No Homo

(Неделя 1) В суете начавшихся занятий Стайлз даже и не заметил бы приближающейся движухи, если бы Дерек в недавнем времени не жаловался на то, что ему нужно представлять братство на Дне Клубов, так что да, они официально начинают неделю набора новичков. Что не значит для Стайлза ровным счетом ничего, ведь он простой смертный середнячок, но Дерек был постоянно занят. Все это заставляет его скучать по Скотту. В прошлом году они так и гудели от возбуждения, под кайфом, готовые навсегда стать братьями в официальном качестве. Но он справляется. Фейсбук Стайлза говорит ему, что у него есть события, которые заполняют почти всю осень, и это довольно приятно — иметь реальные планы. Кроме его занятий. Первое мероприятие в этом году — День открытых дверей Kappa Phi Alpha — запланировано на ближайшую пятницу после начала учебы. В среду после смены Дерека на фестивале клубов, они рухнули на диван, захватив каждому по пиву, а кошка расположилась между ними на спинке дивана. Их обычные места. — Я так жду эту вечеринку, чувак, — говорит Стайлз, когда они ставят на паузу игру. Он откидывается назад, пытаясь допить последние капли пива, — я не пил больше, чем с одним или двумя людьми в течение нескольких месяцев. — Ты же понимаешь, что это не такая вечеринка, да? Стайлз хмуро смотрит на него. — Что ты имеешь в виду? — День открытых дверей для того, чтобы… — Дерек вздыхает, — мы используем его, чтобы отсеять тех, кого считаем хорошими кандидатами на алкогольное отравление. Мы выставляем выпивку и смотрим, кто выпивает, а кто напивается. — Но в прошлом году мы со Скоттом, типа, набухались как черти, — говорит Стайлз, пытаясь уловить блеф Дерека, но тут же понимает, что смущение настигает его. — Я за вас поручился. Сказал Дьюку, что это был первый раз, когда ты был без присмотра вокруг спиртного. Стайлз закрывает лицо руками и стонет: — О боже, ты серьезно? Мы были пьяными в стельку, господи. У нас даже не было оправдания. — Я так и думал, что ты бы этого не сделал, если бы знал, — говорит Дерек, пожимая плечами. — Черт, надеюсь, твоя крутая репутация не пострадала из-за того, что ты поручился за пару жалких первокурсников. — Не-а, — со смехом говорит Дерек, проводя рукой по козырьку своего снепбека, — я всего лишь получил постоянную обязанность служить скорой помощью, если кто-то из вас чересчур облажается. Стайлз вроде как хочет умереть. Сильно. Он не такой уж и неопытный. Он пил с пятнадцати лет и очень осторожно воровал отмеренное количество виски у своего отца. Он может держать себя в руках. — Пожалуйста, скажи мне, что никто все еще не считает нас совершенно никчемными, — говорит Стайлз, выглядывая из-под пальцев. — Не волнуйся, — говорит ему Дерек, но Стайлз не рассматривает такой вариант. — Черт с ним, я собираюсь скурить косяк. Будешь? Дерек пожимает плечами и кивает, недоумевая, как Стайлз так легко переключился в настроение «накуриться и со вкусом подрочить». (Это уже четвертый раз, когда они дрочат вместе. Не то чтобы он считал. Не то чтобы важно, сколько раз это происходит). ~ ~ ~ — Комната твоя до одиннадцати вечера, — говорит Дерек Джексону, хватая телефон и ключи с полки над кроватью. — С каких это пор ты пьешь по четвергам? — спрашивает Дэнни. Он растянулся поперек кровати Джексона, ломая голову над чем-то, что выглядит сложным и кодо-содержащим на его ноутбуке. Сам Джексон сидит в своем рабочем кресле и чистит ботинки. Потому что, по-видимому, люди до сих пор так делают. — Нет, не совсем, — говорит Дерек. — Просто иду на дружескую встречу. Джексон крутится на стуле. — Дружеская? Все твои друзья живут здесь. — Если только это не секс по вызову, — вставляет Дэнни. — Она горячая штучка? — Это не так… Не парься об этом, — пытается увильнуть Дерек, направляясь к двери, но Джексон встает между Дереком и его побегом. Джексон качает головой и говорит: — Ни хрена тебе не сойдет с рук странная и расплывчатая отмазка. Попробуй в следующий раз соврать получше. Дерек закатывает глаза. — Да ладно тебе. Дэнни свободен и даже не ищет никого, а я встречаюсь с одной и той же девушкой уже года три, и Анатомия Грея еще не началась. Мы скучные, и нам скучно. Расскажи нам о своей жизни, Дерек. — Джексон, принеси мне содовой, — быстро говорит Дэнни, наполовину спасая Дереку жизнь. — Мини-холодильник в четырех гребаных футах отсюда. Возьми сам. Дэнни качает головой. — Нет, найди мне «Фанту». В автомате на первом этаже. Джексон бросает на него странный взгляд, но уходит, и Дерек снова направляется к двери. — Погоди, — говорит Дэнни, — я не скажу ему ничего такого, чего ты не хочешь, и ты можешь поделиться со мной деталями. Но он классный. Иногда мне приходится его бить, но это ведь порой забавно. Дерек смотрит на него с минуту, обдумывая. Может