Трансформеры. Драблы и пейринги

       — Ты не в меру глупа от своей доброты, и это тебя убьёт. На войне медиков убивают первыми. Запомни. — Я должна тебе сказать… Кое что. Очень важное!.. — Меня это не интересует.       Вайлет Зиро не была солдатом. Никогда. Ведь вправду говорят, что, даже если ты силен, как Юникрон, но имеешь искру, подобная искре Праймаса, то не сможешь и кибержука обидеть. Однако эта жизнь… Эта война ставит все точки на свои места. Соединяя и отдаляя. Закаляя или разрушая волю к жизни.       Кто-то может сказать, что это трусость, а кто-то великим благородием. Но ни одна из фракции, ни автоботы и ни десептиконы не желают кого либо в своей армии, кто не сможет сражаться на равных с ними. Но что можно вообще сделать, если ты действительно не умеешь ни сражаться, ни защищаться?       Небольшой космолет для одного бота плавно приземляется, поднимая столб пыли под собой из-за движка, который гонял воздух по турбинам. Старый джет был изрядно потрепан и казалось бы, как вообще взлетает в космос? Но нельзя забывать о таком крохотном и очень капризном феномене, как удача. — Будьте бдительны, — отдаёт приказ человек. — Это может быть враг.       Оружие наставляются к притихшему звездолету, который, как будто наблюдал за ними, ожидая от них первого шага. Стоящие подле людей автоботы, в кои число вошли Оптимус, Ретчет и Джаз, с готовностью держали плазменные пушки. Мираж и Бамблби были ещё дальше, держа периметр под присмотром.       Кто-то откликнулся на автоботский сигнал о помощи. Кто-то. Неизвестно ещё кто. Либо враг, либо союзник. Но кто бы ни был, они оказались первее, чем десептиконы.       Наконец-то задвижные двери открываются и солдаты с большей настороженностью прицеливаются. Из джета выходит низкая, но массивная фигура, не разобрать инсигнию. Слишком толстая броня и фейсплейт скрыт визором. В руках несёт винтовку, выставив дуло в сторону встречающих лиц. Даже гендерное представительство не разобрать.       Оптимус поднимает манипуляторы и медленно подходит, дав сигнал тем самым своим ребятам, чтобы прикрыли его. Массивная фигура перед космолетом не двигается, но, по мере приближения Прайма, оружие опускает. — Я — Оптимус Прайм, командир отряда автоботов, — представился мех. — Назови себя.       Оружие совсем опускается и солдаты вокруг немного расслабляются, ведь никто, кроме союзника пушку перед Праймом не опустит. Неизвестная фигура нажимает на середину честплейта, после чего броня начинает трансформироватся, раздвигаясь в стороны и освобождая внутри находящуюся довольно хрупкую фигуру фемки, которая до сих пор была в визоре, отчего фейсплейт никак нельзя было разглядеть. — Оптимус, неужели ты?.. — Таким мягким голосом спросила фемка напротив. — Как я рада тебя видеть!       Мех вздрагивает, анализируя тембр, сверяя со всеми другими, что он когда либо слышал. Голос к своему удивлению он узнал и даже обрадовался. С лёгкой улыбкой подойдя к небольшой фемке и, протянув раскрытые ладони, Оптимус слегка сгорбился, чтобы уровняться с ней ростом. На раскрытую ладонь фемка положила свои крохотные манипуляторы поверх его широкой, после чего склонила голову на бок, а на чёрном визоре появился эмоджи в виде улыбающего фейса. — Вайлет, — произнёс с такой доброй интонацией Оптимус. — Ты не выходила на связь с начала войны. — Десептиконы ловили мои линии и я не стала рисковать… Ты же знаешь, я такая трусиха. А ты совсем не изменился, даже твоё эм-поле!       Кроссхейрс стоял дальше командира, но прекрасно слышал их. Он посмотрел на Прайма, а потом на фемку. Потом опять на Прайма, затем на фемку. И снова. Ещё раз. Казалось, что они сейчас радугу между собой пустят от милоты общения. Буэ…       Когда Прайм поднимает сжатый кулак и раскрывает его, команда опускает оружие. Сигнал о том, что все хорошо. Но все равно никто не рисковал подойти, ожидая, пока Прайм и неизвестная фемка сами не подойдут. Со стороны казалось, что они уже все на свете обсудили.       Оптимус сам по существу был очень чутким и спокойным, однако сейчас он как будто стал куда мягче, словно перед ним кто-то особенный.       Подойдя к своим солдатам вместе с пилотом, Оптимус представил ей свою команду. — Ретчет, — обратился к своему старому другу Оптимус, на что мех слабо кивнул. — У тебя будет прекрасный помощник. Вайлет — квалифицированная ассистентка с большим опытом. Работала с Ультра Магнусом длительное время и была личным лечащим врачом. Вы обязаны поладить.       Не сказать, что он обрадовался, но… Тоже ничего. Им сейчас больше военная сила пригодилась бы, чем медицинская. Да и зачем ещё кто-то, если, есть Ретчет, который ещё и солдат? Она ведь будет лишь дополнительным энергоприемником, когда и так энергона хватает кое как. — Это моя команда, Вайлет, — обведя всех рукой, произнёс командующий. — Кроссхейрс, Бамблби и Мираж. Мои солдаты, лучшие в своём деле. — Очень приятно познакомиться. Мой позывной Вайлет Зиро. Я из Воса. Буду рада с вами работать.       Такая… Милая. Голос был спокойный и тихий, добрый и ласковый. Даже скрывая свой фейсплейт эта фемка внушала доверие лишь своим голосом и добрым эм-полем, от которого у всех пошли мурашки по корпусу. Но с другой стороны… Разочаровала.       Не солдат. Не воин. Мало проку будет от неё.

