Война с «Клыком»

      Лейтенант Грей снова зашел в кабинет к своему начальнику. — А, приветствую! Накопал что-нибудь? Кофе будешь? — спросил Салливан. — Здравия желаю! Нет, спасибо. У меня возникла одна идея — как известно, «Бубновый туз» нападает на базы террористов, причем все они находятся в юго-восточном квадрате. Так вот, по данным смежников, там есть еще одна, которую они собираются ликвидировать. Если мои догадки окажутся верными, то наш мститель окажется именно там, где мы его и возьмем. — Дельная идея. Только, если подсчитать шансы его появления на этом объекте, то может и не сработать. Он же не дурак и залег на дно. — Уже две недели прошло, он наверняка ищет новую цель. — Ну, допустим, он туда заявится и мотострелки его не проворонят. Между прочим, это тоже не исключается — маскировку еще никто не отменял. Даже если произойдет так много совпадений, в что я не верю, то наверняка план даст сбой. У нас такая работа, что в совпадения перестаешь верить. — Это точно. — И опять, я не могу исключать того, что он начнет стрелять в мотострелков. — Знаете, последний эпизод с его участием не дает уверенности в его психическом здоровье. Но ведь это наш единственный шанс. — Ты отдаешь себе отчет в том, что могут быть колоссальные жертвы среди наших? К тому же придется подключать наших оперов, секретники нас в покое не оставят, это ж куча народу, их не заметить нереально. К тому же звуки стрельбы прекрасно слышны на расстоянии около двух километров, он просто развернется и пойдет, ну не знаю, пиво пить. — В том-то и дело, что нужно, чтобы он начал заварушку, а бойцы его вычислили и приняли, как полагается. У нас сроки поджимают. — Ну, мои погоны — ладно, но о себе ты подумал? В случае провала операции спросят с меня, полетят головы. Мне-то плевать, у меня уже выслуга на пенсию уйти позволяет, а у тебя вся жизнь впереди. — Но ведь попробовать стоит. Всю ответственность за операцию беру на себя. — Ой, да ну тебя, — капитан отмахнулся. — Пристал, как банный лист. А ответственность несу за тебя я, как начальник. Черт с тобой, попробуем. Попытка не пытка, как говорится.

***

      Шервуд, по обыкновению, штудировал карту. Судя по меткам, оставленным предыдущим владельцем, в юго-восточном квадрате оставался еще один опорный пункт «Белого Клыка». Разобраться надо, и дело с концом. Глянул на часы — шесть пятнадцать, времени еще много, на подготовку хватит. Да какая, к черту, подготовка? Собраться — минут десять, в крайнем случае пятнадцать, оружие почищено уже давно, магазины наполненны патронами, оптика исправна, хотя она, скорее всего, тут не понадобится. Однако разведка не помешает, это само собой.       До места он добрался обычным путём — на угнанном, точнее, конфискованном у террористов грузовике. Оставив машину в полукилометре от предполагаемого месторасположения базы, дальше пошел пешком. Конечно, следы могли его выдать, однако в горах по ночам обычно шел снег, который уничтожит все — и следы шин, и следы ботинок.       Данные, конечно, подтвердились. «Весьма неразумно оставлять точные метки на карте, наивно полагая, что карты не окажутся в руках у врага, хотя чему я удивляюсь?» — размышлял Уорен, продвигаясь вперед. Снега было выше колена, но, по сути, с сильной аурой на это можно не обращать внимания. «Наивные идиоты, думали, что вас здесь никто не достанет», — это уже походило на злорадство. Упав в снег и достав из футляра тепловизор, Шервуд принялся за осмотр окрестностей.

***

      Колонна, четыре бронированных фургона в зимнем камуфляже с крупнокалиберными пулеметами на крышах, прибыла уже под вечер. Личного состава было всего лишь двадцать пять человек нижних чинов, однако наиболее подготовленных, за чьими плечами было немало операций и облав как на террористов, так и на гримм. Командовал ими молодой, но уже также повидавший некоторое дерьмо офицер в чине первого лейтенанта. — Сержант! Навести маскировку! Установить постоянное наблюдение за базой боевиков, караульных менять каждый час. Помните, что наша цель не только уничтожить террористов, а еще и задержать неизвестного, о котором вам уже говорили. При обнаружении приказать сдаться, если откроет огонь — отстреливаться разрешено, только не убейте. Повторяю — живой нужен! — начал раздавать приказы и напоминать командир.       Подразделение, не дотягивавшее даже до взвода, что не мешало им раздолбать всю вражескую базу, расположилось у холма в восьмистах метрах от нее.

