Ресторан богов

   — Нет-нет-нет, только не снова,— Джису берёт несколько рядом лежащих салфеток и протягивает их девушке. Не зря она только что бегала за новой пачкой.— Я надеялась, что стадия истерики уже пройдена.   Чхве устало вздыхает. Что вообще можно ожидать от девушки, которая всего пару минут назад рассерженно била кулаками о пол, так, словно именно он стал причиной всех её бед.   Вообще-то Джису не из тех людей, которые будут выслушивать проблемы совершенно незнакомой им девушки, сидя на полу и держа в руках бутылку вина. Это только лишний раз нагружает мозг, который и без этого находится в постоянном напряжении. А ещё Чхве не нравилось думать о переживаниях других. Забивать себе голову мыслями о том, что с кем-то поступили несправедливо или же кто-то заслуживал на нечто большее. Нет, это не для неё. Но почему-то именно сейчас она сидит... и даже слушает. Похлопывает по плечу и смотрит понимающе, надеясь, что это хоть немного похоже на поведение той, кто действительно переживает за происходящее в жизни Рюджин.   Девушка смотрит на неё стеклянными глазами и трёт руками глаза. Её подводка растирается вокруг глаз. Кажется, раньше на месте безобразных тёмных кругов были ровные стрелки. Она кривит лицо и чувствует, как неприятно стягивают кожу на щеках потёки туши, путает пальцы в собственных волосах и так сильно сжимает их у корней, что когда её собеседница с опаской смотрит на эту сцену и просит прекратить, ослабляет хватку и видит несколько розовых волосинок на ладони. Да уж, Рюджин, ты совсем расклеилась.   — За что он так со мной?— истерика накатила уже с новой силой.   — А за что ты так со мной?— прошептала Джису, но Ли этого, конечно же, не услышала. Девушка была слишком занята бормотанием чего-то несвязного о том, как жизнь несправедлива, что так поступает именно с ней, себе под нос.    За что этот день так с ней? Что она вообще здесь делает и почему продолжает делать вид, что её всё устраивает? Эта затея с самого начала уже была провальной. Пойти на сомнительную вечеринку с не менее сомнительным одноклассником, чтобы просто не проводить время с мачехой в кино? Странно? Да. Считает ли Джису, что поступила правильно? Определённо, потому долго находиться наедине с этой женщиной невыносимо просто. Все её попытки наладить общение и быть милой раздражают и делают всё для того, чтобы желание сбежать росло с каждой секундой в этом обществе. Чхве уселась поудобнее рядом с Ли и прикрыла глаза, чувствуя, как та устраивает свою голову у неё на плече.   Да, дорогая, жизнь несправедлива, и лучше тебе понять это сейчас, чем через несколько десятков лет, когда одно только осознание этого факта сможет перевернуть всё с ног на голову и даже разрушить.   Чхве чувствовала себя такой помятой, сидя здесь, в едва освещённом коридоре, возле туалета, и успокаивая Ли Рюджин, с которой познакомилась ровно час назад на этом же месте. Чхве уже который раз задалась вопросом, как её угораздило оказаться здесь, и продолжала слушать размеренное дыхание возле уха. Кажется, Рюджин наконец-то успокоилась. *flashback* От громкой музыки, что играла на первом этаже она устала в ту самую секунду, когда только переступила порог этого дома. Пыталась отвлечься, разглядывая людей вокруг, и даже выпила несколько рюмок, даже не удосужившись поинтересоваться, что именно только что обожгло её горло, но даже это не придало никакого чувства лёгкости. Наоборот, атмосфера в душной гостиной стала давить на неё куда больше.   Уже в который раз осматривает периметр комнаты, пытаясь узнать среди этой толпы кого-то знакомого. Зачем? Она сама не знает. Даже если и найдёт кого-то из одноклассников, то всё равно не подойдёт, потому что отношения у них не те. И всё же Джису ловит себя на мысли, что это, наверное, смогло бы её успокоить. Совсем немного. А пока она просто сидит на краю дивана и рассматривает крохотное пятно от алкоголя на любимом худи.   — Выпьем на брудершафт?— Чонин сегодня появлялся так же внезапно, как и исчезал. Теперь парень стоял перед ней с двумя бокалами красного вина в руках и счастливой улыбкой на лице.   — Я не пью,— уж чего она делать сегодня не собиралась, так это понижать градус. За свою пока что недолгую жизнь это правило она всё же успела усвоить.   — Тогда можешь просто поцеловать меня,— и пусть со стороны это прозвучало странно, но ничего странного в этих словах девушка не увидела. Это в стиле Чонина. Для парня, похоже, и вовсе не существовало понятия «странно» Ян говорил это с такой наивностью и ребячеством в глазах, что предложение поцеловаться звучало как что-то детское, и совсем не походило на неприличное.— Традиции менять нельзя.   — Но я же отказалась пить,— она удивлялась сама себе, произнося эти слова. С чего она вообще решила поговорить с ним?  Должна ведь злиться и по привычке всем своим видом излучать холодную ауру.   Именно из-за Чонина сейчас она находится здесь и чувствует себя очень неуверенно, пускай всеми силами и старается это скрыть от внимания окружающих.   — А я отказываться от поцелуев не собираюсь. И всё-таки парень немного перебрал. Джису не любила пьяных людей, но парень никаких негативных чувств не вызывал.   — Погоди секунду,— подавляя смешок, она коснулась губами своей ладони и поднесла её ко лбу парня. На бледной коже остался след от женского блеска для губ.— Доволен?    Чонин сконфужено посмотрел наверх, словно пытаясь рассмотреть что-то на лбу, и немного погодя, сделал несколько глотков вина, расслабленно причмокнув в конце.   — Более чем. Я ещё найду тебя, нуна,— парень ударил бокалом о бокал и, задержав взгляд на чем-то, что находилось за спиной Джису, застыл. Девушка поняла в чём дело только почувствовав, как её щеки коснулись влажные от только что выпитого вина губы парня. Сначала она растерялась, а потом захотела несколько раз ударить того по голове, но макушка Яна уже сверкала где-то далеко в толпе.   — Вот ведь,— шипит себе под нос. Она, конечно, пыталась убедить себя, что её раздражает навязчивость парня, но когда он уходил, это не нравилось ей куда больше.   Было в Яне что-то успокаивающее, что-то непонятное, что-то по-странному тёплое и притягательное.   В комнате стало катастрофически мало воздуха. Теперь ей точно требуется прогулка. *flashback* — Прекращай,— пытается говорить как можно тише, но не выдерживает.— Ну же, хватит реветь! Кто же знал, что спокойствие Рюджин будет таким недлительным, что Джису только и успела перевести дух, как она тут же услышала всхлипы под ухом. Пара солёных капель упала на её любимую толстовку. Она, конечно, попыталась сделать вид, что это её не заботит совсем, но на всякий случай прикусила язык. Её возмущения могут только усугубить и без того очень нестабильную ситуацию.   — Ты не понимаешь...   — Конечно, я не понимаю. Я совершенно ничего не понимаю,— Чхве немного отстраняется, чтобы заглянуть девушке в глаза.— За всё то время, что мы здесь сидим, ты ни разу не сказала ничего связного. Я даже не знаю, как тебя успокаивать.   И Джису ведь действительно не знала, как успокаивать. Но не только Рюджин, а воообще всех. Не доводилось как-то, поэтому сейчас и сидит, сверля взглядом стену напротив, и собирает в себе остатки терпения, чтобы дождаться, пока алкоголь перестанет так действовать на бедную Ли, и та найдёт в себе силы в общих чертах описать проблему... или хотя бы перестать плакать. — У тебя звонит телефон,— Чхве уверенна, что девушка и без её подсказок слышит громкую музыку, заставившую её вздрогнуть, но зачем-то говорит это вслух. Так Рюджин точно не сможет продолжать делать вид, будто оглохла минуту назад. — Я знаю,— и продолжает сидеть, не двигаясь. — Ответить не хочешь?