bad...but it's too sweet

— Извините, пожалуйста, — Чонгук в ужасе смотрел, как огромное коричневое пятно расплывалось по белоснежной футболке парня на уровне живота. Судя по тому, как тот скривился и зашипел, его кофе был чертовски горячим. — Извините? — темные глаза напротив уставились на него с такой злостью, что Чонгук почувствовал холодное дыхание смерти за своей спиной. — Я не заметил вас, — прошептал Чонгук, желая исчезнуть. — Я что, такой, блять, незаметный? — раздраженно спросил незнакомец, разглядывая свою испорченную вещь. И хоть парень был ниже Чонгука почти на голову, незаметным его назвать было нельзя. Серые волосы собраны на затылке в небольшой хвостик, пирсинг в брови, септум в носу и татуировка змеи на всю шею — это определенно не то, что Чонгук бы назвал незаметным. — Вы очень заметный, — сказал он, пытаясь исправить ситуацию. У него не получилось. — Тогда какого хрена ты влетел в меня, словно в жопу ужаленный? — зло спросил парень. — Я не знаю, — всхлипнул Чонгук. — Я очень сожалею. Ваша футболка была вам дорога? Парень, приподняв бровь, посмотрел на него, как на идиота. Чонгук себя таким и чувствовал. — Это обычная футболка. Просто у меня еще есть дела, которые я не могу решить, будучи в таком виде, — он указал пальцем с массивным серебряным кольцом на свою футболку. Заметив татуировку цифры тринадцать на чужом запястье, Чонгук в ужасе распахнул глаза. Он знал, что она означает. Да каждый в этом городе это знал. Известная городская банда байкеров, с которыми у полиции куча проблем. Слухи о них ходили самые разные, но никогда они не были хорошими. Намджун-хен не раз рассказывал о них в компании за стаканом соджу, и все эти рассказы дали Чонгуку четко понять, что ему пизда. — Не убивайте меня, пожалуйста, — прохрипел он, почувствовав, как слеза стекла по щеке. В чужих глазах четко читалось недоумение. — Почему я должен тебя убивать? Ты, конечно, испортил мне вещь, но не думаю, что это повод. Эй, ну чего ты ревешь, а? Чонгук всхлипнул, вытирая глаза, и указал пальцем на татуировку парня. — Вот поэтому. Незнакомец на это только закатил глаза. — Серьезно? Из-за этого? Ты что, пересмотрел фильмов про мафиози? — в его голосе была слышна насмешка. Но Чонгук не даст себя одурачить. — Вы меня не убьете в переулке, когда я выйду из кафе, и не спрячете мой труп в мусорном баке? – спросил Чонгук, сам пребывая в ужасе от своих слов. Брови незнакомца удивленно приподнялись, пока сам он пытался сдержать смех, закусив пухлую нижнюю губу. — Не собирался. До этого момента, по крайней мере. Чонгук на это только всхлипнул, пальцами сжимая подол своей серой худи. — Да шучу я, не собираюсь я тебя убивать. Честно. Веришь? Чонгук отрицательно качнул головой, шмыгнув носом. — Я же пообещал, – с улыбкой сказал парень, понизив голос. — Вы просто...— пробормотал Чонгук, вытирая нос рукавом, — не хотите признаться. Парень осторожно взял его за рукав и отодвинул от румяного лица: — Если бы я и хотел тебя убить, то не смог бы. Я малышей не трогаю. Чонгук снова всхлипнул. — Я так и знал, что вы собирались. Его нижняя губа задрожала. Незнакомец напротив рассмеялся. — Как тебя зовут? — спросил он мягко, словно разговаривая с ребенком. — Зачем вам? — сразу же насторожился Чонгук, поднимая на парня глаза со слипшимися ресницами. — Не для того, чтобы убивать, обещаю. Чонгук прищурился. Он не доверял этому парню. Он обычно всегда не доверял таким откровенно горячим парням, но зная, что этот еще и состоит в опасной банде убийц (Чонгук уверен, ясно вам?), он не доверял вдвойне. — Меня зовут Ч...