быть, ему стоит рассказать к кому именно он собирается, потому что он понимает, что Дэнни прижал его. Не то чтобы это имело значение. Он почти уверен, что в какой-то момент он, пьяный, позволил своей бисексуальности просочиться. — Не совсем секс-визит, но мы на пути к этому, — говорит Дерек, — я пытаюсь подвести его к этой идее. — Кто он? Ты знаешь, в прошлом году я написал алгоритм, который может оценить сексуальную ориентацию человека на основе его активности в социальных сетях. — Хорошо, — говорит Дерек, немного отворачиваясь, затем очень тихо, — Стайлз Стилински. Дерек оглядывается, и Дэнни смотрит на него так, словно только что спас его от падения с карниза. — Не надо. Если ты любишь себя, просто оставь его в покое. — Он действительно не плохой, я не — — Дерек, выслушай меня. Как мужчина мужчину, — Дэнни смотрит на него очень серьезно, не давая ему уйти, — Я ходил в школу со Стайлзом с детского сада. Я его знаю. Есть люди, которые не могут признаться себе и принять свою ориентацию, и Стайлз — такой человек в квадрате. Даже если ты сможешь соблазнить его, а я не думаю, что ты сможешь, это плохо для тебя закончится. Проводить столько времени с кем-то, кто не хочет быть с тобой, — это самый быстрый способ похоронить себя на дне бутылки. — Все совсем не так. Я просто хочу немного пошалить, может быть, заставить его позволить мне отсосать ему. Ничего серьезного — Если ты хочешь что-то с ним сделать, ты уже слишком вовлечен, чувак. Оно того не стоит. Побереги свои силы и просто сходи как-нибудь со мной в клуб. Я знаю людей. Я найду кого-нибудь в твоем вкусе, если ты захочешь трахаться. Дерек делает гримасу. — Это не моё. В любом случае, это не что-то особенное, это просто… Это весело. Тусить с ним. Он хорошо отвлекает. — Послушай, это — твои похороны. Повеселись. — О, я так и сделаю, — говорит Дерек, слегка улыбаясь. — У него отличный член. Дэнни отвечает его ухмылке, машет ему рукой. — Я называю это блефом. Я видел его. Ничего особенного. — Поверь мне, он предстает во всей красе только во время эрекции, — говорит ему Дерек, сохраняя очень спокойное выражение лица. — Ты гурман, когда дело касается размера. Дерек пожимает плечами. — Я бы поспорил с этим еще неделю назад, но честно признаю. — Господи, как далеко ты с ним зашел? — Технически, — говорит Дерек, слегка поморщившись, когда думает об этом, — я бы сказал, что просто дохожу до третьей базы. Но это многообещающе. — Я заявляю это прямо сейчас: он не захочет и близко подходить к твоему члену. Если он позволит тебе отсосать ему, это будет совершенно односторонне. Готов поспорить. Дерек поднимает бровь. — Двадцать баксов и договорились. — Удачи с этим. Иди, попробуй. И скажи Джексону, чтобы он прекратил подслушивать и принес мне мою гребаную содовую. Дерек отдает ему честь, направляясь к выходу с легкой улыбкой. По дороге к своей машине он проходит мимо Джексона, но он не горит желанием знать, как много тот услышал. Это его не касается. На самом деле, это никого не касается, но он доверяет Дэнни, что тот унесёт его откровения с собой в могилу. Само собой, он в курсе, что то, что он делает со Стайлзом, чертовски глупо. Если бы он не был пьян, то не пошел бы в тот первый раз. Он не должен был, но ему было нечем заняться, и это было недалеко, в любом случае, это было чертовски плохое решение. И не только из-за этого. Стайлз пиздецки соблазнителен. Дерек развлекался с несколькими парнями, но они никогда не привлекали его так, как Стайлз. Еще со школы, если быть честным, но теперь он так чертовски близок. Это самое худшее и вроде как самое лучшее. Конечно, он тратит много времени, напоминая себе, что нет, обнимать Стайлза руками — не очень хорошая идея, что зацеловать его рот до покраснения определенно испортит все, ради чего он работал. Это не безнадежно, вот в чем дело. У него есть какой-то шанс, он это чувствует. Но он ничего не добьется, забравшись на Стайлза и усевшись на его член. Как бы чертовски круто это ни было. Нет, Стайлзу нужно немного расслабиться. Дерек понимает это, правда понимает. Но очень возможно, что он умрет от судорог в яйцах еще до того, как получит член Стайлза в рот. ~ ~ ~ День открытых дверей и правда не так уж и плох. Он был бы куда лучше, если бы Стайлз не ухмылялся так сильно, что его щеки болели, чтобы пересилить свой стыд за прошлый год. Кроме Дерека, у него здесь практически нет друзей. Было бы так глупо цепляться за Дерека всю ночь. (Он пытается не делать этого). — Иди поговори с кем-нибудь из новичков, — говорит ему Дерек, — они думают, что ты бог, потому что ты уже попал в клуб. И Стайлз пробует. Его цель состоит в том, чтобы выбрать кого-нибудь без друзей, так что он может в конечном итоге оказаться с кем-то, кто будет нуждаться в нем больше, чем