излишнее внимание к неудосуженной персоне

говори мне - мияги.

в тот день, когда чонгук купил кольцо и подвеску, он понял, что ему необходимо с кем-то поговорить о дальнейших планах на жизнь. нужнее всего эта информация была для его родителей, точнее — для его матери. он действительно приезжает к ним домой — и находит её, читающей какой-то французский роман в тоненькой обложке. он ещё с детства заметил, что за чтением она расслаблялась и приводила в порядок мысли, когда они расшатывались до состояния практически неврозов. уровень ответственности, в первую очередь, за свою семью не давали ей полноценно расслабиться. сейчас её головной болью был чонгук и его возможная помолвка с лилой — это был бы перспективный брак с той стороны, что это способствовало бы объединению имущества и решения этих разногласий — семья ким имела свои интересы в заключении этого союза. большой проблемой было то, что чонгук уже открылся ей, а значит его будет сложнее (если вообще возможно) уговорить хотя бы на фиктивный или гостевой брак. чуется ей, что чонгук, стоящий на пороге её комнаты, приехал, не чтобы её как-то удивить. — не ожидала тебя увидеть сегодня, — она откладывает книгу на тумбу, устало прикрывая глаза. — что-то случилось? — я хотел поговорить с тобой, — он усаживается на край кровати, осторожно беря её за руку. женщина не сжимает его пальцы, но не убирает свою руку. — помнишь, я говорил тебе про свои предпочтения? — то, что ты хочешь работать во фрилансе? — нет, я про романтические предпочтения, — он видит, что её брови становятся ближе друг к другу. — ты о том, что тебе нравятся мужчины? я же говорила уже, что я не против, — она делает голос чуть тише. — я помню, просто сейчас я ухаживаю за одним парнем, и я подумал о том, чтобы сделать ему предложение, — он видит, как мама замирает на несколько секунд, после чего едва слышно вздыхает. — я хотел посоветоваться с тобой, если ты не против. мне просто правда больше не к кому идти — чохин уехал, а папа не воспримет мои слова всерьёз. — какой совет ты хочешь получить? — она всё же сжимает его ладонь и усаживается на кровати чуть удобнее. — на самом деле, я подумал, что тебе это будет интересно. как папа делал тебе предложение? женщина улыбается, стоит ей вспомнить о таком приятном событии в короткой супружеской жизни. чонгуку кажется, что даже её глаза загораются чуть ярче, и с них сходит усталость. — он познакомил меня с родителями, а потом мы поехали в ресторан. там мы заказали что-то, я сейчас даже не вспомню что. потом он сказал, что ему нужно отойти в туалет, а сам в это время достал из кармана пальто кольцо, — она смотрит чонгуку в глаза и широко улыбается. — он спросил «хочу ли я провести с ним всю свою жизнь»? я согласилась, — она улыбается так счастливо, что чонгуку на секунду кажется, что они и не разводились. — потом, у нас была свадьба и медовый месяц. я забеременела, — о своей первой беременности, которая прошла крайне тяжело, она вспоминает с большим трудом. улыбка понемногу спадает с её лица. — когда чохину исполнилось два года, он впервые предложил мне развестись, — уголки её губ окончательно опускаются вниз. — я согласилась развестись только когда тебе исполнилось пять, но даже тут он сумел повести себя, как мужчина — он побоялся того, что о нём скажут его родственники, мои родственники, поэтому практически никто не знает, что мы официально разведены. мне просто повезло, что у меня такая же фамилия. — как ты думаешь, я не сильно тороплюсь с моим решением? — ты не хочешь познакомить меня с ним? — она видит, как чонгук волнуется. — или может, я уже его знаю? у тебя много друзей парней. — нет, ты не знаешь его. он учится со мной в одном университете, но он старше меня на год. его зовут тэхён, — он легко улыбается, стараясь не смотреть на улыбающуюся маму. — я могу показать фото. — почему ты не хочешь привести его в наш дом? я уверена, что он достойный человек, раз ты решил связать вас брачными узами. мне конечно не очень понятно, как вы планируете воплощать эту затею в корее? — я боюсь, что вы не примите его. он не из нашего общества, он живёт на съёмной квартире и достаточно ранимый. — мы примем любой твой выбор, по крайней мере я, — она чуть сильнее сжимает его руку, заглядывая в чужие глаза. — я не против вашего возможного брака, но ты же понимаешь, что его никому нельзя будет показать? — мы обсуждали это с ним, он не против. — всё же, если он примет твоё предложение, то нам в любом случае надо будет обсудить вашу дальнейшую жизнь. мы всё обсудим и выберем самый подходящий вариант. на данный момент, я благодарна тебе, что ты посвятил меня в эту часть своей жизни. я не думаю, что ты торопишься, ведь если ты чувствуешь импульс, то нужно воплощать его. — я обещаю познакомить вас, — чонгук уходит с улыбкой из чужой комнаты. он уезжает в свою квартиру со спокойной душой — ему в принципе всё равно примет ли отец его выбор, ему гораздо важнее, чтобы тэ принял его предложение, потому что от этого будут зависеть их дальнейшие действия. конечно, его мама информирует отца — тот ехидно усмехается, потому что не считает это решение осознанным. неужели он не предлагал своей первой любви, которой не являлась его бывшая супруга, пожениться только потому что якобы пожениться нужно?

***

эта поездка частично была также для того, чтобы родители чонгука банально посмотрели на тэхёна — несомненно, чонгук хотел показывать тэхёна всем, как трофей, как самый желанный приз, как сокровище, которым просто так не поделишься. они уезжают из квартиры тэхёна ровно за пять часов до вылета. его родители, уже прошедшие регистрацию, ждут их в аэропорту. тэ непривычно ехать в новой машине, но чонгук, подпевающий радио волне, успокаивает и бодрит его. он чувствует себя скорее тревожным, чем уставшим, потому что чужих родителей он ни разу не видел, единственное, что он знает про них, так это то, что они давно в разводе. тэ не знает, как пройдёт знакомство — будет ли чонгук давать ему какое-то определение? если да, то какое? конечно, он может ничего не говорить и не объяснять матери, зачем некий парень, старше его на год едет с ними в семейную поездку, но неужели есть смысл скрывать? тэ будет чувствовать себя странно и комично, если ему выделят отдельный номер в гостинице, потому что он в любом случае будет приходить в чужой и проводить большую часть времени там. чонгук катит два чемодана на колёсиках, когда они оказываются в аэропорту. тэ же держит паспорта — со стороны они выглядят непривычно для кореи, но вполне естественно для них самих. госпожа чон машет чонгуку и указывает на места рядом с ней. отца он рядом с ней не замечает, но это не удивляет его — он что-то упоминал про работу, занятость и новые проекты. они быстро проходят регистрацию, и тэ чуть настороженно подходит к женщине в приятном лёгком платье чуть ниже колен. — тэхён? — у госпожи чон такие же большие глаза, как у чонгука и такая же улыбка. на самом деле тэ любил смотреть на людей и их родителей, всегда невольно находя сходства между ними. — да, — тэ осторожно оседает по левую руку от чонгука. — госпожа чон, мне очень приятно познакомиться с вами. а почему господин чон не поедет с нами? — он приедет чуть позже, ближе к середине августа, сейчас у него много работы. чонгук мало про тебя рассказывал, а мне очень интересно послушать про тебя, — она улыбается, и он понимает у кого чонгук взял свою улыбку. — я учусь на третьем курсе на лингвистический факультете, работая уже несколько месяцев концертным организатором группы чонгука. вы же знаете, что он сейчас главный вокалист? чоны встречаются глазами — он помнит, как мама отвела его на первое занятие в музыкальную школу и он поклялся, что никогда не будет заниматься музыкой. — ты чем-то увлекаешься? у нас есть ещё несколько часов, мы можем поговорить о тебе. — вам правда интересно? — чонгук с мягкой улыбкой поворачивает голову в его сторону. — конечно, мне же хочется узнать поближе человека, которому чонгук предложил… — мама, — он обрывает её на середине предложения, потому что понимает, что та может проговориться про то предложение, про которое не нужно сообщать заранее. — предложил поехать с нами на острова, — она едва сдерживает смех от образовавшейся неловкости, но всё же направляет тэ в сторону рассказов о моде. он чувствует себя с ней спокойно, потому что даже внешне она напоминает ему практически самого дорогого человека на данный момент в его жизни. возможно, что-то он взял от отца, но основные черты явно были её. у чонгука они были грубнее и мужественнее, у неё же рисовались в мягкий и приятный, пусть и немного уставший силуэт. чонгук не вмешивается в чужой разговор, периодически поглядывая то на тэ, то на маму. он был уверен практически полностью, что они найдут о чём поговорить — они иногда молчат, но потом вновь возвращаются к беседе. всё время он держит чонгука за мизинец левой руки. — а почему наша посадка раньше, чем у остальных? — тэ спрашивает это на ходу, проходя по коридору, отделяющему их от самолёта. — потому что мы в бизнес-классе, — чонгук отвечает это будничным тоном, но глаза тэ немного округляются. — я же обещал обеспечивать тебе максимальный комфорт? мне кажется, я неплохо справляюсь. они усаживается на купленные места — полёт проходит спокойно, тэ не тошнит, и у него не закладывает уши. он успевает поспать и частично выспаться за время пребывания в самолёте. из аэропорта их забирает такси, заказанное госпожой чон. она с большим удовольствием рассматривает пейзажи — чонгук видит, что они одновременно с тэ смотрят на одну и туже пальму, и невольно улыбается. в этот раз семья чонов решает заселиться в отель — это был их любимый отель, в котором они жили, когда планировали долго оставаться на островах — вилла была бы менее удобна. госпожа чон селится в тот номер, который расположен как можно дальше от лифта — даже на отдыхе она хотела чувствовать умиротворение, и чтобы люди её не тревожили. чонгук открывает дверь магнитным замком, чем вызывает у тэ удивление. то, что для чонгука было обыденными действиями для него всё ещё являлось чем-то интересным, занимательным и едва понятным. в номер входят все удобства — туалет, ванная, гардеробная и одна большая комната, чьи окна выходят на морской пейзаж — пальмы медленно качаются, а птицы едва слышно гаркают. тэ останавливается на пороге, чонгук же уже прошёл в номер и, разувшись, упал на кровать спиной. тэхён осматривается — он в таких условиях никогда не жил, неужели он достоин в подобном отдыхать? — если руки хочешь помыть, то дверь слева — это ванная, — чонгук кричит ему из комнаты. — тэ, ты меня слышишь? он привстаёт с кровати, когда видит, как тэхён осторожно проходит в большую комнату, гладя себя по локтям. он осматривает помещение, не пропуская ни одного предмета. — мы целый месяц тут будем жить? — чонгук смотрит на него. — да, я выбирал такой номер, чтобы нам было удобно, — действительно, чонгук заморочился над тем, чтобы был небольшой балкон, на который можно выйти и посмотреть на улицу. — тебе нравится? — мне нравится, что тут есть большой телевизор, — в его съёмной квартире не было телевизора вообще, потому что он его не смотрел — всё настолько перешло в интернет, что даже новости своего района он узнавал оттуда. — мы приехали за столько километров, чтобы смотреть телевизор? — чонгук видит, как тэ проверяет шторы, осматривает ванную и всё же перетаскивает свой чемодан в гардеробную. — я планировал вечерами смотреть ютуб, — из-за шума воды голос тэ слышится приглушённо — он пошёл мыть руки. — я планировал проводить с тобой вечера на пляже, — чонгук прижимается к косяку, ожидая своей очереди, чтобы смыть с рук пыль. — мы целый месяц будем здесь, и пляж успеет нам надоесть, — он пропускает того к раковине, сам возвращаясь к разбору чемодана. — как пляж может надоесть, — чонгук понимает, что тэ уже не слышит его, полностью погружённый в методичный процесс сортировки вещей. — ты прямо сейчас хочешь вещи разобрать? — ты чем-то другим хочешь заняться? — тэ отвечает ему, не отвлекаясь от развешивания футболок на вешалки. — я устал после полёта, — чонгук возвращается в основную комнату. — может приляжешь со мной? — давай через полчаса, — он осторожно складывает штанину к штанине, чтобы льняные брюки не помялись. — я одежду развешу и буду весь твой. чонгук улыбается, когда слышит это и решает посмотреть на часы — вообще-то на улице только обед, но его не клонит в сон — он всегда сложно переносит взлёты и посадки. тэ же заканчивает быстрее, чем думал — аккуратно разложенные вещи на нескольких полках и вешалках успокаивают его окончательно. конечно, нужно будет потратить время на разбор оставшихся мелких вещей, ещё следовало разобраться с прачечной и рум сервисом, но он тоже устал — перелёт пусть и прошёл относительно неплохо, всё же полежать и поспать несколько часов на белоснежный простынях — это то удовольствие, которого он не хочет себя лишать. они просыпаются только после семи вечера — незаметно для них они проспали больше планируемого, но тэ не чувствует себя плохо. наоборот — он спокойно поспал, а это гарант его хорошего настроения как минимум на несколько часов. чонгук не спешит разбирать вещи — он просто берёт нужные из открытого чемодана. они решают спуститься на ужин — госпожа чон, занявшая им столик, машет им рукой. — ну что, устроились немного? — я разобрал некоторую часть вещей, а ваш сын решил, что это необязательно, — тэ говорит это, смотря с лёгкой улыбкой на чонгука, жующего курицу. — ты знаешь какая он засранка? — чонгук пытается что-то возразить ей, но тэ откровенно смеётся. — может обойдём ближайшие районы около отеля? — чонгук предлагает это, когда его мама уже собиралась уходить к себе в номер. — чонгу, я наизусть знаю здесь каждый поворот. если ты хочешь показать тэхёну окрестности, то не обязательно звать меня. — я думал, ты хочешь прогуляться. — я хочу отдохнуть, — его мама пропадает в лифте, оставляя их одних на этаже. чонгук поворачивается к тэ. — ты то хоть хочешь прогуляться? — мне нужно переодеться, тогда я могу пойти с тобой. — я обещаю не подглядывать, — второй лифт подходит, и они заходят в него. чонгук упирается бедром в стену кабины и не открывает глаз от тэ. после сна он всегда казался ему ужасно красивым.

***

улицы встречают их большим количеством уличных фонарей и пальм — тэ просит сфотографировать его рядом с самой красивой. тэ начинает замечать, что бали мало чем отличается от его условного района — такие же невысокие домики, большое количество людей на мопедах и бесконечное количество маленьких магазинчик и уличной еды. чонгук ведёт его в аккурат кругом отеля — он примечает пару полезных магазинов и старается запомнить, где они находятся. в состоянии прогулки они проводят несколько часов практически до самой ночи. тэ понимает, что он не сможет уснуть сегодняшней ночью — этот остров покорил его с самого первого тропического дерева в аэропорту. чонгук позволяет себе осторожно переплести их пальцы, когда они подходят к дикому пляжу. тэхён конечно же видел пляж бесконечное количество раз в кино и прочем медиа, но когда они с чонгуком абсолютно голыми ногами наступают на едва остывший песок, и он слышит шум моря, то он понимает о чём говорили его немногочисленные знакомые, которые были в подобных местах. это действительно нужно один раз почувствовать и увидеть — камни и песок, воду и ветер, гуляющий в волосах, чистое и звёздное небо. они усаживаются на камни, расположенные в нескольких метрах от моря, и чонгук обнимает его одной рукой за плечи — тэ устраивает свою голову у него на плече. чонгук начинает рассказывать что-то про созвездия, которые можно увидеть только здесь, и ему кажется, что нет никакого человека счастливее и спокойнее, чем он сейчас — вот такой — прижавшийся к чонгуку практически всем телом и слушающий его истории про прошлые поездки. ещё полгода назад он не мог даже предположить, что будет сейчас здесь, сидеть на тёплых камнях с человеком, которому не страшно доверить чувства, даже наоборот — это само собой разумеющееся. у него нет ни одной тревожной мысли — и он абсолютно уверен, что ради такого состояния он готов прожить с чонгуком всю жизнь. он готов провести с ним всё время и пережить все моменты, которые будут их преследовать. он готов до самой старости принимать чужие знаки внимания и смеяться с чужих объективно смешных шуток. он готов засыпать с ним каждую ночь и ждать его весь день, чтобы увидеть чужое счастливое лицо, которое наполнено счастьем только потому, что увидел чужую фигуру в своей квартире. возможно, он готов даже всю жизнь стоять за чужой спиной и представляться другом семьи, а потом красть поцелуи в длинных коридорах. он готов ко всему, потому что он знает, что чонгук думает о том же. — о чём задумался? — чонгук поворачивает свою голову и их лица оказываются близко. — да так, — он вздыхает и встаёт с насиженного места. — пойдём обратно? я планировал помыться ещё. они всё же ложатся спать ближе к трём ночи, потому что бесконечно смотреть ютуб не получается, пусть и очень хочется. тэ надевает ту самую шелковую пижаму, которую ему подарил сокджин и для которой он не мог найти повода. чонгук обнимает слишком нежно — тэ ластится к нему, пряча голову в чужой ключице.

***

утром тэ просыпается по будильнику, который он забыл выключить. даже летом он старался не сбивать так откровенно режим сна, потому что по осени неприятно тратить целый месяц на то, чтобы научиться вновь вставать и ложиться в одно и тоже время. чонгук открывает один глаз, замечая движение по номеру — тэ выполняет отработанную временем утреннюю рутину. он старается тихо ходить, но он не догадывается о том, насколько он на самом деле громкий — что-то случайно роняет, об что-то ударяется, включает кран на полную мощь и шаркает ногами по полу. чонгук просыпается иначе — он не в состоянии подпрыгнуть с кровати и побежать делать какие-то дела, ему нужно около получаса на то, чтобы просто полежать в кровати или проверить мессенджеры, лёжа. он понимает, что у него есть всё время мира — завтрак длился до одиннадцати часов утра, а умыть лицо и почистить зубы можно в любое время до обеда. — ты всё ещё спишь? — тэ открывает шторы, впуская свет в комнату — чонгук уворачивается от солнца. — любовь моя, — чонгук жалобно смотрит на него — умытого, одетого и готового очевидно покорять шведский стол. — а куда мы опаздываем? — ты не планируешь завтракать? время уже девять, когда мы придём туда, там уже ничего не будет. — даже если на шведском столе ничего не останется, ты же сам видел, что тут бесчисленное количество магазинов с едой. и вообще-то не уже девять, а всего девять утра, — чонгук потягивается и оседает на кровати. тэ уходит на балкон. чонгуку требуется ещё несколько минут, чтобы надеть штаны и немного растянуть затёкшие за время сна мышцы. он откидывает телефон на прикроватную тумбу и выходит на балкон. тэ упирается обеими руками на перила и смотрит вдаль — он даже не замечает, как чонгук подходит сзади и обнимает его со спины, оставляя свои руки на чужой талии. тэ немного откидывает голову назад, утыкаясь в чужой лоб своей макушкой. — почему ты так волнуешься, что тебе не хватит еды? — чонгук прикрывает глаза, вдыхая аромат чужой шеи. — я не волнуюсь, я не могу полноценно расслабиться. мне кажется, что если мы не будем жить по общему режиму здесь, то случится что-то плохое, — тэ укладывает свои ладони поверх чужих. — ничего не случится, тэ. я могу помочь тебе расслабиться? — какие у тебя есть варианты? — мы можем весь день гулять по более дальним районам и прийти домой только поздно вечером, а потом я бы сделал тебе массаж стоп, и мы бы легли спать, — чонгук зевает в конце предложения. — ты можешь думать о чём-то кроме сна? — тэ поворачивается к нему лицом, оказываясь прижатым к перилам тазом. чонгук смотрит на него и не желая отвечать на вопрос — целует его, прижимая к себе за талию. тэ проводит пальцами по чужим растрёпанным волосам и останавливает ладони на чужих щеках. на удивление — у чонгука не пахнет изо рта, что значительно удивляет тэ. ему самому нельзя было не почистить зубы, потому что налёт неприятно пах, и это раздражало лично его. чонгук целует его всегда крайне осторожно, боясь спугнуть. он тоже не до конца осознаёт, что этот парень согласился с ним на подобные взаимодействия. чонгук понимает, что это не он не уверен в себе, а он просто считает тэ настолько красивым и независимым, что он готов шептать ему каждое утро «спасибо» только за то, что тэ просыпается с ним. чон готов напоминать ему ежедневно, что те действия, которые он делает в его сторону — это всё из импульса и чужих благодарностей. — может спустимся на завтрак? госпожа чон не будет волноваться? — она сама просыпается не раньше одиннадцати, потому что раньше смысла вставать у неё нет — она не работает, а сейчас тем более. она приехала сюда отдыхать от шумной столицы и плавать в море. ты умеешь плавать? — нет, я никогда