Война с «Клыком»

— И по какому же делу вы меня арестовали? — спросил Шервуд, когда его вели по длинному светлому коридору двое сотрудников военной полиции. Разговаривать с ним, естественно, никто не захотел, его не очень-то и вежливо втолкнули в допросную комнату, где его ждал сам начальник военной разведки Джеймс Айронвуд.       Он сидел за столом и смотрел в монитор компьютера, его глаза бегали по строчкам, он что-то читал.       «Уорен Шервуд, сын Мерсера Шервуда и Элизабет Шервуд (Мур). Возраст — двадцать два года.       Уорен родился в семье заместителя начальника охраны Праховой Компании Шни королевства Атлас острова Солитаса. С детства не имел недостатка ни в чём и не в ком.       По характеру честен, откровенен, искренен, однако обладает некоторой импульсивностью. В семь лет поступил в академию Клэриана, которую закончил спустя десять лет с отличием. Среди учеников имел известность, как «золотой мальчик», что было причиной частых конфликтов. Учителя же почти всегда говорили о Шервуде только хорошее, часто хвалили его и ставили в пример, однако выражали беспокойство насчет его характера. Так же хорошо известно было и то, что он не любил разглашать своё положение в обществе Атласа, и тем более — пользоваться им.       В семнадцать лет, выпустившись из академии, прошел, в общей сложности, четыре годичных курса под названием «Курсы телохранителей и охраны объектов» во всех королевствах Ремнанта — Вакуо, Вейле, Мистрале и Атласе. После прохождения последнего, в Атласе, он обратился к лицам, составлявшим программу тренировок, и указал некоторые недостатки, которые были впоследствии были устранены. Во время учёбы всегда проявлял энтузиазм: углублённо изучал саперное дело, альпинизм, сверхточную (снайперскую) пулевую стрельбу, много времени отдавал огневой подготовке и различным стилями борьбы. Интересовался знаменитыми охотниками и их боевыми стилями, благодаря чему мог использовать несколько стилей боя.       По окончании обучения ему предложили вступить в специальные войска Атласа, однако он предпочёл альтернативу, выдвинутую им самим: создание отряда военизированной охраны объектов особой важности, как то — крупные оружейные и праховые склады, караваны и конвои, перевозящие прах. Ввиду сильно поднявшейся активности террористов из запрещенной леворадикальной организации «Белый Клык» предложение было принято безоговорочно. С подачи его отца, Мерсера Шервуда, при поддержке Джозефа Лагунеса, начальника охраны в Праховой Компании Шни, был создан специальный отряд охраны объектов, или же SGSF. В возрасте двадцати одного года официально зачислен командиром в состав отряда и приступил к исполнению своих обязанностей.       В результате диверсии отряд был уничтожен, в живых остался лишь Уорен Шервуд. Восстановившись после ранений, написал заявление об увольнении по собственному желанию».       Примерно таким было досье на Шервуда в базе данных военной разведки.       Быстро пробежав глазами последние строчки, Айронвуд посмотрел на Уорен и указал ему рукой на стул. Шервуд сел. — Ну, здравствуйте, — сказал он. — Меня вы знаете. — Вас я знаю, — кивнул Уорен, — но понять, зачем я здесь, не могу. Может, вы сообщите мне о причинах моего задержания?       Он «включил дурака», с них, как известно, и спрос меньше. Джеймс молча подал ему листок бумаги, на котором был изображена человеческая фигура в белых штанах, черных брюках и закутанная в плащ, капюшон которого скрывал верхнюю половину лица, а на щеке и подбородке виделся изгонутый шрам. — Это фоторобот. Что, собственно, вы хотите этим сказать? — продолжил играть роль Шервуд, а в голове у него вертелась мысль: «Надо же, тебя допрашивает сам начальник военной разведки, это делает тебе честь». — Вот этот человек очень похож на вас. Вы одеты так же, да и шрам идентичный. — Такой плащ и такую же одежду можно купить почти в любом магазине Атласа, — отложив бумагу на место, произнес Уорен. — Допустим, — ответил Айронвуд. — А вот это вам ничего не говорит? — он положил на стол карту, пропитанную кровью, уже успевшей засохнуть. — Игральная карта туз бубен. Похоже, что на ней кровь, — Шервуд и бровью не повёл. — Между прочим, у вас на рукавах вашего полупальто пришиты панели велкро, а шевронов нет. Для чего они вам? — Думал, понадобятся. — И как? — Как видите, нет. Срезать бы, да руки не дошли. Вы меня сюда притащили, чтоб поговорить? Могли бы вызвать, я бы сам пришел. — Не в этом дело. Против вас заведено уголовное дело за несколько убийств. — Я одного не убивал, — голос Уорена даже не дрогнул. — Чем докажете? Да, воистину мне не повезло, раз у меня такой же внешний вид, как у какого-то там уголовника. — Вот, — Айронвуд передал Шервуду пачку фотографий, на которых были запечетлены трупы фавнов, сгоревшие автомобили и бараки, взорванные вышки и тому подобные остатки баз «Белого Клыка». — Я бы на вашем месте нашел этого человека, — спокойной, неторопливо ответил Уорен, — дал бы ему медаль и зачислил в какой-нибудь спецотряд. — Хватить нести чушь, Шервуд! — Джеймс начал терять терпение и ударил кулаком по столу. — Мы оба прекрасно знаем, кто это сделал, так что слушай меня внимательно и выбирай — либо ты сядешь… — Простите, но я никого не убивал, — холодно напомнил Уорен. — За превышение самообороны, от десяти до двадцати лет, раз никого не убивал! А второй вариант, — тут командирский тон Айронвуда исчез, — я помогаю тебе. Никакого дела не будет, ты выйдешь на свободу и продолжишь нормально жить, а взамен — я дам тебе людей, а ты сделаешь из них спецназ. — Я так и думал, — Шервуд начал раскрывать карты. — Более того, я уверен, что никакого дела на меня нет, только собранный материал. — Понимаешь, нам нужны такие люди. Такие, как ты, кремни, которые всегда будут за правое дело, не смотря ни на что. К тому же, ты специалист, один из таких, которые тоже нам очень нужны. Я дам тебе хороших людей, а ты слепи из них отличных, подготовленных профессионалов, которые смогут выполнять любой спектр задач — от отражения нападения гримм до ликвидации крупных баз «Белого Клыка».       Айронвуд прекрасно понимал, что с боевиками Уорен будет драться когда угодно, где угодно, чем угодно и не успокоится, пока не истребит всех. — Знаешь, я тоже заинтересован в их уничтожении, — Джеймс снял с правой руки перчатку. Взору Шервуда предстал металлический протез кисти руки, полностью функционирующий — очередная технология Атласа. Уорен слышал, что такие протезы — все равно, что сама рука, только искусственная, и прекрасно работает. — Это только несколько процентов, — прибавил он. — Боевики запустили две противотанковые гранаты, взрывной волной и осколками меня достало, хорошо, что аура помогла хоть как-то. — Допустим, что я поддался на уговоры, — сурово заметил Шервуд, которого уже ничем нельзя было удивить. — Сколько человек вы предоставите в мое распоряжение? — Всего троих. — Кто они? — Для начала, они те, кто так или иначе пострадал от «Белого Клыка». На втором месте то, что они студенты последнего, четвертого курса академии Атлас. — Это хорошо, — пробормотал Уорен. — Значит, будущие охотники. — Вы будете зачислены к ним на четвертый курс — уверен, что для вас не проблема пройти вступительные экзамены. Затем сформируете команду, составите по вашему усмотрению план тренировок и послеурочных занятий. Дальше — покажет время, — принялся объяснять Айронвуд. — Хорошо… — медленно сказал Шервуд, — я согласен, но про одном условии — в команде не должно быть фавнов. — Ну, это само собой разумеется, — усмехнулся Джеймс. Они пожали друг другу руки.

