Highway to serenity.

Настенные часы пробили ровно полдень. Монотонные удары отдавали постепенно нарастающим волнением, почти паникой, и взгляд Непризнанной тяжелел все сильнее. С хмурым видом она педантично поправила кожаные перчатки, обернулась через плечо к расслабленной приятельнице — демонесса болтала ногами, листая книжку с очаровательными картинками, на днях одолженную у Сэми, и едва замечала все вокруг нее происходящее. Будто и вовсе не существовало никакого финала по крылоборству, который должен был состояться уже совсем скоро, и Виктории, которая никак не могла найти себе место. Губы Уокер стянулись в одну тонкую линию. Она досадливо дернула бровью и уселась на край кровати, всем телом повернувшись к соседке и демонстративно сложив руки на груди. Мими бросила в ее сторону мимолетный взгляд и вновь вернулась к книге, которая, по ее мнению, была намного интереснее очередного слезного монолога Непризнанной о том, что лучше бы она никогда не выдвигала свою кандидатуру. — Просто продержись немного в воздухе, победи одного или двух соперников и спокойно вылети, — протянула демонесса и усмехнулась. Виктория только фыркнула и отвернулась, демонстративно тряхнув волосами. — За это утро я трижды слышала твой вопрос, который звучал примерно так, — демонесса приняла сидячее положение, прочистила горло и, состроив страдальческое лицо, одну руку протянула к небу, а другую приложила к груди. — "Господи, ну почему я только согласилась на это?" — И вовсе не с такой интонацией я это говорила! — Уокер схватила первую попавшуюся под руку подушку и метнула ее в приятельницу, которая без особых усилий поймала ее и залилась звонким смехом. — Со стороны это выглядело именно так, моя милая, — Мими поправила шелковую ночнушку, которую так и не сняла, положила рядом с собой пойманную подушку. Виктория насупилась, с ногами забралась на свою кровать и отвернулась, всем своим видом показывая несогласие со словами приятельницы. — Ты слишком сильно печешься о чемпионате. Расслабься! — Расслабиться? — Именно, малышка. Сейчас просто расслабься. Потом напрягись немножко, продержись недолго и всем рассказывай о том, как ты самоотверженно защищала честь нашей школы. Под скептическим взглядом Уокер Мими поднялась на ноги. Она потянулась к прикроватной тумбочке, выдвинула нижний ящичек и, пошарившись в нем, победоносно вытащила плеер. Виктория вопросительно вскинула брови, но все же подалась вперед, заинтересованно вытянув шею, — на устах наблюдающей за ней демонессы появилась улыбка. Мими хихикнула, включила плеер и некоторое время яростно сражалась с ним, пытаясь выбрать подходящую композицию. И когда поиски увенчались успехом, она прибавила громкость и бросила вещь на кровать. Нежно запели скрипки. Под медленную композицию демонесса грациозно, покачивая бедрами, приблизилась к Непризнанной, протянула руку, приглашая присоединиться. Виктория неуверенно вложила в нее свою ладонь — приятельница сверкнула темными глазами, шире улыбнувшись, и рывком притянула ее к себе. Рука Мими уверенно легла на талию Непризнанной. Она подалась вперед, вводя Уокер в импровизированный круг, и закружилась в вальсе. — Ты слишком напряжена, — мурлыкнула демонесса. Виктория крутанулась вокруг своей оси и вновь оказалась напротив сверкающих глаз приятельницы, — расслабься, пока есть возможность. Непризнанная повела плечом в попытке сбросить невидимые оковы, ее крепко стягивающие. Еще один медленный круг, серия быстрых поворотов под согласное улюлюкание скрипок. Виктория прогнулась, ведомая приятельницей, на миг прикрыла глаза. В голове возник образ огромного бального зала, наполненного демонами. Будто вновь находилась в Цитадели Ада, облаченная в прекрасное вечернее платье, и слышала одобрительный гомон толпы. Голова закружилась; тихий смех приятельницы раздался над ухом. Она ощутила легкий поцелуй на своих губах. Мимолетный и донельзя невинный, дружеский. Мими рывком вернула ее в вертикальное положение, и последние аккорды пронеслись над их головами и затихли, вернув лидерство тишине. — Люцифер не врал, когда говорил, что ты превосходно вальсируешь, — демонесса игриво провела пальчиком по руке Уокер и отошла, чтобы вернуться на кровать. Виктория зачесала немного растрепавшиеся копны назад и шумно выдохнула. Энергия трепыхалась в области солнечного сплетения. Было невыносимо жарко, так что хотелось сорвать злосчастный спортивный костюм, заботливо принесенный Ади поздним вечером прошлого дня, и принять холодный душ. Но Непризнанная подавила это желание и без труда справилась с ненавистной жарой, понизив температуру своего тела. — Его нечасто можно встретить в школе, — Виктория села на стул, сняла перчатки и небрежно бросила их на рабочий стол. — Вы с ним не сталкиваетесь, потому что ты только начинаешь обучение, а он его заканчивает. — Как долго вы дружите? Мими, которая потянулась было к книге, замерла. Ее глаза сверкнули удивлением, а губы медленно растянулись в широкой улыбке. — С самого детства, — демонесса легла, подперла голову рукой для удобства. — И сколько это лет? — Лет? — Мими рассмеялась, обескуражив Непризнанную. Она смахнула с правого глаза воображаемую слезинку и вскинула ладонь в примирительном жесте. — Прости, просто постоянно забываю, что ты только недавно попала на Небеса... — Время течет по-другому, я поняла тебя, — Виктория фыркнула, вновь отвернувшись. Она переложила несколько тетрадей с одного края стола на другой, вздохнула и потерла руки друг о дружку. Наблюдающая за ней приятельница усмехнулась. — Люцифер немного старше меня, — демонесса прикрыла глаза. — Он появился на свет в начале одиннадцатого века. — Одиннадцатого? — изумленно вскрикнула Непризнанная, явно не ожидавшая такой цифры. — В конце одиннадцатого, незадолго до первого крестового похода, — уточнила Мими и для убедительности кивнула, подтверждая свои слова. — Это почти тысячелетие — растерянно пробормотала Виктория и свела брови к переносице. Приятельница хохотнула, очарованная выражением ее лица, и сверкнула темными глазами. — Насколько ты младше Люцифера? — На полтора века. — Боюсь спросить, сколько тогда тысячелетий Сатане и Малаху... — К большому сожалению, ответить на этот вопрос я не смогу, — демонесса развела руками. — А... — Дино ровесник Люцифера, — тут же продолжила Мими, словно заведомо знала, какой вопрос Виктория собиралась озвучить. — Ну а Ади и Сэми родились со мной в одном веке. — И почему в школу вы пошли только сейчас? — фыркнула Непризнанная, нехотя поднявшись на ноги и опершись поясницей о рабочий стол. — Потому что так решили, — демонесса пожала плечами. — Моя знакомая, например, не пошла ни в какую школу. Но знаешь, я бы на ее месте переступила через себя и отучилась тут несчастные семь лет, чтобы потом была возможность продвижения по иерархической лестнице. — Семь? — Некоторые бессмертные учатся дольше, — тут же поправила себя Мими, — но основная программа обучения длится семь лет по человеческим меркам. И вообще, — она вдруг сложила руки на груди и нахмурилась, — почему я это все объясняю? Это должно быть тебе известно! — Хотелось услышать это во второй раз, — Виктория хихикнула в кулак и отошла к окну. Отодвинула полупрозрачную занавеску в сторону и выглянула на улицу. Холодный ветер тут же ворвался в спальную комнату, словно все это время поджидал подходящий для этого момента, бесстыдно взъерошил светлые волосы бессмертной, спутав несколько прядей. Непризнанная поежилась и оперлась пальцами о подоконник. — Видимо, придется надеть джинсы, — недовольно буркнула Мими, привлекши внимание приятельницы. — Просто подними... — Да знаю я про температуру, — она досадливо отмахнулась от Уокер, поднялась и прошагала к шкафу, возле которого остановилась. Новый должны были доставить на выходных. — Просто пасмурно на улице. Юбка не подойдет. — Солнце и правда скрылось за тучами. — Такое случается. Может, даже дождь пойдет. — Дождь? — Виктория саркастично выгнула бровь, повернувшись к приятельнице. Но по выражению лица Мими не было похоже, что она врала. — Недалеко отсюда есть