Мальчик Саймон

      — Здравствуй, Клаус. — На пороге дома стоял мужчина, одетый в черно-зеленую мастерку с капюшоном, черные волосы зачесаны назад, как у мафиози, такого же окраса штаны джоггеры с черной резинкой на голеностопе и зеленые носки с черными кроссовками. Сам мужчина был около 180 см роста, худощавый, с огромным шрамом на лице, который проходил от левого виска по переносице к правой скуле. Зоркий, умный взгляд придавал его коричневым глазам шарм, и девушки с радостью провели бы с ним одну, а может, и не одну ночку.       — Привет, Николас, — ответил Никлаус без особого задора в голосе.       — Братец, не будь ты таким грубым, представь меня моим гостям, — предпоследнее слово Николас выделил, и фальшивая улыбка засияла на его лице.       — Не придуривайся, Николас. Будь собой, они все еще дети и могут поверить в твою отвратительную игру эмоциями, — упрекнул своего младшего брата Никлаус. — А теперь перейдем к делу, нет у меня времени с тобой разговаривать, — хлопнул Клаус в ладоши, чтобы его младший брат не смел перебивать. — Это Саймон, — показал он рукой на мальчика. — Я хочу его познакомить с какой-нибудь тварью, чтобы ты легче понял, что я имел в виду слабого мутанта, — улыбнулся главный ученый. — А это Дэймон, — показал Никлаус на ребенка. — Он друг Саймона и пришел сюда, потому что я не хотел оставлять его одного в комнате, ему и так приходится ходить постоянно в костюме, дабы случайно не убить кого-нибудь, а так пусть посмотрит на твое логово, — закончил представление Никлаус.       — Как интересно, и ради этого ты меня отвлек от моих изучений? Никлаус, пусть ты и старший брат, но не слишком ли это даже для тебя? Ради какой-то нужной тебе слабой твари ты заставил меня уже на десять минут отвлечься от моих исследований! — Николас не мог сдержать своих эмоций, он был гением, а гениям свойственно уходить в свою работу с головой, и такие люди, как он, очень не любили, когда кто-то смел их отвлекать по пустякам. — Никлаус, ты и вправду баран! И почему такого, как ты, сделали главным в этой лаборатории? Ты же идиот! — У Николаса был очень скверный характер по отношению к другим людям, даже к своим подчиненным и помощникам, он не любил людей и вел диалоги только с теми, кого посчитает достаточно умным для этого. Собственно, именно поэтому он сейчас тут.       — Успокой свои нервы, ты все поймешь, как только увидишь. А теперь перестань ныть и приведи мне сюда свою самую слабую и бесполезную тварь! — с нажимом в голосе говорил Никлаус, и это подействовало, как и всегда.       — Ненавижу тебя, придурок, дебил тупоголовый, идиот, кретин… — нашептывал и проклинал своего брата про себя Николас. Но ему ничего не оставалось делать, кроме как пойти и приказать своим людям привести в зал испытаний какую-нибудь шавку-переростка. Он никогда не мог ослушаться своего брата, потому что тот был умнее, спокойнее, рассудительнее и даже занимал должность выше. Все это бесило Николаса, поэтому он работал постоянно и почти без отдыха.       — Не бойтесь его, он хоть и странный, но никому вреда не причинит, — на секунду Никлаус замешкался. — Ну нам точно не причинит, по крайней мере, пока вы со мной, он ничего не выкинет, — мило улыбнулся ученый двум детям, стоящим с разных боков от него.       — Окей, а с кем вы хотите меня познакомить? Это же собачка? Я таких уже видел, они же красивые и классные, почему вы их называете «тварями»? — У Саймона, как обычно, было много вопросов, за последнее время он стал слишком разговорчив… с Клаусом.       — Сейчас все увидишь и поймешь, — загадочно ответил Никлаус.       — И все же, зачем тут я? — Дэймон чувствовал себя некомфортно, словно третий лишний.       — Чтобы провести больше времени с другом. Или тебе больше нравится сидеть в этом костюме одному в комнате? — заинтересовано посмотрел на ребенка Никлаус.       