Highway to serenity.

Яркий беспощадный свет, лишивший девушку зрения на мучительно долгие несколько мгновений, постепенно начал отступать, тем самым возвращая возможность видеть. Странное ощущение полета и легкости, словно взмывает вверх, к облакам и, быть может, даже самим звездам, исчезло, и она вновь почувствовала под ногами твердую землю. Сделала небольшой шаг вперед, вытянула перед собою руки, будто попыталась нащупать хоть какую-нибудь опору, но замерла, стоило ей услышать, как мелкие камушки сорвались вниз, в пропасть. Это заставило испуганно вздрогнуть. Она старательно потерла руками глаза и, когда зрение полностью восстановилось, наконец-то подняла веки, чтобы осмотреться. Из-за ярких солнечных лучей пришлось прищуриться. Дыхание замерло от восторга, и рука невольно потянулась к приоткрывшимся устам. Вокруг было прекрасно. Пушистые облака, игриво переливающиеся желтыми и розовыми красками, находились совсем близко, и ей казалось, что при желании сможет прикоснуться к ним. Между ними были разбросаны самые настоящие острова, парящие над пропастью, и с них ниспадали бурлящие потоки воды, теряющиеся в нимбусе(*), в которых солнечные лучики переливались всеми цветами радуги. Оглянувшись, увидела за своей спиной необычайной красоты джунгли: чудные деревья, в листве которых путался легкий ветер, мешались с дивными кустарниками и яркими цветами; их витиеватые ветки старательно тянулись наверх, к бескрайнему небосводу, и сочная трава, мешающаяся с мелкими серыми камушками, притягивала внимание. Девушке казалось, что находится в какой-то сказке, либо же видит все, что окружает ее в это мгновение, в своем сне. Но вместе с этим это казалось слишком реальным, чтобы быть лишь плодом разбушевавшейся фантазии. — Действуй! Откуда-то сверху раздавшийся звучный голос заставил вздрогнуть и задрать голову, но она увидела над собой лишь бескрайний небосвод. Это походило на гонг, означающий начало чего-то. Призыв к действию. Мелкая дрожь пробежала по всему девичьему телу, и она оглянулась в растерянности, попытавшись сориентироваться. Сделала маленький шажочек к джунглям, но отчего-то продолжала медлить, ведь все еще не понимала, что именно от нее требовалось. — Действуй! — прогремело вновь, буквально отовсюду, и напомнило оглушающий гром. Девушка испуганно дернулась, прижав руки к груди, покрутила головой. И будто распознав в звучном голосе призыв к прыжку, вдруг разогналась и, зажмурившись, ринулась с обрыва в пропасть. Пушистые облака послушно расступились перед ней, и она ощутила холодные потоки воздуха, сравнимые с ударами хлыста, от которых неприятный холод побежал по спине. Все внутри нее сжалось в малюсенький комок, дыхание замерло от ужаса, и из горла непроизвольно вырвался истерический смешок, что потерялся в оглушающем свисте ветра. Почувствовала волны страха, поднимающиеся откуда-то изнутри, и распахнула глаза, врезавшись взглядом в стремительно приближающуюся землю. Вопль ужаса вырвался из груди, руки раскрылись в тщетной попытке ухватиться за какую-нибудь опору, что способна была остановить падение, но столкнулись с пустотой и холодом пушистых полупрозрачных облаков. Она зажмурилась, не в силах глядеть в лицо собственной смерти, и вдруг почувствовала, как что-то одним болезненным рывком вырвалось из лопаток, раскрывшись и тем самым предотвратив падение. Ее швырнуло вверх — она ударилась о скалу и промычала что-то нечленораздельное от резко стрельнувшей боли, от которой на глаза выступили слезы. И под влиянием какого-то порыва обернулась, зацепившись взглядом за полупрозрачные крылья, отражающие яркие солнечные лучи. Из ее горла повторно вырвался истерический смешок, когда до нее дошла вся абсурдность ситуации, и девушка интуитивно взмахнула ими несколько раз — этого оказалось вполне достаточно, чтобы добраться до скалы с находящимися на ней чудными джунглями. Она опустилась на твердую землю, звонко расхохоталась от переполняющих эмоций, и ноги непроизвольно подкосились, так что упала на колени. В ладони впились мелкие камни, вызвав зудящую боль, но едва обратила внимание на эту мелочь, а только огляделась вокруг с каким-то нездоровым блеском в нежно-голубых глазах. На ресницах мелкими каплями застыли слезы, отражающие игривые солнечные лучики, что готовы были сорваться с них в любой миг. Девушка обернулась через плечо, но не увидела полупрозрачных крыльев, словно они мгновенно опали, стоило ногам коснуться надежной опоры. Внезапно раздавшиеся откуда-то с левой стороны короткие патетические хлопки заставили вздрогнуть и обернуться — неспешно идущий к ней мужчина удовлетворенно улыбался. — Браво! Прыжок в пропасть был очень смелым поступком с твоей стороны, — тот же самый голос, который чуть ранее гремел отовсюду. — Ты большая молодец. Девушка непонимающе похлопала пушистыми ресницами, предварительно смахнув