***

      С людьми общий язык найти оказалось проще. Она часами напролёт общалась с представителями этой планеты, слушая о флоре и фауне, попутная изучая материки и сверяя с данными, что она получала от своих людей. Солдаты, которым льстило такое внимание трансформера к своей персоне, с радостью пошли на контакт, ведь другие боты только носы вертели, хоть этих носов у них и не было.       Ребята, которые разбирались в джете на раз и два разобрали космолет, так как на ещё один вылет он не годен. Сайдсвайп и Мираж сконструировали из обломков оружия и дополнительные щиты, пополнив запас вооружения. Кроссхейрс и Бамблби слили все топливо и на всякий случай оставили «в дальний ящик». В тяжёлые времена даже такая ерунда может пригодиться.       Оптимус отдал фемке свой отсек, перекочевав к Ретчету, за что Вайлет была очень благодарна. Отдыхать сидя в джете не смертельно, но очень утомительно. И первое время оффлайна, фемка просто наслаждалась комфортом горизонтальной плоскости, вытянувшись во всю длину своего роста. — Откуда ты знакома с боссом? — Спрашивает Кроссхейрс. — Когда Оптимус ещё не был Оптимусом, мы работали в отделе хранения архивов Иакона, — отвечает дружелюбно Вайлет. — Тогда я только вернулась с Воса и собиралась поступать в академию медико-санитарной помощи военного профиля. Хорошие были времена.       Зелёный автобот осмотрел хрупкий корпус фем и недоверчиво нахмурился. Она была такая… Сколько ей там тысяч лет? Ну, хорошо сохранилась. Корпус пусть и был в царапинах, все равно дефектов не имел. И присутствие визора вместо фейса скрывал её настоящий возраст, отчего и не верилось, что она далеко не молодая дамочка. — А десептиконы… — произносит фемка, решив поддержать общение с автоботом. — Эм… Много их? — Не мало, хватает на каждого по десятке, — усмехнулся Кроссхейрс. — Тебе волноваться нечего. Ты же не воин.       Шпилька в её адрес. Вайлет пропустила колкость мимо аудиосенсоров, понимая, что они ожидали встретить более подготовленного бойца, а не очередную бесполезную фемку, с навыками медика. Их обиду и разочарование можно понять. Она не держит зла.       Когда на базу в следующий день возвращается Айронхайд, то, увидев Вайлет, растерялся, в непонимании смотря на тёмный визор вместо фейса. И кажется сама фемка тоже была удивлена, отступив назад и уставившись на здоровяка с долей тревоги и страха. — Простите, — шепнула фемка. — Чуть не наехала на вас…       Скорее он бы наехал на неё. Одно неверное движение и сшиб бы её с ног, не дай Праймус раздавив. Конечно она не столь мала, как Арси и Хромия, но все же… Будучи того же роста, что и Би, незнакомка была тонка и изящна, не имея ни одного сплава дополнительной брони. — Ты новенькая, про которого Прайм говорил, — по привычке рассуждал вслух мех. — Ты воин? — Нет…       «Тогда не интересно» — читалось во взгляде Айронхайда, а после и ушёл, обойдя её стороной, видимо, чтобы не терять время на пустой трёп.       Да и фемке некогда было оставаться на месте, так как в медбей привезли Сайдсвайпа, который на поле боя еле выкрутился от неприятностей, когда внезапно один сервопривод отказал в работе.       Вайлет уже догадывалась в чем проблема, так как это часто встречаемая беда у колёсных форм.       