Мой (не) родной братик

      Тэхён, маленький омега, ему всего лишь четыре годика… Его мир рухнул, когда родители, сломленные алкоголем и нежеланием заботиться, отдали его в детский дом. Сердце ребенка разрывалось от непонимания: куда исчезли любимые лица отца и папы? Почему они не приходят? Почему оставили его?       Детский дом встретил его холодом. Другие дети, безжалостные в своей жестокости, превратили его жизнь в кошмар, осыпая ударами и насмешками. Воспитатели… казалось, они намеренно закрывали глаза на его страдания, будто Тэхён был невидимкой. И, возможно, так оно и было.       Одиночество стало его постоянным спутником. Никто не звал его в игры, а любая попытка сблизиться заканчивалась побоями и заточением в темном чулане. Там, в кромешной тьме, он часами захлебывался слезами, пока равнодушный воспитатель не удосуживался его выпустить. - Уродца, как ты, никто не возьмет в семью. – шептали жестокие голоса старших ребят, и каждое слово впивалось в его детское сердце, заставляя рыдать в подушку.       В этом месте, полном боли и отчаяния, он жил надеждой на чудо: что однажды его отец и папа вернутся и вырвут его из этого ада. Но дни шли, а никто не приходил… Так пролетели три долгих года, полных слез и разбитых надежд, пока однажды не произошло то, чего он так отчаянно ждал…

***

      Ким Намджун и Ким Сокджин души не чаяли в своем единственном сыне, Чонгуке. Их сердца изнывали от желания подарить ему братика или сестренку, но судьба была неумолима. Бесконечные поездки по врачам, надежды, сменяющиеся горьким разочарованием – все впустую. "Простите, это невозможно," – эти слова звучали как приговор, разбивая их мечты вдребезги. Тогда они решились на отважный шаг – подарить любовь и семью ребенку, лишенному родительского тепла.       В это время Чонгуку выпал шанс всей жизни – стажировка в престижном танцевальном клубе в Америке. Мечта о сцене, о танце, который говорит громче слов, манила его. Он жаждал этой возможности, которая могла распахнуть двери в мир большого искусства.       Новость о решении родителей принять ребенка из детского дома Чонгук встретил с пониманием и теплом. Он видел их боль, их неутолимое желание любить и заботиться. В его сердце всегда жила мечта о младшем брате или сестре, о тех узах, которые скрепляют семью навеки. И он знал, что этот малыш, обретя новую семью, наполнит их дом светом и радостью, исцеляя раны прошлого.

***

      Прибыв в детский дом, супруги направились прямиком в кабинет директора. Легкий стук, и дверь отворилась, пропуская их внутрь. – Здравствуйте, миссис Ли, мы звонили вам относительно усыновления, семья Ким, – произнес Джун, присаживаясь на предложенный стул. – Да, конечно, помню. Пойдемте, дети сейчас в игровой комнате, – ответила миссис Ли, приглашая их следовать за ней. Джин и Джун поднялись и двинулись за женщиной.       Войдя в игровую комнату, Ли Соха пропустила супругов вперед. В комнате царил шум детских игр. Кто-то увлеченно играл в куклы, кто-то возился с машинками, кто-то строил башню из кубиков. Но в самом углу, словно отгородившись от всего мира, сидел маленький мальчик, прижимая к себе потрепанного мишку без уха и глаза. В его глазах застыла глубокая печаль, и казалось, вот-вот прольются слезы. – Выбирайте, а когда определитесь, приходите ко мне, – сказала миссис Ли, но Джин остановил ее. – Миссис Ли, а как зовут этого мальчика? – спросил Джин, указывая на Тэхёна. – Это Тэхён. Не думаю, что он вам подойдет. Лучше присмотритесь к Минхо, он замечательный, – ответила Ли, указывая на мальчика с машинками.       Ли Сухо вышла из комнаты, а Джун и Джин направились к Тэхёну. Джин присел рядом с ним на корточки и нежно коснулся его волос. – Привет, малыш. Как тебя зовут? – ласково спросил Джин. Тэхён поднял заплаканные глаза и тихо ответил: – Меня зовут Ким Тэхён, а вас? – Я Сокджин, а это мой муж Намджун, – ответил тот, показывая на супруга. – Почему ты один, а не с другими детьми? – Они не хотят со мной играть, они меня не любят. Говорят, меня никто не заберет в семью, – прошептал Тэхён, опуская глаза и начиная тихо плакать. Джин, не в силах больше видеть его слезы, поднял малыша на руки и прижал к себе, гладя по спине. – Все-все, не плачь. Такого хорошего мальчика обязательно возьмут в семью.       Тэхён успокоился, и Джин, посадив его на пол, взял Джуна за руку, чтобы поговорить. – Джуни, возьмем этого малыша. Мне так жаль его, – сказал Джин скорее утвердительно, чем вопросительно. – Конечно, любимый. Он мне тоже очень понравился.       Джин счастливо улыбнулся и обнял мужа. Затем он снова подошел к Тэхёну и взял его на руки. – Малыш, ты не против стать частью нашей семьи? – произнес Джин, замирая в предвкушении ответа. В его сердце теплилась надежда, что этот ребенок, с потухшим взглядом, наконец-то обретет дом. – Вы хотите, чтобы я стал вашим сыном? – в глазах мальчика вдруг вспыхнул огонёк радости, словно маленькая звезда. Улыбка, такая робкая и неуверенная, тронула его губы. Как же давно он не улыбался… – Да, Тэхён, мы хотим, чтобы ты стал частью нашей семьи, - ласково произнес Джун, нежно потрепав его по волосам. В этом жесте – вся любовь, готовая излиться на этого израненного ребенка. – Да! Да! Я так хочу жить с вами! – Тэхён засиял, как солнце. Его хотят взять в семью, его хотят любить! – А можно я буду называть вас папой и отцом? – с опаской, словно боясь разрушить хрупкое счастье, спросил он. – Конечно, солнышко. А сейчас нам нужно поговорить с директором, чтобы ты поехал с нами, - произнес Джин, бережно обнимая Тэ. Они направились в кабинет, полные решимости подарить этому мальчику новую жизнь. – Миссис Ли, мы забираем Тэхёна, - твердо заявил Джун, усаживаясь за стол. – Прекрасно! Тэхён, иди, собери свои вещи и возвращайся, - равнодушно бросила директор. Счастливый мальчик тут же убежал в свою комнату. – Заполните документы, и можете забирать его. – Нам говорили, что оформление занимает больше времени, - удивленно отметил Джин. – Я вижу, вы хорошие люди, и вам можно доверить ребенка, - на самом деле, директор просто хотела избавиться от проблемного мальчика.       Вскоре все бумаги были оформлены, и супруги направились к Тэхёну. Уже в машине, по пути домой, Тэхён чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Джин и Джун были полны надежд и уверенности, что станут лучшими родителями для своего сына, окружат его заботой, любовью и помогут вырасти замечательным человеком.