он нуждается в них. Это не благородно, но это хорошая позиция. Первый же парень, с которым он пытается заговорить, широкоплечий и черный, с убийственно апатичным взглядом, грубо отшивает его. Второй парень, чудовищно высокий голубоглазый сошедший с картин Рафаэля, кажется, по крайней мере, смеётся над ним. Если судить только по внешнему виду, он предположил бы, что этот парень милашка, и может быть, частично заполнит эту Скоттовскую пустоту в его жизни, но на самом деле он вроде как мудак. Что было бы прекрасно, потому что Стайлз обычно довольно хорошо ладит с придурками, но он болезненно трезв и чувствует свои конечности и пытается не облажаться, поэтому он больше в режиме болтовни, чем в режиме подшучивания. Так что он прячется в своем телефоне, посылает Скотту миллион сообщений, на которые у того, вероятно, не самое подходящее время, чтобы отвечать. Но это заставляет его выглядеть так, будто он важен и у него есть друзья, верно? Когда он оглядывается, он видит, что Дерек болтает с парнем, с которым он пытался поговорить раньше, и серьезно, как бы, он знает, что Дерек был популярен в свое время, но он не из тех парней, с которыми можно болтать. Или, судя по всему, всё-таки из тех. Как бы то ни было, Стайлз здесь не с этой целью. За последние десять минут он отпустил с полдюжины шуток, и только он один смеялся, а это неправильно. Он чертовски забавный, черт возьми, и этим маленьким новичкам с детскими мордашками лучше это понять. Может быть, если он скажет, что должен кормить Бинкса, то сможет сбежать. Но он уже покормил его, черт возьми. Проходит еще минута, прежде чем он сдается и идет на кухню за банкой пива. Дэнни стоит у холодильника и наблюдает за происходящим в соседней комнате. Они не друзья…хотя… нет, все же они ни разу не близки. Они вместе учились в старших классах. Они вместе играли в лакросс. Он как Скотт Джексона. Вот и все. — Высматриваешь себе жертву? — спрашивает Стайлз, потому что его альтернативой является попытка поговорить с кем-то другим. Из двух зол, и все такое. Дэнни одаривает его таким взглядом, будто если бы ему было хотя бы на грамм не похер, то, наверное, он возненавидел бы Стайлза. — Определенно. Потому что я очень люблю мальчиков первокурсников. Тут ты меня подловил. Прыщи и пьянство — это так сексуально. Это не то, что он имел в виду. Но он почти уверен, что Дэнни не поверит, если он объяснит. Нет, он собирается отступить. Или, во всяком случае, таков его план, но он также думает о том, чтобы сделать затяжку из бонга в другой комнате и о том, что Дэнни думает о нем что-то неправильное, так что да, он собирается защищаться. — Знаешь, я вовсе не пытался сделать эту ситуацию гейской, — говорит Стайлз, — ты такой же как все. Дэнни поворачивается к нему, и Стайлз вспоминает, что он занимается социальными сетями братства, а в старших классах он взламывал Facebook людей для удовольствия, так что он не может просто убежать. — Это потрясающе, чувак, — пытается Стайлз, но это звучит слабо даже для него. — Я уверен, что член — это здорово, если тебе это нравится. А мне нет, но это совершенно круто, что ты такой. Дэнни качает головой. — Нет. Нет. Я на это не подписывался. На выходе он чуть не врезается в Дерека. Есть ограниченное количество раз, когда Стайлз позволяет себе хотеть умереть за один вечер, и Дэнни выводит его за грань своего предела. — У вас двоих какие-то разборки? — Спрашивает Дерек, открывая пиво. Стайлз морщится. — Я так не думал. Но мне кажется, он считает меня каким-то гомофобом. Понятия не имею, с чего он взял это дерьмо. Рядом с ним Дерек слегка фыркает, и да, это ужасно, что Дэнни думает, что он такой. По крайней мере, хоть кто-то это понимает. — Эй, эта вечеринка скоро закончится, верно? — Спрашивает Стайлз, — потому что у меня в морозилке есть бутылка водки, которая может стать твоей, если захочешь зайти. Его голос немного приглушен, потому что в этот момент они оба знают, что это значит, и Стайлз чувствует себя странно, говоря об этом вслух здесь. — Может стать моей? — Спрашивает Дерек, полуулыбка играет на его губах. — Я за, но мне придется остаться на ночь, если мы будем веселиться так, как ты любишь. — Я не твоя пивная сучка, Джексон, — кричит Дэнни, входя в соседнюю комнату. Даже не думая об этом, Стайлз отступает на полшага от Дерека, смотрит на банку в своей руке, потому что чувствует, как Дэнни смотрит на него, пока он не ныряет в холодильник за чем-нибудь, что выглядит как хорошее пиво. — Запомни этот разговор, — говорит Дэнни, выходя, но это адресовано Дереку, а не ему. Стайлз бросает на Дерека вопросительный взгляд, но тот лишь пожимает плечами. — Пойдем. Позволь представить тебе Бойда, — говорит он, ведя Стайлза в другую комнату. ~ ~ ~ — Мы пьем так много шотов, — говорит Стайлз, бросая ключи на кухонный стол по пути к холодильнику. — Я пью, чтобы забыть эту ночь. Кот запрыгивает на подлокотник дивана, чтобы выяснить причину шума, а затем начинает тереться о лодыжку Дерека, потому что он гребаный предатель. — Где твои рюмки? — Спрашивает Дерек, осматривая полки шкафа. — Мы со Скоттом философски против рюмок. Мы думаем, что они стоят на пути того, чтобы полностью раскрыть свой потенциал в употреблении алкоголя. Дерек фыркает и достает пару обычных стаканов. Ну, пластиковых стаканчиков с марвеловскими героями. Что угодно. Стайлз начинает наливать, качая головой. — Знаешь, я был классным парнем. Раньше я мог разговаривать с людьми и только в половине случаев это заканчивалось тем, что я нес полнейшую херню. Но потом я начал использовать Скотта в качестве своего социального костыля, и теперь я безнадежен. Он выпивает столько водки, сколько может проглотить, даже не притормозив, чтобы налить Дереку. — Да, я разгоняюсь шотами. Это была тяжелая ночь. — Никакого осуждения, — говорит ему Дерек, ставя бутылку обратно на стойку. — Давай посмотрим, сможешь ли ты не отставать, а? Два «шота» (читай: стакан наполненный до уровня дугового реактора Железного Человека) спустя, Стайлз вальяжно разгуливает с бутылкой и запрыгивает на диван. Дерек до сих пор шел с ним наравне — выпивка к выпивке, но он переключился на что-то с небольшим количеством сока, и Стайлз назвал бы его слабаком за это, если бы Дерек не мог надрать ему задницу. — Господи, а что ты жмешь? — Спрашивает Стайлз, опускаясь на диванные подушки, когда он подходит, чтобы сжать плечо Дерека. — Ты на ощупь как камень. У тебя вообще есть естественный подкожный жир? Или он слишком боится твоих бицепсов, чтобы приблизиться к тебе? — Это всего лишь бейсбол. И баскетбол, — говорит Дерек и слегка улыбается, отмахиваясь от комплимента. — Ладно, но серьезно. Серьезно. Стайлз спрыгивает на пол, так что они оказываются на одном уровне. — У тебя ведь есть пресс, не так ли? Дерек фыркает и качает головой. — Я занимаюсь серфингом. Я тренируюсь в зале. Ничего такого. — Господи, заткнись, я бы тебе сейчас врезал, если бы не сломал руку от удара. Поэтому вместо этого он гладит живот Дерека, чувствуя, как под его пальцами согреваются мускулы. — Ты выглядишь таким впечатляющим. У меня от тебя комплекс. Стайлз смеется и плюхается обратно на диван, едва не расплескав водку. Закатив глаза, он слегка приподнимает рубашку, чтобы похлопать себя по животу. — Посмотри на это. У меня складки на животе. Он тычет в него пальцем, глядя на Дерека в поисках подтверждения. — Ты весь сгорбился, — говорит Дерек. — Это даже не считается. У меня тоже живот превращается в складки, когда я так сижу. — Докажи. Дерек пожимает плечами, ставит свой бокал, прежде чем сесть рядом с ним в ту же позу и подтягивает свою рубашку. — Нет, это просто твоя упаковка маленьких кирпичей, — говорит Стайлз, и Дерек смеется. Стайлз чувствует его под рукой, на мгновение отвлекается. — Это не считается, чувак. Не издевайся над проблемами непривлекательных. Это просто нечестно. Стайлз убирает руку, потому что слишком долго прикасался к Дереку, и делает пару глотков водки. — Ты не такой уж непривлекательный, идиот, — говорит ему Дерек. Стайлз отмахивается от его возражений. — Ты знаешь, что на самом деле я трахался только с одним человеком? И был, типа, один минетик пару месяцев назад на вечеринке, но это даже не считается. Я такой неудачник. Боже, держу пари, ты трахнул миллион девушек. — Вообще нет. Дерек делает глоток своего напитка, а затем говорит: — Я трахнул свою ассистентку профессора на первом курсе. — Ни хрена себе, — выдыхает Стайлз. Дерек кивает. — Ага. Это было что-то вроде регулярного перепиха, но она оказалась чертовски сумасшедшей, так что, скатертью ей дорога, наверное. — Она была горячей? — О да. Но я не скорбел об этом. Стайлз кивает, делает глоток и встает. — Мне нужно в туалет. Сейчас вернусь. Он прекрасно ходит. Это, может быть, и более захватывающая прогулка, чем на трезвую голову, но это даже хорошо. У него всё хорошо. Застегивать молнию назад всегда отстой, и он находится на том уровне кайфа, когда он по умолчанию возбужден, так что это отстой больше, чем обычно. Не подумает ли Дерек, что это слишком по-гейски, если он просто…не застегнёт? Но это заставляет его думать о Дэнни. Потому что он, блин, не гомофоб. Он ничего не имеет против Дэнни, за исключением того случая, когда он чертовски пристально посмотрел на него за то, что тот заметил декольте Лидии. Но это было два года назад, и дело в том, что ему наплевать, если Дэнни гомосексуалист. Он никогда не приставал к Стайлзу, так что это не его дело. Кроме того, что Дэнни, кажется, считает его каким-то мудаком. — От меня что, веет гомофобией? — Спрашивает Стайлз, возвращаясь к Дереку в гостиную. Он оставляет водку на столе, ожидая ответа. Дерек делает паузу. — Ну…во-первых, немного. Совсем чуть-чуть. Стайлз делает гримасу, но потом, немного пораскинув мозгами, вспоминает, как он мог, возможно, немного сорваться. Но все же. — Просто дело было в границах, чувак. Ведь Дэнни намекал, что мне некомфортно быть собой? Стоит простить его. Или нет. Он не прощен. Потому что это было обидно и неправдиво. Мне абсолютно по душе быть собой. — Эмм, окей? — полувопросительно реагирует Дерек. — Нет, я серьезно! — говорит ему Стайлз, делая маленький глоток. — Я так серьезно. Я натурал, но не ограниченный, понимаешь? Я с этим смирился. С собой. Я в полнейшем дзене. — Ты что-то слишком много болтаешь, — говорит Дерек, поднося стаканчик ко рту. Стайлз пристально смотрит на Дерека, из него вырывается немного раздраженный звук. — Что ты хочешь этим сказать? — Ничего. Я просто хочу сказать, что тебе не обязательно так много говорить. Стайлз опускает руки на свои бедра. — Знаешь что? Я докажу это. — Да неужели? — Ага. Серьезно. Я абсолютно спокоен и уверен в своей правоте, и я собираюсь это доказать. Дерек поднимает одну идиотскую бровь, и Стайлз знает, что он должен сделать. — Мне нужно, чтобы ты позволил мне потрогать твои причиндалы, чувак. Вторая бровь Дерека присоединяется к первой. — Это по-гейски, только если мы на самом деле геи, — говорит Стайлз, когда до него доходит. — А мы — нет. Так что это просто прикосновение к члену натурала. — Хорошо, — говорит Дерек, откидываясь назад, чтобы расстегнуть джинсы и спустить их до самых бедер. Дерек стаскивает их со своей задницы, и Стайлз не уверен, почему он так непрерывно думает о ней. Тем не менее, его нижнее белье похоже на трусы. Стайлз мельком видел его, но никогда так близко. Он никогда раньше не видел член Дерека. Дерек держал его при себе. Что, в общем-то, следует их соглашению. Но Стайлз любопытный. — Я просто… — он двигается неестественно, не зная, как подойти, и вздыхает. — Черт возьми, — он просто перекидывает ногу через бедра Дерека. Требуется секунда, чтобы уравновесить свое тело; он хорош. — Ты уверен …? — протест Дерека затихает, когда рука Стайлза спускается по его блядской дорожке волос на животе к широкой резинке трусов. — Я дрочил себе, наверное, миллион раз. Это одно и то же. Просто другое направление. Он стягивает пояс вниз, чуть ниже яиц Дерека, смотрит на покрасневший член, выглядывающий из крайней плоти. Его кожа вообще другого цвета, и Стайлз обрезан, так что, хотя он видел это в порно и все такое, это просто выглядит немного по-другому. У Дерека нет такого шрама, как у него. Это странно. Но это одно и то же. — Извини, — быстро говорит Дерек, переводя взгляд с рук Стайлза на его нижнее белье, а затем на лицо. — Это не… ты же знаешь, как это бывает. Иногда это просто случается. Стайлз немного смущен, но, поддаваясь любопытству, проводит пальцами по члену Дерека. Он теплый и мягкий, но в то же время твердый и— — О, чувак, ничего особенного, — говорит ему Стайлз. — Обычно я хочу трахать всё, что движется, после третьего стакана. Я возбужден 24/7, так что никакого осуждения. Господи, как только он думает об этом, он чувствует, как пульсирует в области его ширинки, но это отходит на второй план. У него есть задание. Доказать себе. — Мне всегда было интересно, каково это, — говорит Стайлз, обнимая Дерека. — Я как-то написал эссе об обрезании и прочитал, что на самом деле не обязательно использовать смазку, если ты необрезанный. Знаешь, мне всегда было интересно, как он ощущается в руке. Дерек резко дышит через нос. — А как ты это чувствуешь, если ты обрезан? Стайлз смотрит на него, его рука неподвижна, только большой палец скользит вверх и вниз по коже. Это немного отвлекает, когда у него в руке член. Он привык что-то с этим делать. — А ты хочешь? — спрашивает он, глядя на свою промежность. Дерек кивает, и Стайлз пожимает плечами. — Дерзай. Просто плюнь себе на руки или еще что-нибудь. Пока Дерек расстегивает штаны, он говорит: — Ты знаешь, что они делали обрезание парням, чтобы было больно, если они попытаются подрочить без чего-то, что облегчит скольжение? Грех или что там… — он тяжело дышит, когда Дерек берет его за руку. — Ты ведь даже не возбужден до конца, правда? — Спрашивает Дерек, и Стайлз качает головой. — Дай мне секунду, и я буду, черт. Прошло чертовски много времени с тех пор, как у меня была чья-то рука, кроме своей Дерек издает тоненький смешок — Спорим, я могу заставить тебя кончить первым, — говорит он, и Стайлз фыркает. — Окей, чувак. Приготовься проиграть. Держу пари, у меня здесь гораздо больше опыта. — Посмотрим Дерек хорошо облизывает свою руку, и, может быть, это потому, что Стилински делал то же самое с собой так много раз, но он почти уверен, что член Стайлза немного подрагивает в предвкушении. Он не собирается проигрывать. Когда дело доходит до дрочки, Стайлз действительно профессионал. Он мастуер-батор. Это просто факт. — О, черт, да, давай еще, — стонет Дерек. Его голова откидывается на спинку дивана, но рука на члене Стайлза не останавливается. Ощущения гораздо приятнее, когда кто-то другой прикасается к нему. Но он собирается победить. Стайлзова погоня «за золотом» тоже работает. Обычно, если Стайлз достаточно возбужден, то он может довести себя до оргазма за две минуты, максимум. Сейчас же заставить Дерека кончить получается немного менее эффективно — стимуляция немного изменилась — с обратным углом и другим скольжением крайней плоти Дерека. Но он может точно сказать, что Дерек уже близко. Возможно. Это совсем другой блин член. Этот член требует больше изучения, чем Стайлз способен постигнуть прямо сейчас. Но Дерек хорош. Он делает что-то большим пальцем, отчего Стайлз стискивает зубы и хватается за плечо Дерека, чтобы сохранять равновесие. Так или иначе, прошло всего несколько секунд, прежде чем Дерек закусил губы и кончил на рубашку, немного попав на руку Стайлза. Он удостоверяется, что Дерек закончил, прежде чем убрать руку с члена. Рубашке конец, пока ее хорошенько не выстираешь, это уж точно. — Ублюдок, — шипит Дерек, но уголки его рта слегка приподнимаются. А потом он обеими руками сжимает член Стайлза, и Стайлз просто теряет себя. Его лоб ударяется о плечо Дерека, и он никогда, блядь, не признается в этом, но он издает чертовски неловкий звук, когда кончает. Но. Это, наверное, лучший оргазм, который он испытал за очень долгое время, и вау, ему очень нужно, чтобы его трахнули. — Думаю, мне нужно одолжить рубашку, — говорит Дерек. Стайлз садится, моргает. — Мы устроили небольшой беспорядок, — он смеется. Из него всегда бесконтрольно льется болтовня после оргазма. — В любом случае, давай я разберусь с этим. Я положу твою рубашку вместе со своим бельем. Дерек наклоняется, хватает салфетку и вытирает то, что может, прежде чем снять рубашку. Вскочив с дивана, Стайлз уносит ее в свою комнату. Между прочим, у Дерека действительно есть пресс, святой боже. У него много разных рубашек, но он обходит стороной все, что слишком сильно повредят его самооценке, поэтому хватает свободную футболку. Она не будет болтаться на Дереке, но и не лопнет по швам. Он почти уже было выходит обратно в гостиную, но решает скинуть с себя джинсы. Нет никакой причины носить их. С точки зрения границ, они определенно уже на достаточном уровне. Дерек натягивает футболку. Он двигается лениво, как всегда после дрочки. Нет ничего странного в том, что Стайлз это знает. — Мне кажется, что я в любую секунду вырублюсь, честно, — говорит Дерек, и Стайлз понимает его. Действительно понимает. — Валяй. Я вытерся. Если тебе что-нибудь понадобится, бери сам. Он бросает Дереку сонную улыбку и смотрит на кота, ожидая, что Бинкс последует за ним в его комнату, но вместо этого он забирается на Дерека. Стайлз машет рукой в знак поражения и направляется к себе. ~ ~ ~ Похмелье Дерека только набирает обороты, когда он возвращается домой, но он все равно ухмыляется. На кухне он натыкается на Дэнни, который наливает себе кофе. — Ты должен мне двадцать баксов, — говорит Дерек, не в силах сдержать ухмылку. Он чертовски гордится собой, и должен гордиться. Ну, типа того. Технически это была идея Стайлза. Но это, черт возьми, случилось. Дэнни оборачивается. — Не. Может. Блять. Быть. — Это даже не моя рубашка, — Дерек говорит ему. Он наблюдает, как глаза Дэнни, сканируя его, расширяются. — Черт. Дерек пожимает плечами и идет за кофе, как только Дэнни, наполнил свой стакан и отошел от стола. — Я всегда клялся, что он из тех, кто «это не по-гейски, если я не буду смотреть ему в глаза», понимаешь? Он бы сделал все что угодно, чтобы притвориться, что он не с парнем. — Он не собирается идти на парад или что-то в этом роде, — говорит Дерек, доставая кружку, — но я думаю, что смогу довести его до такой кондиции за пару дрочек. Хотя это примерно 300% пустого хвастовства, потому что он действительно чертовски беспокоится, что они зашли слишком далеко и слишком быстро. Стайлз был пьян. И конечно, он тоже выпил, но это не одно и то же. У него такое чувство, что Стайлз либо не вспомнит, либо сделает вид, что не помнит, чтобы не сталкиваться с этим. Чертовски стыдно, потому что Дерек до сих пор чувствует сладкий изгиб его руки и то, как губы Стайлза коснулись его шеи прямо перед тем, как он кончил. Самое худшее в Стайлзе то, что Дерек не может просто забить на него. Нет, он украдкой наблюдает за Стайлзом в холле, в школьной столовой, начиная со второго года в старшей