***

      Между тем Уорен, уже разведавший местность и насчитавший около сорока террористов, которые, опять же, не имели открытой ауры, решил подобраться поближе и посеять панику среди фавнов, подорвав один из пяти грузовиков с прахом выстрелом из гранатомета. Он пополз по-пластунски, подбираясь все ближе и ближе, перелез через ограду и снял со спины неизменный автомат GHK 109W. Засунув в дуло подствольника гранату, он прицепился, и, выждав, когда один из пяти патрулей будет проходить в непосредственной близости около транспорта, нажал спуск. Граната была, по обыкновению, с огненным прахом, сдетонировав, она вызвала целую реакцию — раздался ужасающий грохот, грузовик взорвался, отлетевшие детали взлетели в небо и упали только спустя несколько секунд в десятках метрах от самого транспорта. Одна из отброшенных взрывной волной покрышек едва не угодила по голове Шервуду.       Тех пятерых фавнов, оказавшихся практически в эпицентре взрыва, разметало на кусочки, они даже не поняли, что произошло и не успели издать ни звука. Оставшиеся, будучи свидетелями этой малоприятной картины, растерялись. Уорен не стал ждать, пока они начнут что-то делать, и просто расстрелял их, как мишени на полигоне.       На стрельбу сбежались еще несколько патрульных. Завидя неизвестного в белом плаще с капюшоном, они принялись обстреливать его, однако тот, упав в снег, срезал половину, оставшимся тоже пришлось залечь. — Командир, похоже, появился этот неизвестный, — сообщил капрал, стоявших на часах и разглядывавший в бинокль базу боевиков. — Боевая тревога! — скомандовал офицер. — Группами по пять человек, расстояние — тридцать метров, рассредоточиться! Связь по рации!       Подразделение тут же исполнило приказ и выдвинулось вперед. Почти сразу дали команду «Бегом», чтобы быстрее преодолеть расстояние.       Фавны при первых звука стрельбы тут же вызвали подкрепление. Уже спустя первые минут десять боя в небе появились буллхеды, на которых прислали еще боевиков. — «Оксид», говорит «Главный»! Приземлите-ка летунов! — передал по рации командир. — Вас понял, — последовал ответ. Крупнокалиберные пулеметы, расположенные на фургонах, открыли ураганный огонь с четырех точек. Буллхед, летевший впереди всех, задымил, затем вспыхнул и устремился вниз, как камень. Врезавшись в склон горы, он взорвался и разлетелся на части. Три штуки, оставшиеся в воздухе, разделились — двое начали заходить на посадку, несмотря на огонь, а последний развернулся и направился в сторону, откуда вели стрельбу. Честное слово, лучше бы не пытался — загорелся в воздухе и упал на равнине, похоронив с собой всех, кто был внутри. Последним двоим, несмотря на повреждения, удалось совершить относительно мягкую посадку. Тут за дело принялись солдаты — рассредоточившись они обходили полукругом базу, вели огонь на поражение. Фавны оказались в не очень хорошем положении — против них работали закаленные, подготовленные бойцы, которые могли выскочить буквально из-под снега, и, срезав короткой очередью от двух до четырех террористов, снова исчезнуть и появиться уже в совершенно другим месте. Конечно, они не были неуязвимы — троих раненых уже унесли делать первую перевязку, но все равно, это полная ерунда в сравнении с уроном, который они нанесли боевикам.       Шервуд сначала ничего не мог понять — что за черти, откуда они появились? Однако потом разглядел, что это атлезианские солдаты, которые, в кои то веки, не опоздали на зачистку. Сначала ему даже захотелось выйти к ним в полный рост, крича: «Свои!», однако спустя пару минут эта мысль показалась ему бредовой — они же после боя, разгоряченные, могут и пристрелить. Пусть уж лучше пристрелят, чем возьмут в плен — сидеть Уорен по прежнему не хотел. Однако потом он забил, сосредоточившись на уничтожении фавнов.       Внезапно в нескольких метрах от него возникли двое солдат, косивших террористов направо и налево. Рядом с ними упала граната, очевидно, брошенная каким-то боевиком. Шервуд уже хотел закричать, предупредить ребят, но они все же успели ее заметить и упали в снег. Раздался взрыв, снежная пыль угодила Уорену в лицо, атлезианцы остались живы, однако получили ранения. Несмотря на это, один из них принялся отстреливаться от наступавших на них боевиков. Автомат вдруг замолк — как назло, закончились патроны. Неужели это конец? Как глупо…       Несколько боевиков рухнуло в снег, раскинув руки, оставшиеся бросились бежать или залегли, беспорядочно стреляя в ответ — Шервуд не мог остаться в стороне и смотреть, как этих ребят убивают, и открыл огонь. Отбросив боевиков и запустив им напоследок гранату, он подполз к раненым. Один был без сознания, но живой, второй лихорадочно перезаряжал оружие. Уорен хорошо разглядел его лицо при вспышках выстрелов и огня — молодое, покрытое едва пробивающейся щетиной, искаженное болью, одновременно яростное, зубы стиснуты. Обернувшись, он увидел Уорена и тут же навел на него оружие. Шервуд приложил палец к губам, а затем показал на языке жестов: «Свой». Парень, конечно, автомата не убрал, но слегка расслабился — боевики не знали эти жесты, которым обучали во всех силовых структурах Атласа. Между тем неизвестный в белом плаще с капюшоном, осмотрев рану военного, лежащего без сознания, протянул два индивидуальных перевязочных пакета, а затем, бросив на ближайший труп фавна карту бубнового туза, снова приложил палец к губам, мол, не шуми, и уполз в неизвестном направлении.

***

— Какого хрена?! — Салливан грохнул по столу кулаком так, что все, что на нем было, подпрыгнуло. — Я же тебе говорил подключить наших оперов? Секретники своих отказались посылать, но нужны были наши специалисты! А в сухом остатке — шестеро раненых мотострелков и никакого прогресса! Ни-ка-ко-го! — капитан, снова потерев виски и нормализовав дыхание, чуть более спокойно прибавил: — Ладно уж, докладывай. — Во всяком случае, мои подсчеты оказались верны, — ответил лейтенант Грей. — Это уже успех. Тем более, что отсутствие результата — тоже результат. — Поговори мне тут, умник, — буркнул Салливан. — Прошу прощения, господин капитан. Все стандартно — осмотр территории, скорее всего, в бинокль или тепловизор, затем «Бубновый туз» перелез через забор, подорвал выстрелом из подствольного гранатомета один из грузовиков с прахом, что спровоцировало панику среди боевиков, после чего принялся за отстрел патрулей. Спокойно завершить дело ему не дали вояки — они, применив стандартную тактику зачистки объектов под открытым небом, отвлекли на себя внимание и бóльшую часть террористов. А затем началось что-то странное — мотострелков он убивать не начал. Видимо, он псих, но не настолько. Более того, у нас есть двое свидетелей. Вернее, один. — И где он теперь? — строго спросил капитан. — В больнице. — Допрашивали? — Еще нет. — Так чего же мы сидим? Пошли!

***

— Это мы знаем. Что было дальше? — Салливан расхаживал по палате взад-вперед, задавая вопросы. Грей в это время держал перед собой записную книжку и карандаш. — Потом появился этот, неизвестный… Я навел на него автомат, хотел выстрелить… Можно мне воды? — Да пожалуйста, — лейтенант сорвался с места, и, налив из графина в стакан воды, протянул его раненому. Тот с благодарностью принял его, и, выпив, стал рассказывать дальше: — Он палец к губам приложил, типа, чтобы я не шумел. Затем начал моего товарища осматривать.       «Курсы оказания первой помощи проходят везде, это не зацепка», — думал лейтенант, записивая дальше. — Достает бинты, передает их мне, потом что-то положил на труп одного террориста — я в темноте не разглядел. Затем снова жестом показал не шуметь и исчез. — Вы его лицо хорошо разглядели? — снова спросил капитан. — Нет… Он в капюшоне был… — Может, нижнюю часть лица видели? — Эм… Да… Точно, видел. — А ничего больше не разглядели? — Не помню… — Ну, может, родинка, прыщ, или еще что-то? Шрамов не было? — Шрамов… Шрамов… Точно! У него от подбородка к правой щеке шел изгонутый шрам. Точно. — Как выглядел? Нарисовать сможете? — не скрывая интереса, спросил Грей. — Могу…       Лейтенант протянул раненному свой блокнот и карандаш. Пока парень рисовал, оба офицера многозначительно переглянулись. Шрам индивидуален, а если его получение зафиксировали в больнице, то найти человека вполне легко.