остров с горами, на вершинах которых можно увидеть настоящий снег. Мы с Ади и Сэми часто бывали там, когда только начинали обучение в этой школе, — демонесса бросила косой взгляд на Уокер и заговорщически подмигнула. — Думаю, нужно возродить эту нашу традицию. — Нужно, — тут же согласилась Виктория и, оттолкнувшись от подоконника, повернулась лицом к переключившейся на выбор одежды приятельнице. В главном холле находились по меньшей мере тридцать бессмертных, которые о чем-то оживленно переговаривались меж собой. Виктория в очередной раз поправила кожаную перчатку, поморщившись, и заметившая жест Мими тут же схватила ее под руку, как бы говоря о том, что бояться нечего. Они вместе сошли с лестницы — взгляды, не сулившие ничего хорошего, нескольких демонов тут же метнулись к ним. От них по спине Уокер пробежал неприятный холодок. Она остановилась у основания лестницы и оглядела учеников в тщетной попытке отыскать среди них знакомые лица. — А вот и наша милая Виктория, — Непризнанная вздрогнула, ощутив чужую руку на своей талии. Медленно повернувшись, она столкнулась с ехидной улыбкой на лице Гордона, которого, вероятно, очень забавляло положение дел. Несколько демонов усмехнулись. — Чего тебе? — сквозь зубы проговорила Виктория, стиснув руки в кулаки. Мими подалась было вперед, готовая своими острыми ногтями вцепиться в лицо демона, но Непризнанная остановила ее едва ощутимым касанием. Приятельница нехотя отступила, однако Уокер заметила, как заиграли желваки на ее скулах. Демон бросил в ее сторону мимолетный взгляд и вернулся к Виктории. — Всего-то хотел пожелать тебе удачи, — Гордон обошел бессмертную, встав перед ней, и наклонился, так что их лица оказались на одном уровне, — партнерша. Он протянул ей руку. Уокер несколько мгновений гипнотизировала ее, чувствуя направленные на них многочисленные взгляды рожденных бессмертных, и нехотя ответила на рукопожатие. В глазах демона мелькнуло удовлетворение. — Надеюсь, ты не вылетишь одним из первым, как это было в прошлый раз, — Виктория натянуто улыбнулась. — Надеюсь, в этот раз ты отделаешься не только легким испугом и незначительными повреждениями, — подражая ее манере, издевательски протянул Гордон. Он отсалютовал ей двумя пальцами и, развернувшись на пятках, направился к уже поджидавшим его демонессам, которые пребывали в настоящем восторге от картины их напряженного диалога. Непризнанная провела его хмурым взглядом и повернулась к приятельница, когда фигура демона скрылась в тени одного из многочисленных коридоров учебного заведения. Мими раздраженно дернула щекой, сложила руки на груди, шумно выдохнув. Несколько демонов все еще наблюдали за ними, явно заинтересованные Викторией, однако бóльшая их часть вернулись к непринужденным беседам. Холл вновь погрузился в какофонию самых разных голосов, сплетенных воедино. — Будь уверена, однажды я не сдержусь и с большим удовольствием оторву ему крылья, — сердито процедила Мими. Непризнанная рассеянно кивнула в знак согласия и, подхватив ее под руку, потянула за собой в противоположную сторону от той, где скрылся Гордон. Они пропустили мимо вполголоса переговаривающихся о чем-то ангелов и ступили в полумрак коридора. Пламя настенного факела дрогнуло, заинтересованно скользнуло по их фигурам и вновь смиренно замерло. Непризнанная притормозила у поворота, покрутила головой в попытке сориентироваться и, повернув налево, двинулась дальше. Мими, будто распознав замысел приятельницы, тут же остыла, заулыбалась и ускорила шаг, и Виктории не оставалось ничего, кроме как последовать за приятельницей. Какофония голосов становилась все тише с каждым пройденным метром, пока не стихла окончательно, уступив место тишине. Ее нарушал лишь звук их торопливых шагов, отражаемый от каменных стен, от которых тянулась привычная прохлада, и, подхваченный эхом, уносился прочь. Тени их фигур дрожали, послушно следуя за ними. Демонесса несколько раз постучала в деревянную дверь и, так и не дождавшись ответа, распахнула ее и беспощадным вихрем ворвалась в спальную комнату. Она с разбега прыгнула на кровать, заставив Сэми испуганно вскочить на ноги, и звонко расхохоталась. Виктория зашла следом, плотно закрыла за собой дверь. Ади повернулся к ней, оторвавшись от разглядывания пасмурных облаков за окном, расплылся в обворожительной улыбке. На проделку демонессы он не обратил никакого внимания — давно привык к подобным выходкам. — Я думал, мы встретимся на арене, — проворчал ангел и рваным движением пригладил растрепавшиеся волосы. Виктория прошла вглубь комнаты и, немного поколебавшись, все же опустилась на кровать Ади. Тот тут же сел рядом с ней, поправив штаны спортивного костюма для удобства. — Вики решила иначе, — сладко протянула демонесса и игриво накрутила на палец прядь волос. Демон с удовольствием хохотнул. — Так сильно соскучилась по нам? — Ади приобнял Уокер за талию, притянув ближе к себе. Непризнанная легонько пихнула его в бок, на что тот вскинул свободную руку, капитулируя, но другую так и не убрал. — Ты готова к чемпионату? — Непризнанная повернулась к Сэми. Мими шикнула, явно недовольная вопросом, но ангел пожал плечами, точно не видел в нем ничего неправильного и непозволительного, и присел на край своей кровати, немного потеснив подругу. — Геральд из меня все соки выжал. Но, признаю, индивидуальные тренировки с ним дали свои плоды, — она горделиво расправила плечи и добавила чуть тише: — На последнем занятии он меня похвалил и сказал, что верит в меня. — Неужели ты смогла наконец-то его впечатлить? Поздравляю! — Надеюсь, после участия в чемпионате мне дадут отдых от этих злосчастных тренировок, — мечтательно произнесла Виктория, сложив руки в молитвенном жесте. — Надежда умирает последней, — нарочито медленно, смакуя каждое слово, протянула демонесса с видом великого мыслителя, для пущей картины подняв указательный палец вверх. Бессмертные рассмеялись. Виктория смахнула воображаемую слезинку с глаза, бегло оглядела светлую комнату, минимально обставленную мебелью — было лишь две двуспальные кровати, пара прикроватных тумбочек и рабочих столов со стульями в комплекте, шкаф, где, вероятно, хранилась одежда обоих бессмертных, и комод. Взгляд зацепился за зарисовки, которыми была обклеена одна из стен. Все картины были написаны акварелью с добавлением большого количества воды на специальных альбомных листах. Некоторые выглядели более мрачными — при их создании использовались простые карандаши и тушь. Глаза Уокер блеснули заинтересованностью. Сэми тут же обернулся, удостоверяясь, что приятельница разглядывает стену с рисунками, и расправил плечи. — Это ты нарисовал? — он кивнул. Непризнанная поднялась и, занеся руки за спину, подошла ближе. По большей части ангел изображал пейзажи, однако несколько из них, что находились выше остальных, под самым потолком, были портретами, в которых прослеживались черты Ади, Мими и самой Виктории, и натюрмортами. Уокер протянула руку, осторожно коснулась одного из листов с изображением миловидной женщины-ангела. Он был написан тушью и бережно повешен в самый центр стены рядом с портретом мужчины-ангела. — Мои родители, — пояснил Сэми и наклонил голову чуть набок, с нежностью оглядев изображения бессмертных. Виктория качнула головой и сделала шаг назад, чтобы оглядеть всю сцену целиком. — Не знала, что ты рисуешь, — она повернулась к приятелю. — Как часто? — Стараюсь писать каждый день, но не всегда получается, — он улыбнулся. — Отец говорит, что у меня талант. — Он не врет, — Виктория возвратилась к рисункам и вновь протянула к ним руку. Пальцы встретились в шероховатой поверхностью акварельных листов. — Я тоже когда-то рисовала. — Почему не продолжишь? Непризнанная пожала плечами, не в силах дать ответ на приятельский вопрос. Ни разу с момента попадания на Небеса она не думала о возвращении к рисованию, несмотря на то, что некогда это занятие помогло ей не сдаться в самый отвратительный период жизни. Тогда она писала ежедневно, часами, а порой и целыми днями не покидая свою комнату и даже не выпуская кисть или