Падал прошлогодний снег.

- Дедушка, он умирает. - Так оно и есть, милая. - Мы можем помочь? - Можем. И ты уже придумала, как. Но знаешь, что за это сделается? Спасём одного - заберут другого. Жизни человеческие - все равны, - мужчина поднял глаза к тёмному зимнему небу. На его своде сегодняшней ночью не горело звёзд. - Ты можешь вмешаться? Дедушка? Пожалуйста! Спасём двоих! Должны же мы, на последок, хоть одно благое дело исполнить? - Двоих? Хмм... Ты же знаешь, девочка моя, наши силы далеко не те. Люди... никто уже и не верит. Мы тут с тобой продержимся то от силы лет пять, может, шесть, - мужчина перевёл взгляд на всё ещё теплящийся комочек жизни. Из-за седых усов было не заметить, что его морщинистого лица коснулась тёплым лучиком, едва-едва, улыбка. Стало быть, пора. - Я помогу, мы справимся вдвоём, дедушка...Пожалуйста! - Поможешь мне, говоришь? Учти, потратить много надобно. В истоки на покой уйти пораньше станется... - мужчина с пышными седыми усами, смотрел грустным голубым взором на девчушку лет тринадцати. Её глаза светились вековой мудростью, наливаясь, будто два озера - колодезной водой. Она присела перед лавочкой на которой спал паренёк, закутанный в свой чёрный пуховик да бордовый вязанный шарф, и из её глаз - цвета льда с дальнего севера - покатились слезинки. - Помогу, дедушка! Сил моих больше нет...! Столько тут боли... Вернёмся? Сколько нам ещё скитаться по Земле неприкаянными?! - Вернёмся... Эх кто бы знал, во что мы собираемся с тобою влезть, моя дорогая! - мужчина выудил из своего пальто, цвета бургундского вина, вещицу, отдалённо напоминающую то ли компас, то ли старинные часы: - Ты - проводник. Ни единой ошибки, ни единого промаха! Я могу только подтолкнуть на поворотах, но на большее у меня волшебства...не осталось. Зовут его - Ван Ибо. Приехал в чужие земли своё счастье попытать. Случайность - не случайна, да сегодня приключилось так, что потерял он бумажник свой. Никого не напоминает? Да. В бумажнике в этом, по недоразумению, всё остальное добро тоже было вложено. Но... Для одной маленькой девочки сегодня случилось чудо. В крохотной комнатушке, у семьи из двух человек будет приготовлен вкусный ужин. Завтра утром девочка, припрыгивая от нетерпения, побежит к аптекарю, а через несколько дней мамочка её поправляться станет, да в скором времени и на работу, счастливая, пойдёт. Один кошелёчек - две жизни... Занятно, занятно выходит. Связаться бы Ван Ибо с родителями, да ни телефона нет, ни номеров родных не помнит. И языка этого он тоже, толком, не знает... А строгий отец то наставлял его, что нельзя надеяться на современные гаджеты. Важное - самому надо знать. Самому. Да что тут теперь попишешь, когда беда уже приключилась... Мальчонка перепугался сначала до чёртиков, да потом решил, что и одинёшенек управится. Больно самостоятельный нам попался... Попытался он добраться до посольства своего. Ох, идти то без денег долго да далеко оказалось. Хоть и выносливое тренированное его тело, силушки, без маковой росинки за сутки, и у него не хватило. Когда невтерпёж уж пришлось, присел юноша на эту самую лавочку и горько заплакал. Слишком он ослаб, ни разу не поев за целый день. Тут то и оставили силы его совсем да накрыло непосильной дрёмою. Заплаканные глаза сами собой слипались от надвигающегося забытья. Не рассчитал Ибо. Думал что вздремнёт да встанет, и дальше в путь. Только холод то ночной - не пощадит сквозь время, проси не проси...он хорошо своё дело знает. Завтра Ван Ибо должен попасть на своё прослушивание. И если он переживёт эту ночь, то всё пройдёт ладно-гладко. Его ждёт интересная жизнь да затейливые свершения. Мы - сможем заглянуть, пока мальчонка не замёрз, ровно на четыре года вперёд, чтобы смогли они связать свои судьбы. Сил твоих на день должно хватить. Если сплетутся - второй не отпустит, он будет готов ждать через года, через жизни. Но никому неподвластно это, кроме самих людей - судьбы сплетать. Есть право у каждого - не связывать - время то ещё не то. Эх, рановато... Если пройдут параллели мимо друг друга, если пропустят взгляды, не услышат сердца... Паренёк наш проснётся на утро живёхонький да сытый, мы уж там за ним присмотрим, да пойдёт на своё прослушивание. Но, ровно через четыре года, в это же самое число и время, заберут взамен первого - второго. И наше с тобою вмешательство, дорогая - объявится бесполезным, если не сказать, более вредительским, нежели, чем оставить его в покое досмотреть свои сны в последний раз. Несколько минут. Убедишь? Справишься? - Справлюсь, дедушка. - Тебе ли не знать, дорогая: время- вещь могущественная, а когда в него вмешиваются – очень опасная... - дедушка подмигнул своей внучке и, что-то шушукая себе под нос, завертел механизмом чудной вещицы. Она щёлкнула в его руках и начала отсчитывать секунды: Тик-так, тик-так. Время. - Ван Ибо! - Что?! - парень вскочил с лавочки, его шапка съехала на бок, открывая белокурые волосы. - Чего разлёгся, яркая звезда?! Подъём! Пора светить! - девочка размазывала по щекам не унимающиеся слезинки. - Ты кто такая? Чего визжишь на ухо? - парень поправил шапку и осмотрелся. Вокруг белым-бело. Ничего не видно, один сплошной снег. - Что это за место? Где я? Это сон? - Может быть, и сон. - Значит, ты тоже мне снишься? - Не совсем... - девочка закрыла своё мокрое лицо ладошками. - Чего ты ревёшь? Чего ревёшь, спрашиваю? Перестань! Объясни, что происходит? - Не реву я, глупый! Ты должен сделать выбор! Сейчас же! - Раскомандовалась. Ладно хоть сопли подобрала. Какой именно у меня выбор? - Первый - замёрзнуть тут и не проснуться... Ты и так к этому близко, сейчас сам почувствуешь. Второй - делаешь так, как скажут! А завтра просыпаешься и идёшь куда собирался. - Что за бредятину ты...постой, даже если это всё только в моей голове, а если...Чёрт! Да конечно же я выберу второе! - Может, и в твоей голове, мой золотой, но почему же это не может быть правдой? - девочка вздохнула и покачала головой из стороны в сторону. - Так это правда? - Нет времени! Слушай сюда внимательно, Ван Ибо. Сейчас ты проснёшься на родных землях. То место где очутишься - не вздумай оттуда уходить или засыпать! Сама убью, понял?! Дождись человека, что выронит перед тобой кошелёк. Он не должен узнать кто ты и откуда при любых обстоятельствах! Ледяные глаза забегали, будто сквозь пространство. По спине Ибо рассыпались колкой поступью холодные мурашки. Это не девочка... Что это перед ним?! Если бы в её руках была книга, можно бы было с точностью сказать, что она сейчас что-то читает. Глаза-льдинки бегали по воздуху, а Ибо почувствовал как леденеют руки и ноги - не пошевелить. Такая боль не похоже на сон. - Что мне нужно сделать? Что от меня там зависит? - но девочка пропустила его вопросы мимо своих ушей, всё так же пронзая глазами воздух. - Он очень хороший, не смотря на то, что постоянно теряет свой кошелёк. Не упусти только. Больше не представится... Ты вернёшься к утру тридцать первого. - И это всё? - Всё... Тебе пора вставать. Просыпайся, Ибо. Тик-так, тик-так. ... Прошёл месяц. Ван Ибо стоял в том самом городе, у того места, где должен был быть бутик… Но вместо него его там ожидал продуктовый магазин. Ибо стоял и смотрел сквозь витрины, разинув рот на снующих людей меж узких рядов прилавков со съестным. А на улице, вдруг, ни с того ни с сего пошёл снег. Он то думал, что в эту зиму снега уже и не повстречается. И что же это такое? Он не туда пришёл? Нет, он не мог перепутать... Где тот магазин?! - Кого-то потеряли, молодой человек? Ван Ибо обернулся. Перед ним стоял немолодой мужчина в представительном пальто, подкручивая свой седой ус. - Рамиль? - Мистер Ван Ибо, Вы слишком рано вернулись. Пройдёмтесь, я Вам подробнее поясню, в какую сказочку Вы у нас попали. Мужчина взял под руку и повёл несопротивляющегося, готового уже верить во что угодно, юношу вдоль по мостовой. … Оказалось, что Ван Ибо не сошёл с ума. Тёплые, нежные, самые красивые руки действительно касались его, нежили и обладали... Ночные миражи перетекали в явь и обратно. И сколько же ярости и силы это придавало! За свой успех он должен быть благодарен, возможно, только этой энергии, стекающей к нему по ночам. Словно ток от неразъединившихся проводов. Неиссякаемый источник. Но... Сяо Чжаня здесь нет. Он ещё не купил свою квартиру, не познакомился с Рамилем и ни разу не ел его карамельных тартов. Четыре года. Нужно ждать и не вмешиваться. По силам? А кому же, если не ему?! Он подождёт. Сквозь время. Тот снег для его гэ будет прошлогодним. А он... Он как-нибудь справится за эти четыре года. ... Тик-так, тик-так. - Ван Ибо, если ты не забудешь за эти года, то заходи ко мне тридцатого января, на закате. Тебя встретит моя помощница. - Девочка с ледяными глазами? - Рамиль кивнул и остановился, наблюдая за Ван Ибо. Парень долго молчал. Он старался обуздать поднявшийся северный ветер в своей груди: - Только так я смогу... - Только так - сможешь. Если ещё захочешь к тому времени. - Я буду там. - Тогда, не опаздывай. Тридцатого, на закате. Не позже. Я в ход времени вмешаться больше не смогу, - и Рамиль отвернулся, рассматривая заснеженный небосвод. - Как я могу отблагодарить…? - У помощницы моей спросишь. Когда вернёшься, - мужчина подмигнул, развернулся и зашагал в обратную сторону от Ибо по заснеженной мостовой. А вскоре, совсем исчез, теряясь в пушистых клубах снега.

***

Вот и конец сказочке. Где тут быль, а где небыль - решайте сами. Мне Вам хотелось бы напомнить: в предпраздничные дни с людьми случается много необъяснимых вещей. Будьте уверены в этом. И я теперь могу подтвердить это Вам. Хотя бы на своём собственном примере.