не был на море, — чонгук откровенно удивляется. — и я не хочу учиться, я думаю, что заходить в море по коленки тоже неплохо. — мама будет смеяться над тобой, — чонгук не хочет отпускать его, но тэ проскальзывает в общую комнату. — не обижайся на неё, она не со зла. — она очень похожа на тебя, я не могу обижаться на неё. не соглашаться, спорить, кричать и даже драться — это всегда пожалуйста, но вот испытывать обиду? обида — это же реакция на неуместные действия, которые задели, но это не конец доверия, — тэ видит, как чонгук уходит в ванную, отчего приходится разговаривать чуть громче. — на удивление, у нас с тобой не было ни одной как таковой ссоры. — потому что у меня к тебе реалистичные ожидания и я не жду от тебя того, что ты не можешь мне дать или понять сразу, но нам достаточно поговорить, и все вопросы решаются, — чонгук умывается. — это же круто, когда мы можем обсуждать то, что нам не нравится. — мы редко обсуждаем то, что нам нравится. чонгук даже выглядывает из ванной с зубной щёткой. — о чём ты? — я не помню, когда мы обсуждали что-то положительное в наших отношениях, — тэ выглядит явно обеспокоенный этим вопросом, но чонгук не понимает — почему. — то есть, мы обсуждаем несостыковки, разногласия, разные понятия, но когда мы в последний раз говорили просто о том, какие чувства мы испытываем? — тебе не хватает словестного подтверждения моих действий? — чонгук, возможно, говорит это немного не тем тоном, но в тоже время понимает, что тэ возможно думал об этом всю ночь и сейчас на действительно нервяке. — ты хочешь, чтобы я озвучивал, что я счастлив, что мы можем говорить о подобном? — я хочу, — чонгук видит, как тому до сих пор сложно произносить такие запросы, будто он просит его о чём-то невозможно и сложном. — чтобы фразы типа «мне комфортно с тобой» или «я люблю, когда ты улыбаешься» стали обыденностью и не были чем-то вроде откровения. чон окончательно покидает ванную и находит тэ, сидящим на большой — уже заправленной — кровати и смотрящим в пол. он подходит ближе и присаживается на корточки — тэ неуверенно поднимает глаза и утыкается в счастливые зрачки напротив. — эти фразы в любом случае будут откровениями, но если ты хочешь, чтобы я ещё чаще сообщал тебе о том, что я чувствую к тебе, то я попробую. я не обещаю, что у меня получится в полном объёме, но ты же понимаешь, что эта система взаимна? — тэ моргает. — я тоже хочу слышать о твоих чувствах о быть уверенным, что ты доволен и счастлив. что ты чувствуешь сейчас? — мне тревожно, — это состояние преследовало его постоянно во время таких разговоров, но в последние несколько месяцев оно было не таким ярым — чонгук показывал ему, что не обязательно испытывать стресс или злость во время беседы, можно просто расслабиться. — но в тоже время, мне так нравится, что ты без малейшего увиливания разговариваешь со мной даже о таком, от чего ты мог просто отмахнуться и сказать «неужели тебе недостаточно того, что я делаю?». мне достаточно, мне не хватает слов от тебя. я готов хвалить тебя и рассказывать тебе про тебя много часов, но я не хочу, чтобы это делал только я. мне правда важно, чтобы ты услышал меня, — чонгук не открывает своих глаз от его и тэ впервые понимает, насколько подобное — интимно. — я слушаю и слышу тебя, — он запускает свои руки вдоль чужой талии. — я буду стараться. — спасибо, — тэ обнимает его и чувствует, как чонгук мелкими поцелуями проходится по его шее. из номера они уходят через несколько минут тихих объятий на кровати. в это время, на удивление, на шведском столе неприлично много людей — и тэ на несколько минут чувствует себя селёдкой в бочке, но потом, когда они всё же усаживается за свободный столик — полностью погружается в процесс приёма пищи и разговоров про дальнейший день. он правда был не против погулять — это было одним из любимых его видов отдыха, это разгружало мозг и пополняло галерею красивыми снимками. в конечном итоге — чонгук обещал сводить его в самые красивые места в пешей доступности. как ему казалось — чон заранее распланировать их отдых так, чтобы они минимально сидели в номере. оно и понятно — тэ хвастался за любую возможность ещё раз своими глазами убедиться, что пальма настоящая, а птица, машущая крыльями у него над головой — действительно пролетает над ним. они покупают бутылку воды и отправляются в неспешный променад — моментами они молчат, просто рассматривая пейзажи, понимая, что не нужно разговаривать всё время и чувствовать себя неловко из-за этого. чонгук кормит его мороженным и доводит его под руку в конце дня в номер, потому что ноги тэ гудят так сильно, что ему физически больно на них наступать. на пляж они не идут, потому что тэ удручённо мычит с кровати, когда слышит это предложение. чонгук включает какой-то незамысловатый сериал и начинает действительно массажировать его стопы. тэ практически хнычет, потому что чон делает это крайне хорошо и действительно разминает забитые мышцы, а не просто гладит его по коже. он рассматривает потолок и понимает, что его глаза закрываются сами. через несколько минут он уже сопит и не реагирует на чонгуковы оклики, погружённый в сон. чонгук укладывает его чуть удобнее, накрывая одеялом, и выключает запущенный полчаса назад телевизор. он понимает, что не хочет спать и решает просмотреть забытый в номере телефон. он видит несколько пропущенных от чимина — и конечно же перезванивает, потому что чимин практически никогда не звонил ему на сотовый, предпочитая мессенджеры или личные встречи. — привет, — чонгук уходит на балкон, прикрывая дверь. — я только сейчас увидел, что ты звонил, что-то случилось или ты так просто? — как вам там отдыхается? — у нас всё хорошо, тэ в восторге с пальм, — он слышит, как на том конце смеются. — ты дома сейчас? — я сейчас, — чонгук понимает, что он говорит это не ему, а кому-то на другом конце. — прости, я не один просто. я как раз звонил, хотел спросить твоё мнение, но ты не ответил — я сам принял решение. мне возможно, будет стыдно завтра или послезавтра, — чонгук слышит немного высокие нотки и осознание того, что чимин пьян будто окатывает его ледяной водой. в последний раз он пил, когда у них с хосоком всё-таки случился первый секс. — но главное, что я счастлив в моменте, — он слышит какой-то скрип и понимает, что чимин вышел на балкон. — какое решение ты принял? — он, непонятно отчего — начинает волноваться. — ты только не осуждай меня, ладно? я понимаю, как это выглядит со стороны, но понимаешь, я понял, что я не смогу без этого мальчика, — чимин неестественно смеётся. — я правда извиняюсь, что втянул тебя в это всё и тэхёна тоже. извинись там за меня, пожалуйста? ну я правда люблю его, — чонгук закрывает глаза и несколько раз глубоко вздыхает. он просто не верит, что чимин после всего, что сделал за его спиной хосок, так просто спустя несколько месяцев вернулся в чужую постель. — чимин, я не хочу обсуждать твои странные поступки. ты хочешь знать моё мнение? я не понимаю, зачем ты вернулся к нему. я не понимаю, как ты нашёл в себе силы простить его и просто забыть всё то плохое, что он сделал с тобой. чимин, он не единственный и не последний, кто может осчастливить тебя, почему ты цепляешься за него? — а почему ты прицепился к тэхёну? чувства потому что, правильно? у тебя они чистые, у меня немного загрязнённые, — он сам смеётся со своей нелепой аллегории, но чонгук не видит и не слышит в