Сайдсвайпа в начате поймали на том, что тот стал хромать, пусть бедолага скрывал, как только мог, но сегодня на задании он дал слабину, отчего чуть ли не лишился головы. Оптимус дал прямой приказ, отчего и пришлось подчиниться, направившись к Ретчету, но, увидев, что вместо него сейчас новенькая фемка, обрадовался, что сможет ускользнуть от осмотра, но… Не учёл, что Вайлет куда настойчивее, чем Ретчет, а отпускать больного фемка и не думала. — Не будь занудой, — фыркнул бот, отступая. — Скажи, что я здоров. — Нет. Будь так добр, сядь пожалуйста, — в мягком тоне проскакивает приказный тон. — Иначе я обездвижу тебя электричеством высокого импульса. Не смертельно, но неприятно. -… — Тем более приказы не обсуждаются.       Автобот хмыкает и садится на платформу, пока фемка доставала аппарат для сканирования. Работала она аккуратно, медленно, без лишних слов. Визор, заменяющий её фейс временами, под особым углом, как казалось Сайдсвайпу показывал некоторые части её лица. И ему будто бы показалось, что у неё алые линзы.       Проведя несколько манипуляций у его голеностопа, Вайлет заканчивает работу, после чего обращает внимание на хорошо слаженный корпус автобота, чего он сразу заметил с самодовольной улыбкой. — Нравлюсь? — Как самоуверенно, — по голосу фемки он понимает, что фемки улыбается. — Моя искра занята другим, к твоему сожалению. — Вот как? И кто же это? — Любопытство берет вверх. — Удиви меня, скажи, что это Прайм. — Прайм — мой старый друг. Не придумывайте… Просто твой корпус… Необычный, — произносит Вайлет, присматриваясь к манипулятору своего пациента, на что бот подозрительно хмурится. — Ты быстрый и ловкий. Броня обтекающая, в пространстве минимум сопротивления воздуху. — Да, — удивительно отвечает с некой радостью Сайдсвайп. — Она имеет три слоя! Заметила? — Похвастался бот, но тут же взял себя в руки, так как не хотел распыляться. — То есть… Конечно! Да, я быстрый и… Ловкий. — Встроенные мечи длиной в предплечье, — судя по голосу фемка улыбнулась, на что бот с облегчением расслабился, так как ожидать подкола не стоит, а Вайлет все ещё смотрела на его манипулятор. — Кибертрониум? Очень удобно при штурме здания и ближнем бою. А на дальние дистанции? — Спрашивает фемка, судя по голосу заинтересованная его корпусом. — Если не секрет разумеется. — Пулеметы, — отвечает серебристый бот и, трансформировав манипулятор в оружие, продемонстрировал ей, ухмыльнувшись. — Пятьдесят выстрелов в минуту и от десов только свалка. Но мне куда приятнее разрывать врага на части, чтобы удостовериться, что им БОЛЬНО. — А это? — Повернув манипуляторы, спрашивает Вайлет. — Ракетная установка… Вольфрамовая боеголовка. Самонаводящая? Даже по меркам Кибертрона довольно сложно управляемая. — Да, но… Откуда ты знаешь? — Удивился Сайдсвайп. — Ты же не солдат. Ты всего лишь… — Медик, — кивает фемка. — Это моя работа. Да и Ультра Магнус изрядно меня гонял к оружейникам, на «принеси и подай», чтобы пополнить запасы корабля. Там я и познакомилась вашими «игрушками».       «Сколько ей лет?» — Приходит вопрос вслед за её рассказом. Точно старше, чем он сам. Возможно ровесница Оптимуса, раз называет его старым другом. Но она… Такая хрупкая. Как смогла выжить в столь нелёгкое время? — Ты здоров, — подытожила Вайлет. — Гидравлику я закрепила заново, но тебе стоит иногда снимать колеса, иначе серво заржавеют. Приходи завтра, я ещё раз посмотрю, если дискомфорт останется, я заменю тебе его. — Окей, — кивает Сайдсвайп и, встав с платформы, ещё раз посмотрел на фемку. — А ты чего в маске? — Приём окончен, — постучав бота по шлему, напоминает фемка. — Не задерживайте очередь, пожалуйста.