***

      Дальше Уорен действовал быстро, но четко — прошел вступительные экзамены, заморочался с изготовкой оружия. Перепробовав несколько вариантов, он решил вернуться, что называется, к истокам — взял привычный ему пистолет «Lachti 2908» и отнес в мастерскую, где по его заказу был увеличен калибр с девяти миллиметров до 357-го, так же, при помощи телескопического строения клинка и хитроумного механизма в рукоятке пистолет мог превратиться в меч, вернее, ландскнетту*. Это было «последним шансом», а так обычно Шервуд пользовался своим проявлением — создавал из праха холодное оружие, и самым удобным, по его мнению, был меч-клеймор**. Его костюм остался почти таким же — белое полупальто с темно-синими вставками, воротником и погонами, черный свитер, белые тактические брюки с множеством карманов, черные ботинки с высоким берцем и толстой подошвой, неизменной белый плащ с капюшоном. Разве что на левом рукаве полупальто снова занял свое место шеврон с изображением масти карт бубны, а на спине появился еще один хитроумный механизм, который подавал разные виды праха через рукава, чтобы Уорен мог воспользоваться проявлением.       Еще до поступления Шервуду оказали честь — представили к награде «За боевые заслуги», причем награждали перед строем студентов и офицеров на плацу, выстроившимися перед медленно поднимающимся знаменем Атласа — это был обряд награждения. Конечно, о настоящих подвигах Уорена знали лишь немногие люди, потому что обнародовать информацию о более двух сотнях трупов фавнов в стране, где почти все они в последнее время как минимум сочувствовали «Белому Клыку», грозило восстанием. Хотя, может оно и к лучшему — правительственные войска покрошили бы всех фавнов с большим удовольствием и навсегда бы избавились от террористической угрозы.