Чанёль, — сказал он наконец, гордясь своей хитростью и изобретательностью. Обмануть плохого парня — это не каждый сможет. А Чонгук смог. — Я тебе не верю, — безапеляционно заявил незнакомец. — Ты ужасно врешь. Господи, да ты же весь покраснел. Чонгук немедленно прижал ладони к щекам. Боже, он действительно сегодня умрет. От стыда, например. – Ладно, я все равно не собирался называть тебя по имени, малыш, — ухмыльнулся незнакомец. – Вот как мы поступим: заходим в туалет кофейни и ты отдаешь мне свое худи. У меня есть дела, и я должен выглядеть... ну не облитым кофе хотя бы. Чонгук в ужасе посмотрел на незнакомца. Он даже забыл про свой страх умереть от его рук. — Вы с ума сошли? — пропищал он, схватившись за свое худи пальцами, будто его раздевают прямо тут. — У меня пары через пол часа, как же я голый на них пойду? — Ну я могу дать тебе свою футболку, — великодушно предложил парень, пожав плечами. — Но она ведь грязная, — тут же возмутился Чонгук. — Да неужели? — ответил незнакомец, оглядывая свою испорченную вещь. — Какой-то парень врезался в меня несколько минут назад и я облил себя кофе. Всё, малыш, давай ручку и пошли дружненько переодеваться, у меня нет времени. Чонгук посмотрел на протянутую ладонь и спрятал свою за спину. — Я не пойду с вами в туалет. Парень напротив лишь покачал головой. В его глазах за секунду исчез игривый блеск, а губы больше не были изогнуты в улыбке. — Ты отдашь мне свою одежду либо в туалете, либо прямо здесь, – голос был пропитан властными нотками, заставляющими опустить голову. Незнакомец явно терял терпение. — Если не хочешь, чтобы я убил тебя в переулке и спрятал твой труп в мусорном баке. Чонгук испуганно дернулся. Он так и знал. Он хорошо разбирается в людях, а по этому парню сразу было видно, что он плохой бандитский преступник. Ох, не стоило Чонгуку злить его, теперь он точно утопит его в унитазе. — Хорошо, — пропищал Чонгук, вкладывая дрожащие пальцы в чужую теплую ладонь. — Хороший мальчик, — прошептал парень ему на ухо, положив свободную ладонь на поясницу и подталкивая в нужном направлении. Всю дорогу до туалета Чонгук пытался глазами показать баристе, что прямо сейчас происходит преступление. Но бариста только приветливо улыбнулся и принялся протирать чашки. Пропихнув Чонгука в кабинку, парень защелкнул замок, отрезая все пути к бегству. Вот так он и умрет. В туалете не самой популярной кофейни, ощущая морской запах освежителя воздуха. Чонгук откинулся на стену возле унитаза и зажмурил глаза. Послышался шорох, а затем: — Мне тебя раздеть, малыш? Или ты сам? Распахнув глаза, Чонгук наткнулся на чужой пресс: рельефный, с ярко выраженными косыми мышцами живота и вертикально расположенными китайскими иероглифами на ребрах. Чонгук не знал китайский, но он был готов поклясться, что там написано "вылижи меня". Потому что именно такое желание появилось у Чонгука в эту секунду. Он застыл, с жадностью разглядывая чужое тело, пока парень просто стоял с футболкой в руке. – Все-таки хочешь, чтобы я это сделал, да? — насмешливо сказал незнакомец и потянулся пальцами к худи. — Нет, стойте, — пропищал Чонгук, сильнее вжимаясь в стену. — Я сам. Только... только развернитесь, пожалуйста. – Что я там не видел? — поднял бровь с пирсингом парень. Чонгук почувствовал, как жар расползается по его щекам и шее. Стоять здесь, в тесной кабинке, с полуголым парнем было для него чертовски смущающим. А тот факт, что ему тоже нужно раздеться, добивал его. – Ну пожалуйста, – попросил он, стараясь не смотреть ниже шеи парня. Незнакомец, закатив глаза, развернулся лицом к стене. Чонгук, на всякий случай, сделал то же самое. Он схватился пальцами за низ худи и медленно потянул вверх, сразу же покрываясь мурашками из-за прохладного воздуха. Сняв вещь, он застыл, не зная, как ему надеть чужую футболку, чтобы не светить своим телом. Прямо в разгар размышлений и построения стратегии, Чонгук почувствовал чужое дыхание возле своего уха и вздрогнул. Сзади ощущался жар обнаженного тела, и его собственное задрожало. — Вижу, ты закончил, малыш, — горячий шепот обжег ухо, и Чонгук всхлипнул. — Что такое? — насмешливо спросил незнакомец, обхватив его мочку губами. – Что... что вы...