— понимает, что лезет не в своё дело, но тут же успокаивает себя тем, что имеет на это полное право, ведь именно она, Джису, отсидела на этом полу всё, что только можно было отсидеть, выслушивая пьяные речи Ли. — Не хочу,— поспешно вытирает остатки влаги с лица, делая несколько глубоких вдохов. Так ей было достаточно просто услышать мелодию звонка на телефоне, чтобы успокоиться? Жаль, что Чхве не узнала об этом раньше. — Парень?   Девушка по-странному сжимает кулаки и опускает взгляд. — Брат,— отвечает с нескрываемой усталостью в голосе. Только вот усталость эта у неё от только что прекратившейся истерики или от чего-то другого? Вопрос не к Джису — она в подобном никогда не разбиралась. Человеческие эмоции — лес для девушки. Дремучий, тёмный и скрывающий миллионы тайн. — Тогда отвечу я,— сама не понимает толком, зачем наклоняется немного ближе и хватает телефон, лежащий на полу.   Рюджин недовольно хмурится и смотрит на смартфон в чужих руках , разочаровано прикрывая глаза после. Нужно было просто отключить, так, как она делала это всегда, когда сбегала из дому. Но сегодня забыла. Такая глупая ошибка, из-за которой сегодня она выслушает сотни упрёков в свою сторону. Не повезло. Надеялась стать частью этого спектакля только завтра, но, кажется, создавать видимость раскаявшейся дочери, которая сама не знает, почему ноги понесли её на вечеринку, придётся уже сегодня. Поплакала по-тихому, называется. Джису просто берёт трубку и, не дожидаясь, пока на той линии вымолвят хоть слово, выдаёт адрес дома их одноклассника и сразу же сбрасывает. Не хватало ей ещё объяснять всю ситуацию по телефону какому-то парню. Хватит того, что она позаботилась о его сестре и до сих пор сидит рядом, пока та прожигает Чхве злым взглядом. — Не твоё дело, так зачем лезешь?— пытается встать, но ноги не слушаются. Похоже, отсидела или просто слишком много выпила. — Скажи спасибо, что лезу. Хочешь в таком состоянии остаться одна среди толпы пьяных парней? Когда в их разговоре стали прослеживаться агрессивные нотки? Вроде бы ещё минуту назад сидели рядышком и чувствовали себя очень даже комфортно в компании друг друга, а уже злыми взглядами друг друга прожигают. — Не одна!— отвечает уверенно, но уже тише добавляет:– Я пришла с парнем. Он где-то на первом этаже. — Не хочу тебя расстраивать, но, сдаётся мне, ему на тебя глубоко насрать,— вот и возвращение прежней Чхве. Она долго старалась держать себя в руках, чтобы не выдать правду, которая могла бы ранить девушку, но теперь молчать не хотелось. — Это не твоё дело. — Как знаешь,— грустно улыбается. Правильно. Это всё же не её дело, и даже тот факт, что она вообще осталась сидеть здесь, успокаивая незнакомку, уже был не в стиле Джису. Смотрит в глаза напротив. Видимо, Ли сама не до конца уверенна, что её парень до сих пор там, на первом этаже, а не уехал куда-то, оставляя девушку здесь одну. Но она, кажется, до конца собирается делать вид, что искренне верит в свои слова. Чхве таких дурочками называла. Хотелось подойти и встряхнуть за плечи, чтобы те очнулись и наконец-то сняли розовые очки. Им нужно здраво взглянуть на этот мир, где ты никому не нужен, даже если и думаешь совсем обратное. Но это ведь не её дело. Вот и стоит на месте, пытаясь привести в норму собственное дыхание, а потом просто разворачивается, уходя подальше от этой истерички. *** — Уже уходишь? Джису собиралась сделать это по-тихому, чтобы никто даже не заметил её отсутствия, но потерпела неудачу сразу же. — Вышла подышать воздухом,— оправдывается, потому что знает, что у парня в рукаве есть свой козырный туз, которым он может воспользоваться в любой момент. — Правда?— Ян пусть и весёлый, но далеко не глупый.