школе, и он не может избавиться от ощущения, что он абсолютно не приблизился к тому, чтобы получить от него что-то реальное. Ладно, не то чтобы он действительно хотел чего-то серьезного. Но было бы неплохо, если бы вместо «давай потусуемся» Стайлз написал ему что-нибудь вроде «давай потрахаемся». По крайней мере, так честнее. И, ну, Дерек любит обжиматься. Это весело. У него достаточно воспоминаний о том, как Стайлз целовался со своей школьной подружкой перед школой, чтобы знать, что Стайлз, вероятно, отлично целуется. Но он не собирается давить. Он даже не собирается беспокоиться об этом. Он просто будет плыть по течению. Посмотрим, что получится. ~ ~ ~ (Неделя 2) Стайлз медлит, прежде чем снова написать Дереку. Много колеблется. Кажется, что они пересекли какую-то странную черту, но в то же время это не так уж и странно. На самом деле это не гейская штука, так как он мог сделать это с самим собой. Это была просто мастурбация с небольшой помощью. И это было куда лучше, чем почти все, что он чувствовал от своей собственной руки. В основном он колеблется, потому что не уверен, как передать, что хочет сделать это снова по-братски. Ему требуется около получаса, чтобы составить не странный текст, но в конце концов он посылает только одно слово: «скучно». Ему нужно немного подождать. Тем временем Бинкс медленно перемещается с колен на живот и грудь, согреваясь и лишь слегка разрывая его в клочья. «У меня есть пара часов домашней работы» получает он в ответ, и хорошо, с этим можно работать. Высунув язык из уголка рта, он тоже печатает: «ненавижу работать в одиночку». Он отправляет его, не слишком задумываясь, а затем пишет вдогонку: «я поставлю пиццу в духовку». Проходит минута или две, прежде чем Дерек посылает: «иду». Они занимаются делами. У Стайлза есть домашнее задание. На самом деле он не собирался ничего делать, но он может адаптироваться и сделать вид. И у него хорошее предчувствие. Это предчувствие не исчезает полностью, когда Дерек приходит к нему, но оно становится немного смешанным. Глаза Дерека чертовски красные, и он прищурен. — Ты под кайфом? — спрашивает Стайлз, впуская его. — Что? Нет — Чувак, у тебя так прищурены глаза, что я мог бы лишить тебя зрения кусочком зубной нити. Ничего особенного. Ничего? Он не уверен, почему, но он чувствует себя немного расстроенным, что Дерек получает кайф с другими людьми. Дерек качает головой, бросая сумку на диван. — Я забыл снять линзы вчера вечером. Мои веки сейчас словно наждачная бумага. — Ты носишь контактные линзы? — Стайлз не может сдержать смех. — Это значит, что у тебя есть очки? Дерек пристально смотрит на него, потом достает из кармана баскетбольных шорт очки в толстой оправе и надевает их на лицо. Его брови призывают Стайлза осмелиться сказать что-нибудь об этом, и он это делает. — Ты выглядишь таким задротом, — говорит он Дереку. Это даже не совсем правда, потому что почти ничто не может заставить Дерека выглядеть ботаном, не с его плечами, но «эти очки действительно круто смотрятся с твоей челюстью» — это не то, что ты говоришь своему бро. — Заткнись. У вас есть что попить? — «Маунтин Дью» в холодильнике. Бери. Когда Дерек уходит в другую комнату, Бинкс обвивается вокруг его икр. — Принеси мне один, — говорит Стайлз, начиная убирать маленькую барную стойку, которую они со Скоттом используют вместо настоящего стола. (Сам Стайлз им не пользуется, потому что нет никакого смысла сидеть за столом, если ты ешь в одиночестве.) — Почему у меня такое чувство, что ты любишь болтать, когда «учишься»? — спрашивает Дерек, ставя перед собой содовую. Стайлз морщится. — Ну. Ты не ошибаешься. — Все в порядке. Я могу игнорировать практически все. Тогда это неловко. Потому что Стайлз думает о том, что ему действительно не стоит предлагать им снова дрочить, а Дерек ничего не говорит о прошлом разе, и он не совсем уверен, что бы это значило. Не то чтобы Стайлз хотел поговорить об этом; он просто хочет сделать это снова. Духовка пищит, сообщая о том, что пицца разогрелась, и Стайлз идет разбираться с этим, вместо того чтобы стоять и молчать. После этого он ведет светскую беседу, связанную со школой, в то время как Дерек достает свои вещи, возится с тарелками, раскладывает еду для Бинкс. Скоро ему все-таки придется поиметь дело с лотком, потому что его ванная комната начинает вонять, как кошачьи какашки. Дереку требуется около десяти лет, чтобы закончить домашнее задание. Стайлз наблюдает за ним половину времени, надеясь, что он почувствует давление, чтобы поторопиться. Но нет, Дерек не торопится, поправляет очки на носу, читает и делает все, что люди делают, чтобы учиться. Это чертовски скучно. Стайлз копается в Reddit, Cracked и Facebook, и он потрясен, что у него еще не появились старческие