Танцующая с волками

      В лесу царила звенящая тишина. Казалось, даже ветер испуганно затих, не решаясь шевелить листья, а птиц и вовсе не было слышно. Лишь солнечные блики равнодушно скользили по развалинам, что ещё недавно являлись северным форпостом охотников.               Внезапно гнетущее безмолвие было нарушено зародившимся в самой чаще гулом. Остатки стёкол в окнах бывших казарм завибрировали, когда на поляну выехали бронетранспортёры.              Одна из машин остановилась у самых ворот, и первым из неё выбрался капитан Маркус Джефферсон. Он хмуро оглядел территорию военной базы, лужи крови и уничтоженные здания, но лицо его осталось непроницаемым, словно маска, даже когда мимо на носилках пронесли тело, запечатанное в непрозрачный мешок.              Чуть поодаль выросла уже довольно большая куча дров и хвороста, чтобы стать погребальным костром для погибших ликантов. Ведь оборотней не хоронят в земле, как людей — слишком много чести.              От группы охотников, что разбирала завалы у здания штаба, отделился молодой капрал и быстрым шагом приблизился к капитану. Козырнув, он хотел было доложить обстановку, но Джефферсон вдруг перебил его:              — Выжившие есть?              — Никак нет, сэр, — бодро ответил парень, хотя бегающий взгляд с потрохами выдавал волнение юнца, что не решался сообщить командиру плохие новости. — В этой части леса стена полностью разрушена, личный состав уничтожен…              Порыв ветра принёс терпкий аромат горящих поленьев, и Маркус обернулся, наблюдая, как охотники стаскивают огромные, покрытые мехом туши оборотней к плацу, чтобы предать их огню.              — Война окончена, — пробормотал капитан Джефферсон, глядя на то, как языки пламени танцуют на обугливающихся шкурах врагов. Капрал осёкся, внимая начальству, но тот, будто не замечая стоящего рядом подчинённого, тяжело вздохнул.              В карих глазах, покрасневших от напряжения и суток без сна, отражалась вся боль произошедшего. Никто и не догадывался, чем обернётся эта осенняя ночь.              Сообщение о том, что ликанты прорвались за стену с севера, застало врасплох. Времени разбираться, кто из постовых допустил оплошность, не было. Единственное, о чем нужно было думать, — как не допустить проникновения оборотней на территорию города.              Все силы гильдии были брошены наперерез, чтобы сойтись в жестокой схватке у самых окраин. Рота Маркуса прибыла на поле боя одной из первых и взяла основной удар на себя. А дальше началась самая настоящая бойня.              Капитан готов был поклясться, что ни одно из предыдущих поколений охотников не участвовало в подобных сражениях. Небо мешалось с землёй в черноте ночи и всполохах орудий. Рычание волков и крики людей слились в единый нечеловеческий гул, что, кажется, до сих пор стоял в ушах. Реки крови заливали всё вокруг так, что невозможно было понять, чья именно пропитала униформу.              Перелом многовекового противостояния наступил так же внезапно, как и решающая битва. Джефферсон лично видел, как рухнула на землю огромная туша Альфы, сражённого в лоб серебряной пулей, а многие его соратники бежали, позорно поджав хвосты. Но до последнего не мог осознать, что они победили.              Ветер усилился и зашуршал ветвями деревьев, заставив капитана очнуться от наваждения.              — Прочешите ближайшие окрестности, — приказал он, задумчиво поглядывая в сторону леса. Взгляд задержался на кустах дикой жимолости, и мужчина неосознанно сделал шаг вперёд, когда со спины его кто-то окликнул.              — Капитан Джефферсон, сэр, там... — подбежавший охотник задыхался от бега. — Вы должны это видеть. Там…              Маркус в сопровождении рядовых вошёл в штаб, переступая через куски бетона, и замер на пороге кабинета командира базы, дверь в который, по словам расчищавших завалы, была забаррикадирована. Из-под стола на вошедших мужчин испуганно глядели огромные серые глаза. Джефферсон нахмурился, замечая поразительное сходство двухлетней девочки с лейтенантом Ричардом Бейли. Глубоко вздохнув, он опустился на корточки перед ребёнком, протягивая руки, чтобы вытащить её, но малышка дёрнулась назад и сморщила личико, готовая тут же разреветься.              Из коридора послышался шум, и капитан выпрямился, когда в помещение вбежал ещё один охотник.              — Сэр, мы нашли его в казармах, — парень скользнул взглядом по девочке и отошёл в сторону, пропуская вперёд мальчонку примерно одного возраста с дочерью Бейли. — На нём было это, — рядовой протянул цепочку, на которой болтались два стальных жетона с данными.              — Джон Свенсон, — прочитал вслух Маркус, пытаясь вспомнить, упоминал ли хоть раз уорент-офицер северного форпоста о пополнении в семействе, и почему их проживание на территории происходило без ведома командира. — Откуда на базе столько детей? Развели бардак! — глухо возмутился Джефферсон, массируя шею. Виски сдавливала пульсирующая боль, лишая возможности думать здраво, и, покосившись на глядящего исподлобья пацанёнка, Джефферсон принял решение, процедив сквозь зубы: — Везем их к нам. Сейчас некогда разбираться.              Джип плавно скользил по лесной дороге, окружённой вечнозелёными секвойями, убаюкивая размеренным шелестом шин. Маркус прижался лбом к стеклу, чувствуя, как его прохлада сдерживает мигрень, проворачивая в голове всё произошедшее за последние сутки. Злость и отчаяние скребли по грудной клетке, сбивая размеренное дыхание на рваные, короткие вдохи. Потерять несколько сотен людей, подвергнуть опасности мирное население, едва сдержать атаку, какой-то невероятной удачей уничтожив врага, и на десерт подцепить себе дополнительную проблему в виде двух детей. Неизвестно, сколько приютов придётся обзвонить, чтобы найти для них места. Тем более паника в городе утихнет нескоро, лишь обрастая слухами и набирая обороты.              Внедорожник вдруг сильно тряхнуло на кочке, и Джефферсон почувствовал, как кто-то вцепился в рукав его куртки. Повернув голову, он застыл, глядя на прижавшуюся к нему девочку. Малышка уткнулась щекой в руку мужчины, словно пытаясь спрятаться под ней. Капитан перевёл взгляд на мальчишку. Тот, в отличие от подруги по несчастью, забился в угол и затравленно смотрел на сидящих в машине взрослых.              «Как волчонок», — промелькнуло в голове Маркуса, и он усмехнулся от этой мысли. О тяжелом характере старшего уорент-офицера Свенсона ходили легенды, немудрено, что ребенок с детства видел во всём опасность.              За невесёлыми размышлениями о навалившихся проблемах Маркус и не заметил, как машина остановилась у центрального корпуса. Это место было главным сосредоточением гильдии. Именно здесь, у центральных ворот стены, базировался основной штаб, где численность служащих во много раз превышала южную и северную части.              На автомате открыв дверь, Джефферсон вылез из джипа, пытаясь размять руку, которая затекла, ведь маленькая мисс мирно посапывала на сгибе его локтя всю дорогу.              — Сэр, а с ними что делать? — окликнул его водитель в тот момент, когда мужчина уже начал движение к командному пункту.              — Чёрт! — вернувшись обратно, он заглянул в окно. Бейли, прижавшись к грязному стеклу и опершись маленькими ладошками о сиденье, со слезами на глазах смотрела на мужчину. — Чёрт! — ещё раз выругался он, доставая детей из салона. — Как тебя зовут? — обратился Маркус к сыну Свенсона, но мальчишка всё так же молчал, прожигая своими прозрачными голубыми глазами насквозь. — Ну хорошо. Выясним позже.              — Это ещё что за эхо войны? — раздался за спиной насмешливый голос, и Маркус обернулся, опуская на землю девочку.              Вот уж кого он точно не был рад сейчас видеть, так это капитана Говарда Локея. Этот проныра везде готов был сунуть свой слишком длинный нос, а в случае чего и написать донесение начальству.              — Ребятишки Свенсона и Бейли. Единственные выжившие, — пожал он протянутую руку, чувствуя, как раздражение от этой встречи скапливается в районе солнечного сплетения.              — Единственные? — удивлённо вглядываясь в лица, искал тот знакомые черты. — И почему ты не отправил их в приют? Сначала жалеешь детей, а дальше что? Выступишь за гуманное обращение с волками?              — Не утрируй! — нервно дернул он плечом. — Пока побудут здесь, — прикрыл Маркус глаза, медленно выдыхая. — Город сейчас патрулируют. Неизвестно, сколько мохнатых тварей спряталось на наших землях.              — Здесь? И кто ими будет заниматься? На базе нянек нет! — поджал Локей губы, переводя брезгливый взгляд с капитана на детей.              — А кто занимается твоим сыном? Как я помню, Рой с рождения находится тут.              — За своим ребенком я слежу сам! А вот кому нужны эти сироты, я не знаю.              — Мне нужны, — резко ответил мужчина и, взяв детей на руки, двинулся к казармам, думая о том, что ещё не раз пожалеет о своем импульсивном решении.