простой карандаш из рук. Выплескивание эмоций на чистый лист бумаги или холст с помощью ярких красок и неясных образов помогало не сломаться, а импровизация оттачивала навыки и развивала фантазию. Позднее это сыграло определенную роль в выборе университета и специальности. После своей смерти Непризнанная ни разу не брала в руки кисть и не садилась за мольберт. Сперва не было желания возвращаться к занятию, которому посвятила свою жизнь, а потом мысли об этом затерялись среди других, более существенных, и пропали бесследно. — Почему бы тебе не попробовать снова? — Уокер неуверенно мотнула головой в знак отрицания. — Непризнанные часто возвращаются к занятиям, которые некогда интересовали, чтобы окончательно не потерять себя. — Чтобы окончательно не разорвать связь с прошлой жизнью? — уточнила Виктория и тихо усмехнулась. Она сложила руки на груди, с долей грусти остановив взор на акварельном пейзаже. Она услышала позади себя шорох крыльев и повернула голову. Сэми положил руку на ее плечо и чуть сжал худые пальцы. — Если захочешь вернуться к рисованию, я отведу тебя к очень живописному месту. — Когда-нибудь в будущем я обязательно воспользуюсь этой возможностью, — Непризнанная тепло улыбнулась. — Чудно! — демон резко поднялся на ноги и хлопнул в ладони, привлекая к своей персоне внимание всех присутствующих. — Раз все обсудили, предлагаю выдвигаться к арене. А то не успеете занять места на трибунах. — Ты имел в виду, что я не успею занять место, о котором вы заранее позаботились? — Виктория хохотнула. Мими выпрямилась и внимательно оглядела спортивные костюмы на приятелях. — Хочу, чтобы в следующем году они были на нас всех. — Ну уж нет! Я не буду больше участвовать в этом. — Целый год до следующего чемпионата. Уверена, что не передумаешь? — Уверена, — Непризнанная постаралась придать голосу твердости, но вышло скверно. Мими большим усилием воли удалось сдержать улыбку. — Если, конечно, до этого момента ничего из ряда вон выходящего не произойдет. — А ну отбрось эти мысли! — тут же заявил Ади, подскочив к Виктории, схватил под руку и направил к выходу. — Думай о предстоящем финале крылоборства и о том, как будешь вместе с демонами радоваться победе! — Или же будешь радоваться победе ангелов, — тут же подхватил Сэми, оказавшись с другой ее стороны. Уокер тяжело вздохнула, но позволила приятелям увлечь за собой. К удивлению Виктории, собравшихся бессмертных было в два, а то и три раза больше, чем во время прошлого этапа соревнования. Все они толпились на трибунах, стояли в проходах и кучками сидели на близ растущих зеленых деревьях и невзрачных серых скалах. Некоторые из них забирались на ограждения, стояли на самой арене, не заходя за оградительные линии, и даже летали вокруг. В воздухе стоял самый настоящий гул их голосов, и Уокер надеялась, что не потеряет возможность слышать, когда все они разом закричат. Нервозность вернулась, заставив сглотнуть и прикрыть глаза. Они приземлились в некотором отдалении от двух прошедших в финал команд, участники которых только готовились к ожесточенной битве. Виктория собрала волосы в небрежный пучок, чтобы не мешались, повернулась к трибунам в тщетной попытке отыскать среди учеников знакомые лица. Бессмертных было слишком много. Она поежилась, повернулась к Мими — та подошла ближе и заключила в свои теплые объятия, в которые Уокер с большой охотой окунулась. Трепыхавшаяся в области солнечного сплетения энергия медленно успокаивалась. — Я верю в тебя, моя милая, — демонесса оставила на щеке Виктории мимолетный поцелуй и поспешила к трибунам, по пути тщетно выискивая глазами свободное местечко. Бессмертных становилось все больше — ученики всех пяти учебных заведений собирались, чтобы понаблюдать за финалом чемпионата, в который, как и ожидалось, прошли лишь команды от первой школы. К тому же, никто не желал пропустить участие Непризнанной, выдвинувшей свою кандидатуру в самом начале. — На сей раз нервничаешь меньше, — Виктория повернулась к демону, который остановился с левой стороны. Люцифер убрал руки за спину и расправил могучие крылья, которые были больше и, несомненно, сильнее, чем у Уокер. Она скользнула по ним мимолетным взглядом и вернула его к лицу знакомого. — Веришь в победу команды, несмотря на слабое звено? — Даже с таким аутсайдером, как Гордон, мы победим, — Виктория не смогла сдержать смешка. Люцифер повернул голову и наконец посмотрел на Непризнанную, плечи которой расслабились. — Будь такой же расслабленной во время самого чемпионата. Не бойся никого подвести, потому что это неважно. Соревнования устраиваются каждый год. Одной победой больше, одной меньше. — И сколько веков ты в этом участвуешь? — Веков? — Люцифер ненадолго задумался, явно обескураженный вопросом, прежде чем с удовольствием хохотнуть. Он качнул головой и вывел правой рукой замысловатый символ в воздухе. — Точно, понятие времени разительно отличается. Тогда, принимая твои правила, я должен ответить, что участвую в крылоборстве вот уже более шести веков. — А что насчет Гордона? — Он еще совсем юнец, — демон свел брови к переносице, с неохотой отвечая на вопрос. — Гордон был рожден в середине восемнадцатого века. Потому он так... неопытен и глуп. — Это самые безобидные слова, которыми можно описать его. — Ты права, — Люцифер вновь сдержанно улыбнулся. Воспользовавшись образовавшейся в диалоге паузой, Виктория оглядела забитые бессмертными трибуны и перевела взгляд в сторону — он зацепился за специально отведенные места, где находились лишь учителя и представители высоких рангов. Среди них она с удивлением заметила Эридану, которая о чем-то беседовала с верховным серафимом, князя Мамона со своей супругой и даже Ребекку. Последняя сидела в первом ряду, чинно сложив облаченные в перчатки руки на коленях, и вполуха слушала своего собеседника, в котором Непризнанная узнала адмирона Винчесто. — Представители первого порядка прилетают, чтобы взглянуть на финал, — пояснил заметивший удивление Виктории Люцифер, наклонившись к ней. Она тряхнула крыльями и рассеянно качнула головой. Большим усилием воли Уокер заставила себя отвести взгляд от матери. — Будто им доставляет удовольствие следить за яростной битвой и получением увечий. — В этом плане смертные едва ли уступают нам, — Виктория нахмурилась, ее губы сжались в тонкую линию, — они тоже ведь с большим удовольствием смотрят на чужую боль. Чем зрелищнее и опаснее, тем лучше. Это приводит в настоящий восторг, почти экстаз. — Не все люди с удовольствием наблюдают за чужой болью, — демон неопределенно хмыкнул и сложил руки на груди, однако спорить не стал. Виктория поежилась и неспешно двинулась к скамье, на которой находились Ади и Сэми. Она опустилась на край возле ангела, шаркнула грубой подошвой правого ботинка по земле — несколько мелких камушков откатились и послушно замерли у обуви незнакомых ей бессмертных. Сэми тут же накрыл ее мелко подрагивающую руку своей, ободряюще сжал. Непризнанная слабо улыбнулась и перевела взгляд на ноги. Черного цвета ботинки были в пыли, которая поднималась при ходьбе, и шнурок на правом развязался. Она наклонилась, чтобы завязать его потуже, а когда выпрямилась и подняла голову, столкнулась со знакомыми голубыми глазами ангела, который смотрел с мягкой улыбкой на устах. Дино поправил собранные в пучок волосы, заправив передние пряди за уши, и подошел ближе к скамье. — Тоже спросишь, готова ли я? — ангел беззлобно усмехнулся и, сделав еще один шаг к Непризнанной, опустился перед ней на корточки. Протянув руку, он заправил непослушную волнистую прядь ее светлых волос за ухо. — Скажу, что верю в тебя, — Виктория прикрыла на миг глаза, искренне улыбнувшись, подалась вперед и положила подбородок на упертые в колени руки. — Все вокруг верят в меня, — протянула бессмертная, усмехнувшись. — Подобные слова не вселяют уверенность? — она пожала плечами, не в силах дать ответ на вопрос ангела. Дино несколько мгновений гипнотизировал лицо Виктории, прежде чем тихо вздохнуть. — Я так часто их слышала, что они, вероятно, попросту потеряли свою