***

      Вайлет любила эту жизнь, несмотря на войны, потери и тяжести. И она вправду была влюблена в того, в кого не стоит. В того, кто по другую сторону баррикады, кто опаснее и смертоноснее, чем любой другой солдат, пусть его первоначальной программой и не является военная подготовка. Но искра выбрала его.       А он?       Раз не убил её. Раз дал возможность скрыться, то может быть… Возможно, что он… Как это глупо. Он более не является тем, кем был раньше. Не на что надеяться.       Когда неделя пребывания на Земле приходит к концу, фемка садится за самодельный рабочий стол и пишет отчёт. Старая привычка. Некогда Ультра Магнус буквально над искрой стоял, чтобы она секунда в секунду приносила все документы и объяснительные, расчёты и затраты.       И в этот момент к ней обращается солдат. Человек. Кажется он назвался Уильямом. Фемка переводит в его сторону свой взор, а человек во весь рост отражается в её визоре. — Я могу чем-то помочь? — Вежливо спрашивает Вайлет. — Да, я хотел спросить, — поднявшись на лестнице к столу, говорит солдат. — Мне надо тоже отчёт сдавать, а про тебя мы ничего не знаем. В двух словах можешь рассказать о себе? — О, — заинтересованно тянет фемка и по тону голосу даёт знать, что настроена положительно. — Помогу, чем смогу. Я — полевой врач, временами модификатор по вооружениям. Не имею ничего общего с солдатами разнорабочими, так что на поле боя на меня к сожалению не стоит полагаться. — Но Ретчет тоже врач, — говорит Уильям. — И он отличный солдат. — Врач не убивает никого. Никогда. Даже врага. -… — Ретчет первым делом солдат, а потом врач, — отвечает так же фемка. — Ещё что-то хотите знать? — Ты колёсная? — Нет, — тихо смеётся Вайлет. — Я в целом не могу трансформироваться, майор. — Я думал, что все могут. — Нет, — по голосу человек понял, что она улыбается. — Я… Не могу пока трансформироваться. — О, прости, — говорит Леннокс. — Я слышал, как ребята говорили, что именно трансформация делает вас тем, кто вы есть. Неужели её не восстановить? Вдруг можно это… Вылечить?       Вайлет молчит, а человек не понимает, то ли она расстроена, то ли улыбается — маска наглухо закрывало её лицо. — Она цела, восстанавливать ничего не надо.       Разговор так и остался человеку непонятным. Открытость фемки удивляло. Леннокс не ощущал высокомерия, злобы или раздражения. Она так же спокойна, как Прайм, совершенно нет агрессии. И это послужило причиной для их разговора. Майор спрашивал всё, чего страшился или же стеснялся спросить, на что фемка отвечала так же охотно, как если бы общалась с высокопоставленной личностью, как Оптимус. И в скором времени об этом узнали и другие солдаты, которые желали посмотреть вблизи на трансформера женского пола.       «Они смешные» — думала про себя Вайлет. — «Ещё бы… Совсем ведь беты».

***

      Если в людьми контакт был наложен, то с трансформерами дела шли туго. Очень туго. Оптимус и Ретчет поставили её во главе распределения топлива для других солдат, чему Вайлет была благодарна — хоть какая-то работа. Рассчитывать, сколько кому надо было не в первой, так что справилась она великолепно, даже наоборот, смогла дать на несколько литров больше, чем они сами надеялись. Как? Разделила свою долю на других.       К концу дня, когда Вайлет дезинфицировала инструменты и проводила текущую уборку в медбее, согласно протоколу, к ней заглянул Оптимус за своей порцией энергона, которая поджидала его на столе. — Ты не приняла свой куб, — произносит Оптимус. — Это может быть опасно. Тебе ли этого не знать? — Я не могу… Вам нужнее.       Сожаление и извинение в её тоне не скрыть, да и без этого Оптимус знал, почему она не приняла свою порцию. Слишком уж они похожи, чтобы вдаваться в такие подробности. — Ты выполняешь такую же важную роль, как и другие солдаты, Вайлет, — садясь на платформу, говорит Прайм, но его собеседница не отвечает. — Но ты мне не веришь. — Для моего корпуса хватает половины куба, так что… — Раньше, — прервал Прайм фемку. — Раньше медики ценились наравне с Праймами, так как они единственные, кто могут вернуть боевую единицу в строй. Со временем эта иерархия ушла в небытие, а твоё ремесло стало второстепенным, но это не значит, что ты должна урезать стандартную долю на 36 часов. — Оптимус, я не вру тебе, — заверила Вайлет. — Не переживай. У тебя других забот хватает. И если будет нехватка энергона, я возьму один куб из резерва. — Ты мой друг, Вайлет, — положив манипулятор на её плечо, улыбнулся Прайм. — И ты друг Ориона. Я не хочу, чтобы ты пострадала. — Всё хорошо, здоровяк.       Но «хорошо» не было. Для растущей искры нужен был энергон. Но разве это важно, когда мира в мире нет, а любой мех может стать угрозой для жизни? Больше шансов спасти других, чем себя, так зачем вообще выбирать сторону меньшинства?       Прости, — приложив ладонь к середине своего честплейта перед оффлайном извинялась фемка. — Знаю, тебе тесно уже, но… Я его не нашла ещё.

