Ресторан богов

  — Ну, давай же,— в школьном коридоре тихо, если не обращать внимания на неровное дыхание девушки, которая, нетерпеливо постукивая пальцами по стеклу, за которым находилась такая необходимая ей жидкость, отсчитывала секунды, пока зелёный чай в пластиковой бутылке медленно приближался к ней.   Джису понимала, что даже с расстояния десяти метров её повышенная нервозность слишком бросалась в глаза, но ничего не могла с собой поделать.   Хотелось взять себя в руки, выдохнуть пару раз, чтобы держать в лёгких ровно столько воздуха, сколько нужно, чтобы не задыхаться каждые пару секунд от его переизбытка, и наконец-то успокоиться. Думать об этом легко, сделать — сложнее. Всю свою сознательную жизнь Чхве делала всё возможное и невозможное, чтобы уберечь своё метальное здоровье от лишних встрясок, переживаний и любых других факторов, которые в будущем могли бы сделать её частой гостьей в кабинете психолога. Или психиатра. Разница, конечно, большая, но уж точно не для Чхве, ведь оба варианта её одинаково не устраивали и даже пугали в какой-то степени. Поэтому Джису всё так же отчаянно продолжала избегать любых сомнительных ситуаций, способных её расстроить, напугать или разозлить. Ей давно уже стоило признать, что это получается у неё плохо. Ужасно, если быть точнее.   Наверное, поэтому, стоя возле автомата с напитками, девушка уже во всех деталях представляла момент, как она переступает порог кабинета с светло-зелёными стенами, небольшими окнами и холодным светом от ламп, садится напротив серьезного мужчины в очках, который сходу начинает совершать попытки порыться в её голове. Школьница понимала, что накручивает себя, ведь кабинеты психолога в двадцать первом веке точно не выглядят как место, где её будут пытать, но собственное воображение она пока что контролировать не научилась, поэтому её представления были именно такими. А всё из-за Ян Чонина, придурка, который вот так взял и за один вечер разрушил её спокойную жизнь и заставил усомниться в своей же адекватности. Если бы в ту дурацкую пятницу он не припёрся к ней домой, не наплёл отцу какой-то бред о вечеринке у друзей и не утащил Джису на эту самую вечеринку, чтобы потом заставить девушку тащить его пьяную задницу домой, сейчас Чхве не находилась бы на грани того, чтобы признаться самой себе в том, что сошла с ума. — Боги, за что вы так со мной? Я же ничего плохого в этой жизни не сделала,— лоб девушки встретился с прохладной поверхностью автомата с напитками.— Да даже если и сделала, зачем так наказывать-то?   Нервное постукивание коротких ногтей по прозрачной поверхности вскоре стало раздражать даже её, так что, заметив, что прохладный напиток уже давно ждёт, пока его заберут, девушка мигом схватила бутылку и тут же уселась на рядом стоящую лавочку.   Не понятно зачем осмотрелась по сторонам, сосредоточилась на своих же руках, отметив, что успела где-то поцарапаться, открутила крышку чая и с жадностью, будто она мучилась от жажды двое суток, припала к горлышку и сделала несколько глотков.   На секунду стало легче. Словно чай остудил её кипящую голову. Ей очень хотелось надеяться, что этот эффект будет достаточно длительным. Джису застыла на секунду, прислушиваясь к собственным чувствам. Гул в голове уже не такой громкий, как это было в классе, и это радовало. Не зря она так усердно отыгрывала страдания, которые переживала от ужасной боли в животе, перед учителем.  Джису верила, что она не из тех людей, которые будут долго зацикливаться на одной проблеме, мысленно прокручивая и анализируя её каждую свободную секунду. Верила, но уже не верит. Чудесно, видимо её вера не такая уж и непоколебимая, раз школьница, сжимая в руках бутылку, мысленно возвращается к разговору на прошлой перемене. *** — Как так? Может ты что-то перепутала? Быть не может! — Джису, я ещё раз тебе повторяю,— староста закатывает глаза. Сначала учитель загрузил её организационными вопросами, которые нужно очень срочно решить, иначе произойдёт что-то ужасное, а теперь, стоило ей только переступить порог класса, Чхве налетает на неё со своими допросами, преграждая путь к отступлению и даже не давая возможности подойти к своей парте, чтобы освободить руки от стопки бумаг.