***
Он даже уже не удивился, что проснулся вновь в незнакомой комнате, с потолком на котором была нарисована огромная мишень с воткнутыми в нее кунаями и сюрикенами. Закрыв глаза Наруто сосредоточился на своей памяти. Вот он пришел на могилу Неджи, все же он не мог не навестить друга. Возле нее молча стоит знакомая ему одинокая фигурка. Тен-Тен. Она не плачет лишь только незряче смотрит на надгробный камень и что-то тихо говорит. Он подошел ближе и слышит ее слова: - Почему ты не защитился, Неджи? Ты ведь был гением, - куноичи опустила голову и затем ласково провела ладошкой по буквам стряхивая невидимую пыль. - Наруто? - девушка не обернулась все также продолжая смотреть на могилу соратника. - Я пришел навестить его, ты не против? - джинчурики встал рядом с ней. - Нет, конечно же нет, ведь, это ты растопил его ледяную броню и сделал намного теплее и добрее к нам, Наруто, - Тен-Тен грустно улыбнулась. - Мне его не хватает, - тихо призналась девушка. - Мне тоже. - Уже проснулся? - бойко поинтересовались сбоку. Раздался свист и в потолок точно в центр мишени воткнулся кунай. Супруга сладко потянулась и выпрямилась. Наруто едва не засмеялся, это видимо из-за него, что Ино, что Тен-Тен спали практически обнаженными. Небольшая, но упругая грудь женщины с дерзко торчащими сосками, которые сейчас были крайне привлекательными и манящими. - Кстати... У них ведь есть сын. Бойкий, мелкий сорванец. Он обещал, что сегодня будет с ним тренироваться в кои то веки урвав выходной. Ведь Хокаге всегда должен быть на защите деревни, пусть даже это обсуждение прорыва канализации. Его зовут Узумаки Минато, это имя выбрала сама Тен-Тен, желая, чтобы ее сын стал таким же великим как отец и дед. И конечно же именно супруга всеми силами помогала ему на нелегком пути становления главы родной какурезато*. - Ты ведь сегодня хотел обучить Минато, как пропускать стихию через кунаи, - прищурилась супруга задумчиво крутя в руках кинжал. Тен-Тен всегда бойкая и веселая. С ней никогда не было скучно или неинтересно. Ее мало интересовали материальные ценности, даже свой родной дом куноичи не задумываясь переделала под тренировочный полигон с легкой подачи любимого мужа, чего стоит потолок их спальни утыканный различными метальным оружием. Жена раз в пару дней смеясь ходила по нему собирая все, что было воткнуто изредка запечатывая какое либо оружие в свиток. Или же они устраивали соревнования, кто больше соберет. Счет кажется был не в его пользу. - Ну так что? Мне его идти будить? - куноичи зевнула и вновь сладко потянулась. Наруто невольно залюбовался ею, все же она была очень хороша собой. Длинные распущенные волосы водопадом струились по плечам и спине супруги едва прикрывая оголенную грудь, Тен-Тен любила дразнить мужа. Стройное тело и миловидное лицо с задорными карими глазами в которых была смешинка. - Я думаю, пусть он отдохнет еще немного, ты же вчера гоняла его до седьмого пота, - улыбнулся джинчурики. - Ты ведь знаешь, кто у меня был учителем, Гай-сенсей, всегда считал тренировку квинтэссенцией счастья для истинного шиноби, хотя, все же он иногда перегибал палку, - засмеялась женщина заползая на грудь мужа. - Кстати, ты вчера был очень и очень вынослив, я даже сделала очередную заметку в своей записной книжке удовольствия, - коварно усмехнулась куноичи. Ох, и верно, жена действительно делала заметки в небольшой записной книжке которую тут же запечатывала. Например там точно был указан ее первый оргазм, даже был подсчет количества прыжков на члене мужа в положение сверху до фееричного окончания. Наруто даже нравился такой странный фетиш его возлюбленной. Иногда они вместе читали ее записи и пошло хихикали. - Не могу же уступить тебе в постели, я ведь сильнейший шиноби мира, - Наруто легко встал с кровати вместе с супругой на руках. Ах да, точно, тут он постоянно тренировался с железом и спарринговал с Тен-Тен и многими другими шиноби. Из-за чего тело было неимоверно прокачанным и жестким. Куноичи со временем переняла идеи своего сенсея и не