***

      На войне может произойти всё, что угодно. Абсолютным быть уверенным — значит умереть. Всегда есть промах, всегда есть один недочёт. Нельзя быть уверенным даже в своей тени, ибо даже она в темноте покидает тебя.       Автоботы возвращаются с потерями. Потеряли жёлтого разведчика. Молодой ещё. Вайлет не думала, что в таком возрасте вообще берут в ряды солдат. Видимо он был действительно хорош. — Вайлет, ты идёшь с Джазом, — приказывает Оптимус. — Бамблби попал под завал и возможно остался один на один с Мегатроном. Мы прикроем тебя.       Фемка кивает и, уйдя в медбей, на короткое время оставила солдат, чтобы надеть камуфляж, броню, почти скафандр. Если до этого она была хрупка и совсем уж маленькой, то с бронёй теперь Вайлет была крупнее и прибавила в росте, став в шесть с половиной метров в длину. Вторичная броня сильно замедляла, но неплохо защищала. Да и никому в процессор не придёт думать, что она медик, которая является сладкой добычей для врага.       Выйдя из отсека, Вайлет повторно кивает Оптимусу, закрепляя пояс с инструментами, как и Ретчет. — Разделимся на группы. Ретчет, Сайдсвайп и Айронхайд. Вайлет, Джаз и Я. Наступаем.       Всё трансформируются в свои альт-формы, а фемка закрепляет колеса на подошве, чтобы придать ускорение. Когда машины один за другим стали выезжать, Вайлет покатила за ними, морально готовясь к длительной дороге. Ничего… Годы войны пусть и не дали силы, но уж точно дали ей выдержку и терпение.       Затея с поисками всегда рискованно — можешь и сам потеряться. И вроде все были рядом и близко, автоботы начеку, но всё же… Фортуна встала им боком. Спасибо, хоть не задом.       Угодив под минное поле, все рассредоточились. Вайлет помнит лишь одно — опора под стопам пропала. Провалилась в шахту, ухнув в неизвестное место, после чего проход засыпало землёй, наглухо замуровав фемку.       Какая досада…       Падение было недолгим, но болезненным, ощутимым. Колени подкосились, благо ничего не сломала. Угодила в какую-то щель, откуда выбраться было не так просто. И единственным выходом стало снять дополнительную броню, чтобы протиснуться в щель, где был видел проход чуть шире.       Комлинк молчал. Порода этого подземелья глушит сигналы. Беда не кончалась… Она оказалась не единственной, кого решил мумифицировать земля.       О… Праймус… Всемогущий…       Зажав энергоприемник, чтобы не разбудить такого же заключенного, как она, Вайлет с ужасом осознает, что при ней нет никакого оружия. Да уж, как будто это её спасёт.       Мегатрон… Собственной персоны.       Вайлет отступает обратно к щели, желая вернуться к своей броне и дождаться там подмоги, однако… Сенсоры Предводителя Десептиконов оказались на редкость чувствительными.       От шороха Мегатрон резко приходит в себя, после чего осмотрелся и, увидев, что один манипулятор попал под завал камней, прорычал проклятия, но тут же заметил застывшую фигуру фемки, которая кажется пыталась слиться со стеной. Стоящая в углу Вайлет не шевелилась, лишь изредка выдыхая, надеясь, что гладиатор её не заметит. Однако… Заметил.       Осмотрев её растерянный вид и, отсканировав её корпус, понял, что в ней нет модификаций и оружия. Фемка казалось, что приросла к стене, не выдавая признаков жизни. Её фейс скрыт визором, однако даже так Мегатрон прочитал испуг и страх. — Автобот, — прогремел Предводитель Десептиконов, на что фемка вздрогнула всем корпусом и ухмыльнулся. — Боишься? — Д-да, — честно ответила самым, что есть мягким тоном, на что Мегатрон нахмурился. — Очень.       Мегатрон смотрит внимательно. Пристально. Даже при том положении, что он обездвижен, сидит по сути без оружия, мех внушал дикий страх. Всем известно, насколько он жесток. Всем известно, скольких он убил и как стал тем, кем является. И не бояться его было настоящим безумием. — Я не помню тебя в ряду Прайма, — говорит десептикон и высокомерно дёрнул подбородок вверх. — Откуда взялась? — С Кристальной планеты… — отвечает очень тихо и неуверенно фемка. — Случайно тут оказалась.       