— Сегодня Чонина в школе я не видела. — Причина отсутствия? — Не знаю. — Когда появится в школе? — Понятия не имею. — Домашний адрес или номер телефона кого-то из родителей? — Что? — Соскучилась я за нашим Чонином. Переживаю очень и увидеть поскорее хочу,— Джису хотелось собственноручно себя задушить от одного только осознания, что она только что сказала. Её образ холодной королевы разрушался на глазах с башенной скоростью. — Издеваешься?— девушка удивлённо осмотрела собеседницу.— Личную информацию я распространять не могу. И вообще, если так переживаешь, позвони ему сама и узнай всё, что нужно. — Звонила,— Чхве разочарованно осмотрела телефон в руке. Как она докатилась до такой жизни? Она, Чхве Джису, два дня названивает этому... однокласснику, а теперь ещё и позорится перед старостой, пытаясь о нём что-то разузнать.— Он сбрасывает. — Значит, с ним всё хорошо и он просто занят,— староста ещё раз осмотрела Чхве с ног до головы, останавливая взгляд на глазах. Могла ли она когда-нибудь себе представить, что эта девушка может себя вести? Определённо, нет.— Джису, это, конечно, не моё дело, но я всё равно скажу. Ты... постарайся немного успокоиться, а то ведёшь себя немного странно. *** — Успокоиться? Успокоиться, говоришь? Да как я могу успокоиться, если нахожусь на грани сумасшествия?!   Окей, ладно. Ей нужно сосредоточиться на проблеме и хорошенько всё обдумать. С чего бы начать?   Во-первых, кажется, но это совсем не точно, она сходит с ума. Первые подозрения возникли ещё в пятницу и не оставили её до сих пор. У людей бывают хвосты? Белые такие, длинные и пушистые. Бред ведь полный. Мы же не в аниме, где каждый второй из твоего окружения в любой момент божеством или духом каким-то оказаться может. Джису, наверное, просто оказалась в компании парней, которые очень любят косплей. Настолько любят, что уже помешались на этом.   Но почему тогда выглядел хвост так... так по-настоящему? Джису, будучи скептиком до мозга костей, сразу же постаралась найти логическое объяснение в виде особого фанатизма, который мог заставить того парня в кителе с такой ответственностью подойти к изготовлению своего костюма, чтобы тот на первый взгляд совершенно ничем не отличался от настоящего. Да, это, пожалуй, могло бы стать хорошим объяснением.   Но хвост шевелился! И она это своими глазами видела, хотя с радостью согласилась бы забыть.   — Нет, ну я точно с ума сошла,— поддаваясь внутреннему отчаянию, рычит почти что во весь голос, только спустя секунду осознавая, что, вообще-то, в соседних классах идут занятия.   Господи, до чего же она докатилась, что сейчас, сидя на лавочке в школьном коридоре, на полном серьёзе обдумывает возможное наличие хвоста у парня. На первый взгляд нормального такого, обычного человеческого парня. Кажется, Чхве уже слышит звуки машины из психбольницы, а это она ещё даже не перешла к анализу ситуации с тем чудиком, у которого руки белые, словно он мелом обмазался, а на шее... Ой, об этом лучше даже не вспоминать. Ещё глоток чая. Чхве разочарованно осматривает жидкость сквозь полупрозрачную бутылку, чувствуя, что на этот раз легче не стало, и чувствует вселенскую обиду. В голове всё такая же каша — густая такая, с огромными комочками, которые действуют на нервы и не дают девушке нормально переварить собственные мысли. И винить в этом хочется всех, кроме самой себя, конечно же. В первую очередь она собирается отомстить чаю, который должен был её спасти, но не оправдал её ожиданий.   Бутылка летит куда-то в сторону, вроде как, даже в сторону урны. Чхве на это надеется, потому что желания и сил идти в противоположную от класса сторону, чтобы убрать за собой, как не сложно догадаться, нет. Джису прикрывает глаза, прислушиваясь к звуку падения, но слышит только чьё-то тихое «ой» в самом конце коридора. Видимо, всё же не попала. Зато закинула-то как далеко!   — Эй! Кто там?— спрашивает громко, но всё же надеется услышать тишину в ответ. Не хватало ещё, чтобы кто-то видел и слышал, как она минутой ранее демонстрировала все признаки безумия, разговаривая сама с собой. Кто же знал, что не она одна такая любительница устроить себе прогулку школьным коридором как раз во время уроков. В ответ тишина. Ну хоть в этом ей повезло.    — Всё нормально,— из-за высокого куста, держа руку на затылке, выходит миниатюрная девушка.— Можешь не переживать. Меня почти не задело.   Джису её рассматривает, пытаясь вспомнить, не пересекались ли они раньше. Похоже, к безграничному счастью Чхве, нет. Не хватало ещё опозориться так перед кем-то из одноклассников. Образу уверенной в себе, уравновешенной и спокойной Чхве Джису мигом пришёл бы конец. А значит, и её спокойствию.   — Ты из какого класса?— Чхве попросить прощения, наверное, стоило бы, но такая мысль почему-то её голову не посетила.   — Я?— Джису только закатывает глаза, наблюдая, как девушка, растерявшись, бегает глазами из угла в угол, не оставляя попыток найти в этом коридоре кого-то, помимо их двоих.   — Ты. — Я не ученица,— мнёт дрожащими пальцами местами немного влажный манжет рубашки.— Я тут...   — Если не ученица, тогда как тут оказалась?— Чхве и вправду только заметила, что одежда девушки совсем не походила на форму их школы.— Ты в курсе, что посторонним нельзя заходить в школу? А знаешь, мне всё равно. Я просто позову охранника, и ты будешь обсуждать это уже с ним.    В любой другой день Джису просто прошла бы мимо и уже через минуту забыла не только лицо этой девушки, но и саму ситуацию, но сейчас она чувствовала острую необходимость выплеснуть свои эмоции. Обычно её мало волновали школьные правила, тем более тот факт, что в стенах этого учебного заведения оказался кто-то посторонний. Но не сегодня. Хотелось зацепиться за что угодно, чтобы только отвлечься и не чувствовать, как дразнящие мысли медленно, но очень уверенно, рушат не только её спокойствие, но и заставляют усомниться в собственном психическом здоровье. — Молчишь? Тогда я пошла. — Нет! Не нужно ни к кому идти,— незнакомка наконец подняла голову. Чхве только сейчас поняла, что девушка не произнесла ни одного лишнего слова, потому что голос так сильно дрожал, что сразу выдавал её состояние. Она плакала. Глаза покраснели, тушь растеклась, а манжеты бежевой рубашки были влажными и местами грязными от тёмных пятен туши.— Я учитель. Почти. Прохожу практику в вашей школе. — Учитель?— ладно, это Джису точно не ожидала услышать. Растерялась? Нет, она впала в самую настоящую панику от одного только осознания, что за такое поведение по отношению к учителю, она может получить неплохое такое наказание. Ну и что нужно говорить в таких ситуациях? Как бы поступил любой нормальный человек на её месте? Любой нормальный? Джису понятия не имела, потому что уже не относила себя к этой группе людей. Несколько дней назад — да, сейчас — нет.— Я прошу прощения,— хотелось тысячу раз ударить себя по лбу и столько же раз назвать дурой, но вместо этого Чхве лишь сдержанно поклонилась и спокойно посмотрела на девушку напротив. Да, спокойствие и собранность в этой ситуации — лучшее решение.— Я тогда, наверное, пойду. Хорошего Вам дня... учитель. В планах было побыстрее скрыться из виду девушки, чтобы та, если это вообще было возможно, не успела запомнить её лицо. — Погоди,— план успешно провалился, стоило школьнице только повернуться к учителю спиной.— Ты можешь просто об этом забыть? — Об этом?— Джису не совсем понимала. Это ей бы стоило сейчас умолять её забыть все сказанные Чхве слова, и тот тон, каким она позволила себе вести этот разговор. И вообще всё. Хотелось надеяться, что девушка не так долго пряталась за тем цветком, чтобы стать свидетелем всех метаний Чхве по коридору, агрессии, которую она направляла на автомат с напитками, а потом и на бутылку чая в своих руках.   — Ну, о том, что я... плакала,— девушка смахнула слезу, но лучше выглядеть от этого не стала. Она всё ещё была похожа на разбитого человека, из которого выкачали все жизненные силы.   — Да, конечно. Я ничего не видела,— постаралась улыбнуться, но улыбка вышла какой-то кривой.— Всего доброго, учитель.    Уходила она, чувствуя, как у неё немеют ноги.    Что с ней случилось? Как вернуть к жизни ту Джису, которая всегда оставалась спокойной и могла найти выход из любой неловкой ситуации, при этом занимая самое выгодное положение в конце?   ***   — Ты сегодня поздно,— Джису расслабилась, если бы ей просто позволили поскорее оказаться в своей комнате, не преграждая путь и не доставая очередными попытками поговорить.— Твой отец сказал, что немного задержится на работе и не успеет к ужину, так что мы ждали только тебя.   — Мы?— удивлённо переспрашивает. — Ну да,— женщина, видимо, не уловила настроения, с которым был задан этот вопрос, и лишь искренне улыбнулась, указывая ладонью в сторону кухни.— Юна приехала из Пусана, а ещё... — Я не голодна,— ботинки летят куда-то в сторону, а взгляд цепляется за дверь своей комнаты, за которой можно будет спрятаться от этой семейки.— Оставьте меня в покое. Этот день выжал из неё последние соки, и она не собиралась добивать себя ещё и ужином в компании этих людей. Где-то в глубине души Джису прекрасно понимала, что местами перегибает палку в своём общении с мачехой. Она, вроде, неплохая женщина, если посмотреть под определённым углом, даже со сносным характером и, очевидно, огромным желанием найти правильный подход к дочери своего нового мужа, но принимать этот факт девушка не собирается. В её жизни нет места человеку, который занял чужое место и пытается сделать вид, словно так и должно быть. Горькая обида давит горло каждый раз, стоит ей только наткнуться взглядом на её лицо. Разве эта женщина достойна того, чтобы занять место её мамы? Конечно же, нет! Это сравнение звучит просто нелепо. Одного только упоминания имени мачехи достаточно, чтобы заставить Чхве сжимать кулаки, попутно прикусывая язык, чтобы не наговорить ничего лишнего. Стоит ли говорить об особой любви Джису к своей «сестрёнке»? Шин Юна была такой же нежеланной гостьей в этом доме, как её мать. Эта девушка была воплощением всего самого раздражающего в этом мире. Её попытки показаться вежливой, смешной, дружелюбной и улыбчивой, откровенно бесили и казались настолько нелепыми и наигранными, что Чхве оставалось только удивляться, как отец до сих пор не сумел распознать всю ту фальшь, что буквально сочилась из приторно-сладкой обёртки девушки. Все те дни, которые Юна проводила в их доме, приезжая, чтобы повидаться с матерью и немного отдохнуть от отца, который, по её словам, частенько перегибал со своими попытками защитить совсем юную дочь от жестокого окружающего мира и, что ещё важнее — от очень хитрых парней, которые подстерегают свою жертву буквально на каждом шагу, превращались для Джису в самый настоящий ад. Она пыталась не замечать того, с каким вниманием на неё смотрит Шин каждый раз, когда она только открывает рот, чтобы ответить на вопрос в привычном ей лаконичном и сдержанном стиле. Чхве искренне надеялась, что однажды младшая узнает значение термина «личное пространство» и перестанет к ней липнуть, хотя та объясняла свои действия желанием подружиться. «Теперь ты моя сестра, так что я хочу знать о тебе всё» служило лучшим аргументом, чтобы бесцеремонно запереться в её комнату и предложить прогуляться вместе с утра пораньше. Это всё достало настолько, что в один прекрасный момент Джису всё же не выдержала и высказала все свои претензии напрямую, не подбирая выражений и в будущем рискуя быть отчитанной отцом. Впрочем, этот разговор не привёл ни к чему. Юна лишь улыбнулась, похлопала Чхве по плечу и сказала, что у всех бывает плохое настроение, так что она всё понимает и не будет обижаться на слова «своей онни», которой просто нужно отдохнуть денёк-другой. Следующий день начался с предложения прогуляться вместе по городскому парку. Просто прекрасно! — Но как же твой молодой человек? Он сказал, что это ты его пригласила,—женщина метнула взгляд в сторону кухни.— Я подумала, что ты захотела нормально нас познакомить.   — Мой молодой человек?   Поспешно направляясь на кухню, Джису уже догадывается, кого ей предстоит там увидеть, и, в конечном итоге, оказывается права.   Ян, сидя за за кухонным столом, похоже, чувствовал себя очень комфортно, купаясь во внимании Юны, которую он развлекал своими разговорами.    Следом за Джису на кухне появляется и мама Шин, которая, собственно, привлекает к ним внимание.    — А вот и наша Джису,— женщина усаживается за стол рядом с дочерью, приветливо улыбается парню напротив и только потом обращает своё внимание на падчерицу.