Лисица и Луна

— И всё же я не понимаю, как так произошло, — Микото подпирала собой стенку и пыталась придумать обоснованные теории. — Давай спросим ещё у кого-нибудь? Народ чего да расскажет, — Кушина с интересом наблюдала за небольшим шоу неподалёку. — Эта информация явно не для праздных ушей. — Ну с чего ты взяла? — С того, что на рынке до сих пор говорят про исчезнувшую дочь Хокаге, — Учиха начала загибать пальцы на руке, — подчиненные обращаются к этой девушке «Рэм», а Кейташи сейчас без опаски орет на всю тренировочную площадку «Саске, ты не правильно меня поняла!»? — Весьма резонно, соглашусь, — кивнула Узумаки. Кровавая Хабанеро лично всё утро бегала по рынку и местным кафешкам, собирая от передовых сплетниц и сплетников интересующую информацию. Стоит лишь вбросить интересную тему, как народ охотно рассказывает местные легенды, истории, домыслы и редкостную чепуху, рассказанную впечатлительными шиноби после миссий. И естественно, что убитый горем отец-Хокаге в эту категорию относился к разряду историй, которые «лучше громко не обсуждать, но упомянуть нужно обязательно». Местных поразило то, какую силу воли нужно иметь, узнав, что твоя дочь пропала на миссии (или во время тестирования новой техники, тут мнения расходятся). И если первые месяца два народ, видимо, сочувственно восхищался выдержкой Пятого, то вот после начал офигевать от его холодности. Ведь у него дочь погибла, а он ведет себя так, будто ничего не произошло! В открытую, конечно, ни у кого язык не повернется такое ляпнуть, ведь он, во-первых, Хокаге, а во-вторых, Учиха. Но всё же вопросы оставались. — А ещё на рынке в случившемся винят Кейташи-куна, — поделилась мнением коноховцев Узумаки. — Каким образом? Он же, вроде как, на миссии тогда был, — нахмурилась Микото. — Ну, его, — она ткнула пальцем в сторону полигона, с которого всё ещё доносилось переругивание, — кто-то уважает, кто-то боится, а многие не очень и любят. Поведение у него, давай признаем, что, мягко говоря, не очень. Ой, не смотри на меня так, — рассмеялась Кушина. — То, что он твой любимчик, не означает, что он провокатор и по тормозам дает не со всеми. Учиха демонстративно закатила глаза. — Но всё же факт остается фактом: это Саске, повзрослевшая лет на десять. И мне дико интересно, что же произошло. Микото и Кушина, не будучи обделенными смекалкой, пробыв в Мире живых несколько дней, выяснили, что прилагая определенные усилия, можно становиться вполне себе видимыми и слышимыми. К счастью Учихи, её внешний вид помнил мало кто, да и в целом она была похожа на среднестатистического жителя деревни. Кушине же было чуть сложнее: красные волосы бросались в глаза, отчего у людей явно появлялись вопросы, но озвучить их они то ли боялись, то ли просто не верили в свои догадки. Женщины были уверены, что по Конохе уже поползли слухи о том, что по селению бродит призрак жены Четвёртого Хокаге и выпрашивает всё про своего ребенка. Про Наруто, к слову, Кушина ничего и не выпрашивала у людей: краткая история жизни, взросления и психов была поведана женщине с барского плеча Девятихвостого, который, что удивительно, спокойно обнаружил и даже поговорил с духом своего предыдущего джинчурики, что с умилением наблюдала посреди ночи за спящим сыном. Наруто спал так крепко, что даже не заметил ни болтологии Курамы, ни чужого присутствия рядом, ни вмешательство в собственное сознание. Что не говори, а тренировки Кейташи творят чудеса! — Микото, — давя улыбку, позвала Узумаки. Учиха нехотя взглянула на подругу, отрываясь от наблюдения за детьми. — И ты согласна с данным раскладом? — уже в открытую улыбаясь, уточнила красноволосая. — Если ты про то, что моя дочь стала резко старше моего сына, то мне можно с этим лишь смириться, — как бы без особого интереса ответила Микото и тут же улыбнулась. — А если ты про то, что эти двое решили быть вместе, то я только рада. Правда… — она глубоко вздохнула. — Что такое? — Они же вдвоем дел та-а-аких понаделать могут, что не факт, что Коноха устоит. — Меня же выдержала! — рассмеялась Кушина. — И этих двоих переживет.

