Звезда надежды

Джен
R
В процессе
46
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Миди, написано 38 страниц, 6 частей
Описание:
Выясняется, что появляется еще один человек, прибывший извне. Он не герой, не имеет оружия и выглядит как обычный иностранец.

Дио Брандо — противоречивая фигура, что мечется на грани самого настоящего зла и капли добра. Судьба ведет его путь к исправлению. Отбросит ли он свою вековую решимость?
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
46 Нравится 39 Отзывы 10 В сборник Скачать

Часть 4. Надежда

Настройки текста
Подземелье едва не погружалось в тьму, если бы не огонь факела, единственного источника света. Алые языки скользили по узким коридорам, оставляя позади тьму. В которой кроился холод, успешно вытесняющий крошечные зачатки тепла. Звенящая в ушах тишина раздражала. Рина вздохнула; перспектива снова оказаться на нижней палубе корабля казалась соблазнительнее. Как оказалось, даже там чудесные виды виднелись сквозь окошки в комнатах, а шум волн никогда не оставлял ее в тишине. Не учитывая, конечно, суетящихся кухарок и служанок, что частенько спускались в подвалы то для подбора продуктов, то для уборки. Они просто были само собой разумеющимся, создавая необычный уют и правильность своим присутствием, в то время как подземелье было чересчур тихим и казалось без единой души внутри, будто гробница. Тяжелые шаги мужчины внезапно привели в чувства. Рина вздогнула. То ли от холода, то ли выйдя из пучины своих мыслей. Она оглядела свои дрожащие ноги и потуже затянула бинт, одолженный одной из служанок на прощание. Синяки и царапины ныли, напоминая о себе когда она вновь проходилась по каменистым дорожкам. Она сосредоточила на них взгляд, вглядываясь в грязный бинт. Не подумайте, боль мало пугала. Хотя и досаждала, не затягиваясь из-за активного пребывания на ногах. Скорее, пугало ее состояние. Она коснулась кожи лица, чувствуя появившийся из ниоткуда пот и жар. Попыталась сморгнуть тревогу и глубоко вздохнула проморзглый воздух. Голова неприятно закружилась, а ее веки тут же потяжелели, прикрывая сухие глазные яблоки. Усталость была налицо, а вялость движений только умрачала ситуацию. Кулаки сжались. От прежней нее осталось имя. В какой-то степени она была рада, что не видит саму себя. — Торопись, Рина. — окликнул рабовладелец. Голос мужчины эхом отбился от стен, проникая в самые узкие щели. По интонации Бенджамин был раздражённ, однако его шаги резко приглушились, и стало понятно, что тот замедлился. Рина мысленно расслабилась, выравнивая дыхание. Она видела, как другие рабовладельцы обращались со своими рабами, и ей было крайне повезло. Такое исключение Бенджамин допустил дважды, впервый раз купив достаточно дорогие лечебные мази для заживления печати. А печать имела очень неприятные последствия. Она провела рукой по саднящей метке, оценивая состояние. Метка представляла собой незнакомый ей символ, что светился и отдавал магией чувствуя сопротивление хозяину. Сейчас, правда, она ее не беспокоила. «Быть может, я смогу выжить» — неуверенно подумала Рина. Мысли про будущее она нарочно откидывала, цепляясь за настоящий момент. Искры надежды упорно не разгорались в сплошном тумане неизвестности, а потому, оставалось ждать. Так всегда говорила ее мать. Мысль о ней всегда утешала. Её спокойный голос, плавные движения и улыбка на устах отпечатались в памяти, обдавая нужным ей сейчас настроением. Сможет ли она увидеть ее снова? Рина прикупила губу, сдерживая порыв досадного вздоха. — Итак, — начал Бенджамин, делая паузу. — Мы прибыли, юная Рина. — Рабовладелец распахнул деревянную дверь, открывая взор на небольшое помещение, окутанное тёплым огнём. В отличие от подземелья, помещение имело достаточное освещение, а метнув взгляд к многочисленным колбочкам и магическим артефактам стало понятно почему. Пользовался ли Бенджамин всеми безделушками оставалось неизвестным. Быть может, тот был всего-навсего коллекционером, а может безумным учёным. Хотя во второе верилось с трудом. В следующий миг ее взору бросились огромные клетки, каждая из которых была накрыта полотном. Рычание, стоны, шипение и различные звуки сыпались со всех сторон. Они были ужасающе отчаянными, низкими