ценность. — В таком случае, для меня абсолютно все слова должны были потерять ценность, — Непризнанная не ответила, только улыбка нехотя сползла с ее лица. Ангел нежно провел по ее по волосам, едва касаясь, точно норовил отвлечь от накатившей волны непрошенных мыслей, пригладил несколько выбившихся прядок. — Это всего лишь соревнование, потому тебе не о чем беспокоиться. Тебе не нужно прыгать выше своей головы и из кожи вон лезть, чтобы впечатлить кого-то. — Устойчивые выражения смертных довольно забавно звучат из твои уст. — Все будет хорошо, веришь мне? — Уокер вздохнула, легко кивнула в знак согласия. Ангел расслабленно выдохнул и выпрямился. Он поправил штаны, которые плотно прилегали к накаченному телу, не сковывая движения, и Виктория очертила взглядом его фигуру, остановившись на глазах, глядящих с привычной мягкостью и некоторой снисходительностью. — Будь осторожна. — Я буду. Непризнанная глазами провела знакомого до свободной скамьи, на которой сидели несколько ангелов из его команды, и отвернулась. Она некоторое время смотрела куда-то перед собой, не обращая никакого внимания на проходящих мимо участников чемпионата. Позади нее, на первом ряду трибун, кто-то оживленно обсуждал предстоящий финал, и Виктория чувствовала обращенные к себе взгляды. Будто на нее навалилось нечто тяжелое, осязаемое, вызывающее клокочущее внутри недовольство, которое с каждым мгновением становилось все больше, норовя полностью поглотить разум. Виктории казалось, что является каким-то диковинным зверьком в клетке, который вызывает неподдельный интерес публики. На скулах заиграли желваки. Она поднялась на ноги, поправила перчатку на правой руке — жест выдал нервозность. Хотела было развернуться, чтобы сбежать от пристальных взглядов бессмертных, но не успела. Все внимание публики переключилось на фигуру тренера, который поднялся в воздух с помощью сильного взмаха крыльев. Демон вскинул ладонь, призывая к тишине, привычно глянул на золотые карманные часы. — Объявляю финал чемпионата по крылоборству открытым! — как только на острове воцарилось молчание, торжественно объявил он. Толпа разразилась оглушающими криками, которые прокатились по трибунам и затихли в отдалении, когда тренер повторно вскинул ладонь, призывая к тишине. — Сегодня между собой будут бороться ангелы и демоны из первой школы. Напоминаю, что вам нужно будет... Слова демона утонули в предвкушенном улюлюкании толпы, которое с каждым мгновением становилось все громче, пока не переросло в оглушающий гул. Виктория обернулась через плечо, оглядела учеников, которые никак не могли дождаться сигнала к началу соревнования. Они гудели, стараясь перекричать друг друга, свистели и аплодировали — все мешалось и переплеталось меж собой, неизбежно превращаясь в дикую какофонию, сдержать которую не представлялось возможным. Уокер украдкой вздохнула и отвернулась, безуспешно постаравшись скрыть легкий упрек в светлых глазах. Люцифер, кинувший в ее сторону мимолетный взгляд, усмехнулся, сложил руки на груди и неспешным шагом направился к центру арены. Остальные участники чемпионата, последовав его примеру, также сдвинулись с места. Непризнанная замерла напротив ангела из другой команды, лицо которого показалось знакомым — вероятно, некогда они уже сталкивались на занятиях Фенцио или Нефтиды. Тот едва заметно кивнул ей, приветствуя, и тут же отвернулся, переместив взгляд к тренеру. Демон чуть сильнее сжал флаг в правой руке, неторопливо прошелся меж рядами бессмертных и остановился между Дино и Люцифером. Те, казалось, и вовсе не заметили этого, продолжая несколько затянувшийся молчаливый диалог. Тренер еще раз оглядел участников. Рука с флагом поднялась вверх и, задержавшись на мгновение, резко опустилась вниз — Виктория тут же оттолкнулась от земли и взмыла в воздух с помощью нескольких сильных взмахов крыльев. Зрители одобрительно загудели, однако их голоса доносились откуда-то издалека, не доходя до сознания Непризнанной. Она постаралась абстрагироваться от всего и сосредоточиться лишь на битве. Могучие крылья бессмертных с пронзительным свистом рассекали воздух, один за другим нанося удары по противникам, и их размытые фигуры то и дело появлялись в поле зрения Непризнанной, после чего исчезали вновь, теряясь среди сизых облаков, готовых в любой миг разразиться косым дождем. Холодные порывы ветра нещадно хлестали по лицу, безжалостно хватали за волосы и заставляли сильнее напрягать мышцы, чтобы не потерять равновесие. Прошло буквально несколько секунд, которые показались Виктории вечностью, прежде чем до ее слуха донесся глухой звук удара — первый бессмертный выбыл из чемпионата. Непризнанная сумела заметить метнувшийся к ней силуэт ангела, потому без труда вильнула в сторону, уходя от удара. Бессмертный усмехнулся, размял шею, замерев напротив соперницы. Тонкие линии татуировок, испещряющие загорелую кожу шеи, виднелись из-под спортивного костюма, и в голубых глазах блестели азартные огоньки, не предвещающие ничего хорошего. Ангел предупредительно хлопнул крыльями, резко развернулся, намереваясь атаковать с правой стороны, но Виктория увернулась и тут же нанесла два удара подряд. И если первый сопернику удалось обойти, то второй застал врасплох и оттого достиг цели — на лице бессмертного мелькнула гримаса боли, которая исчезла совсем быстро, будто ее никогда не существовало. Легкая досада блеснула в его глазах. — Тренировалась, да? — в уголках губ Непризнанной потерялась сдержанная улыбка. — Похвально. Ангел хлопнул в ладони, качнул головой и в мгновение ока оказался рядом с Викторией. Непризнанная подставила под обрушившийся удар правый бок — боль тут же стрельнула от плеча в пальцы рук, распространилась дальше по телу. Она что если сил стиснула зубы, подавив вскрик, сжала руки в кулаки. Соперник развернулся, готовый атаковать вновь, но замешкался на долю секунды, отвлекшись на мелькнувшие с правой стороны черные крылья. Виктория воспользовалась этим, решительно набросилась на него и с помощью града ударов, к которому соперник явно не был готов, вывела его из чемпионата. Бессмертный полетел вниз — его фигура через мгновение скрылась из виду, оставив Непризнанную наедине со свистом рассекающих воздух крыльев и чужими стонами от получаемых ударов. Она разжала и вновь сжала пальцы на правой руке. Онемение постепенно отступало. Мысль о том, что стоит поблагодарить Геральда за индивидуальные тренировки, возникла в сознании и вновь бесследно исчезла. — Сзади! Она машинально вильнула вбок, как только знакомый голос донесся до ее слуха. Ангел злобно клацнул зубами, развернулся и с яростью набросился на Люцифера, который, как и в прошлый раз, подоспел вовремя. Виктория заметила ссадину на его щеке, но не стала зацикливать на этом внимание. Вместе с демоном они за считанные мгновения одолели противника и замерли, чтобы перевести дух и оценить обстановку. С трибун донеслись восторженные крики и аплодисменты. — Будь внимательнее, — Люцифер вытер уголок рта облаченной в перчатку рукой и скрылся среди серых облаков. Уокер шумно выдохнула и взмахнула крыльями, чтобы подлететь ближе к месту, где в этот миг разгоралась ожесточенная битва. Она заметила фигуру Ади, оказавшуюся совсем близко. Демон присвистнул, явно впечатленный тем, что приятельница все еще находилась в воздухе, и устремился на помощь к товарищу по команде — они вместе с легкостью избавились от соперника. Сэми Виктория не увидела среди бессмертных. Было похоже, что ангел выбыл из чемпионата раньше нее. Она прикусила внутреннюю сторону щеки, с трудом сдержав улыбку, расправила плечи. Раздавшийся за спиной хлопок крыльев заставил резко обернуться — Непризнанная смогла разглядеть лишь жесткие перья, обрушившиеся на правую сторону. На сей раз ей не удалось сдержать болезненного стона, сорвавшегося с губ. На пушистых ресницах блеснули слезы. Соперника это явно позабавило, ведь он завис в воздухе на миг, не сводя глаз с ее лица, — она с ужасом заметила, что чужие бледные губы растянулись в улыбке. В глазах блеснуло удовлетворение. Будто в замедленной