Проклятие смерти

1 сентября 1993 года, Великобритания, Лондон — Держись рядом и никуда не отходи, мы почти на месте, — Хагрид придерживал черноволосую кудрявую девушку (если можно так называть 14-летнего подростка) за плечо. — Да не убегу я! И хватит говорить со мной как с ребёнком! — его спутница сделала резкий шаг в сторону, чтобы освободиться от тяжести здоровой руки Рубеуса. — Как скажете, юная лэди, — не без нотки иронии произнес он, — Гарри! — он помахал парню в очках, уже собиравшемуся брать разгон, чтобы попасть на волшебную платформу через стену. — Привет, Хагрид! Кажется, я опять опаздываю, Рон и Гермиона уже там. — Тогда тебе нужно поторопиться! Увидимся позже. Гарри скрылся в кирпичной стене со своим багажом. — Мне серьезно нужно будет въехать в стену? — девушка остановилась и задрала голову, чтобы посмотреть в глаза Хагриду. — Да, Кэтрин, мы сделаем это вместе, моя задача сопровождать тебя до самого порога поезда. Как мне сказали, ты любительница удирать. Девушка обиженно надула губы и последовала за лесничим. На платформе была жуткая неразбериха. Всюду бегали юные волшебники с большими тележками, раздавались всхлипы матерей, которые провожали своих детей в первое путешествие в волшебный мир. Прозвенел последний звонок, контролер еще раз высунулся из дверей поезда и прокричал о скором отъезде. — Я позабочусь о твоих вещах, а теперь беги, пока не заняли все места у окон, — сказал Хагрид и кротко улыбнулся, помогая Кэтрин подняться в вагон, она поблагодарила его и через секунду исчезла в потоке студентов. Кэтрин шла по узкому коридору, заглядывая в купе, но нигде не было свободных мест: ребята уже расселись и оживлённо обсуждали каникулы и грядущий год обучения. Из-за спины раздался голос проводника, который сказал быстрее двигаться в сторону плацкарта и не занимать место в проходе. Войдя в последний плацкартный вагон, она обвела его внимательным взглядом — возле выхода в тамбур было свободное место, как раз возле окна. Поезд тронулся, издав на прощание протяжный гудок. На улице собирались тучи. Нахмурившись, Кэтрин смотрела, как чьи-то матери все еще тянулись к своим детям, посылали воздушные поцелуи и просили писать почаще. Девушка привычным движением достала из-под одежды медальон, нежно провела по цепочке из белого золота и слегка коснулась тонкой искусно выполненной гравировки дракона с рубиновыми глазами, которые на свету отливали синим. «Ну вот, мам, я еду в новую школу. Я знаю, что это мой последний шанс — после Хогвартса мне дорога только в исправительную колонию», — Кэтрин усмехнулась про себя, — «На этот раз я постараюсь не испортить всё, но если не получится, оно и к лучшему, мне не место среди них. Мне вообще нигде не место…» — Мне кажется, ты ошиблась вагоном, — едкий голос прервал её размышления. Девушка повернулась, перед ней стоял высокий парень, он, видимо шел мимо, но не смог удержаться от замечания. — А мне кажется, ты передержал осветлитель, — реакции долго ждать не пришлось. Блондин уже собирался сказать в ответ очередную грубость, но ему помешал контролёр, который заканчивал обход по поезду, проверяя, чтобы все ученики заняли свои места, так что парень успел только бросить злобный взгляд. Кэтрин отвернулась обратно к окну, стараясь представить себе, что ждет ее в новой школе, но картины рисовались безрадостные. На небе сгущались тучи, и сильный ветер гнул верхушки деревьев, срывая еще зеленую листву. — Привет, я сяду? — возле сидения стояла невысокая девушка, ее длинные каштановые волосы были убраны в хвост, лишь небольшой пушок выбивался и спадал на высокий лоб. — Привет. Да, как хочешь. Девушка уселась, быстрым движением она одернула юбку и поставила сумку с вещами к себе на колени. — Уже успела