и почти звериными. Словно далеко зарытый инстинкт вопил, заставляя тех надрывать горло и кричать без устали. Яркий и короткий свет заполнил некоторые из клеток, сопровождая грохот. Тёмные полотна слегка развивались на ветру, создаваемый странным светом. Рина быстро догадалась, что это эффект печати, и так же быстро почувствовала страх. Липкий и скользящий по спине противными мурашками, страх сковал мышцы, заставляя напрячься. Она боролась с желанием стиснуть зубы и крепко зажмуриться, абстрагируясь от ужасающих картин разрыгравшегося воображения. Но вместо этого стояла как в ступоре. Разум твердил: «ты можешь оказаться на их месте». И Рина верила. Оглядываясь назад лицо Бенджамина внезапно исказилось, и теперь, глядя глазами полными ярости и страха, она заметила проскользившую тень злорадства. * * * К сырому воздуху и нескончаемой тьме прибавилось еще пять стен, создающие симметричный квадрат. Ее провели в еще более крошечное пространство, чем комнатка на палубе. Впрочем, это не помешало найти специфическое занятие. Клетка, очевидно, была зачарована. Полупрозрачные прутья, почти сливающиеся с окружающей тьмой и темным цветом полотна подверглись изучению. Если это можно было назвать таковым. Рина без надлежащей подготовки осторожно потянулась к ним, все еще неверя в их действительность. Они казались лёгкими и нереальными, что коснись ты не почувствуешь их вовсе. Но реальность была многообещающей. Лёгкое отторжение не дало в полной мере прикоснуться к прутьям, а так же высунуть какую-либо часть тела из щелей между ними. При всем желании сдвинуть кусок ткани у нее не получится, не говоря о том, чтобы стянуть. Этот вывод прервал ее краткое любопытство, заменяя его досадой. Но тем не менее магия показалась ей удивительной. — Что я здесь делаю, сэр? — обратилась Рина к Бенджамину, все еще чувствуя скованность и страх по отношению к нему, пусть полотно отделяло ее от прямого контакта. Мысли заполняли многочисленные вопросы к нему, к этому месту, о ее предназначении и дальнейшей судьбе. Она мысленно сказала себе прекратить, ибо не придет ни к чему без какой-либо информации. И успешно начав разговор, продолжила медленно задавать вопросы: — Где мы? — Зельтбуль. Главный колизей, подземелье. — легко выдал он, явно не ожидая чего-то неожиданного от раба. — И что тебе это дает? — далее поинтересовался он. — Я хочу знать с чем имею дело. — Намереваешься сбежать? — по ту сторону послышались шаги, и становясь все громче, в конце-концов прекратились. Край полотна вздернулся, и Бенджамин аккуратно отодвинул его, глядя на нее теперь в упор. Он сжал прутья и сказал: — Дерзость никого до добра не довела. Страх снова окутал тело, и теперь, сидя в оцепенении, даже дышать становилось трудным. Клетка внезапно стала настолько тесной, что накатывающая клаустрофобия захватила ее, сдавливая ее внутренности изнутри. Но Рина держала зрительный контакт, смотря в прищуренные глаза и дрожа всем телом. Он молчал, выжидая каких-то слов. Когда смотреть уже стало невыносимо, она резко отвела взгляд. В тот же момент в дверь настойчиво постучали. Бенджамин выругался и наспех накинув полотно, направился к выходу. Дверь захлопнулась. Помещение охватила тишина. Даже звуки рабов затихли и померкли, будто хлопок имел гипнотический эффект. За дверью послышалось копошение, чьи-то голоса и звяк чего-то металлического. Слух Рины напрягся. Впервые она была благодарна своей полузвериной сущности за некоторые удобства. Например чувствительный слух. — Мы можем решить это несколько по-иному. — сказал Бенджамин, явно чем-то обеспокоенный. — Сэр, нас это не волнует. Проведите нас для осмотра вашего помещения, если там ничего нет мы не побеспокоим вас. — теряя терпение продолжал гвардеец, держа в руках угрожающе блестящий меч. — Идешь против закона? — недовольно добавил его компаньон. — Впускай нас! — Это частные владения! Вы должны удостоверить меня в том, что они лично дали разрешение на вторжение в мои владения! — Если им что-то нужно получить, они делают это наиболее эффективно. О формальностях речи нет, а теперь...