Проникающий свет

Время пропускает через себя каждое и всякое, что не побоится ему воспротивиться. Оно не держит в тисках даже тех кто этого пожелает. Лишь изредка приближая неотступную реальность к самому себе, оно охватывает каждого. Несмотря на всё, время и будет нами, а человек будет заводным часовым механизмом, что проникнет в жизнь такого же беззащитного создания. Разрастающийся небесный плач сходил на землю тусклыми каплями воды, покрывающими каждого, кто попадётся под их натиск. Отчего-то на улицах, обычно оживлённой деревни, почти никого не было. Каждый пытался спрятаться от надвигающейся тоски, приходящей с новой каплей дождя. Вскоре от мороси не осталось и следа, уступая место прохладному и тяжёлому ливню. Окружающая атмосфера одиночества, понимания, но никак не принятия всего произошедшего давила на разум, заставляя низко склонить розоволосую голову перед холодной могильной плитой. Слипшиеся от натиска дождевой воды розовые пряди неприятно приставали к лицу. Маленькое чёрное кимоно пропитавшееся водой, от долгого нахождения под дождём обволакивало детское тело, будто скручивая всё в плотный узел. Сжатые в кулачки руки жадно сжимали края мокрого кимоно. Мир, до этого игравший буйством красок и разнообразием эмоций окрасился в неприятный серый оттенок, от которого становилось не по себе. Лишь струящаяся серебряная цепочка одинокой ниточкой простиралась по чёрной ткани, соединяясь в основании кулона. Стоя одна перед камнем, на котором были начертаны имена её родителей, Сакура никак не могла заставить себя сдвинуться с места. Она не чувствовала холода и даже не плакала, лишь с пустым взглядом потускневших зелёных глаз упрямо глядела на землю под ногами. «-Я не смогла...вас спасти...отец, мать...почему так случилось?... Отчего судьба подтолкнула вас к такому финалу?...»-крутилось в голове Сакуры, «-Простите меня...простите...пора?...Да, мне пора...»-сделав пару шагов Сакура обернулась и всего на краткий миг окинула взглядом не только могилу родителей, но и всё кладбище Конохи. Небо не переставало проливать слёзы, то ли от сожаления, то ли от жалости к маленькому ребёнку, опуская на землю тысячи новых капель дождя. Спускаясь по ступеням, ведущим от кладбища к главной дороге деревни, Сакура не заботилась о том, что вода стала заливаться ей в гета*. Она шагала вперёд по лужам отрешёнными шагами, оставаясь, где-то далеко от происходящего вокруг. Погружаясь всё больше в свои мысли. "-Неприятная погода...неприятный день...почему я не взяла с собой зонт?..."-в мыслях шестилетнего ребёнка не было раздумий на тему жизни и смерти, она лишь шла вперёд. Ей и не хотелось подпускать к себе такие размышления."-Что это?... Слёзы?...Я плачу?..."-протягивая руки к лицу подумала Сакура.-"-Нет...Это всего лишь дождь..." За те несколько дней, что ей помогали с подготовкой похорон, Сакура ни разу не заплакала. Будто все слёзы улетучились в момент, когда Фугаку-сан прошёл сквозь дверной проём и сказал, что её родителей больше нет. После всей суеты подготовки она поблагодарила Фугаку-сана и нескольких из его людей, что оказали ей помощь во всём этом деле. "Звук ветра, детский смех, разводы от дождя на земле... Что меня окружает?... Какие люди встретятся у меня на пути? И будет ли у меня ещё человек, которого я захочу защитить?..."-наплыв непрекращающихся мыслей подталкивал Сакуру делать шаткие от холодного дождя шаги. "-Что это?... Перед глазами, будто пелена...Не могу удержаться на ногах... Сейчас упаду... Что? Кто-то идёт ко мне... Не могу уже рассмотреть, кто же...Темно...Ноги...не чувствую...".-с последними сознательными мыслями тело шестилетнего ребёнка, должно было упасть на продрогшую землю, устланную расплывающимися лужами и мокрыми мелкими камнями, но в последний момент, тело Сакуры успели подхватить, чьи-то руки. Несмотря на то, что она не лежала на земле, Сакура уже не почувствовала теплоту незнакомых ладоней и не рассмотрела его лица. "-Тепло...и мягко..."-таковыми были первые мысли, когда сознание Сакуры стало постепенно к ней возвращаться, а тело обволакивала мягкая ткань одеяла. Неспешно открыв потяжелевшие веки, взору зелёных глаз предстал потолок светло-коричневого цвета, с проходящими по нему деревянными балками.