ах, — колени предательски подгибались и Чонгук, тяжело дыша, уперся ладонями в темно-коричневую плитку. – Что вы делаете? – Тяжело догадаться, да? — насмешливый голос щекотал ушную раковину, пока чужое тело прижималось сзади всё теснее. – У меня пары, — пропищал Чонгук, чувствуя, как горит от смущения все его лицо. – Какой прилежный студент. Наверное, одни пятерки по всем предметам? — чужой шепот гипнотизировал и заводил. Чонгук почувствовал, что возбуждается так чертовски быстро. Ему стало стыдно. — Давайте просто обменяемся одеждой, — прохрипел он в стену, прикрывая своим худи грудь. — Давайте, — прошептали в ответ. Затем Чонгука одним плавным движением развернули и прижали спиной к стене. Он судорожно сжал пальцами свою вещь, глядя в потолок. К его шее тут же припали влажные пухлые губы. Чонгук всхлипнул. Это было так чертовски приятно. Он не хотел, чтобы это кончалось. Эти мягкие поцелуи, скольжение языка по его коже, тихие постанывания, будто этот парень получает еще больше удовольствия, чем он. Хотя это невозможно. Все удовольствие мира было сконцентрировано в Чонгуке и его эрогенных зонах на шее. Незнакомец отстранился и, взяв его за подбородок двумя пальцами, опустил лицо на уровень своего. — Такой невинный, — прошептал он Чонгуку в губы, прежде чем лизнуть его верхнюю кончиком языка, — сладкий. Чонгук закрыл глаза и приоткрыл рот, тяжело задышав. Ему хотелось узнать, что будет дальше, хотя и было безумно страшно, что в уборную могут войти в любой момент. Все мысли вылетели из головы, когда незнакомец мягко и аккуратно проник языком между его приоткрытых губ, прижавшись прохладным септумом к коже. Чужие руки по-хозяйски легли на задницу, прижав Чонгука к себе, пока мягкий, но настойчивый язык вылизывал его рот. Худи выпало из рук и повисло между их прижатыми телами. Чонгуку казалось, что он потерялся в пространстве и времени. Существовали только эти сильные руки, сжимающие его зад, и мокрый гибкий язык, что хозяйничает у него во рту. К тому времени, когда парень отстранился, Чонгуку уже не хватало воздуха. Он тяжело задышал, откинувшись головой на стену. – Ты такой блядски горячий, — хрипло сообщили ему, глядя черными глазами прямо в душу. — Выглядишь таким затраханным, хотя мы даже не начали. Чонгук услышал стон и с ужасом осознал, что он его. Парень напротив ухмыльнулся. — Любишь грязные разговорчики? Любишь, когда тебе говорят, как хотят тебя выебать, нагнуть, насадить глоткой на член, использовать? Чонгук почувствовал, как его член дернулся, выпуская каплю предэякулята прямо в трусы. Незнакомец выглядел, как сам дьявол. Говорил то, что сводило Чонгука с ума. Трогал его так, будто Чонгук уже был его собственностью. — Прикоснись к себе, — мягко приказывает парень, глядя прямо на его твердый член, скрытый тканью джинс. И Чонгук прикасается. Закусив губу, ведет рукой по животу вниз, расстегивает пуговицу и молнию, достает член. Это плохо, но так же это сладко. Незнакомец наблюдает, как длинные пальцы Чонгука крепко смыкаются на напряженном члене, рядом с влажной, поблескивающей в свете тусклой лампочки, головкой. Как его бедра, подрагивая, толкаются