— ныне молчавший гвардеец направил острие меча прямо на Бенджамина, кривя губы. — веди. Больно подозрительный ты, а, Бенджамин? Бенджамин вздоргнул, утвердительно хмыкнув. А чуть позже, тише добавил: — Вещи не трогать. — Ничего не обещаем. Скрип вновь разорвал воздух, а следом в комнату ступили три массивные фигуры. Шаги обоих из которых были тяжелые и уловимые даже человеку. Металлические лязги исходили от них же. «Гвардейцы?» — удивилась Рина. Она подвинулась к стене, все еще ощущая барьер. Открытие шкафов, хлопки дверей и звяканье чего-то стеклянного свидетельствовали о тщательном осмотре. Они явно что-то искали. — Как я смотрю, ты держишь рабов. — лениво протянул один из них, приближаясь к самым первым клеткам. — Конечно. Такие ублюдки как ты не прочь поразвлечься таким способом. — Пошевеливайтесь. — прошипел Бенджамин. — Ты что-то скрываешь. — рявкнул он, стягивая полотно. — Ты думаешь, мы не замечаем? — лицо его тут же скривилось, заметив обезображенную фигуру. Он быстро прошёлся взглядом по истощенному телу, тут же теряя интерес. — Этих ты явно довёл. Они сказали что товар ценнен, значит к нему ты отнёсся более благоразумно. Не так ли? — предположил он, пройдя уже несколько клеток с измученными рабами. Бенджамин промолчал, явно сдерживая порыв ненависти к этим людям. Рина ощущала невидимый барьер вражды между ними, подобный тому, что окружает стены клетки. Она сглотнула. Сердце забилось быстрее, и чувства обострились. Топот чужих ног приближался все быстрее, и рабы, один за другим испытывали настоящий страх загнанного животного. Они искали не что-то, а кого-то. И меньше всего она хотела оказаться на месте этого «кого-то». — Неужели ты ожидал нашего прихода? — с изумлением и гневом выпалил он после осмотра всех клеток. — Невозможно. — опроверг гипотезу его приятель. — Товар тут. — Его нет! Ты! Отвечай, где?! — рыкнул он, прижимая несчастного к стене. В ту же секунду холодный металл прикосался к горячей коже. — Убьете меня? — Бенджамин вздохнул глубже, пытаясь отодвинуться от оружия. — И это вы смеете судить меня за рабовладельчество? Да вы ничем не отличаетесь от меня! — прохрипел он. — Замолкни. — отрезал второй, но более хладнокровно, нежели его импульсивный компаньон. Шарящий взгляд Рина почувствовала очень быстро. Такой проницательный и твёрдый, что казалось, будто он видит ее насквозь. Но она все еще смотрела в тёмную простыню, которую никто и не думал трогать. Почему ее не проверили? Куда поместил ее Бенджамин? Тупое ожидание пугало. Неизвестность пугала. Желание наконец вытрясти ответы подавлялось здравым смыслом, который говорил, что жить она еще хочет. А потому страх усилился. Ожидание было как никогда мрачным и пугающим. Прошло неизвестное количество времени. Рина была не уверена. Быть может час. И все это времени были слышны только шаги, а потом хлопок. Несколько минут назад все притихло настолько, что ее слух не улавливал ни шагов, ни скрипа досок, ни треска огня. Паника охватила ее, казалось, будто они исчезли. Но это невозможно! На мгновение ей показалось, что она засыпает или хуже того, бредит под стрессом. Но тихие всхлипы и стоны заверили в обратном. Другие полулюди оставались тут. При мысли о них щемило сердце. И даже не видя их, она знала, что они страдали. Бремя раба было одним из самых жестоких судеб, которые она могла представить. И даже разделяя его с ними, она чувствовала что ей неоднократно повезло. Однако она сосредоточилась на том, чтобы найти их. Или опять броситься в терпеливое ожидание, потому что мысль о затаившихся где-то гвардейцах, ждущих ее выхода все больше наталкивала на второе. Решиться было не трудно. В воспоминаниях пробилось смутное очертание цитаты, автор которой был никому неизвестным. «Когда стоишь перед выбором, просто подбрось монетку. Это не даст верного ответа, но в момент, когда монетка в воздухе, ты уже знаешь на что надеешься.» Монетки, правда, не было. Но она уже знала, что терпение и ожидание единственное, что ей сейчас поможет. Она не дастся так просто. Она выживет. Вот только скука казалась еще более трудным препятствием. Спустя час без движения, она осторожно размяла конечности, надеясь не издать и шороха. Спустя еще час она не слышала ничего, кроме стука собственного сердца. Надвигается что-то неладное. Спустя два часа, шаги возобновились. Услышать