обменяться любезностями с Малфоем? — Ты это про блондина? — Да, про него, — последовала небольшая пауза, — Что-то я не припомню, чтобы видела тебя раньше, — за этим, очевидно, должны были последовать объяснения. — Конечно, не видела, ведь я тут впервые, — огрызнулась девушка. — Понятно, извини, что поинтересовалась, — саркастически улыбнувшись, студентка отвернулась, ища что-то в сумке, явно не намереваясь продолжать этот неприятный диалог. — Эй, Трейси, Мы здесь, — кто-то окликнул девушку с другого конца вагона, и она ушла, не сказав ни слова. Кэтрин проводила ее взглядом и уронила лоб на оконное стекло, тяжело выдохнув. Завязать адекватный разговор с незнакомцами сложнее, чем может показаться. В абсолютно непривычной обстановке, в чужой стране практически невозможно собраться с мыслями и здраво оценивать свое поведение, поэтому в качестве защитной реакции вырываются только грубости. Ведь лучшая защита — это нападение. Девушка достала из кармана черной толстовки наушники и плеер. Она долго переключала трэки, пока, наконец, не заиграла Abba — «Gimme gimme gimme». Поезд мчался по рельсам, и за окном один прекрасный пейзаж сменялся другим. Кэтрин оторвалась от этого зрелища и, взяв несколько монет, вышла в коридор, чтобы купить воды и какую-нибудь волшебную сладость. В вагоне стало довольно темно из-за собирающейся грозы. Девушка пошла вдоль закрытых дверей купе, свет ламп отражался в стекающих по стеклу каплях дождя. Навстречу шел тучный парень, его черная мантия развевалась по сторонам, а лицо выражало беспокойство. Девушка прислонилась к стене, чтобы незнакомец смог пройти. Но добрый жест остался незамеченным, и сильное плечо вырвало наушники. На этот раз она промолчала. Внезапно раздался ужасный скрежет металла и поезд остановился. Свет в коридоре быстро замигал и потух, по ногам прошелся сквозняк. Из наушников все еще играла музыка. Девушка оглянулась, рассчитывая расстояние до двери в тамбур. Дыхание все больше леденело, и по телу прошлась дрожь, зеленые глаза растерянно забегали по коридору. — Какого черта происходит? — прошептала она в пустоту. Кэтрин ощутила чье-то присутствие, медленно обернувшись, она увидела приближающийся огромный черный силуэт. Ноги невольно подкосились, девушка ухватилась руками за стену. Что-то ее притягивало, она не могла отвернуться, лишь скатилась по стене на пол, дыхание сперло. Из наушников доносились строчки песни: «There’s not a soul out there, no one to hear my prayer. Gimme gimme gimme a man after midnight…» По окну расползался ледяной узор, существо уже нависло над девушкой. Там, где должен быть рот, зияла ужасная смердящая пасть. Через мгновение парящее тело отпрянуло и направилось к дверям купе слева. Кэтрин, всё ещё парализованная страхом, оставалась на полу, краем глаза наблюдая за ним. Существо медленно открыло дверь и наполовину скрылось за стенкой. В купе находились студенты, им надо было как-то помочь, но это существо вселяло цепенящий ужас. Яркая вспышка света и мужской голос, произносящий заклинание, прогнали его. Кэтрин на секунду прижалась головой к коленям и затем рывком кинулась к своему вагону по пустому коридору. Она уже взялась за дверную ручку, как вдруг резкий приступ тошноты, заставил её согнуться пополам и ухватиться за живот. Рвотный позыв с трудом удалось подавить. Дверь распахнулась. — Опять ты, — знакомый голос, — фу, ты, что блюёшь? Какая мерзость, — лицо парня выразило отвращение, и он сделал полшага назад. Кэтрин выпрямилась и кинула на него яростный взгляд, ощущения были и так просто ужасными, чтобы еще отвечать ему. Парень отошел в сторону, пропуская девушку, всем своим видом показывая, что это не из-за вежливости, а из-за исключительного чувства брезгливости.