— Ла-адно, просто сделаю вид, что поверил тебе,— тянет гласные и прикрывает глаза, обессилено откидывая голову на спинку невысокой лавочки. Чонин сейчас спокоен. И это очень странно. Настолько странно, что даже заставляет напрячься. — Ты перебрал с вином?— подходит ближе, разглядывая лицо парня. — И это факт,— устраивается поудобней и уже почти лежит на деревянной поверхности. — Я, пожалуй, пойду,— оставлять людей в таком состоянии плохо, и Джису это прекрасно понимала, но ещё лучше она понимала, что хочет как можно скорее свалить из этого места, пойти в ближайшую забегаловку, чтобы просидеть там пару часиков, и только тогда вернуться домой. — Хочешь узнать ещё один интересный факт?– совсем не смотрит на собеседницу, продолжая рассматривать цветные картинки на прикрытых веках. Таких фейерверков он ещё никогда не видел. Красиво. — Безумно,— неприкрытый сарказм, конечно же. — Я, как хорошо воспитанный и очень порядочный молодой человек, дал твоему отцу обещание лично доставить его дочь домой в целости и сохранности,— улыбается, принимая полностью горизонтальное положение, и удобно устраивает голову на своих же согнутых руках.— Так что уходить тебе придётся только со мной. Я ведь даже номер твоего отца на всякий случай взял. Видимо, теперь её ещё и шантажировать будут. Отлично, просто отлично. — Да что тебе вообще от меня надо?— терпения еле хватает на то, чтобы не подбежать к парню и не воспользоваться прекрасной возможностью немного подправить его причёску, так что на спокойный тон его уже нет. — Мне?— она кричит и злится, а он всё так же держит глаза закрытыми и улыбается по-детски, словно и не замечает злость девушки вовсе.— Мне от тебя ничего не надо. — Ты издеваешься?– так, Чхве Джису, просто держи себя в руках. Ты же мастерски создаёшь вокруг себя защиту изо льда, когда находишься в школе, так почему не можешь сделать всё так же и сейчас?— Зачем тогда заявился ко мне в дом, представился моим парнем и привёл меня сюда? — Потому что именно сейчас ты должна быть здесь,— наконец-то открывает глаза, но сесть не решается.— Хочешь подышать свежим воздухом? Присаживайся рядом и дыши сколько тебе угодно,— поджимает ноги, освобождая часть лавочки для девушки.— Тебе просто нужно ещё недолго побыть здесь, а потом я сразу же отведу тебя домой. — Это не ответ. — Больше ничего рассказать не могу, прости и не злись на меня, хорошо?— смотрит так жалостливо, будто и правда раскаивается, но тут же поднимает указательный палец вверх и выдаёт:— Я сегодня просто в ударе, так что предлагаю выпить за успешное выполнение плана. Сиди здесь, я быстро сбегаю за вином и пулей прибегу назад. Чхве вздыхает, наблюдая, как парень совершает тщетные попытки подняться на ноги. Похоже, организм парня совсем уж плохо переносит алкоголь. Что за план и почему за его выполнение нужно пить и без того пьяному человеку? Джису понятия не имеет. У девушки в голове сейчас полная каша. Ощущение, будто она пропустила сквозь себя слишком много всего, и теперь сама же теряется в этих чувствах. Сначала Рюджин, а теперь Ян. Этот день решил испытать её людьми, которые успели познать все прелести жидкостей с высоким градусом? — Ты даже не представляешь, как мне насрать на его нос. Умоется, приклеит пластырь, и будет, как новенький,— звучит из-за угла. Но голос приближается, потому что каждое произнесённое слово заучит отчётливее, чем предыдущее. — Придурок! Ненавижу тебя! — Знаю. Джису узнаёт свою новую знакомую. Девушка идёт рядом с парнем, лицо которого прикрывает капюшон, и старается даже не смотреть в его сторону, цепляясь взглядом за любые детали в интерьере газона. Выглядит Рюджин чуточку лучше, чем в момент, когда Чхве, будучи посланной куда подальше, ушла и оставила её наедине со своими тараканами. Видимо, нашла в себе силы подняться и сходить в уборную, чтобы привести в порядок лицо и себя в целом. — Минхо!