Снежный мальчик

발자국 남기고 떠나가시면 제가 그 온길 지킬게요 흑백속에 남길게요*

Двадцать три года

      Тэхёну двадцать три, и он часто слышал, что время лечит. И смог на своём опыте убедиться, что это ложь.       Он много чего успел за этот официально одинокий год. С отличием окончил консерваторию, начал выступать в местном баре, написал несколько песен, ходил по прослушиваниям. Его родители переехали в Сеул, так что дом в деревне теперь стоит заколоченный. Они перебрались недавно, в середине декабря, так что Тэхён надеялся, что Юнги это заметил и не беспокоится о них. А ещё Тэхён думал, что это слишком похоже на то, как когда-то семья Мина тоже покинула его.       Хоть родители и переехали, они не продолжили жить вместе с ним. Этот год Тэхёна не был наполнен только учёбой и работой, ещё он начал ходить на свидания. Они с Юнги знатно поссорились напоследок, потому что не хотели и не могли услышать друг друга. Поэтому, движимый злостью, Ким не слишком переживал, что он не выждал достаточно времени. Тем более, что кроме него об этих отношениях никто и не знал.       Он пробовал встречаться со своей однокурсницей, которая призналась, что влюблена в него ещё с первого курса. Потом с парнем из кафешки рядом с домом, который оставил ему на стаканчике свой номер. Но что первая попытка, что вторая не продвинулись дальше третьего свидания. Перед девушкой было стыдно, ведь были замешаны искренние чувства с её стороны. А с парнем не сошлись, и оба это поняли.       Друзья Тэхёна пытались свести его с кем-то ещё, не на шутку удивлённые его рвению. Но после неудачных попыток Ким понял, что на самом деле проблема вовсе не в других людях, а в нём самом. Это именно у него сердце изнывало от любви к другому человеку. Хотя даже не человеку.       Всё это время он пытался бежать от этого, потому что понимал, будет слишком больно. Он даже не мог ни с кем поделиться, приходилось улыбаться, смеяться, учиться, жить. А хотелось просто пойти с друзьями в бар и за бутылкой соджу рассказать обо всём. О чудесном спасении в девять лет, о преданной дружбе, о невозможной любви. Но по итогу Тэхён варился во всём этом один.       После выпуска он смог подцепить (или скорее его подцепили) нескольких парней и девушек, и слишком поздно понял, что от этого ещё хуже, чем от несостоявшихся отношений. Ему начало казаться, будто он изменил Юнги, хотя и вместе-то они уже не были. И закончил всё это не он.       Но даже если Тэхён не мог ни с кем поделиться своими чувствами, у него было занятие, были люди вокруг, возможности попробовать что-то ещё, было будущее. У Юнги не было ничего. И ещё больше, чем Ким жалел себя, его сердце болело за другого, того, кто остался совсем один в деревне.       Тэхён давно перестал злиться на него. И даже понимал, что Юнги вовсе не разлюбил его, а сделал так ради самого же Кима. Но ему было страшно показаться снова на глаза. А ещё было стыдно, ведь на краткую долю секунды тогда, прошлой зимой, он почувствовал облегчение.       В последний день февраля Тэхён выходил вечером на улицу из своего бара. Через плечо был перекинут чехол с саксофоном и тканевая сумка с самыми необходимыми вещами и блокнотом со стихами и рисунками. Он всегда не любил этот день, вот и тогда настроение было паршивое. Красивой зимы в городе никогда не было, Ким скучал по сугробам и морозу. На душе была слякоть.       Он как раз подходил к автобусной остановке, когда пошёл снег. Тэхён в шоке замер. Вокруг засмеялась группка школьниц, принявшись фотографировать небо. Влюблённая пара прижалась ближе друг к другу. Мать и отец указывали своему маленькому сыну на снежинки и с улыбкой что-то говорили. А Тэхён вытянул руку вперёд. На неё тут же опустилась изящная снежка и медленно растаяла под теплотой ладони.       Проходящие мимо девочки зашептались, смотря на него, они выглядели обеспокоенно. И Тэхён понял, что из его глаз медленно катятся слёзы.       Юнги всегда называл его плаксой, но вот когда они расставались, Тэхён не проронил и слезинки. И за этот тяжёлый год тоже. Но под конец зимы он как будто тоже начал таять изнутри, превращая холод внутри себя в горячую солёную воду.       Тэхён не особо понял, как это получилось, но очнулся он уже в поезде до своего родного города. За окном проносились уже готовящиеся к весне леса, а Ким молился, чтобы зима была хотя бы на пару минут дольше. Только бы он успел.       Он еле заскочил в последний до его деревни автобус, а из него до своего дома бежал сломя голову. На его плече всё также висели саксофон и сумка, которые то и дело соскальзывали с плеча. Уже видя издалека свой дом, он случайно уронил сумку на землю, но даже не оглянулся.       Почему-то Тэхён был уверен, что Юнги будет именно там. Ждать его. Около покинутого дома с заколоченными окнами и дверьми. Возможно, чувствуя себя таким же покинутым.       Ким ускорился. Он не мог отвлечься и посмотреть, сколько времени оставалось до конца зимы. Но по ощущениям ничтожно мало. Возможно, он уже не успел. И всё же продолжал бежать, сопровождаемый лаем соседских собак.       Он почти не чувствовал усталости. В голове билось: «только бы успеть», «только бы увидеть», «только бы извиниться», «только бы пообещать никуда больше не уходить»…       Юнги там. Стоит около дома и смотрит на забитое досками окно его комнаты. Его уже почти не видно.       — Хён! — истошно орёт Тэхён.       Дух зимы удивлённо поворачивается на его голос. Улыбается. И исчезает.