-"Что?...Где это я?"-привстав подумала Сакура.-"Юката**?"-проводя тоненькой ручкой по синей ткани мысленно задала себе вопрос. Осмотрев себя она поняла, что была не только в месте, которого она не знала, но и в чужой одежде. Отодвинув одеяло и встав с футона*** Сакура прошла вперёд к сёдзи. Услышав, чьи-то расторопные приближающиеся шаги она рефлекторно вновь отошла назад. Всего через пару секунд сёдзи открылись и перед ней стоял темноволосый мальчик её же возраста. -О, ты уже проснулась.-спокойно произнёс он.-Надо маме сказать. -Постой...-чуть охрипшим голосом проговорила Сакура и легонько протянула руку вперёд.-Сас...Саске... Тебя ведь так зовут? -Да. Я тоже тебя помню. Ты пару раз появлялась в академии.-сказал он с таким же невозмутимым тоном. -Что со мной произошло и почему я оказалась у вас дома?-задав этот вопрос голос её поник и начался кашель. -Так, так спокойно. Тебе лучше сейчас не говорить. А то ещё хуже станет. Я сейчас позову маму.-произнеся это он быстро вышел из комнаты. "-Какое странное ощущение..."-вдруг подумалось Сакуре. Её взгляд прошёлся сквозь приоткрытое сёдзи и остановился на пышном кусте белой камелии. Отчего-то в тот момент ей захотелось стать одним из цветков распустившихся на полотне тёмно-зелёных листьев.-"-Цветы увядают, опуская свои лепестки на сырую землю, чтобы встретить рассвет с новым бутоном...". Из омута собственных мыслей Сакуру вывели вновь приближающиеся шаги. Неясный самой Сакуре порыв подтолкнул её протянуть руку к тонкой полоске солнечного света исходящего сквозь открытые сёдзи. В следующее мгновение сёдзи полностью открылись заливая пространство тёплыми лучами света. На Сакуру сверху упал взгляд ониксовых глаз в обрамлении чёрных ресниц. -Сакура-чан, рада, что ты очнулась! Вся твоя одежда была насквозь мокрая, поэтому я надела на тебя юкату, которую я, когда-то носила в детстве. Всё же...Пробыть столько времени под дождём, чтобы упасть без сознания...Нельзя так!-строго, но с заботой в голосе произнесла Микото-сан. -Я...-по бледным щекам, из зелёных глаз в окружении розовых ресниц, неожиданно для самой Сакуры потекли тонкие ручейки слёз. В тот момент она сама того не почувствовала, как потоки проходящие по бледному лицу усилились. Не произнося ни слова Микото подошла к маленькой розоволосой девочке и присела перед ней на колени, чтобы находиться на одном уровне с её лицом. Протянув руки она обвила хрупкое тельце и соединила в безмолвном объятии. Микото несколько не была лишена проницательности, которая и передалась по наследству Итачи. Она понимала, что сейчас Сакуре вовсе не нужны слова. Обо всей её истории Микото узнала несколько дней назад от мужа, который и являлся главой военной полиции Конохи. Когда муж вернулся домой после затянувшегося рабочего дня, она сразу заметила, на первый взгляд в невозмутимом лице, нотки беспокойства. Узнав причину, почему Фугаку находился в неком смятении, она поймала себя на мысли, что ей жаль ребёнка попавшего под такой печальный расклад судьбы. Улышав имя девочки, с которой и произошла эта трагедия, в голове сразу возник образ улыбающегося розоволосого ребёнка со сбитыми коленками. Слёзы продолжали скатываться по порозовевшим щекам, оседая на синей ткани юкаты. В голове крутилось столько мыслей, и казалось, что их невозможно обуздать. Но в то же время разум маленькой Сакуры окутывала плотная пелена непроглядной пустоты. Невольно хрупкие руки потянулись к источнику тепла, заботы и спокойствия. Положив ладони на спину, поверх шелковистых тёмных волос, Сакура уткнулась лицом в ткань одежды Микото, будто пытаясь скрыться от окруживших её проблем. Микото нежно поглаживала короткие розовые пряди волос, тонкой рукой, даря маленькому ребёнку спокойствие и надежду. Проливая последние солнечные лучи, небо окрашенное полосой багрянца неумолимо приближало себя к завершению. Прозрачные сети розовых облаков, еле заметные, окутывали горизонт забирая за собой все горести, радости, суету и тревогу дня, подходящего к своему окончанию. Склоняемые порывом надвигающегося осеннего ветра деревья, сбрасывали ещё зелёные листья.