— тело рядом с Чхве оживает, судя по тому, что снова начинает издавать звуки.— Рад видеть!   Как он вообще умудрился узнать в этом чёрном пятне их одноклассника? Ли останавливается, не двигается несколько секунд, словно пытается найти точку, откуда звучит голос, и наконец-то находит, натыкаясь взглядом. Только не на Чонина, а на Джису.   Как долго они слушали их разговор и, что куда важнее, много ли поняли из этого разговора?   — Нас тут ищешь? Похоже, всё-таки тешил повеселиться?— довольно лепечет парень. Он правда такой наивный или просто глупый? Чхве хочется себя несколько раз по лбу ударить, чтобы отвлечься от неловкости, которую, кажется, чувствовали все, кроме Чонина, конечно же.   — Веселиться?— переспрашивает, будто и вправду не расслышал вопрос.— Сегодня веселятся все, кроме меня. И смотрит на Рюджин с осуждением в глазах. Это взгляд был адресован не Джису, нет, но даже она почувствовала себя как-то странно. Так, словно сделала что-то по истине плохое и теперь стоит и ждёт, пока её отчитают. — Серьёзно?— лицо Чонина в один миг преображается. Теперь на нём проступает не понятная никому из присутствующих при этом разговоре грусть.— Да ла-адно тебе, этот вечер просто создан для веселья. Присоединяйся к нам, мы как раз думали, чем бы себя занять. Джису отрицательно машет головой. Она не думала. Как только переступила порог этого чёртового дома, сразу поняла, что хочет поскорее покинуть его территорию. Девушка с радостью посидела бы сейчас где-то в парке, ограждая себя от всего мира музыкой в наушниках. Но Чхве уж точно не пыталась ничего придумывать. И Чхве хотела бы списать эти бредовые речи Яна на высокий уровень содержания алкоголя в его крови, только вот парень выглядит сейчас так, точно за секунду успел протрезветь, и теперь сидит вполне себе ровно, разглядывая парня, стоящего в нескольких шагах от лавочки. — Не сегодня,— отвечает сухо, цепляясь пальцами за запястье девушки.— Нам пора домой. И просто уходит, не проронив больше ни единого слова. А нужно ли ему было что-то говорить? Определённо нет. Это разговор с самого начала был странным и с каждым новым произнесённым словом только закреплял за собой этот статус. Уходя, парень оставляет после себя длинный шлейф из вопросов, которые, конечно же, Чхве не задаст. Не её это дело.   И всё же... Минхо и есть тот самый парень Рюджин? Странные у них отношения. Неужели Ли тот парень, который сможет довести свою девушку до слёз и потом с чистой совестью продолжить отрываться, пока та плачет совсем одна в тёмном коридоре. А если бы тогда рядом с ней оказалась бы не Джису, а какой-то больной на всю голову ублюдок. Прокручивает услышанный отрывок разговора в голове ещё раз и не находит в нём никакого скрытого смысла. И правильно, ведь это просто не её дело. — Долго мне ещё здесь сидеть?— эй правда надоело.   — Можем идти,— от серьёзности в голосе парня, которая появилась всего на несколько жалких секунд, когда он говорил с Минхо, не осталось и следа. Теперь на Чхве смотрел тот самый Ян Чонин, которого она знала в школе, правда немного пьяный. А если быть до конца честной, то очень пьяный.— Тут скучно,— осмотрелся по сторонам.— Но я требую продолжения вечеринки,— Ян с трудом поднялся на ноги и оглянулся, чтобы посмотреть на девушку. Этот взгляд давал понять, что сейчас она не услышит ничего такого, от чего могла бы с облегчением выдохнуть.— Хочу в ресторан. Джису застыла. Она не была готова к новой порции бреда. Она вообще была ни к чему не готова. — Ну нет,— шипит раздражённо.