съемке, не отводя взгляда от лица соперника, Виктория пропустила еще один удар, обрушившийся все на ту же правую сторону. Ангел без труда смог найти слабое место. Что-то отвратительно хрустнуло в плече, однако никакой боли бессмертная не почувствовала. Вероятно, она была столь сильной, что более не ощущалась. Уокер в последний раз слабо взмахнула крыльями, прежде чем камнем полететь вниз. Она не пыталась остановить падение. Тело Непризнанной с глухим стуком столкнулось с землей. Густой столб пыли взметнулся вверх, скрыв Викторию от взволнованных взглядов собравшихся бессмертных. Она прикрыла веки, с шумом выпустила воздух сквозь сжатые зубы. Грудную клетку сдавила боль; в ушах зазвенело. Уокер некоторое время не могла двинуться. Она наблюдала за медленно плывущими куда-то вдаль тяжелыми облаками, в которых мелькали размытые силуэты сражающихся бессмертных, и прислушивалась к хриплым вдохам, то и дело срывающимся с собственных губ. Было невыносимо жарко. К шее медленно скатывалась вязкая жидкость, пачкая спортивный костюм. Больших усилий стоило бессмертной согнуть правую ногу. Перед глазами возникло шоссе. Громадные деревья, густые кроны которых переплетались меж собой и образовывали прохладную тень, тянулись по обе стороны от дороги, и солнечные лучики с трудом протискивались сквозь перешептывающиеся меж собой листья, пятнами опускаясь на серый асфальт. Из динамика звучал любимый джаз; худые пальцы ритмично постукивали по рулю в такт прекрасно знакомой мелодии. Она протянула руку, чтобы поправить зеркало заднего вида, и невольно нахмурилась, когда заметила в отражении автомобиль. Мысль о том, что он следовал за ней с самого Торонто, вспыхнула в сознании и вновь бесследно исчезла. Бровь досадливо дернулась, а взгляд вернулся к дороге. Она тряхнула головой в попытке избавиться от надоедливый мысли о преследовании, вновь скосила глаза на зеркало заднего вида — от осознания, что все это время следовавший за ней автомобиль вдруг начал набирать скорость, стало не по себе. Нога машинально надавила на педаль газа в безуспешной попытке оторваться. Преследователь пошел на обгон, и когда Виктория готова была облегченно выдохнуть, решив, что ее просто пытаются обогнать, вдруг резко вывернул руль. Избежать столкновения не удалось. Жалобно заскулила стираемая об асфальт резина; в горле застрял сдавленный крик. Последнее воспоминание нехотя развеялось, оставив после себя мерзкое послевкусие и застывшие в уголках глаз слезы. Руки непроизвольно сжались в кулаки, прихватив горсть песка и несколько сухих травинок, нечаянно вырванных Викторией. — Поторапливайтесь, Марбас! — женский голос показался знакомым. Непризнанная почувствовала, как чужие руки с легкостью подняли ее, чтобы отнести к краю арены. Она болезненно поморщилась, несколько раз кашлянув. — Постарайся обойтись без лишних телодвижений, милая. Ее аккуратно положили на широкую скамью. Возле нее тут же возникла фигура ангела, которая стала крутиться вокруг, отдавая распоряжения своему коллеге — худощавому демону с грубыми и оттого отталкивающими чертами лицами и маленькими глазками. Сквозь противный звон в ушах Виктория услышала звук ножниц, которые разрезали ткань спортивного костюма. Она протестующе застонала, постаралась поднять руку, но демон предупредительно шикнул, недовольный ее поведением. Уокер тут же стушевалась и только свела брови к переносице. — К следующим соревнованиям сошьют новый, — заверила ангел, в размытых чертах которой Непризнанная узнала Селену. Она неразборчиво пробормотала что-то себе под нос и послушно притихла. Демон придирчиво оглядел поврежденное плечо, которое опухло, и Виктория ощутила потянувшуюся к ней холодную энергию. Она ненавязчиво проникла под кожу, вызвав табун мурашек, быстро распространилась по всему телу. Лекарь вздохнул, повернулся к ангелу и вполголоса сказал ей фразу на латыни — та неуверенно кивнула и склонилась над Викторией. Селена нежно погладила Уокер по растрепанным волосам, мягко улыбнулась. Чужая энергия отступила. — Потерпи еще немножко, пожалуйста, — Непризнанная не успела ничего ответить — резкая боль в плече заставила сдавленно вскрикнуть от неожиданности. Ангел вздрогнула и поскорее стерла с пыльных щек Виктории слезы. — Вот так, молодец, милая. Нужно было вправить вывихнутое от удара плечо, чтобы все поскорее зажило. Уокер шумно выдохнула, устало прикрыла глаза. Тело быстро регенерировало, отзываясь неприятным покалыванием, точно по нему пускали разряды электрического тока. Быстрые приближающиеся шаги заставили ее повернуть голову. Мими подошла ближе, опустилась на край широкой скамьи и, наклонившись, без лишних слов прижалась губами к горячему лбу подруги. Виктория слабо улыбнулась в ответ. — Ну и напугала же ты своим падением, — прошептала она и внимательно оглядела оголенное плечо бессмертной. Суетившаяся вокруг Селена принялась накладывать повязку — в нос тут же ударил резкий запах целебных трав. — Все совсем скоро пройдет. — Плечо может беспокоить еще несколько дней, — Виктория подняла глаза на ангела, — но все равно восстановится быстро. — Снова дадите порошки для восстановления? — по лицу Селены скользнула снисходительная улыбка. — Только если ты попросишь меня об этом, милая. — Тогда не стоит, — лекарь кивнула и вернулась к перевязке. Взорвавшиеся оглушающими криками трибуны заставили подруг синхронно взглянуть на серый небосвод — фигура ангела на миг появилась среди облаков и вновь скрылась из виду. Со столь большого расстояния невозможно было сказать наверняка, кто остался в воздухе, однако у Виктории не оставалось сомнений в том, что ими были Люцифер и Дино. Мими поднялась с широкой скамьи, прищурилась в тщетной попытке разглядеть битву. Бессмертные нетерпеливо вскакивали со своих мест; то и дело по толпе проносился обеспокоенный ропот. Тренер сделал несколько шагов вперед, мимолетно глянул на свои карманные часы и вернул взгляд к небосводу. Прошло порядка минуты томительного ожидания. Фигура бессмертного появилась в поле зрения сгораемых от интереса зрителей — по трибунам прошелся обеспокоенный ропот. Один из ангелов тыкнул указательным пальцем в небо и крикнул: "Смотрите!". Находящийся рядом с ним демон истерично рассмеялся и схватился за голову, оттянув волосы, точно не мог поверить в происходящее. Виктория свела брови к переносице, когда разглядела черные крылья Люцифера, выбывшего из чемпионата, что означало победу ангелов. Противный хруст и глухой звук удара нарушили воцарившуюся на трибунах тишину — столб пыли взметнулся вверх, мелкие камушки полетели в разные стороны. Мими опустилась на край скамьи, поднеся руку к лицу. Вид ее выдавал неподдельное изумление и нешуточное волнение. — В этом чемпионате побеждает Дино и команда ангелов! — голос тренера утонул в восторженных криках ангелов. Демоны ограничились вялыми хлопками, лишь малая их часть решили присоединиться к ликованию. Люцифер медленно поднялся на ноги, отряхнул спортивный костюм, покрытый слоем осевшей пыли. Дино приземлился подле него и, подойдя ближе, протянул руку. Демон рваным движением стер с подбородка темную жидкость и ответил на рукопожатие под направленными к ним взорами, едва взглянув на ангела. Он провел ладонью по лицу в попытке избавиться от наваждения, качнул головой в ответ на какую-то реплику Дино и поспешил уйти с арены, перед этим все же бросив мимолетный взгляд в сторону скамьи, на которой находилась Виктория. — Вики! — Непризнанная повернулась к Ади. Демон остановился возле нее, придирчиво оглядел, заострив внимание на повязке на плече, и облегченно выдохнул. — Думаю, после падения тебе не дадут участвовать в последующих чемпионатах. — Я буду несказанно рада, если это окажется правдой, — вяло отозвалась Уокер, неопределенно махнула здоровой рукой. Мими помогла ей сесть. — Да, она будет в порядке. Стоит только воздержаться от физических нагрузок в ближайшие дни, — тихий голос Селены донесся до слуха Виктории. Сэми перевел взгляд за спину Непризнанной и вдруг склонил голову в приветственном поклоне, и Ади машинально повторил за ним действие. Позади Непризнанной раздались размеренные шаги, замершие в шаге от скамьи, на которой они с Мими находились. Уокер повернула голову, наткнувшись взглядом на заостренные носки туфель, которые выглядывали из-под брючного костюма белого цвета. Она украдкой вздохнула, про себя досчитала до пяти и скользнула им выше, к знакомым глазам голубого цвета, беспристрастно рассматривающим ее профиль. В самой их глубине ей удалось уловить волнение, которое Ребекка тщательно скрывала. — Виктория, — прохладная энергия предательски дрогнула. Непризнанная не сдвинулась с места, а только вопросительно вскинула брови. Ребекка обошла скамью — приятели тут же отошли в сторону, освободив место серафиму, — и остановилась напротив дочери. Мими склонила голову в приветственном поклоне, расплывшись в сдержанной улыбке, — могу я отнять у тебя немного времени? — Зачем? — Хочу поговорить с тобой, — Виктория поморщилась и отвернулась, явно недовольная намерением матери. Она помолчала немного, вздрогнула, когда ощутила прикосновение приятельницы к своему предплечью. Молчаливый диалог длился несколько томительных мгновений, прежде чем Уокер неуверенно качнула головой в знак согласия. В уголках губ Ребекки потерялась удовлетворенная улыбка. Непризнанная с трудом сняла перчатки и, отдав их Мими, поднялась на ноги. Несколькими аккуратными движениями они отряхнула спортивный костюм от пыли, которая осталась после чемпионата, перевела взор с трибун, на которые все это время смотрела, на серафима. Ребекка развернулась, едва взглянув на дочь, и, чинно сложив руки на уровне талии, неспешно двинулась к противоположной стороне арены. Ее золотые крылья равномерно поднимались и вновь опускались в такт ходьбы, в них путались резкие порывы ледяного ветра, нагло ероша жесткие перья. — Ты молодец, Виктория, — тихий голос оторвал бессмертную от размышлений. Серафим остановилась у ветвистого дерева, простирающего к бескрайнему небосводу свои витиеватые ветки, завела руки за спину и повернулась к ней. — Стала первой Непризнанной, которая приняла участие в чемпионате по крылоборству. — Дело ведь не только в этом, — Ребекка стойко выдержала испытующий взгляд дочери. — Ты получила письмо от Нефтиды? — Да, мне известно об этом, — серафим вдруг шагнула вперед, остановившись напротив Непризнанной, и свела брови к переносице. — Я же просила быть осторожной, Виктория. Хоть представляешь, какие проблемы у тебя будут, если попадешься? Ты поступаешь очень неразумно, подрывая свой авторитет. — Мне просто нужны ответы. — Неужели ты готова пожертвовать всем ради несчастной крупицы информации? — Я уже потеряла одну свою жизнь и теперь не боюсь расстаться со второй, — Виктория наклонила голову чуть набок. — Когда нечего терять, можно рискнуть всем, помнишь? Две пары золотых крыльев синхронно дрогнули. Ребекка отвела взгляд в сторону, поджала губы, точно слова дочери показались ей неуместными. Она некоторое время молчала, переваривая услышанное, прежде чем неопределенно повести плечом и тихо вздохнуть. Маска хладнокровия медленно натянулась на лицо, закрыв собой недовольство и отблески волнения, притаившиеся в самой глубине глаз. Непризнанная тоже молчала, вглядываясь в материнский профиль. Некогда столь родной, но теперь неимоверно далекий, отделенный огромной пропастью, в которую можно свалиться в любой миг. Достаточно сделать один лишь неверный шажочек. Моста, с помощью которого можно преодолеть препятствие, не видно поблизости, и крылья за спиной отсутствуют. Виктория отвернулась, чувствуя, как недовольно загудела в области солнечного сплетения прохладная энергия. — Неужели ты не была такой же? — несмотря на то, что произнесла едва слышно, Ребекка услышала ее слова. Она расправила плечи и вернула взгляд к дочери. — Я понимала, что не стоит с жадностью бросаться искать ответы на все свои вопросы, — она помолчала немного, прежде чем продолжить. — Когда строят дорогу, камни укладывают один за другим, а не все сразу. — И избавляются от препятствий, которые возникают на пути? — ни один мускул не дрогнул на женском лице. Виктория тихо хмыкнула, поправила растрепанные волосы, небрежным движением зачесав их назад, и неопределенно повела носом из стороны в сторону. — И как ты можешь просить меня быть осторожной, если сама не была таковой? — Ты совсем не знаешь меня, Виктория. — Как и ты меня, — фыркнула Непризнанная и сложила руки на груди. — Ты права, слишком много времени утекло. Ребекка машинально кивнула в ответ, окинув бессмертную взглядом с едва различимым отблеском сожаления. Она поправила рукава пиджака, украшенные золотыми нитями, и убрала руки за спину, расправив плечи. Виктория шаркнула подошвой по земле и прикрыла глаза. — Могу я задать вопрос? — Не уверена, что смогу удовлетворить твое любопытство. — Ты можешь попробовать, — серафим махнула рукой, призывая к озвучке интересующего вопроса. Непризнанная тряхнула крыльями и сделала шаг к матери, понизив голос. — В день, когда прилетала в школу, ты разговаривала серафимом Кроули в одном из коридоров. В чем нужно было разобраться? — Я не могу рассказать об этом. — Почему, если это связано со мной? — руки непроизвольно сжались в кулаки. — Потому что мне самой не до конца понятна ситуация, — Ребекка провела по волосам, зачесав передние пряди за уши, и раздраженно дернула бровью, точно положение дел ее саму не устраивало совершенно. — Ты знаешь, кто меня убил? — в материнских глазах возник немой вопрос. — Сегодня я... вспомнила последние минуты своей жизни. Мою машину преследовали от самого Торонто. Авария произошла не по моей неосторожности, а потому что меня намерено подрезали. — И что ты будешь делать с этим воспоминанием? — Виктория не ответила. Отвела взгляд в сторону, переместив его на Мими, которая наблюдала за ними издалека, явно сгорая от любопытства. Серафим украдкой вздохнула. — Как бы ты не поступила, помни, что всегда необходимо думать головой, а не слепо идти на поводу своих эмоций. — Я услышала тебя. — Почему мне кажется, что это не так? Виктория неопределенно пожала плечами. Ребекка выдохнула, обернулась, бросив мимолетный взгляд в сторону друзей дочери, и махнула рукой, как бы намекая, что разговор окончен. Непризнанная склонила голову в легком поклоне, однако задержать на мгновение. Переступила с ноги на ногу, задержав взгляд на материнском лице. Будто хотела сказать еще что-то, но так и не решалась. И словно мысленно отдернув себя, Виктория сдвинулась с места. Серафим не обернулась. Лишь тряхнула золотыми крыльями, избавляясь от ненужных эмоций, и вытянула перед собой руку — на раскрытую ладонь опустилась первая тяжелая капля дождя. Виктория крутанулась вокруг своей оси перед зеркалом и поморщилась, остановив взгляд на выглядывающей из-под платья повязке, от которой тянулся запах целебных трав. Мими поправила темную губную попаду, проведя подушечкой большого пальца по нижней губе, и расплылась в обворожительной улыбке — мысль о предстоящем торжестве приводила ее в настоящий восторг. Она мурлыкала под нос одну знакомую ей мелодию, то и дело бросая косые взгляды на приятельницу, отчаянно сражающуюся с бальным платьем. Виктория сдула со лба непослушную прядку и повернулась к распахнутому окну, со стороны которого доносился монотонный шум дождя. Тяжелые дождевые капли разбивались о крыши учебного заведения. Прохладные порывы ветра, в которые были вплетены горьковатые нотки сырой земли и влажных листьев винограда, проскальзывали в просторную спальню, вынуждая полупрозрачные занавески лениво покачиваться из стороны в сторону и собирать с пола частички осевшей пыли. Ледяной мрамор обжигал босые ступни Непризнанной. — Неужели обязательно посещать все эти торжественные мероприятия? — недовольно пропыхтела Виктория, опустившись на край своей кровати и пододвинув к себе туфли. — Не так уж и часто они проводятся, — заметила демонесса, убрав косметику обратно в ящичек своего туалетного столика, — и длятся недолго. — Но ради этого нужно наряжаться в чертовски неудобные платья и пользоваться косметикой. — Это приравнивается