пигментные пятна, когда Дерек закрывает учебник и вздыхает. — Ты наконец-то закончил? — Спрашивает Стайлз, поворачиваясь на стуле. — Я действительно только что закончил. Ты вообще что-нибудь сделал? — Нет, — гордо отвечает Стайлз. Дерек фыркает. — Ну, я чертовски устал — Наверняка, — говорит Стайлз. — Ты, наверное, хорошо поработал. Ты должен вознаградить себя. Это выходит прежде, чем он успевает убедить себя, что не должен этого говорить, и Дерек смотрит на него таким взглядом, как будто он думает, что понимает, о чем говорит Стайлз, но не уверен. Он делает это не нарочно, но Стайлз вроде как смотрит на промежность Дерека, и да, хорошо, по крайней мере, теперь они оба понимают, о чем идет речь. Может быть, он немного нетерпелив, когда перепрыгивает через спинку дивана за своим игровым контроллером, чтобы поставить какое-нибудь порно, но он ждал целую вечность, буквально, и он не очень хорош в сдерживании своей импульсивности, так что это действительно впечатляет само по себе. Он также сидит немного ближе к центру, чем его обычное место, но ему не нравится идея вербального оповещения о том, что он хочет, чтобы произошло какое-то прикосновение к члену. Немного другое прикосновение. И, может быть, Дерек видит это не так, как он, и может быть, Стайлзу придется убеждать его, но он хочет сначала оценить обстановку. Дерек тоже сидит чуть ближе к центру, чем обычно. Может быть, все идет своим чередом. Преисполненный надеждой, Стайлз выбирает случайное порно, не тратит время, просто бросает контроллер и стягивает свои спортивные штаны вниз по бедрам. Он смотрит на Дерека, который на секунду встречается с ним взглядом, прежде чем сделать то же самое. Левая рука Стайлза дергается на его собственном бедре, затем поднимается и зависает в пространстве между ними, как вопросительный знак. Коротко кивнув, Дерек убирает свою руку в сторону и плюет на ладонь. Наверное, это должно быть отвратительно, но Стайлз делал это миллион раз. Но то, как Дерек сжимает его в кулаке, определенно не похоже на те миллионы раз. Это намного лучше, просто потому, что он не знает точно, что будет делать рука Дерека. Но Стайлз работает левой, и он хотел бы назвать себя амбидекстром, но в его левой руке просто отсутствует требуемая натренированность мышц. Его руку просто сведет судорога, если он попытается действительно сделать это, поэтому вместо этого он просто продолжает водить рукой в ровном, медленном темпе. После того, как Дерек заставит его кончить, он возьмёт в правую, и все будет хорошо. Дерек замедляется, и водит рукой ужасно медленно, достаточно медленно, чтобы Стайлз попытался ударить его кулаком. Дерек ведет себя как ублюдок, мучая Стайлза этими невыносимо медленными скольжениями, поэтому Стайлз обхватывает его за руку, показывая ему, чего он хочет. Он немного смеется над этим, но делает то, что хочет Стайлз. Самое приятное, что у Дерека большие руки. Это ощущается просто офигенно. На заднем плане или переднем плане, да пофиг, идет порно, и ему даже не нужно смотреть его, потому что чужой руки вполне достаточно. Его тело начинает гореть, мышцы напрягаются перед оргазмом, поэтому он опускает руку, чтобы поиграть со своими яйцами, чувствует, как они подтягиваются к его члену, прежде чем он кончает, издавая негромкий звук. Он позволяет себе немного отдышаться, прежде чем передать Дереку салфетку для спермы, текущей по всей его руке, и повернуться так, чтобы он действительно мог добраться до члена Дерека под хорошим углом. Господи, как странно ощущать биение чужого пульса через член. Круто, но странно. Ему также интересно, какая на ощупь смазка, вытекающая из члена Дерека, поэтому он проводит большим пальцем взад и вперед по маленькому углублению на головке. Все становится липко-скользким. Сам он никогда не делал этого специально, но ему все еще немного любопытно, одинаковы ли они на вкус. Но это не то, что он собирается выяснять. Но Дерек издает эти короткие хриплые звуки, закрывая лицо, и откидывается назад, в то время как его бедра двигаются в руках Стайлза. Если бы сейчас не происходило того, что происходит, Стайлз мог бы заговорить. Он любит говорить во время сексуальных развлечений, но это что-то другое. Просто здесь не место для этого. Конечно, он не разговаривает сам с собой, когда дрочит, и он не хочет, чтобы Дерек знал, что иногда он делал это в прошлом. Наверное, это очень тупо. Странно и немного круто, что он чувствует приближение оргазма как раз перед тем как Дерек кончает. Улавливает что-то в том, как его тело напрягается. Ему удается поднять рубашку Дерека как раз вовремя, чтобы спасти ее. После этого он откидывается на спинку сиденья, потягивается и застегивает молнию. Они включают видеоигру. И не говорят об этом. Тут не о чем говорить.