***

      Шервуд, уже студент четвертого курса, шел по коридорам академии, когда к нему вдруг подошел сержант. — Вы же Уорен Шервуд? — неуверенно спросил он. — Он самый, — ответил Уорен. — В чем дело? — Мне приказано передать вам это, — парень вытащил из кармана флешку и передал Шервуду. — Что здесь? — спросил Уорен, убрав ее в карман. — Здесь информация по вашим подчиненным. — Спасибо. Можешь что-нибудь на словах интересного рассказать? — Я не читал, — ответил сержант. — Ничего, я пошутил. Спасибо еще раз, можете идти.       Парень, развернувшись, ушел, а Шервуд отправился к айтишнкам в отдел, «забронировать» компьютер — своего кабинета и техники у него еще не было.       «Великие компьютерные умы» сидели на задней части тела ровно перед мониторами и потягивали из кружек кофе. — Слушай, приятель, мне бы информацию посмотреть, — обратился Уорен к одному из них, невысокому брюнету в очках. — Да пожалуйста, — ответил тот. — Что за информация, если не секрет? — Особой важности, — сделав загадочное лицо, ответил Шервуд. — Последи-ка, чтобы никто мне под руку не смотрел. — Понимаю, — усмехнулся очкастый. — Сверхсекретная. Хорошо, послежу.       Не успел Уорен вставить флешку в компьютер, как в дверях появился его сокурсник и выпалил: — Тебя вызывает к себе Айронвуд, давай быстрее!       «Ох, чтоб тебя Невермор съел», — мысленно ругнулся Шервуд, убирая флешку в карман. — Хорошо, иду.       К директору академии — значит, наконец-то, он сейчас получит официальное распоряжение насчет своего отряда. «Командой» назвать тех, кого даже еще ни разу не видел, у Уорена не поворачивался язык. Понимая, что дело срочное, он бросился бежать по коридору и случайно столкнулся с одним из студентов четвертого курса, которые толпой выходили из аудитории. — Смотри, куда прешь! — грозно крикнул его сокурсник, которого, правда, Уорен не знал от слова совсем. Он хотел было уже извиниться, но, подняв взгляд, увидел перед собой высокого, крупного фавна-тигра под метра два ростом. Перед фавнами Шервуд ни за что не стал бы извиняться, будь он хоть кем угодно. — Может, если бы ты открыл глаза пошире, то увидел, что я тут иду, — зло ответил он. — Послушай, ты кто такой? Я тебя не знаю, поэтому пошел ты, человек! — Что ты сказал? — Уорен встал в вызывающую позу. — Что слышал! — Как оригинально! На большее мозгов не хватает? Ладно, пока я добрый, даю тебе всего три слова. — Пошел… ты… нах… — прошипел фавн.       Уорен, само собой, ожидал такого ответа. — Ответ неверный. Даю тебе последний шанс для извинений. — Я что, перед тобой извиняться должен? Я тебя не знаю! — По хорошему ты должен стать на колени передо мной целовать мои ботинки, — с наглой улыбкой на лице ответил Шервуд. — Но я добрый, ты уже слышал. — Что, бесмертным себя чувствуешь? — фавн-тигр, размахивая руками, начал наступать на Уорена. — Ты сам свою судьбу выбрал, — громко, что бы все слышали, сказал Шервуд. Затем последовал бросок вперед, студенты ахнули — Шервуд внезапным движением сбил с ног противника, не ожидавшего такого поворота событий, и, навалившись на него всем телом, вцепился руками в горло. Фавн хрипел, извивался, затем, повернувшись, подмял под себя Уорена, однако тот не разжимал хватки. Дело принимало серьезный оборот — Шервуд мог просто-напросто задушить своего противника, лицо которого уже налилось кровью, а глаза выкатились из орбит. — Перестань, ты же его убьешь! — раздался сзади звонкий девичий голос, знакомый до боли, подействовавший на Уорена, как ведро ледяной воды — он вздрогнул, выпустил оппонента, медленно поднялся на ноги и оглянулся. Перед ним стояла сама Ирэн Лагунес.       Сначала Шервуд подумал, что сошел с ума и у него галлюцинации, дернул себя за ухо, чтобы убедиться, что он не спит или что-то в этом роде. Когда Уорен понял, что все наяву, у него чуть не отпала нижняя челюсть. Выглядел он презабавно, в отличие от самой рыжей — она как будто собиралась грохнуться в обморок. Студенты уже разошлись, Уорен и Ирэн остались одни в этом длинном, светлом коридоре.       Поборов первый шок, Шервуд неуверенно спросил: — Айри?       Только он так звал мисс Лагунес. Эта информация дошла до Ирэн сразу, но переваривалась около минуты. — Уорен? — наконец робко спросила она.