Дэймон же был одет в костюм, подготовленный специально для него. Сделан он был из определенной кожи, одевался на голое тело и не сильно обтягивал его, кожа могла свободно дышать, и даже поглощение кислорода из атмосферы продолжалось, но теперь он не мог заставить отключиться человека простым прикосновением, хотя все же кислородное голодание дураку, осмелившемуся прикасаться к ребенку даже минуту, обеспечено. Поэтому Никлаус смог коснуться его головы, хоть всего и на мгновение, но даже это оставило сильное впечатление на мальчике, который не чувствовал подобного очень давно, если не считать случай с Саймоном, но там, скорее, было неприятно.       — Н-нет, — немного смущенно ответил Дэймон.       — Вот и славно. А теперь пойдемте к моему братцу, боюсь, он нас уже не пригласит, но, думаю, ему уже хватило времени все подготовить.       Они втроем направились в сторону входа в дом, зайдя через большие входные двери. Внутри оказалось как-то пусто, да — красиво, но мебели явно не хватало. Пару картин на полностью белых стенках, один огромный круглый красный ковер на белой плитке и огромная люстра на потолке. По двум сторонам от входа находились лестницы, ведущие на следующий этаж, но туда Саймон и Дэймон не попали, поэтому увидеть, что там, у них не получилось. Вместо этого они спустились в подвал по другой лестнице, что находилась под теми, что вели наверх.       Удивительная все-таки подземная лаборатория, где находится трехэтажный дом, в котором имеется -1 этаж. На этом -1 этаже, а по-другому назвать то помещение, в которое попали мальчишки, было нельзя, лестница ведущая на этот этаж была довольно скромная, нормально идти по ней мог лишь один человек, если слегка потесниться, то два взрослых, но не сильно крупных человека так же смогли бы спуститься, поэтому Никлаус шел чуть впереди, а Саймон с Дэймоном в линию, но чуть позади. Спустившись вниз, мальчики увидели огромное количество клеток, и во всех них кто-то находился. Где-то были огромные насекомые, где-то птицы, где-то животные, естественно, все были мутировавшие.       Одна клетка сильно отличалась от остальных, а именно тем, что была вся сделана из какого-то прозрачного материала, практически полностью заполненная водой, лишь пару сантиметров между водой и крышкой для вольера были с воздухом. Вся вода внутри была грязной, болотного цвета, разглядеть, что за тварь там плавает, было невозможно для человеческого глаза.       — Ого, а что там обитает? — Саймон, естественно, заметил эту клетку и задал вопрос. Если бы Никлаус, прежде чем спуститься сюда, строго не предупредил их ни на шаг от него не отходить, мальчик бы уже рассматривал или пытался рассмотреть обитателя этой немалой клетки.       — Какой-то водный мутант, — пожал плечами ученый, сделав лицо, словно сам впервые видит эту клетку.       — Ого, существуют даже водные мутанты? — искренне удивился мальчик.       — Конечно же, есть. Водные обитатели так же являются живыми организмами, и они тоже могут мутировать, как и любой организм на суше, правда, их сложнее выловить и отследить. Поэтому каждый водный мутант в этой лаборатории скорее удачливое стечение обстоятельств, чем расчетливо спланированные действия по их поимке, — объяснил главный ученый.       — Крууууто, — протянул мальчик. Ему уже не терпелось увидеть этого так называемого «мутанта», что жил в водной клетке.       — Ладно, пойдем, — сказал Никлаус и повел детей за собой.       Дэймон все еще немного нервничал, постоянно оглядывался, словно чего-то боялся. Если Саймон смотрел на всех мутантов в клетках с удивлением и обожанием, то Дэймон — со страхом в глазах.       — Дядя Клаус, а почему столько много этих зверушек тут сидит? Ведь снаружи гораздо лучше, — резко пришло озарение в голову мальчика.       — Ты прав, снаружи гораздо комфортнее и приятнее для мутантов, но над некоторыми мутантами ставят различные опыты и эксперименты, чтобы лучше понять их сущность и возможную опасность. Изучая их генные мутации, мы знаем уже очень многое про них, их поведение и внешний вид больше не загадка для нас. Мы понимаем, почему и из-за чего клетки начали мутировать. Мутантов, на которых ставят рядовые опыты, помещают в клетки, которые находятся тут. Хоть лаборатория и огромная, но не безграничная, и иногда приходится тесниться, — снова пришлось объяснять Никлаусу такие простые вещи, но на его лице все равно была улыбка.       — Получается, это не все мутанты, над которыми ставят эксперименты? — задал логичный вопрос Дэймон.       — Ну конечно же, нет, мутантов у меня в лаборатории огромное количество, их уже перевалило за несколько тысяч. И если раньше мы могли дать каждому мутанту огромный вольер со всеми удобствами, то сейчас такой роскошью лаборатория похвастаться не может, — Никлаус мило улыбнулся Ребенку.       — П-понятно, а куда мы все-таки идем? — очередной вопрос от Дэймона.       Никлаус был даже немного удивлен такой разговорчивостью ребенка, но все равно решил немного подождать с ответом, так как они уже почти пришли в нужное место. Буквально через несколько десятков секунд Никлаус с детьми подошли к очередной железной двери. Она была не заперта, так что никаких махинаций перед ее открытием Клаусу не пришлось делать.       — Ну вот мы и на месте, — сказал ученый, как только вошел внутрь помещения. Голые бетонные стены, такой же потолок и пол. Комнатка не была большой, да и вообще непонятно, зачем она тут нужна. По центру этой комнаты стояла небольшая клетка, где-то восемь на восемь метров, сделанная из обычного железа, на вид она не выглядела прочной. Устраивать бои мутантов тут было невозможно, по крайней мере, с такой клеткой. В этой клетке уже находился относительно небольшой мутант. Он имел вид полуметрового пекинеса, черные глаза, втянутая морда, нос был таким, словно его кулаком вбили в череп мутанта. Длинная серебряная шерсть, небольшой, но очень мохнатый хвост. Мутант был привязан к клетке железными цепями, плотно облегающими его тело, на шее висел очень широкий ошейник, который сковывал шею мутанта и не давал тому свободно ею двигать и тем самым перекусить цепи. «Собачка» была какой-то сонной, очень вялой. Даже при виде людей не последовало никакой реакции, мутант просто смотрел на Никлауса с детьми какими-то пустыми глазами.       «Эхх, накачали уже какими-то препаратами, ну ладно, думаю, так тоже сойдет для начала», — подумал Никлаус.       — Саймон, слушай меня внимательно. Твоя задача — поиграться с этой милашкой. Видишь, какая она грустная, взбодри ее чем-нибудь, если она будет проявлять к тебе агрессию, то придется ее умертвить, и сделать это придется тебе. Ведь никто не успеет на помощь. Понимаешь? — сел на корточки перед мальчиком Никлаус, с серьезным лицом взяв того за оба плеча.       - Как это умертвить? — удивился Саймон.       - Просто сделать так, чтобы этот мутант больше не дышал, не думаю, что для тебя это будет чем-то сложным, — по-доброму улыбнулся ученый.       - Но я не хочу его убивать! — вскрикнул мальчик. — Он же милашка, посмотрите на него, он же никому ничего не сделал, за что я его должен убить? — возмущался Саймон.       - Ты неправильно все понял, тебе не нужно его убивать, ты просто будешь играться с ним, но если он проявит какую-то чрезмерную агрессию, то просто силой заставишь его перестать дышать. Повторюсь, для тебя это не будет чем-то сложным, — еще более ласково улыбнулся Никлаус.       - Ну если просто поиграть с ним… — замешкался мальчик.       - Ну конечно, кто же захочет убивать такую милаху! Вот тебе ключ, чтобы ты освободил эту милашку от оков, — улыбка ученого растянулась настолько сильно, что можно лишь удивиться, как до сих пор не порвались его щеки.       - Ну тогда я пойду, — сказал мальчик, взял ключ из рук Клауса и пошагал в сторону клетки, «собачка» лишь наблюдала, но никаких действий не предпринимала.

***

      «Хи-Хи. Да начнется бой насмерть!» — Мысли Николаса.