I'm sick of waiting for love...

POV. Ким Тэхён 김 대형 Уже третий час крутился на кухне в квартире Чонгука, но мысленно был не здесь, всё больше погружаясь в пучину собственных размышлений. После вчерашнего ночного визита меня не покидало необъяснимое чувство тревоги, и даже два зачета, полученных с утра, не смогли поднять настроение на необходимую высоту. Чонгук не сказал, кто к нему приходил и что этому «Чанёлю» было нужно. Остаток вечера он ходил чернее грозовой тучи, и почти всё время молчал, избегая смотреть мне в глаза. Зато ночью возлюбленный долго не давал уснуть… Правда, мы не разговаривали. Возлюбленный. Я вновь возвратился к этому слову. В своих мыслях давно называл Чонгука так, и ни как иначе. Мне хотелось рассказать ему о своих чувствах, но очень страшно было не услышать подобного признания в ответ. Ведь мы так ни разу и не обсуждали наши отношения. Пока я всё ещё просто жил в его квартире, пока маму не выпишут из больницы. Правда, каждую ночь покидал пределы этого дома, возносясь к самым небесам. И он летал вместе со мной… Я счастлив от того, насколько он открывается во время близости. В каждом его прикосновении, взгляде, вдохе столько неприкрытой искренности, что для меня это важнее всяких слов. Чувствую его, так же хорошо, как он чувствует меня. У нас идеальная совместимость: Чонгук просит ему доверять, и я закрываю глаза, бросаясь за ним в самую бездну ощущений… Привык к его грубоватой манере, потому что мы восхитительно дополняем друг друга — его сила и мощь утопают в моей. Просто не могу представить рядом с собой какого-то другого мужчину… Слышу, как поворачивается ключ в замочной скважине, испытывая легкое волнение. Чонгук вернулся домой, а значит, мы, наконец, поговорим и всё обсудим. — Я уже почти… — выхожу в прихожую, устремляя взгляд на парня, и замолкаю на полуслове. Мои зрачки расширяются от ужаса, а перед глазами появляется рябь — он стоит, облокотившись о дверной косяк, весь грязный и перепачканный кровью… Его левый глаз заплыл, превратившись в щёлку. Под ним синеет огромный фингал. Чонгук громко шмыгает носом, вытирая кровь, стекающую из него маленькой струйкой. Его пальцы перебиты и покрыты алыми пятнами… — Чонгук... — Смотрю на него, и больше не могу произнести ни звука. Слова растворяются на языке, как и все мои мысли… Бросаюсь к нему, обвивая руками перепачканную шею. — Тэхён, нет…!— хозяин квартиры неожиданно отталкивает меня, и я чуть ли не валюсь с ног, ошарашенная его реакцией. — Но… но Чонгук… — ощущаю как вибрируют подступающие к горлу слёзы. — Обычная драка… Ничего серьезного… — Да ты только посмотри на себя??? Ты же весь… — ТЭХЁН, Я ЖЕ СКАЗАЛ… Мне надо побыть одному! Поговорим, позже? Окей??? — и, не дослушав, он понесся в спальню, громко долбанув дверью, так, что и мое сердце в унисон с ним звонко стукнулось о ребра. — Д-да… — безжизненным голосом произнес в пустоту, удаляясь на кухню. Прошел час, но он так и не пришел. Праздничный ужин давно остыл, да и аппетит куда-то испарился. Убрал еду в холодильник, и вышел в коридор, останавливаясь у двери в его спальню. «Он не отвертится от разговора!» — вспышкой промелькнуло в сознании, когда я дернул ручку, а затем открыл рот, изумленно выдохнув — дверь оказалась закрытой! Чонгук заперся изнутри… Мне стало дурно. Тихо постучал, прислушиваясь к звукам, доносящимся из комнаты. — Почему ты закрылся? Мы ведь планировали поговорить… О нас… — Тэхён, голова раскалывается… Я лёг спать пораньше. Прости. Завтра поговорим. Окей? — А как же я…? — голос прозвучал как-то навязчиво. В эту секунду почувствовал себя маленьким бездомным псом, отправленный за дверь недобросовестным хозяином. Паршивое чувство, скажу я вам… — Тэхёни, поговорим утром. Я уже сплю… Как и в самую первую ночь, которую я провел в этой квартире, ночевал на диване в комнате для гостей. Только тогда меня мучили эротические сновидения, а сегодня душили кошмары. Проснулся, вытирая испарину со лба. Мне вновь почудились холодные пальцы Чана, которые раздевалки меня. Стремительно сглотнул, положив ладони вдоль тела. — Дыши Тэхён, просто дыши…Всё хорошо… Сон как рукой сняло, и, приняв душ, с чувством гнетущей тревоги в душе, поплёлся на кухню, готовить нам завтрак. Вспомнил, что Чонгук просил шарлотку, и решил его порадовать. Судя по всему — его избили, и он просто не захотел, чтобы я видел его таким… Услышал звук шагов в коридоре, с облегчением выдохнув. — Чонгук, я сделал яблочный пирог… Ты будешь?! — Нет! Сейчас некогда завтракать! Поехали, у меня дела…Пирог унесу вечером в тату-салон. Одевайся, я не могу ждать… Шумно втянул ноздрями воздух, холодными пальцами поглаживая пылающие щеки. Мое тело пробивал легкий озноб. Все эти странные бессмысленные слова говорил какой-то посторонний парень. Их просто не мог сказать Чонгук. Вышел в прихожую и на негнущихся ногах дошел до шкафа, доставая оттуда пуховик. Остаток пути до универа мы ехали молча. Чон знал, что сегодня выписывают мою маму. Ждал, что он предложит подвести нас до дома, но вопреки моим ожиданиям, этого не произошло… Мы сухо попрощались, не глядя друг другу в глаза. — Я позвоню… — холодно бросил Чонгук, на что я нервно кивнул, как обычно покидая его машину на сто метров раньше университетской парковки. Мы с мамой провели вечер за самыми разными разговорами. Говорили несколько часов напролет и все никак не могли наговориться. — Тэхён, но почему ты сразу не рассказал об ограблении? Нужно было написать заявление, да и вообще… — Мам, ну, и что бы ты сделала? Я не хотел тебя волновать. У меня на работе есть прекрасные отзывчивые люди! Они помогли. Так что теперь всё хорошо. У нас новая дверь, еще и сигнализация… Только вот… — Что? — Увы, теперь не получится поехать на новогодние каникулы к бабушке в Тэгу… Нашу заначку украли…  — Да черт с ней с заначкой! Тэхён, как хорошо, что ты в ту ночь ночевал у Чимина… А если бы они залезли, когда ты был дома один?! Эта мысль не дает мне покоя… — Ладно, мам, не будем о грустном…Надеюсь, скоро тебе снимут гипс, и всё у нас будет хорошо! — Я тоже на это надеюсь. А еще, когда уже ты познакомишь меня с этим своим… другом с работы? — спросила мама, загадочно прищурившись. — Даже не знаю… — в эту секунду взгляд затормозил на циферблате настенных часов, и по моей спине пробежал холодок. Почти одиннадцать вечера, но Чонгук так ни разу и не позвонил… — Ладно, Тэхёна, поковыляла я спать. Скорее бы сняли этот поганый гипс, как старая кляча, ей Богу… — Давай я тебе помогу. — Не надо, я уже сроднилась с костылями! — подавив тяжелый вздох, мама вышла из комнаты. Я помыл посуду и тоже отправился в спальню. После ограбления ощущал себя здесь неуютно. Всячески старался почувствовать радость от возвращения домой, но так ничего и не вышло. Сел за письменный стол, испытывая острую потребность с кем-нибудь поделиться своими мыслями. В такие минуты всегда выручал дневник. Руки машинально потянулись к нижнему ящику стола, но тут, словно вспышка молнии, моё сознание озарила пугающая мысль… Я ведь забрал дневник из дома в тот злополучный день вечеринки. И должно быть, он так и лежит где-то в квартире Чонгука. Вот черт. Ладони вмиг сделались липкими от пота. За последние дни ни разу не было желания открыть его. Зато я много записывал в то время, когда только устроился работать в тату салон… И если вдруг Чон узнает о некоторых моих мыслях, зная его характер, может произойти непоправимое… *** С утра в универе всё было как обычно: зачёты, зачёты, зачёты и один коллоквиум. Старался абстрагироваться от мыслей о Чонгуке, но они то и дело просачивались в сознание. Он просто исчез, испарился, как будто всё, что было между нами, мне просто привиделось. В любом случае, с сегодняшнего дня я возвращаюсь на работу, и нам не удастся избежать разговора… Уверенной походкой зашёл в тату салон, но неожиданно затормозила, глядя на абсолютно незнакомую девушку за стойкой администратора. Она заученно улыбалась, сидя на моем кресле. Душу царапнуло беспокойство. Что она здесь делает?! — Добрый день, вы записаны? — наигранно улыбаясь, прочирикала девушка. — Вообще-то я… — забуксовал на полуслове, чувствуя, как щеки начинают пылать. — Я здесь работаю! — выдавил из себя уже более уверенно. — Аааа…Ой… — брюнетка потупила взгляд, нервно проведя пальцами по волосам. — Я сегодня первый день… Так что… эээ… — Чонгук здесь? — перебил её, ощущая как мою душу наполняет злоба. — В подсобке… Развернулся , быстрым шагом направляясь в его «офис», а затем без стука распахнул дверь. — Какого черта происходит???  — выкрикнул, останавливаясь на пороге. Чон сидел перед монитором, затягиваясь сигаретой, и даже не удосужился поднять на меня взгляд. Урод. — Тэхён , прости, но нам больше не нужны твои услуги… — Мои услуги??? — изумленно выкрикнул. — Вот как это называется…  — глядел на него, кажется, до сих пор ощущая у себя во рту привкус его поцелуев. Но почему? — Иди, Тэхён… Поверь, так будет лучше… Завтра на карту придет зарплата и премия. Вы сможете поехать на каникулах в Тэгу… — Не вздумай ничего мне перечислять!!! Я верну всё обратно!!! Даже не смей… УРОД!!! — Дело не в тебе… Просто так сложились обстоятельства… Развернулся, и громко долбанув дверью, вылетел из подсобки. Он так ни разу и не посмотрел мне в глаза. ТРУС!!! Позорный трус…Использовал, а ровно через две недели выкинул за ненадобностью… Всё мое существо захлестывало от какой-то безумной нечеловеческой ярости. Хотелось вернуться и разбить этому трусу лицо, отвесить звонкую пощечину, распороть ножом поганый диван в его подсобке… В голове вертелись десятки возможных вариантов расплаты, но вместо этого я медленно поплёлся в сторону метро. Ночью потеря дневника ощущалась особенно остро. Я лежал в кромешной темноте, не в состоянии сомкнуть заплаканных глаз. Держался весь вечер, изображая перед мамой беззаботное веселье, но торнадо, которое бушевало внутри, с каждой минутой только сильнее набирало обороты, всё больше разрывая душу на части. Чонгук… Ну, почему ты так со мной поступил? Я ведь тебе поверил… Закрыл глаза, испытывая полнейшее смятение. На подсознательном уровне ощущал, что пазл не сходится. Я упустил какую-то важную деталь. Что-то в его поведении не давало покоя… Мой Чонгук бы так никогда не поступил… Сам не заметил, как ресницы сомкнулись, а дыхание сделалось ровным. Я понёсся по волнам сновидений, так и не разобравшись, в чём же дело… Мы с Чимином стояли около расписания, и я отчаянно делал вид, что внимательно слушаю его болтовню. Хотя на самом деле витал где-то далеко, в потоках собственного сознания, пытаясь разобраться, что же я сделал не так. — Тэ, смотри… — растерянно проговорил друг, указывая в сторону дальней аудитории. Машинально повернул голову, громко выдохнув. Около массивных дверей стояла Джени, а рядом с ней… Чонгук. Они разговаривали. И судя по тому, как игриво хихикала темноволосая, о чем-то весёлом. Он смотрел ей в глаза, в то время как меня даже не удостоил взглядом… Это было больно. Опустил ресницы, испытывая полнейшую дезориентацию в пространстве. — Чимин, я пойду… Не могу… Не могу смотреть на это… — Тэхён, стоп! — друг буквально вцепился в моё запястье, — Так нельзя! Подойди и отвесь уроду пощечину! Да как он посмел??? Я сейчас сам вырву этой шлюхе все нарощенные лохмы! Какая же гадина!.. — Чимина понесло. В этом мы с ним отличались. Он не умел сдерживать свой гнев, а вот я мог пережить настоящую бурю в душе, и при этом даже бровью не повести. — Не надо. Они только этого и ждут…  — краем глаза обратил внимание, что Чонгук ушел, а вот девушка, тошнотворно улыбаясь, направляется в нашу сторону. — Ох, кажется, Чон снова хочет быть со мной… Но я даже не знаю, дать ему ещё один шанс или нет… — нарочито громко просюсюкала Джени, подходя к стайке наших одногруппниц. — Кого-то еще привлекает товар бывшего употребления?! — парировал Чим, и от волнения у меня перехватило дыхание. — Эй, Кукла барби, а тебя разве кто-то спрашивал? — Я староста группы, и мне до всего есть дело! — Чимин лукаво улыбнулся. — А у тебя Ким Джени вот-вот начнутся проблемы! В деканате очень активно интересуются твоей персоной. Насколько я знаю, еще ни одного зачета?! Ох, какая досада!.. И вряд ли теперь что-то изменится, Тэхён ведь больше не спонсирует тебя своими конспектами…Так что лучше заткнись и иди заниматься! Иначе я лично обещаю тебе большие проблемы… — Чимин поджал свои пухлые губы. — Прекрати… Пошли отсюда… — шикнул, утаскивая друга в более безопасное место. — Ненавижу эту суку! НЕ-НА-ВИ-ЖУ! Неужели ты забыл, как она подставила тебя на свой день рождения?! — мы вышли в другое крыло, удаляясь от злополучной аудитории. В эту секунду я неожиданно повернул голову, поймав на себе взгляд Чонгука. Внутри всё сжалось, а сердце пропустило настоящий нокаут. Это был взгляд моего Чонгука. Того самого парня, который каждую ночь шептал мне волшебные слова, уносясь вместе со мной в открытый космос из наших обоюдных ощущений. И он бы никогда осознанно не сделал мне больно… В ту же секунду Чон отвернулся, и, больше не глядя на меня, стремительно направился к дверям. Тем вечером я сидел дома и не находил себе места. Мне не давал покоя его взгляд: в нём было столько боли, недосказанности и чего-то ещё. Одна часть души пребывала в шоке от того, как подло Чонгук со мной обошелся, но другая… Другая до сих пор ему верила. Какая-то часть меня не могла перечеркнуть всё то, что происходило между нами… Или просто пока не хотел делать этого. Стремительно собрался и вызвал такси, дрожащими губами диктуя водителю до боли знакомый адрес. Мне повезло, и в этот раз машина приехала быстро. Спустя час я уже стоял около неприступных кованых ворот, чувствуя, как по телу расползаются колючие мурашки. — Вы чего стоите?! Пойдемте!  — доброжелательно улыбнулась мне соседка Чонгука, с которой мы несколько раз ездили в лифте. — Что-то задумался… Спасибо! — она открыла ворота, а затем и входную дверь. «Так даже лучше… Я застану его врасплох…» — мелькнуло в мозгу, когда я поднялась на лифте на нужный этаж и застыл около массивной черной двери. Нерешительно выжал звонок и принялся ждать. — Тэхён…? Что ты здесь…??? — Чон резко распахнул дверь, и я ощутил полнейшую прострацию. В то же мгновение забыл всё, что хотел ему сказать… А ведь в лучших традициях примерных студентов заготовил целую речь… Но мы, молча, таращились друг на друга, и, кажется, было слышно, как неистово стучат наши сердца. Скользила взглядом по его покалеченному лицу, испытывая невозможную боль. Синяк под левым глазом стал ещё больше, обе губы перебиты… Чонгук нервно поправил пальцами очки, продолжая смотреть на меня в упор. Он бросил беглый взгляд на мои губы, а затем, поморщившись, тихо сказал. — Уходи… — Но почему? Почему ты гонишь меня??? Я ведь чувствую, что ты этого не хочешь! Неужели так трудно быть мужиком и просто всё мне объяснить??? Даже если ты вновь решил сойтись с Джени, так признайся, скажи, глядя мне в глаза! Пожалуйста, Чонгук, я прошу тебя… — сжал губы, изо всех сил стараясь не разреветься. Я не позволю ему увидеть моих слёз. — Тэхён, мне нечего тебе сказать… Пожалуйста, иди… — хрипло выпихивал из себя слова, морщась, словно ослепленный яркой вспышкой света. Он продолжал держать меня на лестничной площадке, даже не пригласив войти внутрь… — Хорошо. Но можно я тогда заберу одну вещицу… — Какую еще вещицу? Ты вроде всё забрал… — проговорил глухим безжизненным голосом, и я обратил внимание, как заиграли желваки у него на скулах. — Мой дневник. Ты прочитал его, да? Поэтому так себя ведешь… — Дневник…?! — изрек сухо, вновь парализуя странным взглядом. Впервые я не мог идентифицировать то, что плескалось в его чёрных глазах. — Да, дневник… Если ты так ведешь себя из-за того, что там прочитал, так вот знай — ты полный идиот! Потому что я писал это еще до того, как мы начали с тобой общаться, и я… — Тэхён, я не один… — после этих слов внутри что-то оборвалось. — Что? — Что слышал. Я не могу впустить тебя в квартиру. Прости… — он поспешно отвел взгляд, и мне стало нечем дышать. В эту секунду из кухни донеслись какие-то звуки. Я вдруг вспомнил, как мы каждый вечер перед сном пили чай и разговаривали обо всем на свете, а потом шли в его спальню и залазили под одно одеяло. В голове послышался какой-то странный шум. Очевидно, там разбивались мои глупые наивные мечты… Медленно развернулся и поковылял к лестнице. Не хотелось ждать лифт. Мне теперь вообще ничего не хотелось…