Глава 1
11 июня 2021 г., 18:21
15 лет спустя
Узкая кривая тропинка почти заросла непроходимым кустарником. Она петляла и путалась, уводя в глухую чащу, где так легко затеряться. Рассеянный свет луны проникал сквозь густые ветви вековых елей, позволяя разглядеть пространство перед собой и не запнуться о валуны. Но девушка знала, что позади сгущается темнота. А потому упрямо двигалась вперёд, не позволяя себе остановиться, чтобы перевести дух. Сухая ветка, словно жёсткий захват когтистой лапы, зацепила плечо, и вереница пугливых мурашек тут же спустилась по позвоночнику. Втянув сырой воздух, девушка ускорилась. Стараться идти тише не было смысла. Они уже рядом. Чувствуют запах, слышат учащённое сердцебиение, видят каждый шаг и неотрывно следуют за ней. Впереди мелькнул просвет между деревьями. Небольшая поляна, где мерцали в темноте соцветия дикого мирабилиса, дарила ложную надежду на спасение. Слишком просто. Она специально поменяла направление, уходя глубже в чащу, путая след. Смахнула влажную прядь с лица и прислушалась. Привычный шорох ветра в листве слился с тишиной и гулкими ударами пульса в ушах. Девушка замерла, затаив дыхание, чувствуя, как липкое напряжение с каждой минутой заполняет всё пространство вокруг. Одно неосторожное движение, и хрустнувшая под ногой ветка отвлекла всё внимание на себя. Всего секунда, но этого достаточно, чтобы упустить цель. Теперь охотник и жертва поменялись местами. Пара жёлтых глаз блеснула в темноте. Руки крепче обхватили винтовку, а палец привычно лёг на спусковой крючок. Тело впитывало адреналин, сменяя страх азартом, пока дуло плавно двигалось вслед танцующей траве, где притаился монстр, выжидая момент. Ещё мгновение, и он вышел из укрытия, наклонил морду вниз и оскалился, грозно рыча. Поднялся на задние лапы, закрывая собой луну. Чёрная шерсть, вздыбленная грозным гребнем на холке, отливала серебром. Огромная зубастая пасть распахнулась, позволяя вязкой нитке слюны стекать на мощную грудину. Девушка не двигалась, наблюдая за зверем, словно заворожённая, а тот пригнулся к земле, готовясь к прыжку. Тянуть больше не было смысла. Сейчас или никогда. Воздух разрезал хлопок выстрела, и сердце замерло в предвкушении. Жалобный скулёж заставил облегчённо выдохнуть, но в следующую секунду острые клыки вонзились в шею… — Симуляция завершена. Вы мертвы, — равнодушно оповестил электронный голос, и Оливия нервно сдернула с себя шлем, едва сдерживаясь, чтобы не кинуть тяжелый пластик в стену. — Мохнатый ублюдок! Справа раздался приглушенный смешок, и девушка обернулась. — Ну что я опять сделала не так, Улль? — опустила она плечи и подошла к нему. — Зациклилась на одном, забыв, что стая может быть рядом. Бейли чуть поморщилась. Парень был прав: дикие не всегда нападали в одиночку. Даже выслеживая единственную особь, охотники должны были прикрывать друг друга. Свенсон поправил прядь, выбившуюся из собранных в хвост волос девушки, и ободряюще улыбнулся. — Не переживай, в рейдах я всегда буду страховать тебя. — Если меня когда-нибудь до них допустят, — едва слышно пробормотала она и чуть громче продолжила: — Давай ещё раз! Только теперь вместе, — попросила Лив, собираясь вновь надеть шлем, но парень остановил её, нежно сжав запястье. — Пойдём лучше позанимаемся на площадке. Посмотрю, как твои дела с захватом, — убрав технику на полку, Ульрих отключил питание симулятора и открыл дверь, пропуская девушку вперёд. Не спеша двигаясь между скрытыми сумраком зданиями, они обогнули основные казармы, где охотники уже готовились ко сну, и вышли к тренировочной зоне. Территорию освещали лишь несколько подвесных фонарей, но этого вполне хватало для того, чтобы вовремя заметить летящий в тебя кулак. Сняв с себя ветровку, Лив поправила спортивный топ и потянулась за перчатками, осознавая, насколько сложной задачей будет нанести хоть какой-то урон Свенсону. — Так и будешь пялиться или займемся делом? — хмыкнула она, не оборачиваясь, потому что прекрасно знала, что Улль пристально разглядывает её. За последние месяцы в их отношениях что-то изменилось. Наивная детская дружба слишком неожиданно поменяла свой курс. Долгие взгляды, на которые раньше Бейли и не обратила бы внимания, теперь заставляли сердце стучать быстрее, а от случайных прикосновений кожа начинала пылать, словно вот-вот появится ожог. Подобные странности можно было бы списать на подростковые гормоны, вот только этот период закончился ещё несколько лет назад. Лив глубоко дышала во время разминки, пытаясь сосредоточиться на предстоящем спарринге. Навязчивые мысли упрямо лезли в голову, и щёки девушки покрывались лёгким румянцем. Наконец она встала в стойку, внимательно наблюдая за действиями противника. — Сконцентрируйся. Следи за руками, а не за взглядом, — наставлял Улль, когда Бейли пропустила очередной удар. Несмотря на разницу в весовых категориях, Свенсон и не думал поддаваться. Раз за разом он блокировал её атаки, а в ответ наносил точные контрудары, которые, однако, не причиняли значительного вреда. Азарт разогнал кровь, заставив Лив снова подняться с колен и сделать резкий выпад вперёд. Она схватилась за плечо противника, но небо и земля тут же поменялись местами. Подножка. Девушка никак не ожидала подобной подлости со стороны друга. Дыхание спёрло от несправедливости, и Бейли подняла разъярённый взгляд, встречаясь с насмешливыми искрами в голубых глазах. Ульрих удерживал её, не позволяя полностью опуститься на землю, но и на ноги поднимать не спешил. Неожиданная заминка заставила обоих замереть, разглядывая друг друга. Улыбка сползла с лица парня, когда Лив вдруг облизнула пересохшие губы. Она заметила, как расширились его зрачки, и поняла, что сама почти не дышит. Странный трепет волной прошёлся по телу, концентрируясь где-то в солнечном сплетении. Повинуясь неясному порыву, Улль притянул девушку ближе. — Свенсон! Надеюсь, ты оставил на посту своего двойника, потому что смена началась четыре минуты назад! Парень обернулся на оклик командира, пытаясь скрыть разочарование от того, что их прервали, и нехотя отпустил Лив. — Чёрт, уже одиннадцать, — простонал он, глядя на часы, а затем посмотрел на Бейли и спросил, понизив голос до шёпота: — Думаю, стоит обсудить, что происходит между нами в последнее время. Я зайду утром, хорошо? Непривычно было видеть Ульриха Свенсона, лучшего из охотников, таким взволнованным. Хладнокровный и решительный обычно, сейчас он выглядел смущённым подростком, что боится сказать лишнего. — Д-да, — выдохнула девушка, чувствуя нарастающее беспокойство в груди. Этот разговор рано или поздно должен был состояться. — Тогда, до завтра, — широко улыбнулся парень, пятясь назад. — Буду ровно в десять!***
Маркус провёл ладонью по лицу, прикрывая уставшие глаза. Ежедневная отчётность и доклады начальству стабильно выводили его из себя. Кто бы мог подумать, что спустя пару лет после окончания войны опытный боец превратится в обычную канцелярскую крысу. Тяжело вздохнув, он вновь уставился в испещрённый цифрами и пометками лист бумаги и нахмурился. Благодаря мирному договору с новым Альфой, популяцию ликантов удавалось контролировать, строго регламентируя состав клана. Однако дикие особи продолжали появляться на нейтральной территории, а элита оборотней отказывалась брать на себя ответственность. Из открытого окна вдруг донёсся детский смех, и Джефферсон вновь отвлёкся от документов. Бросив взгляд на улицу, мужчина едва заметно дернул губой, сдерживая улыбку. Подобранные сироты явно чувствовали себя на центральной базе как дома, даже несмотря на отсутствие семейного тепла. Капитан так и не смог отдать их в приют, хотя периодически жалел об этом. Документы, подтверждающие наличие детей у личного состава северного форпоста, отыскались при разборе уцелевшей картотеки. Оливия Бейли и Ульрих Свенсон, как оказалось, не были ровесниками. Мальчишка был на год старше, и это обстоятельство удивило Маркуса, ведь ребенок на момент их встречи выглядел гораздо младше. Он даже толком не разговаривал. А потому Джефферсону, взявшему на себя ответственность, пришлось заниматься их воспитанием. Так, завязывая шнурки маленьких ботиночек и рассказывая на ночь что-то похожее на сказки, суровый капитан и сам не заметил, как привязался к обоим. — Отдай! — раздался плаксивый писк прямо под окном, и Маркус вышел из-за стола. Оценив обстановку, мужчина покинул кабинет, направившись прямо на улицу. — Отдай! Это моё печенье! — хныкала девочка, но мальчик только выше поднимал руку, посмеиваясь над её попытками достать сладость. — Попробуй забери! — веселился он и, словно специально, тряс яркой обёрткой над головой. — Я выше и сильнее! — Дай! — предприняла ещё одну попытку малышка, повиснув на нём. Но паренёк с легкостью оттолкнул её, отчего девочка, не удержавшись на ногах, плюхнулась на мокрую траву. Слёзы сами начертили влажные дорожки вдоль щёк. Не от боли, а от обиды. Джефферсон, ставший свидетелем развернувшейся ссоры, быстрым шагом подошёл к детям, поднял Оливию на ноги и обернулся на притихшего Ульриха, сурово сдвигая брови. — Это не поступок мужчины — обижать того, кто проигрывает тебе в силе и весе, — хриплым басом заговорил Маркус. — Вы остались одни в этом мире, но есть друг у друга. Не потеряйте эту связь. — Простите, сэр, — совсем поник Улль, исподлобья наблюдая за девочкой. — Ты должен быть её защитой и поддержкой, но никак не наоборот. — Да, сэр, — пробормотал Свенсон и сделал шаг в сторону подруги. — Прости, Лив. Он протянул ей печенье, и Бейли, воровато поглядывая на Джефферсона, схватила пачку и прижала лакомство к груди, словно кто-то ещё мог его отобрать. Но Маркус вдруг громко кашлянул, заставив девочку вздрогнуть. Быстро вскрыв упаковку, Оливия разломила хрустящий кругляшок пополам и протянула одну часть Ульриху. — Так-то лучше, — негромко проговорил капитан, наблюдая, как дети, рассыпая за собой крошки, бредут в сторону офицерских казарм.***
Настырный писк будильника бесцеремонно выдернул девушку из сна. Потерев глаза тыльной стороной ладони, Лив нащупала кнопку отбоя и взглянула на экран. Семь утра. В любой другой день она бы просто повернулась на бок, чтобы урвать ещё полчаса дрёмы перед строевой, но сегодня у неё был законный выходной, а все мысли занимал предстоящий разговор с Уллем, который будоражил настолько, что заснуть снова вряд ли было возможно. Температура воды в женских душевых плохо поддавалась настройке. Похоже, бойлер снова барахлил, поэтому девушка раздражённо шипела каждый раз, когда комфортное тепло превращалось в ледяные иглы. Завернув вентиль, Бейли укуталась в полотенце и вышла в пустую раздевалку. Обычно суета перед построением вынуждала собираться быстрее, но сегодня Лив не спешила. Ёжась от холода, она собрала влажные волосы в хвост и критически осмотрела своё отражение, вновь злясь на появившиеся веснушки, россыпью покрывшие лицо. Когда-то в детстве Ульрих в шутку сказал, что Бейли будто стояла рядом с буксующим в грязной луже мотоциклом. Получив кулаком в живот, он, конечно, долго потом извинялся, но отчаянное недовольство собственной внешностью у Оливии так никуда и не делось. Вернувшись в комнату, девушка распахнула шкаф и с минуту перебирала скудный гардероб, а затем, тяжело вздохнув, нацепила ненавистную казенную форму. Солнце уже заливало спортивную площадку, где несколько десятков кадетов проводили утреннюю разминку. Со стороны главных ворот проследовала группа вернувшихся с рейда. Они отпускали шуточки и смеялись, но каждый мечтал только об одном — поскорее добраться до постели. Поравнявшись с девушкой, высокий блондин отделился от толпы, приветливо улыбаясь. — Доброе утро, Лив, — Коди Торрес чмокнул девушку в щёку и подставил свою. — И тебе, ковбой, — улыбнулась Бейли, глядя на привычный головной убор в руках друга — широкополую шляпу. — Как прошёл рейд? — Как всегда, — сморщил он нос. — Скучно, долго, изматывающе. — Брось! Это же так круто! Скорее бы и меня распределили в отряд. Уже представляю, как выпущу серебро прямо в тушу дикого, — мечтательно протянула Оливия под разразившийся гогот остальных ребят. — Что? — За стеной всё не так, Оливка, — снисходительно ответил Дэйв, манерно зачесывая вьющиеся темные пряди. — Те рейды, что были лет пятнадцать назад, и те, которые проходят сейчас, — разные вещи. Мы просто ходим по лесу, как кучка идиотов. Оборотни давно не суются на нашу территорию, да их даже на нейтрале теперь не встретишь, сидят в своих норах. Единственное, кого стоит остерегаться, — кабаны, — ребята снова залились смехом, когда Мэтьюс приставил пальцы к губам, изображая бивни и пытаясь поддеть ими плечо девушки. — Серьезно, Лив, это раньше наши почти каждый день погибали в схватке с дикими, а теперь единственное, из-за чего может умереть охотник, это старость, — Торрес ободряюще сжал плечо поникшей Бейли. — Да успокойтесь вы уже! — рявкнул парень на свой отряд, что продолжал театральное представление, защищаясь от нападения «кабана». — Зачем тогда всё это? — кивнула она в сторону площадки, где занимались курсанты. — Наверное, дань традициям, — неопределенно пожал плечами Коди. — В любом случае пока ликанты топчут с нами одну землю, всегда нужно быть начеку, — бросил он задумчивый взгляд на мемориальную табличку с именами всех погибших на войне. — Но будем надеяться, что этого никогда не случится, — подмигнув девушке, парень поспешил догнать ребят, которые уже скрылись за углом здания. Лив хмуро посмотрела ему вслед, но затем достала из кармана наушник и вставила в ухо, включая любимый плейлист. Первые ноты заигравшей композиции идеально совпали с подавленным после полученной информации настроением. Напевая себе под нос строчки из песни, Бейли медленно шла по заросшей тропе, желая оказаться как можно дальше от людей. В голове не укладывалось, что все её мечты о рискованных рейдах, убийствах оборотней и приятной усталости в конце успешной операции оказались ошибочными. Обида на Улля рассеянной дымкой заволокла сознание. Девушку злило, что он никогда не говорил ей, что все эти вылазки не больше, чем турпоход для новичков, всегда поддерживая её глупые мысли о том, как будет проходить первое дежурство. А ведь он уже год как состоял в передовом отряде, принимая участие в обходе дважды в неделю, помимо этого заступая в наряд на пост в северной части стены. Казармы остались за спиной, сменяясь хозблоками, но Оливия упорно шла дальше, пока впереди не замаячила кромка леса, и только тогда перешла на бег, словно он мог исправить ситуацию. Свежий ветер обдувал лицо, помогая дышать полной грудью. Бейли двигалась привычным маршрутом, огибая препятствия в виде валунов и острых камней, не замечая, как проходит время в этом единении с природой. Остановившись у озера, она перевела дух, уперев руки в колени, а затем опустилась на влажную траву и достала из кармана маленький шоколадный батончик, что почти каждое утро волшебным образом оказывался в одном и том же месте — на прикроватной тумбе. Возвращаясь из душа, девушка первым делом бросала туда взгляд и невольно расплывалась в улыбке. Но сколько бы раз Лив ни пыталась уличить момент, когда Улль подкладывает ей сладость, засечь его так и не смогла. Наблюдая за лёгкими волнами, медленно облизывающими берег, она отправила в рот кусочек лакомства и блаженно прикрыла глаза. Он хотел её поцеловать! От этой мысли внутри что-то приятно заныло. Это же Ульрих. Её друг детства и самый близкий человек. Тот, с кем они ловили тритонов в этом самом озере и лупили палками траву, представляя, как будут ходить в рейды и выслеживать диких. Тот, чьи волосы вчера пахли терпкой хвоей и дождем. И почему она раньше этого не замечала? Свенсон часто помогал ей с тренировками, ставил удар и всегда ловил, удерживая от падения. Его руки на плечах или талии были чем-то естественным, но теперь от одного лишь воспоминания по коже бежали мурашки. Их губы были настолько близко, что хотелось сократить эти ничтожные миллиметры, отчаянно податься вперед и почувствовать мягкое прикосновение. Раствориться в крепких объятиях, наслаждаясь тем, как стирается эта тонкая грань между дружбой и любовью. Оливия тряхнула головой и смущённо зарделась. Теперь стало понятно, почему неловкие ухаживания Мэтьюса вдруг прекратились, стоило Лив рассказать Уллю о попытках парня позвать её на свидание. Неужели всё это время, пока Бейли видела в Ульрихе только друга, он смотрел на неё совсем иначе. Так, как теперь она смотрит на него. Умиротворённая тишина, прерываемая лишь шелестом листьев, убаюкивала, и Бейли расслабленно вздохнула, позволяя сонливости взять верх и утянуть за собой. Но стоило ей начать клевать носом, как девушка тут же встрепенулась и порывисто встала. Приблизившись к воде, она зачерпнула в ладони прохладную жидкость и умылась. Капли медленно стекали по шее, заставляя вереницу мурашек проследовать вдоль позвонков и окончательно взбодриться. Бросив мимолетный взгляд на часы, Лив чертыхнулась и поспешила вернуться на базу.***