у тебя к концу света? — Виктория хотела ответить, однако заметила озорные огоньки во взгляде приятельницы. Она демонстративно закатила глаза и вздохнула, нервным движением поправив мягким дождем ниспадающие на плечи локоны. — Тебе стоит привыкать к подобной одежде, если хочешь после выпуска подниматься по иерархической лестнице. Торжественные мероприятия являются для них обыденностью. — И ты не устала от них за десять веков? — Нисколько! — твердо заявила Мими, сверкнув темными глазами. Бессмертная поднялась на ноги, поправила шифоновую юбку в пол — серебряные нити сверкнули в мягком свете массивной хрустальной лампы, свисающей с потолка. — Мне очень нравятся балы и все эти торжества. Есть в них что-то до невозможности притягательное. — Ты просто привыкла ко всему этому, ведь была рождена на Небесах, — по лицу Непризнанной скользнула снисходительная улыбка. Мими неопределенно пожала плечами, и, поправив золотое кольцо на правой руке, направилась к приоткрытой двери, за которой то и дело мелькали силуэты бессмертных, спешащих в бальный зал. Помещение, порог которого переступили, поражало своими размерами и хвастливой роскошью, блеск которой ударял в глаза. Зал изобиловал золотом, мрамором и хрупким хрусталем; на стенах рядами висели картины в громоздких позолоченных рамах. Яркие граненые горшки с прекрасными цветами, распространяющими вокруг сладкий дурманящий аромат, окружали подпирающие сводчатый потолок резные колонны. Могучие Атланты поддерживали расположенные по периметру небольшие балконы, к которым вели неприметные на первый взгляд винтовые лестницы. Пламя тысячей свечей освещало огромный зал, в котором находились бессмертные, собирающиеся в небольшие кучки для пустых бесед и то и дело останавливающие официантов, чтобы взять с серебряных подносов хрустальные бокалы с напитками или нежные десерты. Посреди всего этого великолепия разместился длинный стол, за которым в ожидании начала мероприятия сидели несколько ангелов и Непризнанных. — Вот и вы, — Ади втиснулся между приятельницами, привычно приобняв их за талию, и радостно улыбнулся, — мы успели соскучиться. Прекрасно выглядите. — Мы всегда прекрасно выглядим, — Мими расправила воротник шелковой рубашки демона, придав более презентабельный вид, пробежалась взглядом по залу. — Не вижу учеников из других школ. Неужели решили не присутствовать из-за дождя? — Быть может, они просто обижены на то, что не попали в финал чемпионата. — Будто это впервые случается, — демонесса демонстративно закатила глаза и отделилась от друзей, чтобы остановить проходящего мимо официанта и ловко подцепить два хрустальных бокала, наполненных глифтом. Один из них сразу же перекочевал в руки Виктории. — Выпьем за же окончание чемпионата! Звук соприкосновения хрустальных бокалов друг с другом на мгновение заглушил гомон толпы. Непризнанная сделала небольшой глоток напитка и опустила бокал на уровень талии, чувствуя, как приятное тепло разливается по телу и приносит долгожданное расслабление. Она почувствовала чужую руку на правом плече — подошедший ближе Сэми аккуратно, почти нежно поправил повязку, спрятав ее под плотной тканью платья, и расплылся в мягкой улыбке. — Не беспокоит? — Только если немного, — призналась Уокер, опустив взгляд на бокал. Она помолчала немного и вдруг усмехнулась — в ответ ангел вопросительно вскинул брови. — Перед чемпионатом Гордон сказал, что надеется, что я отделаюсь не только легким испугом. — С ним стоит быть осторожнее, Вики. — Знаю, — она устало отмахнулась, скривившись, и остановила взгляд на знакомом лице. Энди приветливо улыбнулся, заметив ее, и помахал рукой в знак приветствия. Виктория хотела было двинуться к нему, однако возникшая в поле зрения фигура серафима Кроули, привлекшая всеобщее внимание, не дала этому произойти. В компании учителей он неспешно прошел к столу и, остановившись у находящегося во главе стула, призывно махнул рукой. Ученики засуетились и потянулись к центру огромного зала. К удивлению Виктории, ангелы и демоны предпочли сесть по разные стороны длинного стола, словно общество противоположной стороны было им неприятно. Мало кто не присоединялся к негласному протесту и спокойно общался с противниками, упорно не обращая внимание на косые взгляды. Кто-то из демонов ворчал, поглядывая на ангелов, и потягивал крепкий напиток из массивного хрустального бокала; кто-то звонко смеялся, слушая собеседника, или демонстративно фыркал, явно недовольный обществом белокрылого бессмертного. Непризнанные же сидели в самом конце стола, подобно незваным гостям, которым впопыхах нашли место. Учителя во главе серафима Кроули дождались, пока все ученики усядутся, и удалились в соседний зал, чтобы, вероятно, обсудить что-то. Гомон стал чуть громче. — Дело в чемпионате? — шепнула Виктория, наклонившись к Мими, — она села на стыке сторон, рядом с Энди. Демонесса оглядела стол и пожала плечами. — Вероятно, обстановка между двумя сторонами накалилась. Все помнят про нападения, — так же тихо ответила она и расправила плечи, повернувшись к привлекшему ее внимание Ади. Виктория украдкой вздохнула, очертив пальцем ножку своего хрустального бокала. — Как себя чувствуешь? — она повернулась на голос Энди. Бессмертный протянул ей тарталетку, которая Непризнанная тут же приняла из его рук, расплывшись в благодарной улыбке. — Плечо немного беспокоит, но в целом все в порядке. — Ты ведь не собираешься участвовать и в следующем году? — обеспокоенное лицо Лоры возникло из-за плеча приятеля. Виктория отрицательно мотнула головой, отправив в рот тарталетку. Непризнанная выдохнула, расслабившись, и схватилась за свой бокал, наполненный напитком нежного розового цвета. — Думаю, стоило немного набраться сил и только после этого выдвигать свою кандидатуру. Непризнанные намного слабее рожденных бессмертных, чтобы сражаться наравне с ними. — Я просто решила воспользоваться выпавшим шансом. Второго могло не представиться. — Да, я понимаю, — кисло отозвалась Лора, вздохнув. Она смерила Энди хмурым взглядом и свела брови к переносице. — Только не бери пример с Вики, хорошо? — А что в этом такого? Я бы хотел быть на ее месте, чтобы меня запомнили как первого Непризнанного, участвовавшего в чемпионате по крылоборству. — Что тебе мешало выдвинуть свою кандидатуру? — Энди покосился на Лору. Виктория понимающе усмехнулась и перевела взгляд на Непризнанную. — Правильно, не позволяй ему лезть на рожон. — Тебе можно, а мне нет? — тут же возмутился бессмертный, крепче сжав в правой руке ножку хрустального бокала. Уокер некоторое время молчала, вглядываясь в его лицо, прежде чем повести плечом. — Поверь, в этом ничего хорошего нет. Будешь получать лишь выговоры и травмы и надеяться, что тебя не вышвырнут из школы в ближайшее время, — буркнула она и отвернулась, поднеся к губам бокал глифта. Краем уха Непризнанная услышала вздох Энди и шепот Лоры, но не стала прислушиваться. Еще раз оглядев длинный стол, Виктория поймала на себе взгляд Дино. Он качнул головой в знак приветствия, а Уокер одними губами прошептала слова поздравления — хоть услышать не представлялось возможным, их смысл был понятен. Улыбка ангела стала шире. Дино небрежным движением поправил собранные в низкий пучок волосы, приподнял бокал над столом, как бы чокаясь им с Викторией, и поднес его к губам. Она повторила на ним это действие, спрятав за ним улыбку. — Предлагаю выпить за чемпионов, — из-за стола поднялся ангел, мгновенно привлекший к себе всеобщее внимание. Виктория заметила тонкие линии татуировок на его загорелой коже и невольно дернула щекой. Бессмертный пробежался взглядом по ученикам и вдруг остановил его на Уокер, — и за первую Непризнанную, участвовавшую в чемпионате по крылоборству наравне с нами. Дино и Виктория, ура! Ангелы прокричали троекратное "Ура". Непризнанные присоединись к ним, тогда как большинство демонов никак не отреагировали на предложение бессмертного. Лишь некоторые из них вяло похлопали, бросив в сторону Виктории косой взгляд — вероятно, сделали они это лишь потому, что Уокер заменила выбывшего