— Мой руки и садись за стол.    Ох, Чхве стоило просто пойти в свою комнату и закрыться там на замок, как только она услышала о гостях в их доме. Юну она, кстати, тоже гостьей считала, ведь членом семьи её назвать язык просто не поворачивался.   — Ты что тут забыл? — сходу начинает девушка, цепляясь взглядом за довольное лицо Чонина, который, похоже, ничуть не удивился грубому выпаду с её стороны.    — Как что?— брови парня поползли вверх в искреннем удивлении.— Пришёл свою любимую девушку повидать. Я думал, ты и сама за мной соскучилась, раз названивала мне все выходные без конца.    Чхве даже смотреть в сторону мачехи и так называемой сестры боится, понимая, что те наверняка сейчас умиляются происходящему. Когда ещё им бы выпала возможность увидеть растерянную и смущённую Джису, которая, наверное, впервые в своей жизни не знает, что сказать в ответ. Да на такое даже надеятся нельзя было, а сейчас просто сиди, наблюдай и наслаждайся.    — Вот ведь придурок,— шипит сквозь зубы, срываясь с места.    Все действия выполняются, словно на автомате. Джису даже не задумывается над тем, что делает, а в себя приходит лишь тогда, когда осознаёт, что направляется в свою комнату и тащит за собой Яна. Слышит довольно громкое «Ой» от мачехи, спровоцированное, кажется неожиданным падением стула, на котором парень сидел и которое Чхве зацепила ногой, когда выбегала из комнаты, и удивлённое «Ого» от Юны, которая уж точно не ожидала стать свидетелем такого от сестры, которая в разнообразии своего спектра эмоций уступала даже камню.   — Ты что здесь устроил? Какая любимая девушка? Какое «соскучилась»? Совсем из ума выжил?— Джису нужно срочно успокоится, пока она дошла до той точки, когда будет готова наносить тяжёлые ножевые.— Ты хоть понимаешь, что теперь обо мне подумают эти... они?    — Да ладно тебе,— эту улыбку хочется срочно стереть с лица парня, потому что она буквально выводит девушку из себя. Как он может улыбаться, когда она находится в таком состоянии, что готова его задушить?— Что они могут подумать? Что у тебя появился любимый парень, который скучает за тобой так сильно, что готов даже к тебе домой на другой край города ехать? Или что ты скучаешь за ним так сильно, что каждые несколько минут заново набираешь его номер?   Чонин достаточно быстро привыкает к обстановке в комнате девушки, находит кровать и тут же, даже не надеясь на гостеприимность со стороны хозяйки, самостоятельно принимает решение на неё сесть.    — Ты понимаешь, что всё, что ты сейчас несёшь — полный бред?— Джису мысленно считает до девяти, стараясь ровно дышать. Ей просто нужно успокоиться. Тем более, Ян ей и вправду нужен, чтобы выяснить некоторые детали их совместного похода в то место. Она даже не знает, где именно тогда оказалась.   — Понимаю, но это очень удобный для тебя бред, согласись,— лицо парня вмиг приобретает загадочность.    — Удобный для меня?— Чхве чувствует себя очень глупо, стараясь относиться серьезно к словам человека в белом пушистом кардигане и с  заколкой в виде сердечка, которая держалась на нескольких передних прядях синих волос.   — Разве не ты врала родителям, что постоянно пропадаешь на прогулках с друзьями, чтобы реже появляться дома и не говорить с ними?— Ян улыбнулся, увидев растерянное лицо девушки, которая точно не ожидала от него такой проницательности.   Дело в том, что Джису и правда частенько врала отцу, что задерживается после школы, потому что они с друзьями вместе идут в кафе, парк аттракционов, или в кино, чтобы избегать семейных ужинов, прогулок и походов в кафе. Какая-то её часть всегда подозревала, что папа не до конца верит её басням о толпе друзей, на каждого из которых она тратила просто уйму времени, поэтому каждый раз девушка старалась придумать что-то новое, чтобы не вызывать лишних подозрений. На деле же она проводила всё это время в парке в компании своих любимых и жизненно необходимых наушников и книг. Наличием огромного количества друзей Чхве никогда похвастаться не могла, да и попыток с кем-то познакомиться не совершала. Ей было достаточно общения со сверстниками в стенах школы. Там оно ограничивалось очень редкими фразами, которые она бросала в ответ на заданные вопросы, ведь на большее её никогда не хватало. Но Джису никогда бы не стала никому об этом рассказывать, так что такая осведомлённость Чонина ее пугала. — Откуда ты...    — Откуда я знаю? Это не так важно. Главное, что теперь у тебя есть прекрасная и очень убедительная отговорка для родителей на случай, если захочется уйти из дому и прогуляться в одиночестве,— Ян вёл себя очень непринуждённо, Джису же с каждым новым услышанным словом, впадала в ещё больший ступор.— К тому же, я подслушал, что твоя мама и сестра считают меня очень милым, так что проблем с тем, чтобы доверить тебя мне, не будет. Как тебе? Классно я всё устроил? — Я не просила тебя ничего устраивать,— Чхве из последних сил старалась казаться спокойной. — Это так, но я просто захотел помочь,— на этих словах парень немного изменился в лице, что не ускользнуло от внимательных глаз школьницы. — Просто захотел помочь?— переспрашивает, щуря глаза.— Или помог, потому что рассчитывал получить что-то взамен? — Из твоих уст это звучит, конечно, не очень,— парень неловко почесал затылок, опуская взгляд в пол и уже намного тише добавляя:— Но суть ты поняла. — Окей, ладно,— теперь ситуация начинала немного проясняться.— И что именно тебе нужно?   — Понимаешь... то, что ты тогда видела в том ресторане... могло показаться тебе немного странным...    — Странным? По-твоему парень с огромным белым хвостом и парень с белыми руками и чешуёй — это просто странно?   Со всей этой суетой и разговорами, Джису совсем забыла причину, по которой она так хотела встретиться с Чонином. Она нуждалась в логическом объяснении того, что увидела, и теперь собиралась потребовать его от сидящего прямо перед ней парня.    — Нет, не просто,— он вздохнул.— Это всё так сложно, что я даже не могу обьяснить в двух словах, но мы очень благодарны тебе, что ты никому ничего не рассказала... — Погоди,— тут же перебила девушка.— Ты только что сказал «мы»? — Ну да. Я, Сынмин, Джисон и все остальные. — То есть вас таких много? — Да... то есть, нет,— парень замялся и тут же постарался прикрыть рот рукой.— Я слишком много болтаю. — Но ты не станешь отрицать, что увиденное мною тогда — правда? Джису была готова визжать от радости, когда увидела, как Чонин утвердительно качает головой. Кажется, ей всё же не придётся знакомиться с психиатром. — А в этом есть смысл? Я бы вряд-ли смог бы доказать, что тебе просто померещилось, даже если очень сильно постарался,— парень был очень далёк от истины в своих убеждениях, но рассказывать ему об этом Чхве не спешила.    — И всё же ты зачем-то пришёл ко мне домой, хотя до этого игнорировал мои звонки все выходные,— Джису чувствовала себя куда уверенней, если сравнивать с её состоянием в начале этого разговора.   — Владелец нашего ресторана очень хотел бы ещё раз с тобой встретиться и поговорить,— произнося это, Ян поднялся на ноги.— Так что меня отправили сюда, чтобы тебя сопроводить.    — Сопроводить?    — Да,— парень сдержанно кивнул.— Обычные люди не могут попасть в ресторан без сопровождения.    Вот тут Джису по-настоящему напрягалась. Она только сейчас осознала, что до сих пор не была до конца уверенна, с кем именно говорит. Нет, то, что перед ней стоял её странноватый одноклассник Ян Чонин, было очевидно. Но вот можно ли его назвать обычным школьником и человеком, учитывая, что он, похоже, очень хорошо знаком с теми парня... существами.    — Сейчас ты почти что прям текстом говоришь мне, что не совсем человек, и надеешься, что после этого я соглашусь с тобой куда-то идти?— голос немного дрожал, но Чхве старалась не подавать виду.    — Так и есть,— Ян безразлично пожал плечами, и тут же отвлёкся, когда, словив своё отражение в зеркале за спиной девушки, направился к нему, чтобы поправить волосы.— А ещё я очень хотел бы напомнить тебе, что у меня есть номер твоего отца, который, я уверен, точно не обрадуется, если узнаёт, что его доченька так часто ему врала.    А вот это уже угроза.   Чонин вёл себя так, словно говорил о совершенно обыденных вещах и чувствовал себя расслабленно, чего нельзя было сказать о школьнице, которая, кажется, была на грани того, чтобы выбежать из этой комнаты, чтобы не слышать того, что она не была готова понять и принять.    