Оливия уже подходила к корпусу, пытаясь скрыть довольную улыбку, что появлялась на её лице каждый раз, как в памяти всплывал вчерашний вечер, когда ступню неприятно кольнуло. Девушка остановилась и, неловко балансируя на одной ноге, стянула кроссовку. Громкий топот тяжелых армейский ботинок отвлек её от вытряхивания противных камешков. Лив вскинула голову, прикрывая ладонью глаза, чтобы разглядеть хоть что-то сквозь лучи палящего солнца. Пятеро охотников пробежали по дорожке в сторону главных ворот, даже не обратив на неё внимания. Проводив удивленным взглядом ребят, Бейли обиженно пробормотала себе под нос: — И вам доброе утро. Намереваясь уйти в противоположную сторону, Лив на секунду замешкалась, всё ещё наблюдая за отрядом, когда им наперерез выскочил Коди. Он что-то импульсивно тараторил, не переставая активно жестикулировать, а после повёл парней за собой. Девушка вскинула бровь, заинтересованная происходящим, и двинулась следом. Давно она не видела такого ажиотажа на базе. Это напоминало далёкое детство, когда раз в месяц в их отдаленную от больших городов местность приезжала машина с провизией, и всё подрастающее поколение, а частенько и взрослые, со всех ног мчались к машине, чтобы урвать себе ещё не растаявшее мороженое. У главных ворот, казалось, собралась вся гильдия. Разделившись на небольшие группы, они громко переговаривались и выглядели крайне обеспокоенно. Главнокомандующий Маркус Джефферсон на секунду отвлёкся от разговора с постовым, останавливая полный боли взгляд на подошедшей девушке, и тут же крикнул кому-то в толпу: — Уведите Бейли! — Пойдем, Лив, — Коди встал напротив неё, не давая рассмотреть то, что находилось рядом с воротами, и мягко коснулся предплечья, стараясь развернуть. — Что происходит? — сдвинула она брови, пытаясь высунуться из-за его плеча, но Торрес сильнее сжал руку, пытаясь оттащить Лив подальше. — Пусти меня, — прошипела девушка, отталкивая парня. — Лив! Не надо! — в отчаянии выкрикнул Коди, когда охотница сделала несколько шагов вперед, огибая стоящих. Из прицепа служебного джипа, который отвозил дежурных на посты, выгружали черный мотоцикл. Именно на нем, игнорируя общий транспорт, всегда передвигался Ульрих. Этот байк подарил ему Маркус на шестнадцатилетие. Отмахиваясь от объятий и благодарностей парнишки, он сухо бубнил себе под нос, что всё равно уже слишком стар для такого транспорта, а держать в гараже полуторалитрового красавца ему не позволяет совесть. Вздрогнув от того, как хромированный конь с грохотом завалился на бок, Лив нахмурилась, представляя, как будет зол Свенсон, когда увидит внушительную вмятину на бензобаке. Переведя внимание с мотоцикла на домик КПП, девушка ошарашенно замерла. На деревянной лавке лежало тело, прикрытое серым матерчатым мешком, от одного взгляда на которое по спине невольно проскользнули мурашки. Оливия несколько раз моргнула, растерянно оглянулась, ловя на себе сочувствующие взгляды, и тихо спросила у рядом стоящего Торреса: — Кто это? Но парень молчал, опустив глаза в пол. — Кто, Коди? — отчаянный крик пронесся по площадке, заставляя гудящую толпу замолчать. — Улль погиб, Лив, — едва слышно прошептал он, всё так же изучая щебёнку под ногами. Бейли коротко хохотнула и ещё раз взглянула на тело, отмечая коричневые мартинсы, которые её мозг словно намеренно проигнорировал в первый раз. Любимая обувь Свенсона. Висок как будто пронзили раскаленной кочергой, ввинчивая всё глубже в голову и сдавливая черепную коробку до нестерпимой боли. Все предметы потеряли четкость, вибрируя темными пятнами, а голоса превратились в белый шум, раздражая каждую клеточку. Сжав голову пальцами, Лив шагнула вперёд, но колени непроизвольно подогнулись, и девушка рухнула на разгоретый асфальт, проваливаясь в вязкую, пугающую тьму.