что-то, кроме самой себя было наряду с божьим даром. Терпение явно не ее конек. Вот только минутная радость быстро потанула камнем, осознав, что это могут быть они. Полотно дрогнуло. Сердце пропустило удар, и она молилась, чтобы это было случайностью. «Прошу. Прошу.» — думала Рина. — Здесь кто-то есть? — с сомнением крикнул Савва, разрывая гнетущую тишину. Что он тут делает? Что Савва тут забыл? Что произошло? Хотелось выпалить вопросы разом, и впрочем, на сей раз она не сопротивлялась внезапному желанию. — Я тут! — с опаской ответила она, немного расслабляясь. Полотно окончательно слетело, впуская яркий, солнечный свет. Глаза в ту же секунду зажмурились до разноцветных пятен. Сколько она пробыла в темноте? — Этот хитрый лис надёжно спрятал тебя. Кто же знал, что тот владел магией. — пробурчал он, глядя на ошарашенную девочку. — Что вы тут делаете? Где тот человек? И как вы устранили их? Что произошло, в конце-концов! — почти срываясь выпалила Рина. — Замолкни, дитя. — раздражённо сказал он. Долгая пауза заполнила пространство, но словно почувствовав грань, он продолжил: — Вопросы не к месту, я вытащу тебя, а дальше мы отправимся в путь. Объясню позже. * * * Прошло не слишком много времени, с тех пор как они сели опять на корабль. Шум волн и качание вновь ворвались в обыденную жизнь. Казалось, будто она уже проходила это. Но в тоже время все было по-другому. Словно недостающая часть наконец нашлась, делая движения увереннее, а взгляд чётче. Будто будущее уже предрешено, и как ни странно, в позитивном ключе. Вечер приближался медленно. В этот день солнце не хотело покидать горизонт, упорно освещая все жёлтыми красками вплоть до девяти часов вечера. Запах морской воды, солёный и холодный будоражил, отдавая мурашками. Хотя были ли они вызваны лишь морем неясно. Чувство чего-то грандиозного не покидало. Она с нетерпением ждала разговора с Саввой, желая узнать правду; Которая, возможно, изменит все. И словно читая мысли, вуаль темноты накрыла небо, давая место ночному светилу. Наступали сумерки. Это означало начало чего-то нового для Рины. Стремительно темнеющее небо будто очищало разум. Любование бескрайним пространством с тысячами и тысячами небесных тел оказывало гипнотическое спокойствие. Дуновение ветра ласкало слух. Отстранённость от происходящего пришла в тот же миг. Это было утомительно... Клетка, рабы, подземелье. Куча вопросов. Она не забывала все это. Это несомненно было важно. Но она понимала, что сейчас слишком устала. «Звезды...» — невзначай подумала Рина, глядя в упор на небеса. Чувство безопасности заполнило ее от полного одиночества и облегчения. Вздознув полной грудью, она почувствовала себя заблудившимся путником, надеявшимся на звезды. Урчание донеслось внезапно, вырвав оную из транса. Желудок издавал протяжные звуки, напоминая о кромешной пустоте с самого утра. Ненароком представилась тарелка объедков, принесенная служанками. Аппетит на удивление не пропал. Есть хотелось зверски. Будет ли Савва любезен, чтобы купить ей нормальной еды? — Стоит поесть. — желудок согласно заурчал. Буфет был огромным. Светлым, чистым, роскошным! Рина могла перечислять вечность. Обычные таверны сквозили похмельем или домашней стряпней, вызывая воспоминания из деревни. Девочка даже чувствовала себя уютно там, но тут было по-другому. Пахло иностранными специями, цветами, что были расставлены по всем столикам и дорогим парфюмом ("они что, все пользовались одинаковым?"–подумала она). Все это смешалось и заставило голову закружиться от констратирующих запахов. Но нельзя было сказать, что было неприятно. Масляные лампы, часто использующиеся для освещения, издавали более горький и душный запах, забивающий ноздри. Они же тут отсутствуют. Но свет даже ярче и теплее ударил в глаза, заставляя прищуриться. Скорее всего, использование магии. Пробраться сюда не составило труда. Стоя у входа и переминаясь с ноги на ногу, Рина в восторге заостряла взгляд на леди. Летние платья с сочными оттенками, красиво уложенные волосы и сверкающие украшения. Оглядываясь на свои тряпки становилось дурно. Впрочем, желудок вновь заныл, прерывая поток впечатлений. Она вспомнила свою первоначальную цель: поесть. Собираясь сделать шаг