Гнусный Поттер... Это всё из-за тебя...

      Гарри с самого утра думал о предстоящем вечере. Что с ним сделает Малфой? Может убьёт по-тихому? Кто знает, на что он способен.       Утро брюнета началось очень даже позитивно. Он сходил в душ, обрадовал Рона, что он всё же будет ходить к Малфою, весьма плотно и вкусно позавтракал вафлями со сгущёнкой. Ещё никогда его завтрак не был таким вкусным.       — Так ты умудрился напугать Малфоя в первый же день, что находился в Хогвартсе?! — Грейнджер удивлённо подняла бровь. — Не могу поверить, что это возможно!       — Просто Гарри — особенный. — выронив изо рта кусок вафли, сказал Рон. — Мы можем ожидать от Гарри великих дел, раз он сумел заткнуть Малфоя.       — Какое хорошее утро… — протянул брюнет. — Надеюсь, день будет не менее прекрасным.       В этот момент к Гарри подошла Пэнси.       — Так вот ты какой, Гарри Джеймс Поттер. — восхищённо сказала девушка.       — И тебе доброе утро. — приветливо ответил Гарри.       — Я Пэнси. Слизеринка. Надеюсь, мы подружимся. — Пэнси улыбнулась.       — Да, конечно. — сказал Поттер и Пэнси обняла его.       — Рада нашему знакомству, Потти. — Пэнси игриво шепнула на ухо Гарри и ушла.       — Что это было? — Гарри обратился к Рону и Гермионе.       — Не обращай внимания, типичная ученица Слизерина. Они любят лидерство, а с помощью тебя этого легко добиться. — пояснила Гермиона.       Если день Гарри начался хорошо, утро Драко не было таким прекрасным. Он с ужасом ожидал вечерний урок. Хоть блондин и был столь авторитетной личностью, он уже чувствовал себя беспомощным щенком по отношению к Поттеру. Что будет, если Поттер снова позволит себе подобную выходку? А если Малфой не сможет удержать своих эмоций? Плакать перед Поттером?! Это было бы слишком унизительно!       Блондин с самого утра был погружён в свои мысли. Уже давно Хогвартс не видел такого задумчивого Малфоя. Когда тот проходил по коридорам, ученики ожидали всё те же осуждающие взгляды, оскорбления, но их не последовало. Слишком странное утро.       — Смотрите, Малфой какой-то тихий, задумчивый, грустный… — подметила Гермиона, когда блондин вошёл в Большой Зал. — Как думаешь, это он из-за тебя? — добавила шатенка и посмотрела в глаза Гарри.       — Не знаю. — честно ответил Гарри. Как бы сильно он ненавидел Малфоя, ему не хотелось, чтобы ему было плохо. Гарри слишком хороший человек. — Посидите здесь, я сейчас подойду.       — Ты собрался идти к нему?! — чуть ли не бешеным голосом спросила Гермиона.       — Да, собрался. И сегодня вечером я пойду к нему, чтобы подтянуть зельеварение. Рон, если хочешь, может рассказать подробнее. — бросил Поттер и направился к столу Слизарина.       Драко заметил Поттера лишь тогда, когда последний окликнул его.       — Малфой, — как можно дружелюбнее начал Гарри. — с тобой всё в порядке?       Малфой дёрнулся от неожиданности.       — Так спрашиваешь, как будто тебе не всё равно. — угрюмо отрезал блондин.       — Ну раз спрашиваю, значит не всё равно. — выдохнул Гарри. — Так что с тобой? Это как-то связано со мной?       У Малфоя мысли перевернулись с ног на голову, рисовали разные узоры, перекрикивались в сознании, крича: «Конечно, с чем же ещё это может быть связано?!» Но Драко не мог сказать правду.       — Ещё чего! Ты слишком многого о себе возомнил! Это, вообще, не твоего ума дела! Отстань от меня, шрамоголовый! — крикнул Драко и, почти не притронувшись к завтраку, ушёл из Большого Зала.       Гарри ничего не сказал друзьям и отправился на уроки. День прошёл слишком обычно. Конечно, несколько учителей были в восторге, что будут обучать самого Гарри Поттера, но это уже начинало надоедать брюнету. Слишком много внимания к его персоне. Ах, как он мечтал быть обычным мальчиком, как Рон, чтобы учителя не ожидали от него бо́льших успехов, чем ото остальных, не оказывали ему столь большое количество внимания. Гарри к этому не привык.       Приближался момент икс. Драко с ужасом ожидал Гарри в своей комнате, а Гарри, уже с куда меньшим отвращением собирался пойти к слизеринцу. Непонятно, почему он стал лучше относиться к этому змею. Он не сделал ничего, чтобы к нему можно было относиться чуточку лучше. А может Поттеру просто было жаль Малфоя? Этот вопрос так и останется без ответа.       Гарри спускался по лестницам в подземелье. Подойдя к нужной двери, он легонько постучал. В комнате послышались шаги, приближающиеся к двери. Уже через секунду Драко открыл.       — Ты всё же пришёл? — с наглой интонацией спросил Малфой.       — Да, как видишь. — спокойно сказал Поттер. — Я войду?       — Ну проходи… — протянул Малфой и отошёл от двери, давая гостю пройти.       Между мальчиками повисла неудобная пауза. В комнате был лишь один небольшой стол, стул и кровать. Сидеть рядом для обоих было чем-то очень странным и немыслимым. В конце концов, Драко аккуратно сел на кровать и взглядом пригласил Гарри сделать тоже самое. Последний всё же сел рядом с блондином.       — Что именно тебе объяснить? — выпрямившись спросил Малфой со своей привычной высокомерностью.       — Я не понимаю ничего. — Поттер сделал акцент на последнем слове. — А с чего лучше начать, решай сам.       Драко, громко вздохнув, взял книгу Гарри и случайно коснулся его руки. Тогда слизаринец окончательно понял — он не сможет сидеть здесь с этим шрамоголовым и не держать его за руку или не обнимать. Он правда влюбился в него. Влюбился по уши и уже не сможет разлюбить. «Как такое могло произойти? Я… Я полюбил мальчика… И не какого-нибудь, а самого Гарри Поттера! О, Мэрлин, что мне делать? Я не смогу спокойно обучать его зельеварению, когда он так близко… На моей кровати… Нет, я не смогу этого вытерпеть!» — отчаянно думал Драко.       — Малфой? — Гарри прервал мысли блондина.- Да что с тобой? Что случилось? — Гарри, казалось, смотрел прямо в гнусную, грязную, но чертовски нежную душу Драко.       Блондину было приятно, что Гарри волнуется за него. Никто, кроме матери, никогда не переживал за Драко. На глаза наворачивались слёзы. Драко отвернулся от Гарри, чтобы тот не видел его слёз.       — Что случилось?.. — мягко спросил Гарри. — Расскажи мне. Обещаю, я постараюсь помочь. — с этими словами Гарри схватил Драко за руку. Блондину ничего не оставалось, как повернуться к возлюбленному. Он, конечно, не хотел ничего рассказывать, но боль была куда сильнее, чем желание сохранить превосходство над брюнетом. Хотя, превосходство он потерял ещё в первый день.       — Я… Я… — начал всхлипывать Драко. Ручьи слёз не дали ему продолжить.       — Эй… — протянул Гарри и положил руку на плечо блондина. — Успокойся… — Брюнет хотел продолжить фразу, но не смог от удивления. Малфой обнял его и прижался настолько сильно, что казалось, слизеринец обнимает мать. Гарри нежно обнял в ответ. Он и сам не понимал, почему вдруг решил успокоить парня, а не доводить до ещё бо́льшей истерики. Хоть Гарри и ненавидел Драко, было больно видеть его слёзы, полные боли и отчаянья.       — Гнусный Поттер… Это всё из-за тебя… Я ведь… Я… Люблю тебя… — через пару минут, подняв глаза, прошептал Малфой.