Двадцать четыре года

      Тэхёну почти двадцать четыре, и он вернулся жить в свою родную деревню. Ни друзья, ни родители не понимали его поступка. Последние особенно, ведь переехали в Сеул ради него. Но Ким пространно объяснил, что ему нужно время побыть наедине с собой, и уехал.       Быть одному в огромном пустом доме было странно. Тэхёну то и дело казалось, что вот-вот мама позовёт его есть или папа — на семейный просмотр фильмов. Ким самолично снял доски со всех окон и дверей, растапливал камин, ухаживал летом за садом, делал уборку, ездил на велосипеде в магазин.       Он знал всех в своей деревне, здесь осталось несколько его друзей, так что общением он обделён не был, но всё равно чаще предпочитал один гулять по лесу или сидеть дома.       Работу он нашёл онлайн, писал статьи для интернет-изданий, рисовал на заказ портреты. Денег было немного, но на еду и электричество хватало, а большего ему было и не надо.       Тэхёну казалось, что за этот год отшельничества (если не считать редких встреч с друзьями и разговоров с соседскими старичками) он повзрослел больше, чем за все предыдущие двадцать три. Он анализировал свои поступки и слова, думал о прошлом, настоящем и будущем. Перечитал свои старые стихи, какие-то заставили его посмеяться, какие-то погрустить, а какие-то он разорвал и выкинул. Тэхён нашёл на чердаке свои детские и академические рисунки, а потом запрятанную в шкафу папку с теми, которые показывал только одному человеку. Он пересмотрел любимые фильмы и сериалы, перечитал книги. Во всём он нашёл что-то новое, что-то, что даже не мог заметить раньше.       Под конец осени Ким наконец-то почувствовал себя исцелившимся.       В ночь с 30 ноября на 1 декабря он одевается потеплее и направляется в лес. Тэхён глубоко вдыхает воздух, уже чувствуя в хвойном запахе мороз. Он выходит на их поляну и идёт сразу к озеру, где садится на холодную землю. И ждёт. Улыбается сам себе, насвистывая засевшую в голове мелодию. Смотрит на озеро, которое вызывает разные чувства: злость, радость, грусть и нежность. Тэхён трогает его кончиком пальца. Холодное.       — Тэ-тэ, — раздаётся сзади.       Ким долго размышлял, что же именно сказать Юнги при встрече. Он перебрал в голове всевозможные варианты извинений и признаний. А в итоге сказал:       — Я скучал.       Они в тишине прогуливаются по лесу, и под ногами духа зимы начинает искриться иней на пожухлой траве. Выходят в деревню, и снежинки слетают с небосвода. Тэхён ёжится от холода и не может сдержать широкую улыбку.       Впервые вместе заходят в дом с главного входа. На окнах тут же разрастается морозный узор. Тэхён скидывает ботинки и куртку, спешит разжечь камин. Мин чувствует себя неуютно, крутится по сторонам и не знает, куда себя деть.       — Родители переехали в Сеул, — прерывает тишину Тэхён.       — Я видел.       — Здорово, — выдыхает Ким и на непонимающий взгляд поясняет. — Я боялся, что ты не увидел и переживаешь.       — Дом не выглядит заброшенным, — замечает Юнги. — Честно говоря, когда они уехали, я забрался внутрь. Прости. Теперь всё иначе.       Тэхён пытается представить, как Мин ходит по комнатам, разглядывая каждый угол. Думал ли он о нём тогда? О том, как Ким проводил тут каждый свой день пока рос? Какие потёртости на обоях и полу оставил он? Какие из вещей принадлежат ему?       — Я переехал сюда девять месяцев назад. Хотя, скорее, восемь с половиной, надо было уладить дела в Сеуле для начала.       Юнги молчит в ответ. Огонь наконец-то разжигается, и Тэхён оборачивается на него. Мин выглядит шокированным. Он бессмысленно открывает и закрывает рот, как будто хочет что-то сказать, но не может сформулировать мысль.       — Не волнуйся, я оставил всё не из-за тебя, — улыбается Тэхён. — Если вернее, не только из-за тебя, ведь тогда мог бы приехать только на зиму. Мне нужно было время подумать и переосмыслить всё. Это ты говорил, что всегда хотел уехать отсюда, а я люблю нашу деревню.       — Мне казалось, тебе нравилось в Сеуле, — слабо выдыхает Юнги.       — Там неплохо, — кивает Ким. — Много возможностей, много людей. Но весной слякоть, летом слишком душно, осенью промозгло, а зимой… Зимой нет тебя.       Юнги садится рядом с Тэхёном около камина и следит за языками пламени.       — Я думал, что ты больше не вернёшься. Был так удивлён, когда увидел тебя в конце зимы…       — Прости, что не пришёл раньше.       — Я сам тебя прогнал, нет нужды извиняться, — качает Мин головой.       — Думаю, мы прогнали друг друга, — улыбается Тэхён, — так что и ты не вини себя.       — Что… Что у тебя произошло за этот год? — наконец-то смотрит на него Юнги.       — М-м-м, — Тэхён задумывается о том, что следует рассказать, — я закончил консерваторию. Работал в баре, играл на саксофоне и пел, иногда помогал принимать заказы. Ходил по прослушиваниям, но тот жанр, в котором я хочу работать, не пользуется большим спросом… Мне предлагали стать трейни и вступить в одну из музыкальных групп, но я не хочу. Так что перебиваюсь пока что то тут, то там.       — Ясно… Я рад, что ты остаёшься верен себе, — улыбается Юнги.       Огонь бросает отблески на его бледную кожу, глаза загораются. А у Тэхёна нежность потрескивает внутри.       — Я встречался с другими людьми, — выдыхает он.       Мин ничего не говорит, только глаза немного расширяются от удивления.       — Подумал, что тебе стоит знать, — добавляет Тэхён.       — Ты… любил кого-то?       Ким качает головой из стороны в сторону. И Юнги кивает.       Тэхён проводит небольшую экскурсию ему по дому. Хоть дух зимы и гулял тут раньше один, теперь Ким может ответить на вопросы, что того интересуют. Конечная точка — спальня Тэхёна. Мин знает её хорошо, но никогда не заходил из двери коридора. Всё ощущается иначе.       Юнги открывает окно, впуская свежий воздух в комнату. Он забирается на раму, но его руку накрывает чужая тёплая.       — Останешься? — спрашивает Тэхён.       Дух зимы долгие секунды смотрит ему в глаза, пытаясь найти там что-то только одному ему известное. А потом захлопывает окно по эту сторону комнаты.       — Ким Тэхён, наших слушателей очень интересует, почему столько Ваших песен посвящены зиме?       — Это моё любимое время года.       — Не могли бы Вы объяснить подробнее?       — В моей родной деревне зима снежная… Повсюду сугробы, красивые снегопады, узоры на окнах. Я люблю холод, люблю снег, люблю…       — Что любите?       — М-м-м, я просто люблю зиму, потому что это зима.