По ту сторону Величия

      Аудитория была тускло освещена одной единственной свечой, стоявшей на столе. За ним сидел таинственный силуэт. Роберт явственно ощущал мощные псионические волны вокруг него. Будучи сам псиоником, ему была хорошо знакома эта сила. Он, как более мелкий хищник, инстинктивно старался избегать подобных гигантов, но в этот раз у него просто не было выбора.       Войдя в комнату, он закрыл дверь, но так и остался стоять у входа. На секунду его лицо недовольно скривилось. Хотя как иначе, когда в твоей голове начинает копаться невесть кто. Честно говоря, обычный человек и не заметил бы, как виртуозно это было выполнено. Однако последние девять лет непрерывного контроля и слежки хорошенько натаскали Роберта в контрмерах.       Понимаете ли, при проникновении в вашу черепушку первое, что видит псионик, — это ваши эмоции, первичные мысли, которые несутся в вашей голове непрекращающимся потоком. Неопытного псионика подобный шквал моментально сбивает с ног, в переносном смысле конечно. Далее идёт пласт из маловажных, но до скрежета зубов знакомого всем списка планов, «важных» дел. Опытный псионик, проникая в сознание, переходит на этот этап практически мгновенно. На нём ваша сущность лежит как на ладони: все планируемые пакости, рутинные дела, всё мало-мальски важное и ценное. И как говорится: дьявол кроется в мелочах. Если бы хоть один из студентов на секунду задумался о праведности целей и необходимости подобных мер, усомнился бы в идеалах и компетентности высших чинов академии или, что в тысячи раз хуже, Империи, то это непременно отпечаталось бы чёрной меткой в его сознании. После её обнаружения студента незаметно бы ликвидировали. Чувство справедливости в этом мире было непозволительной роскошью для будущих палачей Империи, и ценой её была жизнь. Именно эту чёрную метку сейчас в сознании Роберта искал незнакомец.       Роберт был невозмутим: секундная слабость никак не отразилась в его сознании, а вернее, на том самом втором уровне. Все его несогласия, возмущение, ненависть и презрение отправлялись прямиком в один из самых дальних уровней его сознания. Так глубоко, что даже гигант, подобно этому, не отважится копнуть так глубоко. После ряда несчастных случаев псионикам запретили погружаться ниже пятого уровня. Роберт прекрасно знал это. Его сердце продолжало биться ровно. Поток мыслей тщательно контролировало сознание, а его лицо тщательно хранил полумрак, за что он был бескрайне благодарен гордыне и напыщенности силуэта.       Мысль о том, что он всё же был в шаге от прокола, стало сродни ведру холодной воды, которое окончательно привело в чувство Роберта. Он глубоко вдохнул. Его тонкие губы расплылись в самодовольной улыбке.       — Студент 171 прибыл, — сказав это, Роберт сделал ещё несколько шагов. Подавляя инстинкт самосохранения, он шёл в пасть тому самому хищнику. Всё-таки стоять у самого входа так, как будто вот-вот собираешься драпануть, что есть мочи, не лучшая идея.       — Прошу Вас, присаживайтесь, — силуэт вытянул руку, указывая на стул, которого ещё секунду назад там не было. — Я Ваш новый куратор, и на протяжении всего оставшегося года я буду давать оценку Вашим действиям и решениям. На столе лежит конверт с Вашим заданием. Пожалуйста, ознакомьтесь с ним.       Роберт сел напротив силуэта, но из-за капюшона так и не смог разобрать ни единой черты своего нового куратора. Это был человек с яркими псионическими способностями, средних размеров — это всё, что он мог сказать о нём сейчас. Информации было катастрофически мало, а угроза, исходящая от этого человека, была в разы больше, чем от всех прошлых кураторов вместе взятых. Встреть он его на улице, если тот вновь не протянет к нему свои псионические щупальца, то Роберт и не узнает его. Подавшись вперёд, Роберт потянул руку к письму. Внутри была небольшая записка. Поздравляем с достижением десятого курса. Ваш номер в рейтинге 57. В связи с этим вам присуждается 7 уровень угрозы. Ваша цель: — не раскрыть свою личность. — остаться в живых. — обнаружить и ликвидировать убийцу от 3 класса и выше.       Роберт озадаченно посмотрел на куратора. Тот лишь скупо улыбался.       — Что ж, вижу Вы ожидали совсем не этого. Оно и понятно: цель последнего курса отправить Вас в самое пекло. Если Вы не лучший из лучших, то империи не нужен такой агент. — Он взял драматическую паузу, после чего продолжил говорить, откинувшись на спинку кресла. — На протяжении следующих двенадцати месяцев вас переместят в искусственно созданный город. Сотня студентов и три тысячи добровольцев из тюрьм, вассальных графств и прочего сброда… кто-то из них помешанные на убийствах психопаты, кто-то загнанные в угол простые крестьяне. Все вы вольётесь в стройную инфраструктуру города. Рабочих там постоянно не хватает, так что Вам будет предоставлено право выбора своей легенды. Согласно ей, Вас обеспечат всем необходимым снаряжением — без излишеств, так сказать. Помимо Вас в городе всё ещё находятся студенты прошлых лет, не выполнившие или провалившие задания, и около семи тысяч простых смертных. Внутри города действует своя собственная валюта. От выбора профессии будет зависеть Ваш достаток. Покупки можно совершать в специальных зданиях с узкоспециализированными товарами. Также Вам будут выданы карты. Помимо этих магазинов в них будут указаны подпольные магазины. Думаю, что объяснять, почему их стоит избегать, не нужно. Ну вот, в принципе, и всё, инструктаж подходит к концу. На выходе Вы получите карту города со всеми обозначениями. Сегодня до восьми вечера мы ждём от Вас список всего необходимого и кратко изложенную легенду. На этом всё. Вы можете идти.       Роберт, до этого ловивший каждое слово, нахмурил брови, пытаясь собраться с мыслями. Задавать новые вопросы теперь было бессмысленно и даже опасно, но услышанное им никак не могло уложиться в голове. Полумрак невыносимо давил. Казалось, что в комнате стало невыносимо душно. Он встал на ватных ногах, а его взгляд устремился на куратора — человек, ежегодно отправляющий таких, как он, практически на верную смерть, в место, чьё призвание сделать из нас безвольных марионеток в угоду герцогам и маркизам.       Уже на автомате Роберт убирал подобные мысли куда-то глубоко. Его лицо всё так же выражало хладнокровие. Ещё секунда, и он уже шагает в сторону выхода, рука открывает дверь, за которой уже стоит прислуга с конвертом в руке, а его взгляд смотрит в пол. Застыв в этой позе, он даже не шелохнулся, когда Роберт взял конверт и устремился к выходу из главного корпуса. Потихоньку в его голове стал складываться план.