вперед. — Хороший мальчик, — шепчет парень, жадно наблюдая за чужими движениями. Его собственный член натягивает ширинку, но он не предпринимает никаких действий. — Такой послушный. — Ахх, — громкий стон отражается от стен, когда Чонгук ускоряет движения. Его головка такая мокрая и ярко-розовая, и она так приятно потирается о твердый пресс незнакомца, что Чонгук просто не может сдержать постанывания. Парень нежно покусывает его челюсть, удерживая двумя пальцами за подбородок, пока другая рука сжимает правый сосок, прокручивая между подушечек. И этого всего так много. Рука двигается на члене все быстрее, дыхание сбивается к черту. Затуманенными глазами Чонгук смотрит, как незнакомец проводит ладонью по его руке вниз, туда, где он сжимает себя, доводя до оргазма. — Такой красивый, когда делаешь себе хорошо, — шепчет, касаясь губами губ. — Продолжай. Заставь себя кончить прямо здесь. Чонгук сильнее толкается в собственную руку, надрачивая член, пока чужой палец оглаживает его мокрую головку. Еще немного. Еще совсем чуть-чуть. В уборную кто-то вошел. Дверь открылась на несколько секунд, пропуская музыку из кофейни. Послышались шаги. Кто-то открыл кран. — Не останавливайся, — шепчет незнакомец, оттягивая ниточку предэякулята с его головки пальцем. — Разве тебе не все равно, если кто-то подумает, что тебя тут трахают? Нагнули прямо в кабинке милой семейной кофейни. У Чонгука глаза слезятся, так он хочет кончить. Все его тело напряжено, словно струна. Он знает, что не должен слушаться этого парня. Но ему так чертовски необходимо кончить. Он возобновляет сильные и быстрые движения, подводя себя до грани смущающе быстро, пока незнакомец поглаживает его головку указательным пальцем. — Такой послушный, грязный малыш, — шепчут губы напротив, и Чонгук цепляется свободной ладонью за его шею, притягивая ближе. Поцелуй горячий, страстный, громкий. Чонгуку уже все равно, кто его услышит, он так близко. Он хватает чужой хвостик на макушке, вплетая в него пальцы, и резко тянет вниз, заставляя парня опуститься на колени. Два движения кулаком по члену, и густые струи спермы оседают на чужом лице, неровными подтеками опускаясь к губам. Парень облизывается, глядя на него горящим взглядом из-под ресниц. Чонгук опирается о стену спиной, прикрыв глаза и отходя от оргазма. — Чонгук, детка, обязательно было кончать мне на лицо? — парень нащупывает позади себя футболку и вытирается. — Мне захотелось, — довольно улыбается Чонгук, — ты был таким горячим на коленях. — Когда я говорил, что у меня есть дела, которые нужно решить, то я именно это имел в виду. Не думаю, что сперма в волосах поднимет мой авторитет на переговорах. — Чимин, ну не злись. Я тебя так люблю, — Чонгук отталкивается от стены и быстренько, пока ему не влетело, зацеловывает чужие щеки. — Спасибо, что нашел время на мою маленькую игру. — У меня был выбор? — поднимает бровь Чимин. — Ты буквально написал мне смс с ультиматумом. — Ты примчался так быстро, — мурчит Чонгук, притираясь своим носом к чужому.— Чиминни такой софти для Чонгукки. Чимин лишь закатывает глаза, отлепляя от себя парня. — Мне действительно пора. Одевайся, подкину тебя домой, — он подхватывает худи и одним быстрым движением натягивает его на себя. — Какого хуя, Чимин? — взвизгивает Чонгук. — Это мое. — Кажется, мы договорились еще у входа, что меняемся одеждой, малыш. У меня важная встреча. На этих словах Чимин выскальзывает из кабинки, оставив возмущенного Чонгука одного. С испорченной кофе и спермой футболкой. — Жду тебя на улице, детка! — послышалось прежде, чем хлопнула дверь уборной. Чонгук так и знал, что не стоит доверять горячим парням.