Мегатрон смотрит на свой манипулятор, который застрял в стене и попробовал вытащить, однако всё отдалось болью и к тому же стена опасно начала сыпаться, словно грозилась его тут похоронить. И гладиатор оставил попытку выбраться самостоятельно, чтобы не ухудшить свое положение. Остаётся только ждать, пока Саундвейв не найдёт его. А пока… Почему бы не занять себя чем-то? Например…       Вайлет сидела в углу, неотрывно следя за мехом, который не мог даже встать на серво из-за застрявшей конечности в стене. И стоило ему снова перевести на неё взгляд, как весь корпус обдало холодом от страха. Казалось, от одного холодного взгляда Мегатрона энергон стынет в магистралях. Но… Кажется его сейчас она волновала в последнюю очередь, так как тот задумчиво потирал свободным манипулятором свой коленный сустав.       Последняя вылазка в Сахаре немного ухудшило состояние его корпуса. Все же некоторые условия этой планеты не пригодны для жизни даже для такой могучей расы, как Трансформеры. — Сустав… Болит?       Мегатрон не сразу понимает, что это обращение к нему. И лишь подняв взгляд алых линз на фемку в чёрном визоре, нахмурился. Чего ей надо? Неужели хочет ускорить свою кончину? — Сустав, — указывает Вайлет на его колено. — Он деформирован слегка… Со временем может привести к серьёзной неприятности в виде нарушения циркуляции энергона.       Как она заметила только… Мегатрон подозрительно смотрит на фемку, пытаясь найти подвох. Но он никому не говорил, даже себе в мыслях, что его беспокоит левое колено. Болит и болит, немного дискомфортно, но не критично. Из его армии никто, даже ближе находящиеся, не заметили этого.       А все-таки она не проста. Решила свой актив выкупить? — И что? — Хмурится Мегатрон, а после с издевкой спросил. — Вылечить хочешь? — Да.       Такое искреннее и чистое. В доказательство фемка роется в своём поясном «кармане», где хранились инструменты, доставая все наружу, демонстративно показывая, что тут нет подвоха. Психология солдата проста — жди опасности. Всегда и везде. И это она зарубила в своей памяти навсегда.       Встав, Вайлет осторожно подходит, понимая недоверие Мегатрона. В начале сев чуть дальше, фемка показывает несколько инструментов и пластик с жидкостью для смазывания сустава, а потом села ближе. И взгляд гладиатора мазнул по её корпусу, уже инстинктивно находя места для удара, однако… Он ожидал. — Позволите? — Спрашивает Вайлет, на что гладиатор запоздало кивнул. — У меня нет замыкателя для снижения болевой чувствительности. Будет немного неприятно, но… Думаю не сильно больно. Потерпите немного.       «Больно» — усмехнулся Мегатрон, но в лице остался холоден. Она и представить не сможет, что он чувствовал когда-то и насколько он теперь толерантен к этому ощущению. Понятие «неприятно» в её действиях тоже не было. Движения были плавные и осторожные. Было видно, что она не хочет доставлять неприятные ощущения своему «пациенту». Как мило. — Броня на углеродной основе, — обращает внимание Вайлет, когда вскрывает сустав, на что гладиатор хмыкнул. — Может питать корпус из собственной энергии для длительной изнурительной работы. Но ведь это свойственно для… -… Шахтёров? — Ухмыльнулся мех, обнажив клыки, а фемка вздрагивает. — Она не только питает, но и способна увеличивать мою массу в три и четыре раза. Ну? Такое в стилусах не написано? — Зато написано, что углеродная броня способна использовать оптические системы корпуса для выброса заряда плазмы, что куда эффективнее, чем пушки с реактивной системой залпового огня, пулемёта и дробовика из кибертрониума. А это средний арсенал любого солдата, — не отвлекаясь от работы, отвечает Вайлет. — - Также он устойчив для межкосмического броска через телепортационный мост на любые расстояния, минуя такие опасности, как серьёзные повреждения процессора и искры, в связи с изменением времени и пространства в космосе.       Мегатрон не стал отрицать, так как знает этого прекрасно, но очень сомневался в том, что кто-то может знать такие нюансы помимо него самого. Видно, что фемка прочитала не одну сотню архивов, но даже при таком багаже знаний нет ни одного оружия при себе. Будь она десептиконом, то он бы приставал к ней охрану, так как слишком уж ценны медики в его рядах. Но кто она? Почему он не видел её никогда?       