С одной стороны школьница прекрасно понимала, что доверять ему, человеку, природу которого она не до конца понимала, неправильно и просто глупо. С другой же, тот непрозрачно намекнул, что в случае ее отказа, у неё могут возникнуть проблемы с отцом. А ещё огромное влияние на её выбор играло банальное любопытство и желание докопаться до правды и найти всему логическое объяснение. Как бы там ни было, но мозг девушки был насквозь пропитан скептицизмом, так что она просто не могла так легко поверить в то, что на первый взгляд выглядело, как фантастика, которая вышла за пределы популярных аниме.   — Ну что? Твой ответ?    — Я поеду с тобой, но только при условии, если скажешь мне, кто ты есть на самом деле,— Джису расправила плечи и с присущей ей серьёзностью посмотрела в глаза Яну.    — Вот когда поговоришь с господином, тогда и узнаёшь,— мило улыбнулся в ответ и, подмигнув напоследок, направился к двери.— Я скажу твоим родственникам, что мы идём гулять.    Джису мысленно нарекла себя безумной, когда последовала за ним.    *** — Мы правда собираемся это сделать?— Джисону немного не по себе, и это очень легко заметить, если посмотреть на его нервные движения и огромное нежелание сидеть на одном месте дольше десяти секунд. Ещё минуту назад он наматывал круги между поварами на кухне, теперь же уселся за барной стойкой, чтобы отвлекать бармена от работы.   — А, по-твоему, это похоже на шутку?— парень с красными волосами с хмыкнул в ответ и посмотрел на Хана. Сон не переставал удивляться спокойствию, которое Чан умел сохранять в любой ситуации. Буйный гость? Не проблема. Ему хватало пары слов и милой улыбки, чтобы уже через мгновение ситуацию можно было считать исправленной. Конфликт внутри коллектива? Пф, чепуха, если рядом есть Крис, один голос которого работает лучше любого успокоительного. Джисон не один раз задавался вопросом, почему много лет назад именно он занял место администратора, если Бан куда лучше смотрелся бы на этой должности со своими ярко выраженными лидерскими качествами, но тот, похоже, был очень доволен той работой, которую ему поручили. И всё же. Как он может быть расслабленным даже в такой ситуации? Как вообще все остальные, кроме него, держатся и не показывают своё волнение? — Нет, но знаешь, это всё как-то неправильно... тебе так не кажется?— смотрит на бутылку красного вина за спиной друга и не может отвлечься от мысли, что сейчас он точно не отказался бы от нескольких бокалов для обретения смелости. — Поверь, мне уж точно так кажется,— он постарался улыбнуться, но Джисон легко заметил в этой улыбке нотки беспокойства и грусти.— Но а как по-другому? То, что эта девочка до сих пор никому ничего не разболтала — это, конечно, прекрасно, но мы ведь не можем быть уверенны, что она и дальше будет держать рот на замке. — Мы могли бы попробовать поговорить с ней и по-хорошему всё обьяснить,— Сон старался сделать так, чтобы его слова звучали убедительно.— Думаю, она могла бы нас понять. — Понять? Нас? И часто люди пытались тебя понять? Может они делали это тогда, когда пытались выловить тебя сетями? Или когда собирались огромными отрядами, чтобы найти место, где ты выходишь на берег?— взгляд бармена упал на запястья парня, где на белой коже всё ещё виднелись следы от верёвок, которыми ему связали руки, когда однажды нескольким рыбакам всё же удалось его поймать. — Но... — Джисон, я понимаю, что тебе её жаль. Поверь, мне тоже. Но как ты не можешь понять, что это — самый гуманный выход из ситуации? — По-твоему, стереть человеку память — гуманно?— Хан чувствовал, как внутри него кипит злость, и не мог ничего с собой поделать. — У тебя есть ещё предложения? Как по-другому ты хочешь обезопасить нас и наш мир?— голос Чана звучал строго, но в нём не было ни единого намёка на агрессию. Джисон задумался и понял, что не может предложить никаких альтернативных вариантов. — Эта девушка... Джису, она ведь не сильно пострадает?— уже спокойней спросил Сон. — Конечно,— бармен улыбнулся, протягивая собеседнику холодную воду в стакане, чтобы тот немного остыл и не так сильно волновался.— Сам же знаешь, что Хёнджин — лучший в таких делах.