***

      Машина бесшумно подкатила к дому, и мотор заглох. Джун вышел, обошел автомобиль и, открыв заднюю дверь, бережно извлек Тэхёна из детского кресла. Малыш крепко прижался к отцу, с любопытством оглядывая незнакомую территорию и величественный дом. Джин, сияя от счастья, подошел к ним, осыпал пухлую щечку сына нежными поцелуями. Тэхён, зардевшись, заливисто засмеялся и потянул ручки к Джину. Джин, с удовольствием приняв сына, легонько подбросил его в воздух, но тут же радость на личике мальчика сменилась ужасом, и он разразился отчаянным плачем. Испуганные родители принялись успокаивать сына. – Тэхён, солнышко, что случилось? Почему ты плачешь? Я тебя напугал? Скажи мне, пожалуйста, что не так, – Джин опустил мальчика на землю и опустился перед ним на корточки. Он нежно гладил его по спинке, пытаясь успокоить, но Тэхён продолжал рыдать, словно его преследовал какой-то страшный призрак. – Папочка, пожалуйста, не делай так больше, мне страшно, я не люблю, когда так делают, я боюсь высоты, – сквозь слезы пролепетал мальчик. Слезинки все еще текли по его щекам, но он постепенно успокаивался. – Малыш, а почему ты так боишься высоты? Что-то случилось в детском доме? Кто-то тебя обижал? – Джун был потрясен внезапным приступом страха у сына. Он не мог представить, что могло произойти, что Тэхён так отчаянно боялся высоты. – Один мальчик… он большой, ему лет четырнадцать, наверное… он часто меня пугал и бил… а однажды он и его друзья отвели меня на крышу… Странно, что она была открыта, ведь я часто хотел туда убежать и спрятаться, но всегда было заперто… Сонхва взял веревку и связал меня, а конец привязал к столбу. Я плакал, просил их не делать этого, но им было все равно, они только смеялись. Потом один из его друзей поднял меня на руки и понес к краю крыши… и стал опускать вниз. Я очень сильно плакал и дергался, и вдруг вырвался, и этот мальчик не удержал меня… я полетел вниз, мне было так страшно… Я до сих пор не понимаю, почему они так со мной поступили, ведь я ничего плохого им не сделал… Я упал и ударился головой об стену, потеряв сознание. Когда я очнулся, я был уже в своей комнате. Воспитатели ничего не сделали, как будто так и надо… Они сказали, чтобы я никому не рассказывал, иначе пожалею… и я молчал. После этого меня стали реже бить, но потом все вернулось… После этого я очень боюсь высоты… – Тэхёну было тяжело вспоминать этот ужас. Он такой маленький, а уже столько пережил. Для семи лет он был необычайно смышленым и рассуждал совсем как взрослый.       Джин и Джун переглянулись, не в силах скрыть потрясение от услышанного. Сердце Джина разрывалось от боли за маленького Тэхёна. Как можно было так жестоко поступить с беззащитным ребенком? Ярость закипала внутри, но он понимал, что сейчас главное – успокоить сына, дать ему почувствовать себя в безопасности.       Намджун присел рядом с Тэхёном и крепко обнял его. – Тэхён, солнышко, теперь ты в безопасности. Мы никогда не позволим никому тебя обидеть. Мы всегда будем рядом, чтобы защитить тебя. Забудь все, что было в прошлом, теперь у тебя есть мы, твоя семья. Мы любим тебя больше всего на свете.       Тэхён обнял Джуна в ответ и уткнулся лицом в его плечо. Постепенно рыдания стихли, и он затих, прислушиваясь к ровному биению сердца отца. Джин сел рядом с ними и обнял их обоих. В этот момент они стали единым целым, семьей, готовой преодолеть любые трудности. – Тэхён, мы понимаем, что тебе сейчас страшно, но мы хотим, чтобы ты знал, что ты можешь нам доверять. Мы никогда не причиним тебе боли и всегда будем рядом, чтобы поддержать тебя. Мы поможем тебе справиться со страхом высоты, если ты захочешь. Мы будем делать это постепенно, чтобы ты не чувствовал себя дискомфортно.       