давала ему расслабиться и потерять форму не смотря на довольно продолжительную сидячую работу. - Какие грозные слова, - жена поболтала ножками в воздухе вися на шее мужчины и затем выскользнула из объятий джинчурики. Она одевалась споро, сказывалась долгая жизнь куноичи и опыт сотен заданий. Наруто же откровенно пялился на нее и в чувство его привела только собственная футболку кинутая ему в лицо. Они зашли на кухню и Наруто растянул губы в усмешке глядя на стену дальнюю от двери стену. Там тоже стояла мишень в которую супруга незамедлительно воткнула кунай на входе. - Хяппацу Хякучуу* - звонко сказала Тен-Тен. - Даттебайо, - незамедлительно ответил ей Узумаки зажигая газ. - Кстати, ты плохо на меня влияешь, - ворчливо сказала куноичи, - Я раньше была такой аккуратной, нигде не позволяла себе разбрасывать оружие. А ты взял и сказал, а давай сделаем здоровенную мишень на потолке в спальне. Ведь так здорово будет кидать туда всякую всячину на спор. И вот теперь они у нас буквально везде. Наруто рассмеялся притянув на секунду к себе супругу легонько чмокнул в щечку. Тен-Тен деланно поморщилась и игриво ткнула его в бок. Она уже ловко нарезала овощи и курицу щедро обливая их специями, ее давняя страсть к китайской кухне не была ни для кого секретом. Наруто забрал у нее готовые для жарки продукты и скинул на сковородку. Прибавив жар джинчурики ловко перекидывал ингредиенты чтобы они равномерно прожарились до румяной корочки. Тен-Тен уже разложила пельмени на пароварке и облизнула губы. Завтрак будет что надо. Когда все было готово, Узумаки ловко метнула сенбон через открытую дверь в висящий на потолке гостиной небольшой колокол. Раздался звонкий переливчатый гул и где-то в спальне Минато, их сын звучно зевнул и выпал с кровати. - Ох-х, как же я люблю твою готовку, любимый, - жена с наслаждением прожевала первый кусок жареной курицы вместе с хрустящими сочными овощами. - Я всего-то пожарил, главное ведь, кто все подготовил, - ухмыльнулся джинчурики. - Да ладно тебе, прибедняться, - махнула рукой супруга. - Доброе утро, мам, пап, - на кухню вошел, только что умывшийся и еще сонный Минато. - Лопай, - мама накидала ему в тарелку всего понемногу и взъерошила светлые волосы с легким темным оттенком. - Спасибо, - их сын с энтузиазмом начал набивать живот. Наруто улыбается и смотрит на них. На его глазах наворачиваются слезы. Тен-Тен очень любит его и их сына. Наруто это знает и от осознания данного факта ему неимоверно тоскливо. Ведь вот она идеальная жизнь. Только протяни руку и все. Он не хочет их покидать. Курама чувствует его настроение и поэтому молчит скрываясь во тьме его внутреннего мира. Эти годы их совместной жизни пролетели как единый миг перед его глазами, Наруто видел и чувствовал всю ту любовь которая связывала их, ему тошно от одной мысли, что он исчезнет отсюда. А память услужливо подбрасывала все новые и новые факты и события. После встречи на кладбище, судьба свела их на долгосрочной совместной миссии. И там когда они стуча от холода зубами лежали кутались в спальные мешки, Тен-Тен решительно залезла к нему и незамедлительно прижалась к такому теплому по сравнению с ней джинчурики. Потом, именно она делала все, чтобы он добился поста главы деревни. Таскала ему каждый день бенто, засиживалась допоздна в кабинете помогая с бумагами и незаметно они становились все ближе и ближе. Наруто не помнил как они в одно утро проснулись на одном диване в резиденции. Нет, они не переспали тогда, но Узумаки так хотел поддержки и внимания в те дни и нашел отклик у Тен-Тен. А что же Сакура? Эта мысль билась у него в подсознание болезненной кровоточащей раной. Память вновь открыла свои чертоги. А она ушла из деревни. Ушла вместе с чертовым Учихой, никто не знал каковы были ее мотивы. Никто, кроме самого Наруто и его жены. Ведь она тоже пришла в резиденцию в то самое утро, когда он и Тен-Тен обнаружили себя уснувшими на одном узком и неудобном диване. Джинчурики помнил как у Харуно выпала из рук коробочка с завтраком. Куноичи низко опустила голову и пробормотав себе что-то под нос захлопнула дверь. Тен-Тен понимающе качнула головой и отпустила его следом за ней. Сакура была уже внизу когда Наруто ее догнал. - Чего тебе? - буркнула девушка. - Сакура-чан, я ... - Уже не важно, - помотала головой ирьенин, - Я вижу. Я опоздала. Сама виновата. Все думала и думала, металась как дура. Прости меня, Наруто. С этими словами девушка легонько коснулась губами щеки джинчурики оставив обжигающий поцелуй. - Прощай, - прошептала Сакура перед тем гибкой кошкой ускользнуть на улицу. В офисе его ждала грустно улыбающаяся Тен-Тен с коробочкой, которую принесла Сакура. Девушка поставила ее на стол и тихо сказала: - Я пойду, пока, Наруто. И он не отпустил ее тогда. Прижал к себе крепко-крепко чувствуя как затихает боль в груди и успокаивается сердце. Тен-Тен гладила его по голове зарывая тонкие пальцы в волосы и молчала. - Пап, а мы пойдем на тренировку? - воодушевленно спросил Минато. - Конечно, - широко улыбнулся блондин и встал на ноги, - Сегодня, ты научишься пропускать чакру через оружие, не будь я Хокаге, даттебайо.***
- Вот смотри, - Наруто раскрутил в руке кунай. Клинок со свистом разрезал воздух воткнувшись в деревянный столб. Минато внимательно смотрел на отца. - Так бывает, когда ты кинешь простой кунай. Тен-Тен подала мужу немного другой клинок распечатав его из свитка. В карих глазах женщины была гордость за своего супруга. - А теперь смотри, это особый кунай сделанный из металла, который проводит чакру. Хокаге сжал рукоятку. Вокруг метательного оружия незамедлительно появилась свистящая энергия. Наруто заставил ее приобрести облик невероятно тонких и острых как бритва лезвий. Кунай пролетел расстояние быстрее молнии. На деревянном столбе осталась тонкая дыра как размером с клинок. Сам же кунай улетел дальше прошив на пути несколько деревьев и остановившись глубоко в толще камня в сотнях метрах от них. - Круто! - завопил Минато глядя на отца взбудораженным взглядом. Узумаки пропал на долевые мгновения и тут же вернулся держа кунай в руке. Где-то в лесу все еще висела пыль от разбитого вдребезги валуна. Тен-Тен улыбалась глядя как Наруто показывает их сыну как именно нужно проводить чакру сквозь клинок. Она и сама не понимала как сблизилась с ним, просто ей захотелось поддержки и мужской ласки и тепла. А Наруто понимал ее как никто другой, ведь он уже терял дорогих его сердцу людей и всего этого тепла, ласки в нем было из избытком. Горячее сердце джинчурики истосковалось по любви. И вот так они и сошлись, латая израненные сердца и души друг друга. Теперь про прошествии множества лет совместной жизни, она ни разу не пожалела, что сказала тогда заветное "Да". И с гордостью носила камон Узумаки на одежде. Наруто любил ее и их сына, что же еще нужно для счастья, верно?***
Когда они вечером лежали в постели уставшие и довольные Наруто повернул к ней голову и увидел светлые волосы и голубые глаза Ино с любовью глядевшие на него. Вздрогнув джинчурики выпрыгнул из постели. - Эй, ты чего? - испуганно спросила Тен-Тен. - Твоя память накладывается друг на друга, - прорычал доселе молчавший Лис. - Это как понять, даттебайо? - А вот так и понимай, знаешь, я думал ты справишься за раз, но ты опять залажал, - Кьюби угрюмо смотрел на своего друга. Узумаки промолчал и затем тихо спросил осененный внезапной мыслью. - Подожди, если я внезапно появляюсь тут и постепенно копошусь в своей башке и вытаскиваю нужны воспоминания, то где, тот Наруто, что прожил все эти годы здесь? Курама выпрямился его хвосты взметнулись наверх. И биджу рыкнул: - Скажи, ты хочешь попробовать еще раз? Наруто взглянул на испуганную жену, на долевые мгновения выскользнув из своего сознания и резко отрывисто кивнул. И затем громко сказал: - Только у меня есть одно условие. Не надо меня возвращать в тот промежуток. Давай в другой. Я хочу... Свет в глазах померк и Наруто погрузился в небытие. Курама прорычал и шумно выдохнул из себя облако огня и дыма. Он так и не смог сказать, всю правду своему другу.