с них слезы, со свистом выпустила из легких весь воздух и поднялась, с ужасом почувствовав дрожь во всем теле. Огромных усилий ей стоило не упасть на колени вновь. Взгляд метнулся за спину остановившемуся в нескольких шагах от нее мужчине и зацепился за выходящую из чудных джунглей миловидную женщину, на лице которой играла мягкая улыбка, в компании задумчивого парня. И вдруг дернулась от страха, заметив позади них странного зверя, походящего на самого настоящего дракона, чья голубая с отблесками бирюзы чешуя переливалась в ярких лучиках солнца. Существо фыркало, даже подпрыгивало от радости, покачивая громадными крыльями, размах которых, как показалось Виктории, доходил до восьми, а то и всех десяти метров, и его озорной вид невольно вызвал у девушки удивленный вздох. — Меня зовут Геральд, — чужой голос отвлек от разглядывания неведомого существа. Она вновь повернулась к незнакомому мужчине, прижав руки к груди. Продолжила уперто молчать с застывшим в распахнутых глазах немым вопросом. На всякий случай ущипнула себя за правую руку, но поморщилась, почувствовав неприятную боль, которая заставила испуганно дернуться от осознания того, что все ее окружающее не является плодом бурной фантазии. — Поздравляю с прохождением теста, милая, — мягкий женский голос раздался совсем рядом, вынудив нахмуриться, — меня зовут Мисселина, а это, — повела рукой по воздуху, — Энди. Парень легко кивнул в знак приветствия, завел руки за спину, с неподдельным интересом в своих серых глазах смотря на застывшую девушку, только сейчас заметившую у незнакомцев крылья разных цветов: белого, черного и серого. Нахмурившись, она повела носом из стороны в сторону и сделала шажочек назад, но, будто побоявшись свалиться в пропасть вновь, остановилась. В ее глазах повторно начали скапливаться слезы, рука потянулась ко рту, и девушка шумно втянула носом свежий воздух в тщетной попытке успокоиться. — Прохождением теста, — на выдохе, отрицательно мотнув головой, — нет, это все... неправильно... Так ведь не может быть... Потрясла головой, после чего испуганно вжала ее в плечи и поочередно, с непониманием и плохо скрываемой надеждой в глазах оглядела находящихся напротив незнакомцев. Вновь остановила взгляд на их могучих крыльях, ощутила подступающий к горлу ком и странную пульсацию в области солнечного сплетения вместо привычного сердцебиения. В ушах неприятно шумело. Откуда-то из глубины поднимались волны тревоги и паники; становилось дурно. — Нет, это... Я не могла так... Каждый новый вдох давался с большим усилием, руки мелко тряслись, и голова шла кругом, упрямо отказываясь воспринимать жестокую реальность. — Виктория, посмотри на меня. Она послушно глянула на Мисселину, почувствовала едва осязаемое прикосновение к предплечью и подавила в себе порыв шарахнуться в сторону. Тревога и паника, что до этого протягивали к ней свои изуродованные лапы, постепенно начали ослабевать. Девушка несколько раз моргнула, ненавязчивым движением смахнула мелкие слезы, что готовы были сорваться с ресниц в любой миг. Дыхание постепенно выравнивалось, тошнота отступала, и ясность ума возвращалась к ней. Девушка прикрыла веки, постаравшись переварить информацию, и ее брови сдвинулись к переносице, так что между ними появились мимические морщинки. Неясно, сколько прошло времени, прежде чем она заставила себя несколько раз кивнуть головой. — Так вот что чувствуют люди, когда умирают, — шепнула едва слышно и задрала голову, чтобы взглянуть на бескрайний голубой небосвод, — и куда попадают после своей смерти... — Понимаю, это трудно принять, милая, но ты действительно... — Почти невозможно, — перебила, горько усмехнувшись. Перед глазами будто вся ее жизнь пронеслась. Самые значимые и теплые воспоминания, вызвавшие мягкую улыбку на губах и очередное скопление слез в уголках глаз. Недовольно хмурящийся отец, который после дегустации получившегося яблочного пирога с небольшим добавлением корицы и взбитых сливок понял, что ошибся с количеством сахара, и последующий семейный вечер в компании вредной пиццы, газировки и какого-то мультика. Первая победа на конкурсе рисунков и ее празднование в маленьком ресторанчике у дома; поездка на море и приуроченное к ней первое посещение океанариума, где видела самых разных морских обитателей. Смерть матери, долгое восстановление и посещение детского психолога, чтобы оправиться. Первый класс и первая двойка, посещение кинотеатра и дегустация соленого попкорна, запрещенного родителями, первая самостоятельная поездка на двухколесном велосипеде и разбитые колени с ладонями. Первая подростковая влюбленность и первый поцелуй холодным осенним вечером у дома. Школьные прогулы в компании лучших друзей, первый полет на самолете в Италию, концерт любимой музыкальной группы, окончание школы и поступление в университет мечты. Переезд в соседний город, получение водительских прав, покупка машины на самостоятельно накопленные за долгие годы деньги. Бессонные ночи, значительная потеря веса из-за многочисленных экзаменов и долгожданный диплом о получении высшего образования. Она как раз ехала к отцу, чтобы похвастаться этим... — Закончим, пожалуй, с прелюдиями, — мужской голос вырвал из цепких лап воспоминаний. — После смерти каждый человек проходит тест, направленный на выявление избранности. Некоторые, как ты, прыгают, но разбиваются, бóльшая же часть отправляется вглубь джунглей и встречается с морским драконом, которому он может поклониться, приняв за равного, но может и не сделать этого. В этом случае их участь — смерть от его острых клыков. И тогда они возвращаются на землю и приступают к своей реинкарнации. — А избранные? — Виктория тихо хмыкнула, будто это слово ей совершенно не понравилось. — Им мы предлагаем вступить в специальную школу ангелов и демонов, направленную на поддержание равновесия на Небесах, — женщина, представившаяся Мисселиной, протянула ей навстречу руки и нежно улыбнулась. — Ты получишь власть, ведь сможешь время от времени спускаться на землю, чтобы помочь людям встать на путь добра или зла, сделать ложное или правильное решение. Перед тобой откроются перспективы... — И после окончания школы ты сама выберешь, на какую сторону встанешь. На момент обучения такие, как ты, считаются Непризнанными, ведь вас еще не признал ни Ад, ни Рай, — закончил Геральд и нетерпеливо переступил с ноги на ногу, будто разговор казался ему излишне затянутым. Кинувшая в его сторону мимолетный взгляд девушка поспешила кивнуть, хотя, конечно, по-прежнему не до конца была уверена в том, что все вокруг происходящее является реальным. Какая-то часть продолжала противиться этому, но ей показалось, что на нее и так слишком много времени было потрачено, поэтому решение стоило принять как можно скорее. Виктория обняла себя за плечи, со свистом выпустив воздух из своих легких. Все это время молчавший парень убрал руки в передние карманы черных джинсов. — Хорошо, я... — замолкла на мгновение, прежде чем на выдохе, боясь передумать, выпалила: — я согласна. Ей показалось, что только что приняла самое необдуманное решение, но отчего-то подумала, что правильнее всего согласиться. По лицу Геральда пробежала тень удовлетворенной улыбки, будто и не ждал от нее другого ответа. Мисселина сделала шаг навстречу и протянула руки к девичьей спине. И прежде чем Виктория успела открыть рот, чтобы спросить о намерениях, дотронулась до нее — от внезапной и резкой боли девушка вскрикнула и упала на колени, сжав руки в кулаки. Она почувствовала, как кожа лопаток разрывается и что-то внутри нее трепещет и рвется наружу. На лбу мелкими каплями выступил холодный пот, боль начала усиливаться с каждым новым вдохом, и казалось, что она готова в любой момент потерять сознание. И лучше так, чем чувствовать это. — Выпусти их, — мужской голос заставил поднять глаза и из-под подрагивающих ресниц столкнуться с чужим взглядом. Энди протянул к ней руку в успокаивающем жесте, несильно сжал плечо, словно это должно было помочь вытерпеть боль. Смотрел с тихой печалью и пониманием, ведь и сам когда-то проходил через это. Виктория шумно втянула носом воздух, сильно прикусила нижнюю губу. И зажмурилась, подавив вскрик, от новой накатившей волны боли, вместе с которой ее футболка с противным треском разорвалась. — Вот так, дыши глубже, — парень ободряюще постучал по ее плечу, кивнул головой несколько раз. Виктория медленно обернулась, безэмоционально оглядела серые крылья за спиной. Вязкая алая жидкость, сравнимая с патокой, стекала вниз, крупными алыми каплями опускаясь на серые камни. Боль постепенно отступала, заменяясь неприятной пульсацией в лопатках. Она вздохнула, промычала что-то нечленораздельное, прежде чем подняться на ноги с помощью Энди. Ее плечи мелко дрожали, но Виктория нашла в себе силы поднять руку, чтобы стереть со лба неприятный холодный пот. — Даже бессмертные чувствуют боль, — горько усмехнулась и повела носом из стороны в сторону. — Она держит нас в узде и позволяет чувствовать себя живыми, — Геральд неопределенно повел рукой по воздуху и обменялся с Мисселиной многозначительными взглядами. Виктория интуитивно пошевелила крыльями, стряхнув с них собственную, как ей показалось, кровь, и свела брови к переносице из-за усилившихся от движения болезненных ощущений. — Пока не стоит их напрягать, — женщина отвернулась и сделала шаг в сторону, как бы демонстрируя девушке стоящего чуть позади дракона. К собственному удивлению, новоиспеченная Непризнанная зацепилась взглядом за кожаное седло, которое было закреплено на его спине перед громадными перепончатыми крыльями. Светлого цвета, оно широкими ремнями опоясывалось вокруг груди древнего существа и лап, для которых были предусмотрены отверстия. Девушка невольно провела параллель со шлейкой для животных, но постаралась как можно скорее избавиться от этой мысли. — Это Фыр. Он поможет тебе добраться до школы. Виктория кивнула в знак согласия, подошла ближе к существу и несмело протянула к нему руку, чтобы прикоснуться. Морской дракон прикрыл глаза, сам подался навстречу, тем самым вынудив девушку сделать шажочек назад. Она услышала за своей спиной тихий смешок; сильные руки вдруг обвились вокруг ее талии и приподняли над землей. Геральд помог ей забраться в кожаное седло, обитое мягкой тканью для удобства, провел ладонью по шершавой шее древнего существа. В ответ на вопросительный взгляд отошел назад и завел руки за спину. — Держись крепче, — посоветовал демон, тогда как его глаза хитро сверкнули — от этого девушка невольно содрогнулась. Виктория ничего не успела ему ответить, ведь Фыр, качнувшись, почти моментально взмыл вверх, оставив бессмертных далеко позади. Она крепче вцепилась в седло обеими руками и подалась вперед в тщетной попытке прильнуть к существу всем телом, чтобы ненароком не свалиться вниз. Повторно взлететь у нее, быть может, не получится. Драконий рык заставил девушку нехотя приоткрыть сперва правый, а затем и левый глаз. Облака проносились мимо, и яркие солнечные лучи, просачивающиеся сквозь них, нагло лезли в лицо. Закат — отчего-то Виктории показалось, что это именно он, — окрашивал все вокруг в яркие оттенки багряного, алого и оранжевого, и они смешивались с золотом и охрой. Завораживающая картина, контрастирующая с голубым небом. Ледяной воздух нещадно хлестал по лицу, вынуждал щуриться, и из-за него в уголках глаз скапливались слезы. Она сильнее прижалась к дракону, попытавшись унять до невозможности неприятное и склизкое чувство, которое засело внутри нее: отдаленно напоминающее скорбь, несправедливость и отчаяние. Мерзкое и отвратительное, словно съела чрезмерно кислую конфету. Виктория обернулась, услышав рядом с собой взмах чужих крыльев, со свистом рассекших воздух. Энди ответил ей ободряющей улыбкой и произнес что-то, однако его голос потерялся и унесся потоками ледяного ветра прочь. Поняв, что не услышала, он неопределенно повел рукой по воздуху и ускорился с помощью нескольких сильных взмахов своих серых крыльев. Громкий рык морского дракона заставил Викторию оторваться от надоедливых мыслей и тряхнуть головой, чтобы смахнуть пелену слез, мешавшую нормально видеть. Она окинула удивленно-восхищенным взглядом огромное и находящееся среди густых облаков здание, по каменным стенам которого паутинками расползались трещины, намекающие на древность. В лучах заходящего солнца мох казался изумрудным с отблесками оранжевого, лозы винограда доходили до вершин многочисленных башен самых разных форм и размеров, и его широкие листья лениво покачивались из-за порывов свежего ветра. Походило на готический стиль с примесью барокко и рококо. Уже через какие-то жалкие мгновения они оказались в обширном помещении, которое походило на грот, и по спине девушки пробежал табун непрошеных мурашек, будто электрический ток. В нем было прохладнее, однако разница температур едва ощущалась. Косые лучи закатного солнца игрались с водой, непонятно откуда взявшейся, и огромные врата утопали в серых скалах. Завораживающее зрелище. Внушительная статуя ангела с поднятыми руками заставила Викторию ахнуть от восхищения, и многочисленные барельефы, колонны и остроконечные башни по обе от нее стороны привлекли внимание. Она невольно задалась вопросом, кто же смог соорудить нечто подобное, однако он отчего-то показался ей риторическим. Виктория не сразу заметила, что дракон приземлился, погруженная в пристальное изучение помещения, в котором оказалась. Из задумчивости вывел чей-то кашель с правой стороны — девушка вздрогнула от неожиданности. Ангел, на которого наткнулся взгляд, совсем не казался приветливым. — Вы задержались, — голос был больше уставшим, нежели недовольным, но твердым и заставил девушку поскорее спрыгнуть с дракона и поправить растрепавшиеся от полета светлые локоны. — Что Вы выбрали? — Спрыгнуть со скалы, — в чужих ледяных глазах лишь на миг пронеслась эмоция, отдаленно напоминающая удовлетворение. — Чудно, — бросил ангел и нервным движением поправил подол белой мантии, окаймленной серебром. — Добро пожаловать в школу ангелов и демонов. Мужчина крепче сжал находящийся в его правой руке посох и замолк, всмотревшись в лицо девушки. Некоторое время они просто молчали, будто проверяли друг друга на прочность. Виктория первой отвела взгляд в сторону, упершись им в находящиеся за спиной ангела массивные ворота, что купались в лучах заходящего солнца. Рядом с ними божественные сущности казались самыми настоящими муравьями. Шорох крыльев вынудил обернуться — Энди приземлился в нескольких шагах от морского дракона и на застывший в небесно-голубых глазах вопрос неопределенно пожал плечами. Она не помнила, в какой момент оставила парня позади. — Со следующей недели начнутся занятия, опаздывать на которые не советую, — прокашлявшись, протянул ангел и нахмурился. — Энди проведет Вас до комнаты. Девушка кивнула, выразив согласие, поскорее прошла мимо, однако замедлилась, как только ангел остался чуть позади. Энди последовал за ней и даже немного обогнал. Гулкий звук их шагов, отражаясь от стен, подхватывался эхом и терялся в самых дальних уголках обширного помещения, в котором находились. Приглушенный рык дракона и резкий взмах, что сопровождался свистом, крыльев, мгновенно рассекших воздух, заставили обернуться. Ангел задумчиво глядел на нее через левое плечо. — Забыл спросить, на какую сторону Вы хотели бы попасть после окончания школы, — голос прозвучал тише и спокойнее. Виктория не сразу нашлась с ответом, ведь не поняла, о каких именно сторонах идет речь. Впрочем, смысл чужих слов все же довольно быстро дошел до нее, так что она лишь неопределенно пожала плечами, прежде чем тихо промолвить: — Не думаю, что вопрос уместен. Я только прибыла в учебное заведение. — Да, Вы правы, — ангел рассеянно кивнул и расправил белые крылья, — не опаздывайте на занятия, — повторил уже тише. Он взлетел, оттолкнувшись от земли, и едва различимый столб пыли поднялся в воздух, заставив Викторию чихнуть. Несколько мелких камушков, сорвавшись с каменного моста, упали вниз — рябь пробежала по водной поверхности. Фигура ангела уже через несколько мгновений скрылась из виду. Его белые крылья были мощными, и девушка невольно задалась вопросом, сможет ли когда-нибудь передвигаться так же быстро, как и он. Она бегло оглядела собственные, осторожно подвигала ими, но поморщилась из-за саднящей боли. Необходимо было бóльшее количество времени, чтобы раны зажили. Виктории не удалось сдержать разочарованного вздоха. Она повернулась и довольно быстро поравнялась с тихо идущим парнем, погруженным в свои мысли. Энди не спешил начать диалог, и казалось, что вовсе не замечал ее присутствия — это позволило девушке использовать время для более детального изучения помещения. Он пропустил ее в школу первой, сам зашел следом. Виктория, занеся руки за спину, шаркнула подошвой по мраморному полу, испещренному серебряными паутинками, и глядела на него несколько мгновений, прежде чем задрать голову. Взгляд зацепился за дивные потолочные фрески, перебежал на колонны, упирающиеся в потолок, и многочисленные статуи и барельефы, которые украшали интерьер. Они казались девушке излишне светлыми и заставили кинуть на неспешно идущего рядом парня вопросительный взгляд. — Разве школа предназначена лишь для ангелов? Энди обернулся, растерянно похлопал ресницами, и будто распознав, что он не услышал вопроса, погруженный в собственные мысли, Виктория повторила. Тихо, чтобы эхо не разнесло его по многочисленным коридорам учебного заведения так же, как и звук их шагов. В ответ парень непонимающе свел брови к переносице, огляделся, после чего тихо усмехнулся. — Да, точно, интерьер слишком светлый, — новоиспеченная Непризнанная согласно кивнула. — Потому что школа поделена на две части. Половина факультетов находится в Аду. — Аду? — она непроизвольно вздрогнула. — Мы будем туда спускаться? — Иногда, — уклончиво ответил, ступив на мраморную лестницу, что уходила на второй этаж. Виктория сглотнула вязкую слюну, опасливо огляделась. Ей на глаза попались несколько ангелов и демонов, которые о чем-то тихо разговаривали, и она вдруг поймала на себе взгляд одного из них, от которого непроизвольные мурашки побежали по спине. Он стоял чуть в отдалении, опершись о перила, и его белые крылья едва заметно покачивались в такт дыханию. Он смотрел на нее неотрывно, изучающе. Оттаяв, согнул правую руку и подпер ею подбородок. Виктория первой отвела взгляд, передернула плечиками и вздохнула, убрав руки в задние карманы своих светлых джинсов. Ей показалось, что в учебном заведении редко можно встретить тех, кто не определился со стороной. Подавляющее большинство учеников являлись рожденными бессмертными. Девушка замедлила шаг, с сомнением оглядела погруженный в полумрак коридор. До ее слуха донесся чей-то тихий смех, раздавшийся из-за одной из приоткрытых дверей, и она неосознанно прижалась к стене, когда мимо пронеслась толпа хохочущих демонесс. В воздухе приятно пахло цветами, и их аромат мешался с нотками девичьего парфюма и лака — от осознания последнего Виктория тихо хмыкнула. Даже на Небесах присутствовал этот едкий запах. — Твоя комната, — в ответ она поспешила к Энди, все же с некоторой опаской косясь на коридор. Он галантно открыл ей дверь и впустил внутрь. Представшая взору комната походила на покои какой-нибудь знатной особы, и голубой цвет неба смешивался с золотым. Просторное помещение, бóльшую часть которого занимали две двуспальные кровати, расположившиеся у стен друг напротив друга, и милые тумбочки стояли по обе стороны от них. Мягкий белый диван с небрежно кинутыми на него квадратными подушками находился у самого окна, плотные занавески были распахнуты, впуская внутрь косые лучи заходящего солнца. Приятно пахло цветами, которые находились в ярких граненых вазах, вперемешку со свежестью и виноградом. Было прохладно, так что Виктория невольно передернула плечиками. Из соседней комнаты, дверь в которую была едва приоткрыта, доносилось монотонное журчание воды. — А что насчет личных вещей? — поинтересовалась девушка, отодвинув в сторону шелковые занавески, чтобы взглянуть на двуспальную кровать, — ну, знаешь, одежда, например, средства личной гигиены... — тихо усмехнулась, ведь это казалось абсурдным. — Все учтено, — парень прикрыл за собой дверь, плечом прислонился к стене, притянув к туловищу серые крылья, и сам улыбнулся, будто угадав ход чужих мыслей. — Но если что-то понадобится, ты можешь спуститься на землю. — От земной жизни отличают разве что крылья. Энди никак не прокомментировал колкость, а вместо этого скрестил руки на уровне груди и наклонил голову чуть набок, пока Виктория с любопытством изучала содержимое комода и большого шкафа с одеждой. Но по растянутым в улыбке устам было понятно, что он тоже не один раз думал об этом. Монотонный звук воды затих. Девичья фигура, наспех укутанная в махровое полотенце, появилась в дверном проеме и привлекла к себе внимание обоих. Энди смущенно кашлянул в ладонь и тактично отвернулся, а Виктория, наоборот, повернулась в сторону появившейся девушки и поднялась на ноги. Ее взгляд бегло прошелся по чужой фигуре. Демонесса была красивой. — Меня предупреждали, что подселят новенькую, — голос был бархатистым и нежным. — Я Мими, дочь демона Мамона. — Виктория, — она несмело подошла ближе, протянула руку новой соседке, которая расплылась в коварной улыбке и охотно ответила на рукопожатие. — Красивое имя, — шепнула едва слышно, в то время как большой палец руки нежно погладил тыльную сторону ее ладони, — Вики. — У тебя тоже, — новоиспеченная Непризнанная несколько мгновений глядела на чужую руку, мягко улыбаясь. Будто распознав настороженность, Мими выпустила девичью ладонь из своей и подмигнула; уголки ее пламенных губ взметнулись вверх. Демонесса постояла некоторое время без движения, пока вода с ее длинных черных волос с соответствующим тихим звуком стекала на мраморный черно-белый пол и разбивалась на множество малюсеньких капелек. Ее темные, сравнимые с ночным небом, глаза медленно прошлись по Виктории вниз и вверх, и в их глубине интерес смешался с неким удовлетворением. Демонесса дернула крыльями, будто постаравшись с помощью этого действия избавиться от ненужных мыслей, и, глянув на притихшего Энди, вновь скрылась в ванной, на сей раз плотно закрыв за собой дверь. Только после этого парень снова повернулся лицом к комнате и растерянно почесал затылок. — Ну, устраивайся, — он мазнул взглядом по девушке, прежде чем устремиться к выходу, — встретимся позже, — добавил и помахал рукой на прощание. Как только дверь за ним закрылась, Виктория еще раз с неподдельным интересом оглядела спальную комнату. Отошла к распахнутому окну и выглянула наружу, полной грудью вдохнув свежий воздух. Взгляд заскользил по широким листьям винограда, и она аккуратно коснулась одного из них подушечками пальцев. Внизу то и дело мелькали фигуры ангелов и демонов. Она тщетно пыталась найти среди их крыльев серые, принадлежащие Непризнанным, и от осознания, что и правда нет ни одного из тех, кто не определился со стороной, невольно вздохнула. — Если думать о том, что это просто переезд в новую страну и учеба, то будет легче привыкнуть, — тихо шепнула и положила подбородок на сплетенные перед собою пальцы. — Легче привыкнуть... Виктория несколько раз повторила эту фразу про себя, прикрыла глаза, прислушавшись к тихим шорохам, которые доносились со стороны ванной комнаты. Ворох надоедливых мыслей закружил в сознании. Они сталкивались, переплетались, мешались друг с другом, вызывали неприятную головную боль. Она помассировала виски круговыми движениями, почувствовала накатывающие волны усталости. Лопатки все еще неприятно саднило, и девушка глянула через плечо, окинув взглядом приобретенные крылья, с жесткими перьями которых игрался залетающий через распахнутое окно прохладный ветер. Она подумала о том, что нужно смыть с них вязкую субстанцию, походящую на кровь. Эта мысль немного ободрила. Тихий скрип двери отвлек ее от размышлений. Виктория повернулась лицом к комнате, сделала шаг от окна под задумчивым взглядом двух темных очей. Демонесса поправила волосы, зачесав черные пряди назад, одарила девушку обворожительной улыбкой. Она ответила ей тем же, на что Мими с удовольствием рассмеялась и кивнула. — У всех Непризнанных я спрашиваю, как они умерли, — демонесса удобно устроилась на своей кровати и приняла позу лотоса. — Автомобильная авария, — едва слышно шепнула Виктория, наклонила голову чуть набок, погрузившись в ворох собственных воспоминаний, и обреченно вздохнула. — Не справилась с управлением, наверное... — А вдруг тебя подрезали? — демонесса подалась вперед, будто находила тему разговора интересной, и ее глаза сверкнули — от этого по спине новоиспеченной Непризнанной пробежал неприятный холодок. — Я... не уверена, — пробурчала Виктория и отвела взгляд в сторону. Мими некоторое время наблюдала за ней, прежде чем беззаботно пожать плечами. — Не думай об этом слишком много, ведь прошлое нельзя вернуть или повернуть время вспять, чтобы что-то исправить. Считай, тебе дали вторую жизнь, — она повела рукой по воздуху, выведя какой-то замысловатый символ. — В бессмертии множество плюсов. — И каково это — быть бессмертной? — А каково быть человеком? — несколько издевательски протянула она с ухмылкой, подперев голову правой рукой. Виктория хохотнула, кивнула, приняв чужой вопрос за ответ. Крылья демонессы резко раскрылись, и от них брызги полетели во все стороны, так что девушка невольно дернулась. Мими замерла, медленно сложила их вновь и извинилась, почесав затылок. Комната погрузилась в абсолютное молчание. Было слышно, как прохладный ветер надоедливо свистит, путаясь в виноградных лозах, да за стеной кто-то громко разговаривает о косметике. Непризнанная закрыла окно, молча постояла перед ним, будто обдумывала какую-то мысль, и вдруг стремительно обернулась — задумавшаяся о чем-то Мими вздрогнула от неожиданности и вопросительно вскинула брови. — А что насчет Бога? — демонесса непонимающе похлопала ресницами, и под ее взглядом девушка аккуратно уселась на край своей кровати, вытянув перед собою ноги. — В школе нас учили, что на Небесах есть главный. — Шепфа, — в ответ на непонимающее молчание добавила чуть тише: — так называют Создателя. Виктория несколько раз в задумчивости постучала указательным пальцем по подбородку, повторила это имя несколько раз, будто пробуя на вкус. Рваным движением поправила спутавшиеся после полета локоны и поймала на себе пытливый демонический взгляд, от которого по спине пробежал холодок. — Почему ты спросила про Создателя? — она неопределенно пожала плечами. — На земле есть множество религий, которые поклоняются разным Богам, поэтому я и спросила об этом, — Виктория вновь монотонно постучала указательным пальцем по подбородку, будто пыталась вспомнить о чем-то, — большое количество людей верят, что существует лишь один Бог, и от его имени когда-то давно на землю пришел Сын Божий, Иисус Христос, с Христовым Евангелием Нового Завета, которое названо Божьим Словом для людей всех народов мира, — на косой взгляд пояснила чуть тише: — так говорил мой дедушка. Мими ухмыльнулась, повторила несколько писклявым голосом последнюю ее фразу, не удосужившись отдать чести оригиналу, но это не показалась девушке чем-то обидным или оскорбительным. Они звонко рассмеялись. Новоиспеченная Непризнанная поднялась на ноги первой. Нервным движением поправила футболку, скривилась, вспомнив, что ткань на спине разорвана из-за крыльев, и повернулась к демонессе, которая распознала застывший в ее глазах вопрос и выпрямилась, чтобы отойти к прикроватной тумбочке. Она опустилась на корточки, на протяжении нескольких мгновений рылась в вещах и, обнаружив нужную, с хлопком закрыла ящик. В ее руках Виктория заметила ножницы и, когда соседка направилась к ней, послушно повернулась спиной. — Расправь крылья, чтобы мне было удобнее. Только аккуратнее, ведь твои раны не зажили, — в ответ девушка послушно выполнила ее просьбу, хоть и поморщилась из-за неприятных ощущений. Непризнанная услышала звук разрезающих ткань ножниц, вздохнула, ведь футболка была любимой, и мысленно попрощалась с ней, придержав обеими руками, чтобы ненароком не упала. В ее голове всплыл вопрос о том, каким образом бессмертные носят одежду с такими неудобным крыльями, и она непроизвольно глянула через левое плечо на демонессу, во всю орудующую ножницами. — Готово, — чужая ладонь ненавязчиво пробежалась вниз по руке, от предплечья к кисти, — можешь не прикрываться. — Спасибо, — произнесла одними губами и почувствовала, как щеки загорелись от смущения. Виктория отошла к шкафу, несколько мгновений потратила на то, чтобы найти подходящую одежду. Вооружившись ночнушкой и случайно найденным в куче вещей махровым полотенцем, отошла к тумбочке, где, по ее мнению, находились необходимые для принятия душа вещи. От мысли, что здесь и правда все слишком сильно напоминает землю, девушка усмехнулась. — Мы не нуждаемся в принятии душа, — будто распознав девичьи мысли, протянула удобно устроившаяся на кровати демонесса, — еда и вода нам тоже не нужны, однако мы едим и пьем, потому что находим это вкусным. А душ принимаем, только когда запачкаемся, — чуть подумав, добавила: — потому что не потеем и наши волосы не становятся грязными, как у людей. — В бессмертии и правда есть свои плюсы, — тихо отозвалась Виктория и поспешила скрыться в ванной комнате, чтобы избежать дальнейших комментариев. Она остановилась напротив мраморной ванны, с неподдельным интересом оглядела комнату, зацепившись взглядом за многочисленные полки, уставленные всевозможными вещами, относящимися к душу: гелями, шампунями, масками, кондиционерами, лосьонами, кремами. Их было так много, что ей не удалось сдержать шумного вздоха, и она прикрыла рот рукой, понадеявшись, что оставшаяся в спальне соседка ее не услышала. С крыльями принимать душ было не самым удобным занятием. Намокнув, они стали настолько тяжелыми, что Виктории пришлось изо всех сил напрягать мышцы ног и спины, несмотря на неприятную пульсацию в области лопаток, чтобы не рухнуть, и рваные раны еще больше саднили, волнами распространяя болезненные ощущения в разные стороны, когда на них попадала вода, так что непроизвольные стоны вырывались из девичьей груди, теряясь в гулком шуме бегущей воды. Выкрутив кран, тем самым перекрыв воду, она вылезла из ванной и скорее плюхнулась на ближайший стул, ведь ноги подкашивались. Кинула недовольный, почти злой взгляд на массивные серые крылья за своей спиной, с которых струями стекала вода, образовывая на мраморном полу целые лужи. Повела носом из стороны в сторону, схватила заранее подготовленное полотенце и, шумно втянув воздух сквозь зубы, приступила к сушке. — Не дотягиваешься, да? — демонесса расхохоталась, когда увидела выходящую из ванной соседку, которая неопределенно повела рукой по воздуху вместо ответа. — Садись, я помогу тебе. Виктория промычала что-то нечленораздельное в ответ, добралась до чужой кровати и буквально мешком плюхнулась на ее край, лишь чудом не упав на пол. Отдала махровое полотенце Мими, опустила голову на грудь и начала растирать правой ладонью шею и напряженные плечи, почувствовав легкое прикосновение к своим крыльям. Серые жесткие перья забавно топорщились, отражая мягкий свет хрустальной люстры, свисающей с потолка, и к основанию они все еще были влажными, ведь девушке не удалось добраться до них, как бы не изворачивалась. — И как... вы справляетесь с этими неудобными штуками? — на выдохе спросила она, чуть повернув голову в сторону. — Со временем привыкаешь. — Привыкаешь, — повторила Непризнанная, неопределенно пожав плечами и с шумом выпустив из себя весь воздух. — Да, ко всему можно привыкнуть... Виктория вновь пробежалась глазами по обстановке просторной комнаты, выхватывая граненые горшки с пышущими свежестью цветами, канцелярию, которой был завален рабочий стол демонессы, комоды и шкафы. Она задумчиво повела рукой по воздуху, этим привлекши внимание соседки, и чуть повернула голову в ее сторону. — Откуда вся эта мебель и одежда? — взгляд Мими перешел с расправленных крыльев на лицо новоиспеченной Непризнанной. — И все эти строения. Школа, например, многочисленные статуи, беседки. Неужели с земли? — Нет, конечно, — демонесса хихикнула, словно вопрос показался ей забавным. — Все, что ты здесь видишь, является преобразованной энергией. Создателя, в основном, который создал Небесные уровни и почти все строения. Позднее, когда он перестал вмешиваться в жизнь ангелов и демонов, некоторые бессмертные научились преобразовывать энергию, которая находится повсюду. Именно с помощью этого на Небесах возводятся новые здания, появляются одежда и книги — одним словом, все, что нас окружает. Но некоторые вещи мы действительно приносим с земли. Одежду, в основном, потому что она намного красивее. — Вот как, — Виктория кивнула и потерла ладони друг о дружку. Еще раз оглядела интерьер, на сей раз внимательнее, — в ее светлых глазах мелькнуло неподдельное восхищение. — Готово, неженка, — в ответ на брошенный через плечо недовольный взгляд Мими с удовольствием усмехнулась, будто только и ждала этого. — Ложись спать, чтобы набраться сил. — И почему бессмертные должны спать, чтобы восстановиться? — Уокер нахмурилась и отошла к своей кровать, на которую легла, перед этим небрежно бросив полотенце на край комода. — Или не нуждаетесь во сне так же, как и в воде и еде, но спите, чтобы быстрее восстановиться? По растянутым в довольной улыбке устам Виктория поняла, что сама ответила на вопрос. Ее брови свелись к переносице, и она подтянула к себе мягкую подушку, на которую уложила голову, и прикрыла глаза. Монотонный шепот демонессы, взявшейся за книгу на каком-то древнем языке, убаюкивал. И последними мыслями перед тем, как Виктория провалилась в сон, были воспоминания об отце; одинокая непрошеная слеза покатилась вниз по девичьей щеке и впиталась в подушку.