Тэхён поднял на них свои большие, влажные глаза и робко улыбнулся. Впервые за долгое время он почувствовал себя в безопасности. Он знал, что теперь у него есть семья, которая его любит и защитит от всех бед. Он больше не один.       Глава семейства подхватил своих омег на руки, спеша укрыть их от осенней прохлады в теплом доме. Ветер за окном шептал о скорых холодах, и Намджун боялся, как бы ненароком не слег Тэхён, да и Джин. Переступив порог, он бережно опустил мужа и сына на пол. Джин, ласково улыбаясь, принялся раздевать мальчика. Тэхён, успокоившись, одарил папу счастливой, беззаботной улыбкой. Освободив сына от уличной одежды, Джин и сам сменил наряд на домашний. – Ну что, Тэхёни, пойдем, я покажу тебе твою комнату? – Джин взял малыша за руку, направляясь к лестнице. – Да, да, да! – восторженно запрыгал ребёнок, не отставая от папы.       Поднявшись на второй этаж, они проследовали почти до конца коридора, остановившись у предпоследней двери. Джин легонько нажал на ручку, и дверь распахнулась, впуская свет в коридор. Комната утопала в нежных голубых тонах. На стенах красовались обои с разноцветными машинками, а пол укрывал мягкий светло-серый ковер. В центре комнаты стояла уютная односпальная кровать, а рядом – шкаф, полный одежды и игрушек. Письменный стол и мягкое кресло в углу, в котором восседал огромный плюшевый медведь, завершали картину детского рая.       Тэхён вихрем ворвался в комнату, с любопытством оглядывая каждый уголок. Улыбка не сходила с его лица. Малыш тут же забрался на кровать и, заливисто смеясь, начал прыгать, призывая папу присоединиться. – Папа, папа, иди сюда, попрыгай со мной! – Джин не мог отказать своему сыну. Он взобрался на кровать, взял Тэхёна за руки, и они вместе стали прыгать, оглашая дом звонким смехом. Внезапно Тэхён, обессилев от смеха, рухнул на кровать. И тут его осенила идея! Схватив подушку, он с криком набросился на папу. – Бой подушками! – восторженно прокричал мальчик.       Джин, не теряя ни секунды, поднялся с кровати, вооружился подушкой и принялся легонько «атаковать» сына. Смех заполнил каждый уголок дома. Уставшие, но счастливые, они повалились на пол, продолжая смеяться. В этот момент в комнату заглянул сияющий от счастья Намджун. Последние пятнадцать минут он наблюдал за этой идиллической картиной – боем подушками между мужем и сыном – и не мог нарадоваться своему счастью. Он был бесконечно рад, что именно Тэхён стал частью их семьи. Они подарят ему самую лучшую жизнь, ведь этот малыш заслуживает только самого лучшего. – Ну что, мои любимые, пойдемте кушать? Я уже все накрыл, правда, наверное, уже все остыло, но мы подогреем, – сказал Намджун, подошел к сыну, нежно поднял его на руки и поцеловал в лобик.       Они спустились вниз и направились на кухню. Еда и вправду остыла, и ее пришлось разогревать. Насытившись, они устроились вместе смотреть мультфильм «Мулан». Тэхёну он пришелся по душе настолько, что малыш уснул, не досмотрев его до конца. Намджун бережно поднял сына на руки и отнес в его комнату. Там он уложил Тэхёна в кровать, предварительно переодев в новую пижаму с Человеком-пауком. Поправив одеяло, он поцеловал сына в лобик и направился к выходу. Следом за ним то же самое проделал и Джин. Закрыв за собой дверь, они пошли спать. На вид Тэ-Тэ мирно спал, но почти всю ночь его мучили кошмары, и от одного из них мальчик проснулся в слезах.