Мегатрон не терпит не знать что либо. Поэтому визор на её фейсплейте напрягает. Он не видел её линз, не видел её выражения лица и эмоции. Незнание немного подтрунивало, но он понимает прекрасно. Эта фемка не опасна для него.       Но все же… — Я твой враг, — напоминает Мегатрон. — Ты могла убить меня, пока я был в стазисе, или хотя бы обезвредить. У тебя с процессором не лады? — Усмешка. — Может ты умственно отсталая? — Нет, — насупилась Вайлет, а голос дрогнул от обиды. — Я просто… Хочу помочь. — Врагу. — Я стараюсь об этом не думать, — честно отвечает фемка, копошась в его суставе. — Я не солдат, как вы поняли сразу, а рядовой врач. Меня учили помогать всем, кто нуждается в медицинской помощи. Мы разделены фракцией, но… Все ещё одного вида. — Ха? — Хмурится Мегатрон и на свое удивление смеётся. — Так бы и сказала, что ты умственно отсталая.       Глупые существа его всегда забавляли. А эта фемка просто переплюнула всех во всем мире.       Её это никак не задевает. Наоборот, она тоже смеётся, тихо и коротко. Не от того, что он сказал, а от того, что сказали это далеко уже не в первый раз. Можно ещё посмеяться над переменчивостью этой жизни, так как ещё утром она чинила Джаза, а теперь к концу дня копошится в сервоприводе Предводителя Десептиконов, который и ранил Джаза.       Вайлет уже не знает, кто прав, а кто нет. В этой войне уже нет ни начала и конца тоже не видно. — Я могу убить тебя прямо сейчас, — рычит гладиатор и в доказательство показал свои когти. — Тебе не говорили, что медиков убивают на войне первыми?       На острых, как бритва, когтях блеснул свет, отчего Вайлет не сильно дернулась. Эта реакция снова позабавило Мегатрона, но тот лишь сузил оптику, наблюдая за своей жертвой. — Говорили, — отвечает испуганно фемка. — Я наверное слишком… глупая, но не могу по другому. Если придётся умереть, то хочу знать, что всегда была верна жизни и помогала тем, кто хочет жить.       Странно. Мегатрон без лишних слов убирает манипулятор, продолжая следить за этой фемкой. Не сказать, что таких он не встречал. Были. Но очень давно, и лицемерили, играя роль праведных и верующих. Смотря на неё он видел лишь фемку, которая устала от того, что постоянно кому-то что-то чинит, лечит и соединяет, но при этом продолжает это делать, потому что это её работа.       Медики по своему опасны на самом деле. Они лучше, чем кто либо другой знают, куда ударить с минимальной силой, чтобы максимально принести ущерб корпусу. Тоже одна из причин, по которой их убивают первыми. Поэтому они и шифруются. Прячутся. Напяливают дополнительные бронеплаты, чтобы скрыть, что они медики, максимально желая быть похожими на обычных солдат.       Когда фемка откладывает инструменты, Мегатрон наблюдает за тем, как она капает из небольшой пластиковой емкости масло. Вряд ли органическое, судя по запаху что-то с энергоном, видимо собственного производства. — Что это? — Спрашивает Мегатрон, кивнув на жидкость. — Вам… Лучше не знать, состав омерзительный, — шепчет фемка, но мех прекрасно её слышит. — Это улучшит скольжение и механически очистить от песка, стружки и всякой всячины. В вашем суставе этого мусора хоть отбавляй.       Ну да, ему некогда проходить техосмотры и по каждой вмятине обращаться в медбей. — Готово, — произносит Вайлет и, слегка приподняв тяжёлый сервопривод гладиатора, не без его помощи, согнула и разогнула. — Надеюсь, было не больно.       Фемка убирает свои инструменты и, напоследок кивнув своей работе, посмотрел в сторону, где манипулятор Мегатрона был зажат в тисках валунов. Гладиатор проверял функциональность своего сервопривода, почувствовав, что действительно боль прошла, дискомфорта нет, а сустав просто прекрасно скользит между собой.       Обратив внимание, что Вайлет рассматривает его манипулятор, который застрял в стене, Мегатрон присмотрелся к ней. Так и не скажешь, сколько ей лет. Далеко не молода. Корпус сильно потрепан, несмотря на то, что не имел никаких дополнительных креплений. Фейсплейт бы все разрешил. Чёртов интерес. — Ты что задумала? — Рычит Мегатрон.       