вперёд, зайдя в помещение, кто-то схватил девочку за плечо. Ее лицо резко устремилось в противоположную сторону от двери. Неизвестный тут же прояснился, и мужчина не мог не вызвать раздражение. Савва невозмутимо осмотрел ее с ног до головы, и сказал: — Куда собралась? Я думал тебя распирает любопытство. — Если я пришла в буфет, то, очевидно за едой. Вы ее кстати не удосужились мне оказать. Савва улыбнулся. — Что ж. Действительно! — он потянул ее за руку, ведя за собой. Рина снова резко развернулась, ноги подкосились и она почувствовала стыд, падая прямо перед входом. — Заодно я отвечу на твои вопросы. — и тут же добавил полюбившуюся фразу: — Нам еще уживаться. — Уживаться?! — пораженно воскликнула она, ловя недовольные взгляды. — Я же сказал, все объясню позже. Они прошли к столику в дальнем углу, отделенный от большого скопления людей. Официантка любезно приняла заказ, растворяясь у входа в кухню. Предстоящий разговор еще сильнее вызвал голод. Хотелось занять чем-то рот, который она из вежливости держала закрытым. Вопросы чуть ли не сыпались наружу. Решив начать задавать их по одному, она начала: — Как...как я спаслась? — Чистая удача, юная леди. Я не думал, что однажды вернусь к проданому рабу, честно скажу. — Он отпил от бокала немного вина. — Как я и говорил, Бенджамин хитер. А еще аморален. Но что уж греха таить: все мы. — К чему вы клоните? — Жди, дитя. — упрекнул ее он. — Он давно имел проблемы с властями. Нелегально приобретал рабов, не платил налоги и крал у них же. Последнее, что он украл у них из под носа была ты. «Я? Почему?» — подумала она, не смея задавать вопросы вслух. Хотя это беспокоило ее большего всего из сказанного. Она всю жизнь жила вместе со всеми зверолюдьми. На кой черт она понадобилась властям Зельтбуля? Савва указал на маленькие огоньки по всему потолку, продолжая: — Видишь? Это магия. Знаешь скольким людям удаётся ее в себе пробудить? — Рина покачала головой. — Ничтожно малому количеству. И как думаешь, что происходит, когда конфет не хватает всем детям, но увы, делиться никто не хочет? — Каждый отстаивает свое право. — Именно. Больше всего их имеет Мелромарк. Хотя Зельтбуль не сильно отстаёт от него, но превосходства хочет. И ты одна из магов. — Но.... — Подожди. Как я говорил, ты одна из тех, кто имеет к ней предрасположенность. Высокую. Власти, видимо, проверили твой уровень магии и пришли к такому выводу. Поэтому ведётся своеобразная «охота». Уже послали гвардейцев чтобы привести тебя, пока ты не освоила ее где-то еще. — И как это связано с вами? — ошарашенно сказала на все это Рина. — Ты освоишь ее под моим руководством. — закончил он. — Что? Но зачем я вам? — Магия не шутки, Рина. — Савва вздохнул, откидываясь назад. — Мне в принципе нет дела до людей, которым ты навредишь. Мне есть дело до прибыли. Взамен на то, чтобы учить тебя, дать тебе жилье и пищу я хочу, чтобы ты вскоре позволила мне продать себя королю. Ты будешь не одна. — Как я могу вам верить, черт возьми? — чувствуя влажность в уголках глаз прошептала Рина. — Ты и не должна. Хотя достаточно того, что я не дал тебя в руки к этим животным сразу. Они, знаешь ли, право имеют делать с тобой все, что захотят, пока не доставят, ссылаясь на то, что это сделал Бенджамин. — То есть теперь я должна быть вам благодарна? — дрожащий голос и мурашки выдавали сразу две эмоции: ярость и печаль. — Как знать. — Нет! — Я не спрашивал, Рина. — внезапно голос Саввы стал жёстче, и словно отрезая неровности, он добавил: — Я уже сказал, что преследую одну цель: прибыль. Я пытаюсь найти подход, чтобы было выгодно и тебе и мне. Рина коснулась печати. Она была на месте. — Печать? — Моя. Я сделал новую, пока ты спала. Слезы окончательно вырвались из глаз. Прокатившись по щекам, она упрямо вытерла их несколько раз. Нет. Ей нужно время. — Мне просто нужно время. — тихо сказала она. — Ждать никто не станет. — пожав плечами ответил он. Еда уже не казалась такой вкусной.
Примечания:
простите за долгую задержку. часть переписывалась много раз:о возможно вы забыли действия, происходящие в прошлых частях, поэтому перечитайте при необходимости.

новая героиня вошла в историю хехехе
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты