Рождество в Швеции

R
Завершён
167
1
автор
Размер:
31 страница, 11 282 слова, 8 частей
Описание:
Примечания:
Посвящение:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
167 Нравится 23 Отзывы 29 В сборник

4

Настройки

***

      Как оказалось, я не сука. Чувствую, что втягиваюсь во что-то, что может закончиться печально для меня. Потому что я всегда с головой погружаюсь в отношения, отдаюсь полностью. И я бы не хотела, чтобы мне делали больно.       — А ты сам чего-нибудь хочешь? — спрашиваю я, а сама думаю: «Какой же ты тугодум».       — Хотелось бы стать мужчиной до 30 с самым успешным бизнесом в мире и яхту, наверное, а может еще и свой остров, чтобы ссылать туда людей, которые меня бесят, — швед закидывает голову назад, прислоняет руку к подбородку и задумчиво смотрит вверх. Я глубоко вздыхаю, и он переводит взгляд на меня и добавляет, — и еще поцеловать тебя.       — Последнее ты можешь получить прямо сейчас… — я только успеваю закончить фразу, и его губы покрывают мои.       Все говорят, что противоположности притягиваются. Я не согласна. Плохой мальчик и хорошая девочка будут скорее иметь токсичные отношения, в которых она будет всегда его прощать, а он – использовать ее. И это называют великой любовью в книгах и фильмах. Этому вы учите молодое поколение?       Да, согласно физике, противоположности действительно притягиваются. Только вот, важный момент: притянувшись, они образуют не что–то новое и чудесное, а пустоту. Ничего. Вакуум. Можете меня пинать, знатоки и фанаты физики, но я останусь при своем мнении. Мы с Александром – скорее два минуса. Нам обоим важна наша карьера, и мы выберем скорее ее, чем любовь и привязанность. Возможно, кто-то скажет, что это не очень прикольно, ведь в случае чего мы оба с легкостью сможем бросить друг друга в угоду бизнесу. Но знаете, что? Мы вместе образуем чертов плюс.       Я не умею описывать свои эмоции, как нормальный человек, но наш поцелуй был чем-то бОльшим, чем обычный поцелуй. Он был чем-то более интимным, чем секс. Он был чем-то более интересным, чем новая серия любимого сериала. Он возродил во мне то, что я давно в себе спрятала. Влюбленность.

Боже, Агата, ты серьезно?

      Влюбляешься в парнишу, с которым сначала спала в первый день знакомства, а теперь целуешься полураздетая в примерочной магазина одежды? Слушайте, а звучит довольно захватывающе. Я видела один немецкий фильм, который начинался точно так же…       Мой прекрасный шведский принц, которого я иногда хочу ударить, отстраняется от меня и смотрит на меня с любопытством. Отвечаю ему взаимностью, чего уж там.       — Насколько я помню, изначально ты хотела поехать по магазинам с Рэйчел и Элизой. То есть, если бы они согласились, на моем месте оказался бы кто-то из них? — вот он тот самый момент, тот самый волшебный момент, когда я ударяю его по плечу, а он очень неестественно и драматично хватается за него, но не может сдержать смеха. Я его ненавижу.       — Элиза – моя сестра, придурок. Возможно, для вас, шведов, это нормально, но в нашей семье инцест не процветает. А Рэйчел… — делаю вид, что задумалась, а Александр, наверное, в этот момент ощутил самый широкий спектр эмоций, который он когда-либо ощущал в своей жизни.       Включаю режим Шерлока и пытаюсь определить тот самый спектр, лишь внимательно разглядывая его. Итак, лицо Алекса выражает удивление, гордость, возбуждение, и… уважение? Ты сейчас не шутишь, да? Уважаешь меня за то, что я думаю о поцелуях с девушками? Ох, как же просто тебя удивить, родной мой.       — Рэйчел что? — он ждет моего ответа, как ребенок, который спрашивает, можно ли съесть мороженое за час до ужина. Мама, можно? Пожалуйста? Да? Ну, мама!       — Рэйчел ничего. Хотела посмотреть на твою реакцию. Я разочарована, — пожимаю плечами и грустно улыбаюсь. Вижу по его лицу, что он мне не верит, — ладно, это было весело, но я думаю, что нам правда пора. Так что, проваливай. Я пока не готова к настолько серьёзным отношениям, чтобы ты смотрел на то, как я переодеваюсь полностью.       Толкаю Александра наружу, пока он не совсем успевает переварить, что я только что сказала, но он внезапно хватает меня за руку и с лукавой улыбкой шепчет:       — Надеюсь, ты разочарована не нашим поцелуем, а мной в целом. Это не страшно, ведь у меня еще будет время тебя удивить, — закрывает шторку, не дожидаясь моего ответа.       Удивить? Это еще что значит? В плохом или в хорошем смысле? А вдруг мне не понравится? Как можно бросить такую неоднозначную фразу и просто свалить? Александр – это буквально определение дьявола. Я горю, но не только от возбуждения, которое настигает меня рядом с ним, но еще и от злости. Помните, говорили про притяжение противоположностей? Меня бы так чертовски не тянуло к приличному, скромному парню без единой тайны. Парни, вы чудесны, правда. Но только в качестве друзей. Я хочу разгадывать Алекса с каждым моментом все больше и больше, желательно без одежды…

***

      Вернувшись в коттедж, мы видим, что ребята уже начали накрывать на стол, поставили свечи. Царила романтическая обстановка. Я и мой надоедливый недодруг-недопарень одновременно скептически поморщились, но сделали вид, что нам нравится то, что они устроили.       — А вы можете хоть на Рождество надеть счастливые лица и просто принимать то, что для вас пытаются сделать ваши любимые друзья? — говорит Рэйчел с сарказмом и с явным недовольством.       Мы «делаем счастливые лица», улыбаясь во все 32 зуба, а Рэйчел улыбается немного осуждающе, но по-доброму, как мама, которая ждала тебя полночи с тусовки, а ты приходишь под утро и говоришь, что больше никогда-никогда так не будешь и говоришь ей, что любишь ее. Фирменная улыбка Рэйчел. Она закатывает глаза и забирает пакет из рук Александра.       — А есть чего перекусить? Мы не успели, боялись в пробку попасть, — говорю я, проходя на кухню и рассматривая стол.       — Да, наши рты были заняты другим, — все оборачиваются на этого… болвана стоеросового (простите, не планировала сегодня материться, это цензура) и ждут комментариев, но вы же понимаете, он у нас королева драмы, может бросить фразу и уйти в закат. Иногда я мечтаю о том, чтобы он там остался.       Александр поднимает голову и искренне удивляется, словно не знает, почему все таращатся на него, как будто он признался в убийстве. Особенно, я. Мой рот даже открылся от удивления, но я не смогла выдавить ни слова.       — Ну, мы разговаривали. Много разговаривали, — его голос звучит максимально непринужденно, а потом он ловит мой *заблюрено* («очень сильно удивленный») взгляд, улыбается качественной улыбкой Люцифера и облизывает губы.       Я бы никогда раньше не подумала, что захочу применить физическую силу к кому–либо. Знаете, ли, я не жестокий человек, да, меня может вывести из себя какая–то мелочь, но заслуженно. Но Александр открывает новые грани моей личности… Если вы когда-нибудь в ближайшем будущем увидите репортаж по телевизору о том, что молодая девушка 24 лет не смогла совладать со своим гневом, и в порыве этого самого гнева задушила 29–летнего шведа, – знайте, это я. Но вы будете знать, за что. И ведь есть за что.       А наряду с нашими мысленными боями без правил, ребята уже во всю готовятся к наступающему празднику. Я начала рассматривать мою компанию на эти выходные, потому что, если бы я смотрела на Алекса хоть на долю секунды больше, вы бы увидели тот самый репортаж прямо завтрашним утром.       Элиза с Данте мило разговаривали в уголке кухни, Сэм и Питер ушли в гостиную, которая совмещена с кухней, искать новогодний фильм под фон готовке, а Рэйчел стояла и нарезала крабовые палочки, иногда как–то странно поглядывая на Александра.       — Пойду наверх, я уже слишком стар, чтобы тусить так долго и насыщенно, — я не смотрю на шведа, потому что знаю, что если посмотрю, то снова увижу эту его ухмылку, которая означает, что он сказал что-то двусмысленное.       У меня нет сил на это. Правда, поездка выдалась немного изнуряющей, но я бы хотела поближе познакомиться с Данте и вообще вспомнить, как это – проводить время с кем-то, кто не пытается постоянно вывести тебя на эмоции.       — Тридцатник-то не за горами, друг, — насмешливо говорит Питер и поворачивает голову вслед уходящему Алексу, — ты смотри, не старей слишком быстро, а то мне придется ходить в клубы одному, и все горячие девочки будут только мои, — я вижу ту же самую ухмылку, но на лице Питера она все равно выглядит по-другому. В ней нет самоуверенности и высокомерия, в ней лишь добродушная, дружеская издевка.       — Забирай хоть всех, Пит. Я уже определился, и мне нужна только одна, — подождите, подождите, это что сейчас было? Вы это тоже слышали? «Определился, нужна только одна»?       Он уходит наверх, и я не успеваю увидеть его лица, а жаль. Кажется, я начинаю потихоньку понимать, когда он стебется, а когда нет. Мерзавец. Он специально бросил эту фразу так, чтобы я о нем думала.       Чувствую себя глупо, когда начинаю предполагать, что он имел в виду меня. Ну правда, мы познакомились вчера, спали в одной кровати, потом я позволила ему посмотреть на себя в нижнем белье, мы поцеловались… Хотите сказать, что этого достаточно мистеру Нильсену, чтобы понять, что он нашел женщину своей мечты? Боже, я уже жалею о своих поступках. Помните весь этот бред про «упущенные возможности» и «что я хочу жить свою жизнь здесь и сейчас»? Забудьте. Это было ошибкой. Или нет?
167 Нравится 23 Отзывы 29 В сборник