Обещание моего белоглазого солнца

      Звезды слабо мерцали в океане неба, поглощенного тьмой. Ещё не ночь, но поздний вечер разворачивал свои томные крылья над деревней Скрытого листа. На окраине в это время особенно тихо. Ворота клановых кварталов уже давным давно заперты. Людей почти нет, лишь особо запоздавшие чунины, да пара генинов неторопливо возвращаются с миссий ранга С. Коноха засыпает.       Лишь одна деталь как-то выбивается из общего спокойствия, цепляя взгляд. Свечение розовых волос, забытая всеми девичья фигура. Сакура задремала прямо там, её бьёт крупная дрожь, сознание ненадолго притихло. Во сне можно наконец отречься от тревог и страхов, но неужели придётся ждать утра здесь?       Ногти впиваются в тонкую, почти прозрачную кожу. Ресницы начинают дрожать, даже прибывая в полусне, хрусталь не покидает её щёк. Капли сверкают, отражая звёзды. Красиво, правда от этого ни чуть не легче. Эта красота такая бессмысленная. Неужели действительно все забыли Сакуру? Никто не придет забрать её домой?       Ни родители, ни друзья, ни добрые дяди из академии, где она будет учиться через четыре года? Очень страшно.       Такие тёмные мысли пожирают все существование Харуно, захватывая разум, буквально каждую его клеточку… Страшно.       Неужели все будет именно так? Неужели она так и останется здесь? Неужели… — Сакура-сан? А что… Что ты тут делаешь? — А?       Ангел. Только так сейчас получается её назвать. Глаза, цвета раннего зимнего утра, как туман и свежий хрустящий снег. Волосы, словно небо сейчас, темные и прекрасные… А запах… Малознакомый, но уже такой любимый, запах апельсинов и мяты. Харуно хочет пропитаться им, стать частью этого аромата. Если это гендзюцу, то о боги, пусть оно никогда не рассеется. Однако то, что сейчас происходит слаще любой иллюзии — это реальность, детка. — С-Сакура сан! А что у тебя с ногами?! Нам нужно срочно найти врача… — Хьюга. — А. А? — на её щеках красные полосы крови Харуно, это так прекрасно! Розовые пряди дрожат в восхищении. А в голове бьется лишь: «Надеюсь, одежду она не испачкает». — Хьюга. Это твоя фамилия, да? Слушай! — Сакура, слегка хромая, скользнула прямо к белоглазой, — а как… — сердцебиение участилось, дыхание постепенно сбивается, воздуха не хватает, — как тебя зовут? — И… Имя?! — она залилась краской… Так мило, — моё имя Хината! И… Пошли уже… Э?!       Все вдруг померкло. Харуно, добившись цели, наконец почувствовала радость в полной мере, за все переключившееся с ней за короткий отрезок времени события. Ноги подкосились, становясь ватными. Темнота и последнее воспоминание… «Теперь я знаю имя солнца» «Мое солнце» «Хината»

***

— Совсем ты мать с отцом не бережешь!       Новое место — новые проблемы. Вот, например сейчас Миебуки просто в бешенстве. Нет, её конечно можно понять: вначале её дочь пропадает прямо из магазина мужа (Кизаши наверняка тоже досталось), затем не возвращается допоздна, а в довершение всего — наследница великого клана тащит её на своей спине в ближайшую больницу, куда из их дома идти, кстати почти вечность. — Ну-ну, Миебуки, — отец обнимает возлюбленную и тихо пыхтя поглаживает светлые пряди.       Сакура обомлела, но все же, привычно наблюдает за этой сценой с кушетки, на которой и провела ночь. Хината тут же подрагивает на стуле и смущенно выглядывает из воротника. Она возвратилась домой, но сегодня, как встала, то сразу же побежала навестить новую подругу. А тут бац! И её родители нарисовались, так ещё и в таком настроение. — Что у нас за дочь с тобой растёт… — мать вздохнула и демонстративно заплакала.       К таким выкрутасам и Кизаши, и его ребёнок уже привыкли. Мама любила и дочь, и мужа, но иногда за её характером, это разглядеть просто невозможно. А вот девочка Хьюга была, судя по всему в шоке. — Ха… Харуно-сан, все ли у вас хорошо? — чего-чего, а Миебуки, которая внезапно налетит на неё причитая, Хината точно не ожидала. — А ты такая хорошая девочка! Вот бы мне ребенка, как ты… Мечты-мечты…       Сакура закатывает глаза, а Кизаши по доброму смеется. Эта милая семейная энергия наполнила Сакуру, хотелось поддаться её чарам и забыться, но было ещё одно важное для неё дело. Розововолосая встала и тихонько подошла к Хьюге. Девчушка неловко улыбнулась протягивая новой знакомой руку. — В общем, Хината, я долго об этом думала, давай… Давай станем друзьями? — А. А? — её прекрасные щеки вновь покраснели, — а… Ну… Если ты правда хочешь… То я буду очень рада!       Девочки осуществили рукопожатие, в этот момент что-то ёкнуло в груди Харуно, а в животе забились бабочки. Все тело в мгновение стало горячее самой искусной техники катона, а затем со всего размаха шлепнулось в ледяной водопад. Настоящая, искренняя радость. «Прямо, как Ино рассказывала.»