— С меня хватит. Можешь идти, куда хочешь, но я пойду домой. — И бросишь меня в таком состоянии? Девушке стало засомневалась. Всего на секунду, но этой секунды было достаточно, чтобы заставить пошатнуться ту уверенность, с которой она стартовала. Ян стоять даже ровно не мог, что уж говорить о том, чтобы идти в таком состоянии домой. В любом другом случае девушку это не очень-то и волновало бы, но Джису не может не признать тот факт, что она прониклась маленькой долей симпатии к этому парню. Дружеской, конечно же. — Я вызову такси,— и она сдаётся, доставая из кармана телефон. Нужно потерпеть ещё немного и она будет полностью свободна, так ещё и с чистой совестью. *** — Ты здесь живёшь?— осматривает небольшое мрачное здание и останавливается, чтобы перевести дыхание. Устала безумно. За это отдельное спасибо таксисту, который высадил их за квартал до нужного адреса. Всю эту дистанцию Джису практически несла тушу парня на себе, закинув его руку себе на плечо и придерживая за талию, и ей непросто признаться самой себе в том, что она добровольно на это согласилась. Просто хочется успокаивать себя мыслью, что это была вынужденная мера, чтобы потом не поднимать его покалеченное тело с асфальта. Она даже подумать не могла, что в Сеуле есть дома в таком состоянии. Серая краска, что покрывала стены, местами отпала, демонстрируя грязные кирпичи. Угол справа вообще обвалился, а его остатки теперь кучей лежали у самого входа. Дверь без ручки покосилась из-за влаги, которая по ней стекала. Крыша была, что неудивительно, была усыпана дырками. — Почти,— нелепо улыбается, убирая руку с плеча девушки, и направляется к той самой кривой двери.— Я тут работаю,— по-странному стучит, будто отбивает специальный ритм.— Эй! Это я! Я захожу.   От этой ситуации становится жутко. Чхве сотню раз пожалела, что вообще в это ввязалась, когда наблюдала, как парень делает вид, словно разговаривает с кем-то, кто находится внутри. Но кто может быть внутри такой разрухи?   Нет, Джису, это просто шутка. На самом деле Чонин в своём уме и просто хочет подшутить над тобой, это ведь так в его стиле.   — Я не пойду туда,— пытается освободить руку, когда пальцы парня скрепляются вокруг её запястья.— Отпусти сейчас же. — Да ладно тебе,— смеясь, произносит. Ему смешно, а девушка только и думает о том, что Чонин хоть и пьяный очень, но всё же парень, и сил у него хватает, чтобы не дать ей возможности вырваться.— Не знаю как ты, но я очень голоден, а у Сынмина очень вкусная печень.   Звучит жутко.   Нужно попытаться сбежать, ударить его чем-то, воспользоваться возможностью и делать ноги, но тело не слушается, а мозг отказывается выдавать связные мысли. Джису никогда не понимала, что значит выражение «животный страх», но теперь кажется, поняла. Её тянут в тёмное помещение, а она даже закричать не может. Чувствует, как страх крепко сжимает свою костлявую руку вокруг горла. Мышцы трясутся, а ноги подкашиваются. Стоило бы ей сейчас остановится, как тут же упала бы, вот только Ян не останавливается — уверенно шагает в темноте, словно и без света всё прекрасно видит. — Девятихвостый, выходи давай!— слова эхом разносятся по всей комнате.— Я есть хочу! И это пугает куда больше темноты вокруг. Чонин не в себе. Девятихвостый? Он обращается к кому-то, хотя абсолютно очевидно, что здесь никого нет. Ни единой души, которая могла бы спасти Чхве. Парень спотыкается и падает на пол, а вместе с ним на пол падает ещё что-то, создавая громкий грохот. Девушка от страха оседает на пол, чувствует, как цепляет что-то ногой, и хватает тяжёлый предмет рукой. Если Ян попытается притронутся к ней, она тут же его ударит. Ей бы бежать сейчас куда-то, вот только она не знает куда. — Ты что здесь устроил?— раздаётся совсем рядом.    