***

Фугаку с самого назначения на новый пост работал не покладая рук, ног и головы, отчего жизнь его превратилась в сплошной день сурка. Но жаловаться было глупо: во-первых, он сам к этому привел, во-вторых, он поднимал с глубокого дна свой клан и делал это весьма успешно, в-третьих, теперь получалось спихивать часть работы на своих детей. Когда-то давно у него было их трое. Ещё недавно у него было их двое. Потом резко остался только один ребенок, отчего существующий ход вещей вдруг начал терять смысл. Да, ответственность никто не отменял, но сначала жена, потом дочь… По невообразимому стечению обстоятельств дочь к нему вернулась. И спустя некоторое время он насчитал аж четверо наглых и весьма своевольных детей под своим крылом. Они все были самостоятельными, но как-только им что-то было нужно… сплошная головная боль. — Папуль, — особенно злорадно выделяя данное обращение, начал Кей, — я так на тебя ещё и Наруто спихну, если ты мне в помощники никого не дашь и я умру под завалами этих бумажек. — Ты и так на меня спихнул часть своих обязанностей, так что будь добр, разбирайся со своим ребенком сам, — спокойно ответил Годайме и устало потёр глаза. — Фугаку, ты припахал моих людей к работе, которой они заниматься не должны, умыкнул у меня Изуну, запихнув подписывать документы в архив, пнул Саске инспектировать патрули на границе, а я тут под завалами бесполезных бумаг помирать должен? Что за бюрократию ты тут развел? Нахера столько согласований? — Я не могу разорваться на столько фронтов и визировать все документы. Помогай, раз ввязался. — Я хочу съехать… — Мы живем в разных домах. — …в другую страну. — Только на работе вовремя появляйся. — Блять, вот ты как обычно! — раздраженно начал Узумаки. Фугаку поднял на него хмурый взгляд, который работал лучше всех тормозов в этом мире. — Ладно, я понял. Сделаю все сам. Выбью нам выходной на следующей неделе? — Договаривайся со своими детишками, они же за вас работать будут, — усмехнулся Учиха, вспоминая, как Наруто и Изуна гоняли АНБУшников по поручениям. — Спасибо, папуль, — сладко протянул Кей и поспешил свалить прежде, чем в него что-то прилетит. Фугаку устало отложил документы и взглянул в окно: солнце давно село, и небо потемнело. Пора было и ему идти домой, а то сил было крайне мало, а они ему ещё нужны. Краем глаза мужчина заметил фигуру сбоку от себя. При длительном утомлении и сильно нагрузке на нервную систему он уже не удивлялся тому, что ему могло что-то привидеться или показаться, ведь такое уже бывало. Медленно повернув голову в сторону, он замер, затаив дыхание. Неподалеку от него, подпирая шкаф с документами, стояла его почившая жена, Микото, и ласково улыбалась. Никогда ещё видения не были столь реальными. Ему показалось, что если встать, подойти, протянуть руку, то можно будет прикоснуться, но это была лишь игра воображения. На крайний случай — гендзюцу, но умников, решивших закинуть на Хокаге иллюзию тут не водилось. — Микото, — тихо произнес он, прикрывая глаза рукой, — ты пришла ко мне. Я так устал, что вижу тебя уже наяву. Кажется, мне действительно пора отдохнуть. Мужчина вздохнул и, подняв голову, открыл глаза. Но видение не исчезло, а наоборот, даже переместилось ближе к нему. Он смотрел в такое родное лицо не отрываясь, вглядываясь в дорогие черты и осознавал, что, наверное, спит. — Приглядывай за ними, Фугаку, — произнесла Микото, поднося руку к его лицу. — Люблю тебя. Женщина растворилась, оставляя после себя холодное касание на мужской щеке. И если это был сон, то ему не хотелось просыпаться. Однако отчего-то казалось, что это был вовсе не сон. — Отец, ты в порядке? — в кабинет почти сразу зашёл Итачи. — Выглядишь совсем уставшим и ты с кем-то разговаривал, но в здании никого уже нет. — Я… Не обращай внимания, я в порядке. Итачи окинул отца взглядом полным сомнения, но более ничего по этому поводу сказать не решился. — Тогда идем домой, — позвал парень и повернулся в сторону выхода. Стоящая неподалёку Микото была счастлива видеть, что в её семье воцарились покой, взаимопонимание и любовь.