С Рождеством, Ричи

Гэвин в пятый раз за десять минут посмотрел на часы и нахмурился. Скоро Ричи должен был вернуться с очередной диагностики, и заказанный Ридом сюрприз безбожно опаздывал. Пиликнул телефон. Крис снова рассыпался в голосовых извинениях, лепетал что-то про форс-мажор и клятвенно обещал доставить заказ через два часа максимум. Чертыхнувшись, Гэвин выдохнул и окинул взглядом украшенную гостиную, думая, в какое мирное русло можно направить своё волнение. Ёлка была наряжена лишь наполовину. Ричард, зависший почти на минуту при виде мерцающих блёсток на боках шариков, три раза попросил Рида оставить всё, как есть, до его прихода. Что-то там было про калибровку и моторику, Гэвин не вслушивался, отряхивая блестящие руки. Ему достаточно было восхищения в глазах андроида, для которого это было первое Рождество. Поборов искушение снять уже висевшие шарики, Гэвин направился на кухню. Судя по запаху, глинтвейн был почти готов, да и карамель для яблок сама себя не приготовит. Гэвин представил, в каком бы шоке сейчас была его мама и ухмыльнулся. Перед каждым Рождеством он выслушивал нудную двадцатиминутную нотацию по скайпу о том, что он намеренно лишает себя праздничного настроения, и угрозы приехать и взять всё в свои руки. Оливия даже как-то позвонила Фаулеру, чтобы уточнить, действительно ли её сын на праздник в патруле. «Повесь дома хотя бы какую-то гирлянду, Рид, покажи матери, что ты не такой уж кошмарный затворник», — добродушно сказал тогда Фаулер, а Гэвин поклялся себе принимать все звонки на Рождество только на улице. Замерзая под сияющим всеми цветами радуги рекламным транспарантом. Но в этом году произошли определённые изменения, и Гэвин даже сам подумывал позвонить матери - и откладывал звонок. Ричи ещё не закончил с украшениями, а Рид - с формулировкой объяснения, с какой радости на это Рождество он проникся духом праздника, да ещё и с андроидом под боком. Рид и сам себе это до конца не мог объяснить. Он вспомнил весну, когда Ричард поступил к ним на службу. Холёный, идеальный - муха не сидела. Все удивились, когда Фаулер объявил, что новый сотрудник не является девиантом. Революция прошла, Гэвин даже успел перебеситься насчёт выходок Коннора (в которых сам был виноват, но кого это волнует), а тут - вторая смена. Почти на голову выше своего вмиг притихшего прототипа, шире в плечах и со взглядом таким надменным, будто этого Короля Севера только сейчас сдёрнули с удобного трона и сунули в толпу плебеев. Памятуя о реакции Коннора и своём продолжительном больничном, Гэвин решил заделаться в наблюдатели. Благо, нового андроида закрепили за Хэнком, никак не отреагировавшим на пополнившийся детский сад. Девятка (так тогда звал андроида Гэвин) почти не пересекался с Ридом, ездил на задания со сладкой парочкой и… молчал. У Рида язык чесался от сдерживаемых подколов, но андроид будто чувствовал что-то, и от его взгляда у Рида начинал ныть затылок. Не девиант, как же.       — Эй, Хэнк! — интерес Гэвина всё-таки пересилил чувство самосохранения, — Кому надо замолвить словечко, чтобы заиметь у себя такую же навороченную кофеварку? Андерсон тяжело вздохнул и отпил кофе, за которым посылал Девятку в кофейню за пару кварталов от участка.       — Рид, если ты опять с подъёбами…       — Да боже упаси! — Гэвин вскинул обе руки и даше отшагнул назад, — Мне правда интересно, почему к тебе приставили уже второго цепного пса, тогда как весь участок зашивается, и кандидатов было море? Что, Коннор уже не вывозит делать работу за тебя?       — Рид, твою мать! — рявкнул Хэнк и начал было подниматься, когда внезапно Гэвину на плечо легла чья-то ладонь.       — Вам нужна помощь, детектив Рид? Гэвин обмер, нутром почуяв большие проблемы. Повернув голову, он столкнулся с пронзительным взглядом серо-голубых глаз Девятки. И тут же пожалел, что каждый день откладывал написание завещания.       — Ему определённо нужна помощь, Ричи, — Хэнк ухмыльнулся и снова сел, поудобнее перехватив стаканчик. — Проводи детектива Рида на его рабочее место. Он, кажется, потерялся. Гэвин приготовился было вырываться из крепкой хватки андроида, но тот удивил всех вокруг.       — Я думаю, детектив в состоянии добраться сам. Тихо охуевающему Риду осторожно поправили сбившийся воротник, аккуратно развернули за плечи и шёпотом «Вам туда, детектив» отправили мозги в беспросветный нокаут. Ричард, значит… Стук в дверь вырвал Гэвина из воспоминаний. На улице валил снег, и Ричард, виновато улыбающийся, пытался стряхнуть его остатки в коридоре. Гэвин поёжился и затащил его в квартиру, попутно стряхнув с макушки пару незамеченных снежинок.       — Как прошло? — Гэвин забрал у Ричарда пальто и понёс в ванную.       — Рука слушается намного лучше. Мэтт сказал, что необходимо провести ещё два сеанса, чтобы убедиться, что её точно больше не заклинит. Гэвин цыкнул и привалился боком к косяку.       — А здесь? — он постучал двумя пальцами по своему виску и тут же пожалел о вопросе, глядя на слегка потухшую улыбку Ричарда.       — Думаю, они так же обойдутся двумя сеансами.       — Рич, это ни в ка…       — Гэвин, — Ричард подошёл к нему, взял за плечи и слегка встряхнул. — Мэтт знает, что делает. Не волнуйся, пожалуйста.       — Ладно, — Гэвин выдохнул и погладил повреждённое плечо Ричарда. Будто успокаивая самого себя. Улыбка вернулась на его лицо, и это, определённо, радовало.       — К тому же, — Ричард перехватил руку Гэвина и легонько сжал, улыбаясь шире. — Я не могу сказать, почему я так уверен, но мне определённо лучше. Гэвин фыркнул и кивком указал на ёлку. Смотреть на вмиг засуетившегося Ричарда было приятно. Действительно, промежуток между приступами значительно увеличился, да и сами они перестали быть такими… Страшными. Ричард явно замёрз. Он хаотично перемещался по гостиной, хватаясь то за шарики, то за гирлянду. Упрямец не стал вызывать такси от Центра диагностики, хотел прогуляться и посмотреть на Центральный парк, к Рождеству засиявший сотнями огоньков. И теперь вот разгонял загустевший от мороза тириум. Гэвин задавил ворчание на корню, но от вновь нахлынувших воспоминаний спрятаться не успел. Через два месяца после появления Ричарда в участке Хэнк ушёл в отпуск, и андроида скинули на Рида. Гэвин не стал пререкаться с начальством - работы и впрямь было невпроворот, да и радовало то, что бесящий до зубовного скрежета Коннор свалил с обожаемым напарничком. Не игнорируя подарки судьбы, Рид поделил работу пополам и с наслаждением потягивал вкуснейший кофе, каждое утро появляющийся на его столе в одно и то же время. После их своеобразного «знакомства» Ричард повадился пару раз в неделю баловать детектива, а после переназначения делал это, как само собой разумеющееся, и лишь слегка улыбался на благодарные стоны Рида. Ричард был тем ещё молчуном, но на все вопросы по делу отвечал быстро и чётко, на выездах не лез с расспросами и в рекордно короткие сроки собирал большинство улик. Не пытаясь при этом хоть как-то поставить себя выше и важнее Гэвина, так что даже к его надменному взгляду Гэвин привык. Он был в шоколаде. Пока на очередном выезде Ричард не нарвался на оборванный высоковольтный провод. Гэвин опрашивал пятого свидетеля, когда услышал громкий треск. Охнувшая от ужаса женщина заставила его резко обернуться - и увидеть целый фейерверк, который почему-то бил из его напарника. Диод Ричарда истошно полыхал красным, левая рука почернела, но самое страшное - от высокого напряжения он не вырубился, а как-то странно засветился, слепя окружающих ещё больше. Тогда Гэвин впервые увидел, как лицо напарника исказилось, будто от невыносимой боли и непонимания. Время будто замерло, пока Рид не увидел направленный на него взгляд. Рид плохо помнил, как в панике искал хоть что-то, чем можно выбить треклятый провод и оттащить Ричарда подальше. Пока он метался от опешившего полицейского до ветхого сарайчика и обратно, линия, наконец, не выдержала напряжения и отрубилась, обесточив половину улицы. Ричард в последний раз дёрнулся, из-под скина снова блеснула синяя вспышка - и он упал, разом обмякнув. Как человек. Рид, вызвав скорую и диагностов, с ужасом рассматривал обугленную руку. Ожог поднимался от неё к шее, зацепив скулу. Что-то внутри головы Ричарда странно щёлкало, но тириумное сердце работало. Глухо, с перебоями, но работало, вселяя в Гэвина глупую надежду. Он отмахнулся от подоспевших медиков, крикнул полицейскому, чтоб тот позвонил в их департамент - и запрыгнул в машину к диагностам, суетящимся над Ричардом.       — Я с ним, — рявкнул он. Никто не осмелился перечить. В Центре диагностики сказали, что Ричарду необходимо пару дней побыть у них. Быстрый запуск убил бы его окончательно, поэтому его подключили к блоку питания - огромной жужжащей машине, рядом с которой у Гэвина волосы дыбом вставали - и запустили сканирование и поэтапный запуск систем. Гэвин вздохнул, коснулся почерневшей руки напарника - и быстрым шагом покинул помещение. Адреналин всё не отпускал, и он боялся попросту сорваться. Хэнк чуть голову ему не оторвал, спасибо вовремя подоспевшему Коннору. Гэвин заикнулся было о слишком быстрой привязанности к андроиду, но вовремя прикусил язык. Ещё по пути в участок он поймал себя на мысли, что не знает, как теперь будет работать с кем-то другим. Вообще, работать… Ричарда ещё никто не списал, а Гэвин уже готовился хандрить и рычать на потенциальных кандидатов в напарники. Четыре дня спустя Коннор сообщил, что Ричарда, наконец, запустили, и Гэвин, попросив прикрыть, поехал в Центр диагностики. Ричарду как раз разрабатывали повреждённое плечо, когда Гэвин, запыхавшись, ввалился в комнату.       — Детектив! — механик отошёл и Ричард приподнялся.       — Ричи! Всё хорошо? Тебя починили?       — Мистер Рид, я должен предупредить…       — Всё нормально, детектив, — с нажимом произнёс Ричард, как-то злобно зыркнув на вмешавшегося механика. Гэвин, не обращая никакого внимания на смену настроения андроида, ощупывал его руку с новеньким скином. Ричард, упрямец, отказался от замены, просто сменив скин, и теперь о травме напоминало лишь плечевое соединение, двигающееся тяжело, как при контрактуре.       — Сколько займёт восстановление?— Гэвин повернулся к механику.       — Примерно полгода, мистер Рид. Вашему андро…       — Это мой напарник, — рыкнул Рид.       — Вашему напарнику нужно будет появляться у нас раз-два в неделю. У этой моде… У него довольно сложная сборка, если торопиться - можно лишь навредить ещё больше.       — Понял. На сегодня все работы закончены? — Гэвин ощутил ладонь Ричарда на своём плече и постарался расслабиться.       — Да, мистер Рид. И всё же…       — Пойдём, Ричи, нам ещё отпуск тебе оформлять, — Гэвин потянул несопротивляющегося андроида за неповреждённую руку. Тот спрыгнул со смотрового стола и направился к выходу вслед за детективом, награждая механика ещё парой предостерегающих взглядов. На улице Рид притормозил и ухмыльнулся в ответ на удивлённый взгляд Ричарда.       — Ну что ж, думаю - не ошибусь, если скажу, что теперь ты точно девиант.       — Интересно, как я себя выдал? — Ричард вернул ухмылку.       — Почти тысяча вольт тебя выдали. Сомневаюсь, что после этого в твоих мозгах ничего не переклинило. Почему отказался от новой руки?       — Это слишком дорого. Да и потом, — Ричард махнул рукой, обрывая начавшего было возмущаться Гэвина, — Люди же как-то живут с последствиями разного рода травм.       — Хочешь стать жалким человечишкой?       — Хочу понять, как вы преодолеваете трудности, когда нельзя что-то заменить или стереть. Гэвин покачал головой, но больше ничего не говорил. Если Ричард ставил перед собой цель, то всегда добивался своего.       — Главное, чтобы мне не пришлось нанимать в итоге жестяного психиатра, когда ты поймёшь всю абсурдность этой затеи. Гэвин понятия не имел, в какую десятку он попал. Звон стекла в гостиной прервал воспоминания. Вздрогнувший Рид постарался тут же унять беспокойство. Ричард бесился, когда Гэвин включал режим курицы-наседки, поэтому Рид максимально спокойно окликнул его. Не получив ответа, он зашёл в гостиную и увидел красный диод и расстроенное лицо андроида, держащего в руке осколки одного из шариков.       — Слишком сильно сжал, — Ричард поднял на него взгляд и у Гэвина сердце защемило от выражения детской обиды на его лице. — Прости. Первым порывом было сжать его в объятиях, забив на украшения и сам праздник в принципе, но…       — Ричи, не поможешь кое с чем? — Гэвин мотнул головой в сторону кладовки, сделал пару шагов и снова окликнул его. — Ну же, я не дотянусь. Ричард как-то совсем по-человечески вздохнул, но встал, аккуратно сложив осколки в коробку.       — Что там у тебя? Рид постучал по краю большой коробки, умостившейся на самом верху в груде каких-то старых но, несомненно, очень нужных вещей.       — Достань эту коробку. Я боюсь, что навернусь вместе с ней. Это будет, конечно, весело, но немного унизительно. Ричард закатил глаза, но потянулся к коробке, аккуратно вытягивая ту из-под вороха старых курток. Внутри коробки что-то радостно звякнуло и андроид замер в комичной позе, испуганно помигивая жёлтым диодом.       — Там стекло, давай, давай, вытягивай, — Гэвин нетерпеливо переминался с ноги на ногу, с каким-то детским восторгом в глазах. Коробка была вызволена и торжественно доставлена в гостиную. Гэвин поставил её на уже открытую, пряча осколки разбитого шарика и, дождавшись Ричарда, снял крышку.       — Что это, Гэвин? С мягкой улыбкой Рид наблюдал, как Ричард достаёт из коробки и аккуратно раскладывает на журнальном столике одну за другой игрушки из его детства. Дед Мороз с уже почти выцветшим синим колпаком, странная ярко-зелёная обезьянка, Снегурочка, подол кафтана которой был отделан слегка пожелтевшей от времени ватой…       — Моя мать - фанатка рождественских украшений. Эти она привезла из России, выкупила на какой-то барахолке. Я мелкий совсем был тогда.       — Они… Удивительные, — казалось, Ричард слегка засиял под скином и быстро-быстро замелькал диодом, обновляя информацию. — Я не знал, что такое бывает.       — Смотри, что тут ещё есть, — Рид покопался в коробке и жестом фокусника вытянул оттуда синюю мишуру. Он тут же намотал её на шею онемевшему андроиду и улыбнулся, погладив большим пальцем диод. — Тебе идёт. Смотреть на светящиеся искренним счастьем глаза, чувствовать, как он подаётся на прикосновения гладящей его щёку ладони было приятно. Гэвин готов был нацепить парик клоуна и красную нашлёпку на нос, лишь бы отвлечь Ричарда от его периодически сбоящего корпуса.       — ПТСР? У андроида? Такое бывает? — Гэвин, напуганный и потерянный, стоял в дверях кухни, где диагност хлопотал над отключившимся Ричардом. Разлитое по столешнице кофе, всеми забытое, собиралось лужицей на полу.       — Я бы не назвал это именно ПТСР, но его отключение очень на это похоже. Система будто натыкается на повреждённый файл и, пытаясь его удалить или обойти, не выдерживает и перегружается, — диагност что-то отметил в планшете, тонким проводом подключённом к голове Ричарда, и, наконец, встал, отряхивая колени. — Именно об этом я хотел поговорить с вами в Сервисном центре. И андроиду…       — Ричарду.       — …Ричарду известно об этом. Когда система окончательно загрузилась, он очнулся будто во флэшбеке, с алым диодом. Подключённую аппаратуру не успели снять, и мне довольно быстро удалось вывести его из этого состояния, но… Повреждённый фрагмент памяти будто намертво впечатался в его код, и очистить её не удалось никакими путями.       — То есть, это теперь навсегда? — Гэвин неосознанно перешёл на шёпот, заметив, что диод Ричарда начал медленно пульсировать жёлтым. К андроиду возвращалось сознание, и Гэвину не хотелось обсуждать эту тему при нём.       — Да. Единственное, что я могу предложить - постепенно ставить защиту на этот файл, чтобы система перестала считать его угрозой. Окончательно это проблему не решит, но он хотя бы перестанет отключаться. Возможны зависания и кратковременная амнезия.       — Хорошо. Он очухается, и я поговорю с ним. Спасибо, эм…       — Мэтт, — диагност отключил от Ричарда планшет и пожал протянутую ему руку, устало хрустнув затёкшей спиной. — Если вдруг возникнут вопросы, или подобное повторится - вызывайте сразу меня. Гэвин проводил диагноста до входной двери, ещё раз поблагодарил его и вернулся к медленно моргающему Ричарду.       — Оклемался, засранец? Разговор вышел не из приятных. Если бы не повреждения, Гэвин бы не церемонился и давно бы настучал Ричарду по темечку за такие секреты. Но пришлось ограничиться словесной тирадой, от громкости которой морщился даже невозмутимый андроид - слуховой модуль от громкого звука начинал трещать. Условились на том, что Ричард перестаёт скрывать что-либо касаемо своего состояния и если почувствует какие-то неполадки, то сразу докладывает детективу. Несмелые возражения по поводу неуместного волнения Гэвин пресёк, громко хлопнув дверью спальни. Ричард правда старался держать Гэвина в курсе, но некоторые приступы он просто не успевал отследить, пару раз вырубившись с внезапностью, удивительной даже для него. Мэтт, ремонтирующий его руку, потихоньку выставлял обещанную защиту, но Гэвину этого было мало. Нужно было устройство, сообщающее ему о поломке андроида даже тогда, когда Ричи был не рядом. И вскоре Гэвин, через знакомых, такое устройство отыскал. Пиликнул телефон. Гэвин глянул на экран, пробормотал «наконец-то блять» и, оставив Ричи развлекаться со своей семейной реликвией, вышел в коридор, тихо затворив за собой дверь. Он топтался у крыльца, докуривая вторую сигарету, когда наконец у дома припарковалась полицейская машина и наружу, кряхтя на все лады, вылез Крис с большой коробкой в руках.       — С Рождеством, и ещё раз извини, Рид, — Крис подошёл к Гэвину и с облегчением поставил коробку рядом. Внутри что-то завозилось. — Пришлось чуть ли не пинками Иерихон торопить, я с твоими заказами вторую Революцию начну, и не замечу.       — Не сахарные, ничего с ними не случится. Лень и медлительность - привилегия людей, пусть эти совершенные жестянки не ноют, — Гэвин щелчком отбросил окурок и посмотрел на коробку. — Мои данные уже внесены?       — Да, Саймон сказал, что хозяином указан Ричард, но на тебе выставлен приоритет. Мудрёная штука получилась, и они очень интересовались, для чего такие сложности.       — Меньше знают - крепче спят, — усмехнулся Гэвин. Подхватил коробку и тут же присел, охнув. — Тяжёлая херня.       — И капризная. Чуть коробку не разнесла, пока ехали. Ну, бывай. Ричи привет!       — Спасибо, Крис, — Гэвин поудобнее перехватил коробку и хлопнул временного напарника по плечу. — Своим тоже привет, и с Рождеством.       — Кто ты и что ты сделал с Гэвином? Твой андроид плохо на тебя влияет! Смущённо усмехнувшись в ответ на наигранное недоумение и широкую улыбку напарника, Гэвин ещё раз попрощался с ним и, наконец, зашёл в тёплый подъезд. Коробка смешно фыркала и скреблась, пока они ждали лифт.       — Да погоди ещё минуту, не порть сюрприз! «Про распознавание речи не забыли, молодцы», — оценил Рид вмиг притихшую коробку. Встревоженный Ричард уже встречал его у двери, готовый было разразиться гневной тирадой, но сбившийся на полуслове.       — Гэвин, зачем ты так… Что это?       — Подарок от Санты, Ричи. Будь добр, разберись до конца с украшениями, а я пока проверю эту штуку.       — Дай я помогу тебе, хотя бы… Вдвоём они наконец впихнули коробку в квартиру. Гэвин устало выдохнул, смахнул со лба выступивший пот и подтолкнул растерянного андроида обратно в гостиную.       — Всё, твоя помощь на этом закончена, развлекайся пока, я позову. В коробке снова зашуршало и Ричард моментально напрягся.       — Это точно не опасно? Я не могу её толком отсканировать.       — Ричи, боже мой, иди в комнату! Сканирует он… Ричард, помедлив и бросив ещё один взгляд на коробку, наконец кивнул и ушёл в гостиную, тихо прикрыв за собой дверь.       — Что ж, посмотрим, что за чудо-юдо нам собрали… Гэвин ещё пару раз шикнул в ответ на уже откровенный скулёж, предупреждая, чтобы это нечто не думало подавать голос до появления основного хозяина и, наконец, откинул крышку. Он только успел увидеть внутреннюю обивку, блеснувшую какой-то зеркальной тканью - и тут же был повален на спину весьма счастливой псиной, беззвучно, но очень увлечённо принявшейся вылизывать его лицо.       — Мать твою… Да погоди ты! — ему, наконец, удалось отстранить от себя собаку и разглядеть её, удерживая вытянутой рукой. — Охуеть, они собрали овчарку. Немного уменьшенную, крайне счастливую копию немецкой овчарки. Определённо, Коннор похлопотал, вызнав про любимую породу Ричарда. Гэвин прислушался - в комнате было тихо. Ричи, наверняка, дыру в кресле успел протереть, елозя от нетерпения.       — Рич, подойди, только не пугайся! Гэвин схватил собаку за ошейник и предусмотрительно подтащил к себе, подальше от двери в комнату. Дверь открылась, и Ричард шагнул в коридор, во все глаза глядя на коробку а затем - на затаившую дыхание парочку на полу.       — Кто это?       — С Рождеством, Ричи, — Гэвин отпустил ошейник и собака, не издав ни звука, метнулась к опешившему андроиду, моментально оказываясь у того на руках. — Мы подумали и решили, что друг тебе не помешает. Казалось, звуковой модуль Ричарда помахал ручкой. Он ошарашенно смотрел на Гэвина, машинально зарывшись пальцами в густой собачий мех.       — Смотри, — не терпящий неловких пауз Рид пустился в объяснения. — Она - это же точно она, да? - так вот, она снабжена датчиками геолокации и экстренной связи, на всякий случай. Ещё у неё тоже есть диод, — он ткнул пальцем в ярко-синий круг под ухом собаки. — В остальном - это обычная овчарка, ты можешь заняться её дрессировкой, только вот команд нужно выдумать херову гору, для её-то электронных мозгов... Ну, ты справишься, я уверен... Ричард перехватил собаку одной рукой, другую протянул Гэвину, рывком поднял его, не слушая жалобы про старость и головокружение и обнял так сильно, что Гэвин всерьёз забеспокоился за сохранность своих рёбер.       — Спасибо, я... Спасибо.       — Вот, и гулять с ней, думаю, нет особой необходимости, вряд ли она тириумом срёт, но ты же тот ещё фанат свежего воздуха, так что... Ричард прервал неловкое бормотание Гэвина крепким поцелуем. Оторвавшись, Рид облегчённо выдохнул.       — Понравилась, значит? Чмокнув Рида ещё раз и обозвав глупым человеком, Ричард вернул всё внимание к вывалившей язык собаке у него в руке.       — Гэвин, по какому принципу подбираются имена домашним любимцам?       — Ну ты загнул... — Рид задумчиво хмыкнул. Обычно из-за каких-то ассоциаций, или черт характера. Был у меня кот, звался Засранцем. Нетрудно догадаться, почему.       — Ассоциаций? — Ричард мигнул пожелтевшим диодом. — Значит, её имя - Рекс.       — Это же кличка для кобеля.       — Но это мой любимый сериал...       — Господи... Хорошо, тогда пусть будет Рокс, Роксана. — Гэвин почесал гавкнувшую на новое имя собаку за ухом. — Надеюсь, она не будет таскать мои бутерброды. Шарики, ожидаемо, лежали нетронутыми. Гэвин покачал головой, но ничего не сказал, глядя на умостившегося в кресло Ричарда. Роксана вылизывала его лицо, неуклюже пытаясь устроиться на его коленях. Ричард так счастливо улыбался, что у Гэвина защемило сердце.       — Я пойду за глинтвейном, — дрогнувшим голосом сказал он, украдкой смаргивая солёную влагу с ресниц. На кухне стоял густой, пряный запах корицы и вина. Гэвин стоял у приоткрытой форточки с зажжённой сигаретой и кружкой глинтвейна, когда услышал цоканье когтей по полу.       — Мы тебя любим. Очень, — Ричард опустил ему на плечи плед. Он обхватил Гэвина поперёк живота и ткнулся носом ему в волосы, невесомо трогая губами висок. — Спасибо. За всё. Роксана тяфкнула, словно в подтверждение. Гэвин улыбнулся и расслабился.       — Взаимно, Ричи.