Девушка слышит щелчок. Открывает глаза и видит перед собой уже освещённое помещение. Хотя просто помещением этот дворец у неё язык не поворачивается назвать. Страх отступает на время, освобождая время восхищению, когда девушка осматривается по сторонам, чтобы понять, где она вообще находится. Витражи и барельефы на стенах, изображающие странных и неизвестных ей созданий с рогами, крыльями и длинными хвостами. Люстра, свисающая с потолка, настолько огромная, что своей тенью могла бы накрыть небольшой домик, вот только светит она так ярко, пропуская лучи сквозь прозрачные камни на каркасе, что глаза слепит. Вокруг столов, покрытых светлой тканью. просто огромное количество. Возле одного из таких и стоят девушка и парень. Точнее, он лежит, а она сидит на корточках, сжимая в руках упавший со стола подсвечник, и боится лишний раз пошевелиться, ведь до сих пор не понимает, что тут вообще происходит. — О, Джисон, ты как раз вовремя,— Ян переворачивается на спину и снизу вверх смотрит на незнакомого Джису светловолосого парня.— Неси вино. Будем праздновать. — С тебя, я вижу, хватит вина?— шипит недовольно, подходя ближе, и протягивает Чонину руку, чтобы тот поднялся, вот только брюнет тянет парня за собой.— Совсем свихнулся? — Нет, просто решил тебя развеселить,— тянет довольно, обнимая блондина.— А ты, Джису, почему так странно смотришь? Давай обниматься с нами. Незнакомец, похоже, только сейчас заметил девушку, и, что очень странно, посмотрел на неё так, словно сделал что-то ужасное. Оно и не удивительно, ведь до этого Джису сковывалась от его глаз за столиком и только теперь решилась частично выбраться из укрытия, чтобы оценить ситуацию. Незнакомец поднимается на ноги и поспешно направляется к Чхве. — Здравствуйте, мы очень рады приветствовать вас в нашем ресторане,— тараторит, приветливо улыбаясь и протягивая руку.— Мы приносим извинения за доставленные вам неудобства. Позвольте провести вас к столику. Я сейчас же позову официанта, и он примет у вас заказ. Джису теряет дар речи. Да что здесь, чёрт возьми происходит? Если это такой шикарный ресторан, так почему снаружи он выглядит, как заброшенный жилой дом. Девушка сомневается, стоит ли верить собственным глазам, когда рассматривает кожу на руках парня. Местами белая настолько, что кажется, будто светится изнутри. Двигается взглядом вверх. Издалека этого не видно совсем, но если посмотреть вблизи, то можно заметить, что шея парня покрыта мелкой прозрачной чешуёй. — Я... мы... то есть... просто,— ничего связного сказать не может, потому что от шока всё в голове путается. Джису соскребает те остатки смелости, которые в ней ещё остались, и решается подняться на ноги, чтобы хотя бы быть на одном уровне с блондином, но подсвечник в сторону не откладывает. Так спокойнее. — Чонин, ты звал меня?— Чхве оглядывается и снова замирает. Или у неё начались галлюцинации, или она видит перед собой парня в кителе повара , из-за спины которого выглядывает огромный белый и пушистый хвост.   — Ты привёл меня в косплей-кафе?— смотрит на всё ещё лежащего на полу Чонина и искренне надеется, что услышит ответ, который подтверждает её предположение. Она просто хочет услышать, что это чей-то очень глупый розыгрыш.   Но Ян не отвечает и только неловко чешет затылок. Кажется, только сейчас начинает понимать, что натворил, когда завёл её в ресторан.   — Как сказать...   — Что она здесь делает?— и снова слышит голос. Парни смотрят в сторону и все, как один, одновременно делают низкий поклон. Даже Чонин нашёл в себе силы подняться на ноги.   — Господин,— брюнет боится даже взгляд поднять и боковым зрением смотрит на Джису.   А что Джису? Она в ступоре, причём конкретном. Стоит и смотрит, как настоящая дура, на парня перед собой, не отрывая глаз. Как он так внезапно здесь оказался? Она никогда не видела в этой жизни богов, да и в существование их особо не верила, скептически относилась ко всему странному или тому, что на первый взгляд не поддавалось объяснению. Но если бы боги существовали, она уверенна, они выглядели бы именно так.