***

      Маленькое тельце содрогалось от беззвучных рыданий. Тэхён, не в силах справиться с охватившим его ужасом, скатился с кровати и, спотыкаясь, побежал в родительскую спальню. За дверью царила полутьма, лишь лунный свет проникал сквозь неплотно задернутые шторы.       Тихонько приоткрыв дверь, мальчик робко прошептал: – Папа…       Джин, обладавший чутким сном, тут же проснулся. Увидев заплаканного сына, он мгновенно встревожился. – Тэхёни, что случилось, солнышко? – обеспокоенно спросил он, приподнимаясь на локте.       Тэхён, не отвечая, бросился к папе, крепко обнимая его. Джин, успокаивающе поглаживая сына по спине, притянул его к себе. – Тебе приснился плохой сон? – догадался он.       Тэхён кивнул, прижимаясь к Джину еще сильнее. Намджун тоже проснулся, обеспокоенно наблюдая за происходящим. Джин, посмотрев на мужа, тихо произнес: – Ему приснился кошмар.       Намджун, понимающе кивнув, протянул руки к сыну. Тэхён, немного успокоившись, перебрался к отцу и устроился у него на коленях. Намджун крепко обнял сына, шепча ему успокаивающие слова. – Все хорошо, Тэхёни, это всего лишь сон. Мы рядом, и мы тебя защитим.       Вместе они уложили Тэхёна между собой, и малыш, чувствуя тепло и защиту родных, вскоре снова уснул, на этот раз без кошмаров.

***

      Утро встретило Тэхёна робкими лучами солнца, пробивающимися сквозь шторы. Он открыл глаза и сразу же увидел рядом лица своих отцов. Джин нежно улыбался, а Намджун поправлял сползшее одеяло. В голове всплыли обрывки ночного кошмара, но тепло отцовских объятий быстро развеяло остатки страха.       За завтраком Тэхён был особенно тих. Он ковырялся в тарелке с овсянкой, время от времени бросая взгляды на родителей. Джин заметил его состояние и, присев рядом, ласково спросил: – Ты все еще боишься, Тэхёни?       Мальчик кивнул, чувствуя, как в груди снова зарождается тревога. Намджун подошел к ним и, присев на корточки перед сыном, взял его руки в свои. – Расскажи нам, что тебе приснилось, – предложил он мягко. – Иногда, когда мы говорим о наших страхах, они становятся меньше.       Тэхён, немного поколебавшись, начал рассказывать о чудовище, которое пряталось под его кроватью, о темных коридорах и зловещих тенях. Чем больше он говорил, тем легче ему становилось. Джин и Намджун внимательно слушали, не перебивая, лишь изредка поглаживая его по руке в знак поддержки.       Когда Тэхён закончил, Намджун обнял его и сказал: – Мы понимаем, что тебе было страшно. Но помни, что мы всегда будем рядом, чтобы защитить тебя от любых чудовищ, даже тех, что живут в твоих снах. А сегодня вечером мы проверим вместе твою комнату, чтобы ты убедился, что там нет ничего страшного.       После завтрака Намджун предложил Тэхёну заняться чем-нибудь интересным, чтобы отвлечься от кошмара. Они решили построить крепость из подушек и одеял прямо в гостиной. Джин присоединился к ним, и вскоре комната превратилась в настоящее поле битвы, где главным оружием были смех и хорошее настроение. Тэхён забыл о своем страхе, увлеченно участвуя в строительстве и обороне крепости.       Вечером, перед сном, Намджун сдержал свое обещание. Он вооружился фонариком и вместе с Тэхёном тщательно осмотрел каждый уголок комнаты. Заглянули под кровать, в шкаф и даже за шторы. Убедившись, что в комнате нет никаких чудовищ, Намджун включил ночник и прочитал Тэхёну сказку.       Джин принес теплое молоко с медом и поцеловал Тэхёна в лоб. Он прошептал: – Сладких снов, Тэхёни. Помни, мы любим тебя больше всего на свете.       Тэхён, чувствуя себя в безопасности и окруженный любовью своих отцов, быстро уснул. Ему снились яркие и радостные сны о приключениях в построенной днем крепости. Чудовища больше не беспокоили его, а на их месте появились смелые рыцари и добрые феи. Утро встретило его уже без страха, а с улыбкой и предвкушением нового дня, полного любви и заботы.