Фемка аккуратно проверяла манипулятор меха до предплечья, щупая стальные жилы, которые слепо заканчивались стеной. Натренированный манипулятор боли не чувствовал, но прикосновение ощущал прекрасно. — Повреждена срединная и правая боковая связка. Не восстановить, — произносит Вайлет. — Магистрали тоже… Не годятся для восстановления, только замена, наверное с аутоштифтом, иначе сустав отвергнет протез. -… — Думаю, у вас там специалистов хватает. — А в команде Праймов не без психов, как я вижу, — говорит Мегатрон и хмыкнул. — Тебя даже убивать скучно. — Простите, — по голосу гладиатор понял, что она улыбнулась ему. — Ох… Мой коллега раньше так же сказал… Кстати говоря Вы наверное его знаете. Шоквейв.       Надо же… Это уже интересно. — Шоквейв? — Нахмурился Мегатрон и приложил на свой лоб манипулятор. — И он тебя не убил? — Ну, тогда не было войны. Мы учились вместе. Защищали проект в академии и заняли места для дальнейшего бюджетного обучения, — отвечает фемка не утаивая ничего. — Интересно, каким он стал. Наверное большой и сильный. В академии он был самым талантливым и крупным. Очень умным. — Хм, — протянул задумчиво Мегатрон. — Хука знаешь? — Конечно, — с энтузиазмом отвечает фемка. — Правда, Шоквейв пару раз с ним… Не поладил. И я не хотела, чтобы мой коллега злился, не стала поддерживать общение с этим ботом. — Нокаут?.. — Малец ещё, — по её голосу Мегатрон улавливает, как она смеётся. — Его эксперименты надеюсь хоть сейчас успешны.       Нет, — отвечает про себя гладиатор.       Мегатрон заинтересован. Он решался убить её, однако что-то не позволяло. Что-то очень странное. И гладиатор настолько задумался, что даже не обратил внимания на то, что фемка отсела от него подальше. — Назови себя, — приказывает в своей манере Мегатрон. — Вайлет Зиро, — отвечает фемка совсем тихо, после чего посмотрела на свое запястье. — Связь восстановлена.       Шлак! — Начинает злиться Мегатрон. — Автоботы найдут её сигнал раньше. Мой манипулятор… Не вытащить! Надо взять её в плен, иначе!.. -. Да, я одна. Всё хорошо, — ведёт разговор фемка по коммлинку, удивив Мегатрона. — Иду к броне. Не переживай, Оптимус. Главное, что твой разведчик цел.       Она не сдала его.       Вайлет в конце бросает взгляд через чёрный визор на гладиатора, после чего кивнула ему, словно прощалась. Мегатрон же проводил её молчаливым взглядом, пока та совсем не пропала.       Она не сдала его. Интересно…

***

      После несколько часового заточения под землёй Мегатрон наконец-то восседал на своём троне, пока Нокаут занимался заменой его манипулятора. Гладиатор пребывал в смутных ощущениях, словно что-то тут не так. Что-то очень странное. Почему агрессия рядом с этой фемкой угасла?       И, если он не врет, то член его экипажа должен знать о ней. Кстати говоря… А где?.. — Шоквейв, — позвал подчинённого Мегатрон. — Какую академию ты закончил?       Вопрос с подвохом? Шоквейв работал перед главным терминалом, пока Саундвейв сканировал полученные информации. Странный вопрос конечно, но… Ладно. — Первичную медико-санитарную кафедру военной службы. — Вайлет Зиро, — произносит мех, и читает во взгляде учёного удивление. — Что-то говорит тебе этот позывной?       Молчит. Учёный не очень знал, как описать то, что было между ними… Хороший ассистент, неплохой медработник. Не учёный, но… Тоже ничего. — Глупая фем с инфантильным взглядом на реальность, — отвечает Шоквейв. — Но имеет глубокие познания в своей сфере.       Вот как…       Интересно. Очень интересно. Хороший медработник всегда нужен. Особенно, когда раненных много, а свободных рук всего два. И то не умелые. Нокаут больше резал, чем лечил.       Может быть дело в эм-поле? Кто она? Что под её визором? Откуда взялась? — Мне нужна эта фемка на корабле, — проявил желание Мегатрон, смотря на свое колено. — Сделайте все, что требуется.       Шоквейву и Саундвейву ничего не оставалось, кроме как молча согласиться с Предводителем и склонить головы в смиренном покорстве его воли, синхронно произнеся: — Как пожелает того Вождь.