из чемпионата демона. Говоривший ангел сделал глоток напитка и повернулся к демонам, наигранно удивившись. — Неужели вы нас не поздравите? — он наклонил голову набок, прищурившись. — Как жаль... — Неужто и правда жаль? — усмехнулся кто-то из демонов, плеснув в свой бокал еще одну порцию глифта из графина. — Хотя, пожалуй, с этим можно согласиться. Вы наконец-то одержали победу в этом несчастном чемпионате после стольких проигрышей, а вас никто поздравить не хочет. Заносчивые белокрылые. — Быть может, вы так сильно отчаялись, что напали на одного из участников нашей команды и вывели его из игры ради победы? — с усмешкой протянула сидящая рядом с говорившим демоном бессмертная, сверкнув темными глазами. — Удовлетворила свою сучью сущность? — расположившаяся напротив нее ангел нахмурилась. — Сперва предоставь хоть какие-то доказательства того, что на него напал кто-то из ангелов, а уже потом бросайся обвинениями. — А какие доказательства тебе нужны, ангелок? — Ости поднялась из-за стола, баюкая в бокале крепкий глифт. — У вас тоже не было существенных доказательств причастности демонов к нападению на белокрылого, но это не помешало вам обвинить нас в этом. — Я видел красные глаза! — тут же воскликнул бессмертный, вскочив со своего места и с силой сжав руки в кулаки. — Это, по-твоему, достаточно для обвинения? Виктория повернулась на знакомый голос демона. Люцифер подошел ближе, сложив руки на груди, остановился в шаге от Ости, которая тут же повернулась к нему. В уголках ее губ, на которых поблескивала яркая помада, потерялась улыбка. Демон едва обратил на это внимание. Подошел ближе и оперся руками о спинку свободного стула, взглянув на ангела. Тот поджал губы, сведя брови к переносице. — Ангелы всегда были заносчивыми. — Не подливай масла в огонь, — Люцифер бросил в сторону Дино мимолетный взгляд и выпрямился, тряхнув крыльями. — Неужели я не прав? — он задумчиво огладил щетинистый подбородок. — Вы считаете себя главными, превозносите себя над нами. Рай принижает Ад, считая его чем-то второстепенным, а демонам приходится почти полжизни проводить не на своей территории. Даже школы находятся на Небесах, тогда как в Преисподние — лишь огромная библиотека и несчастные несколько факультетов, которые почти никто не посещает за их ненадобностью, хотя все твердят о том, что занятия разделены. Где же здесь справедливость? Демоны, что было вполне ожидаемо, поддержали Люцифера. Ученики все больше распылялись, не скупясь на оскорбления, и напряжение между двумя сторонами неумолимо нарастало. Даже Непризнанные не оставались в стороне — кто-то из них тоже начал ожесточенно спорить. Люцифер отступил назад, подобно актеру, отдавшему первую роль другим. Несколько хрустальных бокалов полетели на пол и разбились на множество острых осколков, однако на это не обратили внимание. — Нужно проучить этих выскочек! — возмущенно взвизгнула демонесса. Виктория закатила глаза и вернула внимание к своему напитку. — И что вы сделаете? — ангел рассмеялся в ответ. — Снова изобьете нас или, быть может, убьете? — Смерть Непризнанной, случайно, не ваших рук дело? — подхватил другой бессмертный. Все неумолимо переходило в неконтролируемую агрессию, и обе стороны напирали друг на друга, готовые в любой миг наброситься и начать ожесточенную драку. Уокер недовольно поджала губы и замерла, заметив Майкла, который сидел подле Обсидиан, едва замечая все вокруг происходящее. Точно почувствовав на себе ее взгляд, он повернулся к ней и расплылся в приветливой улыбке, нисколько не вяжущейся с царившей в огромном зале атмосферой. — Что вы себе позволяете? — неожиданный крик заглушил разъяренные голоса бессмертных, сливающиеся в одну какофонию. Геральд рваным движением поправил полы мантии и прошел к столу. Все ученики замерли, позволив абсолютному молчанию повиснуть в воздухе. — Какой беспорядок, — Нефтида сложила руки на груди, недовольно цокнув, и неспешным шагом стала обходить стол, глядя себе под ноги. Еще несколько учителей стояли на пороге, не решаясь пройти дальше. — Видимо, вам не хватило стычки перед первым этапом по крылоборству, — темные глаза Геральда вспыхнули недобрым огнем, от которого неприятный холодок пробежал по спине Виктории. — Отныне не будет никаких праздников и отдыха! Будете старательно грызть гранит науки и пахать на благо общества и равновесия! Расходитесь по своим комнатам. Кто-то открыл было рот, чтобы возразить, но вовремя стушевался. Некоторое время все стояли в нерешительности, переглядываясь меж собой. Один из ангелов развернулся на пятках и направился к выходу — за ним потянулись остальные. Некоторые бессмертные продолжали ворчать себе под нос и злобно сверкать глазами, а кто-то — перебрасываться оскорблениями, пока шли за остальными. Виктория поднялась из-за стола, повернулась к Мими, которая смотрела на Люцифера, не спешащего уходить. Он продолжал стоять без движения, пропуская мимо бессмертных, и смотреть куда-то перед собой пустым взглядом. — Подожди немного, — шепнула демонесса, на мгновение обернувшись к Непризнанной. Виктория вздохнула, проводила глазами Энди и Лору до выхода и последовала за приятельницей. Мими остановилась чуть позади Люцифера, сведя брови к переносице. — Вам нужно специальное приглашение? — Геральд сделал несколько шагов им навстречу. — Кто то присылает мне видения, — Люцифер поднял взгляд на учителя, тряхнув крыльями. Позади Виктории раздались размеренные шаги — Нефтида остановилась возле нее, заведя руки на спину. — Из-за них я проиграл чемпионат. — Нужно уметь признавать поражение, Люцифер. — Я умею признавать поражение, — тут же ответил демон, сощурившись, — но дело в видениях, которые не дают мне покоя. — Какого рода видения? — Виктория обернулась к Нефтиде. В глазах демонессы она заметила отблеск заинтересованности. — Кубок крови, например, — Мими вздрогнула. Геральд нахмурился, покосился на Нефтиду — та пожала плечами, как бы говоря, что не может ответить на застывший в его глазах немой вопрос. — Это Мальбонте посылает мне видения, да? — Чушь. — Какая же это чушь? — Мими поравнялась с Люцифером, эмоционально всплеснув руками. — Многие бессмертные видят видения, из-за которых не могут теперь спать! Вики тоже не так давно видела Кубок крови, а я постоянно вижу числа в своих снах. — Он и тебе посылал видения? — Уокер не ответила. Поджала губы, досадливо дернув бровью, и отвернулась, избежав удивленного взгляда Люцифера. — Вы не можете закрывать глаза на все, что сейчас происходит! — Мими с силой стиснула подол платья. — Мальбонте словно играет с нами и хочет, чтобы мы знали, что он приближается! — Никто не закрывает на это глаза, — подала голос Нефтида и заостренным носком туфли отодвинула от себя осколки хрусталя, — просто не хочет сеять панику среди учеников. — Разве она не уже посеяна? — поинтересовалась Непризнанная. — Разговоры об этом подольют масла в огонь. Никто не может сказать наверняка, к чему это приведет, поэтому все, что нам остается, — терпеливо ждать. — Ждали ли бы вы сейчас, если знали, что все может закончиться войной? — Нефтида вернула взгляд к Виктории. Она наклонила голову чуть набок и задумчиво постучала указательным пальцем по подбородку. — Откуда у тебя такие мысли? — Это лишь мое предположение, — Уокер помолчала немного, после чего тихо хмыкнула. — Читала где-то, что то, что случилось однажды, может никогда больше не случиться. Однако то, что случилось два раза, непременно случится и в третий. — Глупости! — отрезал Геральд и махнул рукой в сторону выхода. — Довольно пустых разговоров. Расходитесь по своим комнатам. Люцифер фыркнул и первым сдвинулся с места, быстрым шагом направившись к распахнутым дверям. Мими последовала за ним, взяв со стола бокал, наполовину наполненный глифтом, и Виктория проводила ее глазами и, помявшись немного, все же нехотя последовала ее примеру. Нефтида вновь убрала руки за спину и развернулась на носках, наблюдая за уходящей фигурой Уокер. В уголках ее губ пряталась легкая улыбка, однако она бесследно исчезла, когда демонесса вновь повернулась к Геральду.