвать крышу, он готов целовать ее всю ночь, на всё готов. Наверное, эти чувства и зовутся любовью?       — Вася! — девушка забегает в номер, бросая мобильный на кровать. — Они планируют пробраться в наш номер завтра во время ужина. В коридоре подслушала.       — Хорошо, — он задумчиво посмотрел в окно.       — И я знаю, как нам поставить прослушку в их номер.