данной ситуации ничего смешного. — причём тут тэхён? ты понимаешь, что у тебя с хосоком вообще не тот тип отношений, который у нас с тэхёном? это глупо сравнивать. чимин громко хмыкает в трубку. — что значит «не тот тип»? как они вообще могут различаться? — мы можем обсудить это потом? — да, я понял, — он сглатывает. — я всё понял. ты считаешь, что только ты делаешь правильно, а все вокруг тупые и необразованные и не знают, как строить отношения. не учи учёного. — я не хочу ругаться сейчас, особенно с тобой, особенно в таком состоянии, в котором ты сейчас. ты хотел знать моё мнение — я тебе сказал его. да, это не то, что ты ожидал услышать, но это потому что я не понимаю твоей мотивации. неужели не с кем больше не получается заниматься сексом также? может есть люди лучше? — мне никогда не было так хорошо, — и у чонгука кончаются слова. будто бы больше не нужно объяснений и никаких объективных доводов — против собственных убеждений сложно тараниться. он никогда не сможет объяснить чимину, что тот поступает банально небезопасно, запуская себя в бесконечный эмоциональный круг не самых приятных эмоций. из полугода тревоги, ожиданий и сомнений он будет помнить только пять дней, в которые ему с хосоком было хорошо. и чонгук понимает, что невозможно разбудить того, кто притворяется спящим — чимин всё равно будет делать вид, что всё нормально и никакая терапия не сможет этого искоренить, потому что вместо того, чтобы оставить абъюзивные отношения и двигаться дальше — чимин возвращается в ту же кровать. чонгук не уверен, что они хотя бы попытались это обсудить. скорее всего, произошло, как и происходило много раз до этого у него с хосоком — тому просто захотелось опустошить мошонку и он позвонил младшему. вроде бы рабочая схема — ни одного отказа за полгода — но не в том случае, когда чимин планирует какие-то там выходные, ищет квартиры для сожительства и откладывает на годовщину отношений. не в том случае, когда сексуальная интрига переросла в что-то бесформенное — условная ответственность и потерянное доверие, нескончаемая ревность и ссоры из-за банальностей. они явно не у тех условиях и не в той ситуации, чтобы это было так просто. — чимин, давай обсудим это завтра. я так вымотался за сегодня, правда, я сейчас, скорее всего, наговорю тебе много неприятного, так что позвони мне завтра ближе к вечеру, и мы обсудим это ещё раз. — я подумаю, — и чимин сбрасывает, оставляя его в полном негодовании. тэ переворачивается на другой бок — чонгук возвращается в кровать. и он правда искренно рад, что у них по-другому, потому что смотря на чужое расслабление лицо и гладя по волосам, не кажется, что провести с ним всю жизнь — это что-то магическое. ему не кажется, что строить семью сложнее, чем поддерживать сексуальные отношения, потому что это в равных долях затратно. чимин не понимает этого и действует от страха, что вновь останется один и никогда более не может быть счастлив. хосок не умеет и не планирует учиться обсуждать проблемы — есть только его и неправильное мнение. чонгук не говорил бы так, если бы не столкнулся с этим сам — хосок превратил его в бесконечный ворох тревог и расстройств, с которым он потом пытался смириться в течение нескольких лет активной терапии. он правда не понимает, почему он так сильно волнуется за чужие отношения — всем невозможно помочь, невозможно заставить других людей жить так, как кажется проще ему. он засыпает со странными чувствами внутри — то, что никогда не касалось его, вдруг начало волновать сильнее возможного. утром он просыпается рано — даже раньше будильника тэхёна и уходит на балкон, ждать рассвета. ему кажется, что он не спал вовсе — усталость пронизывает всё тело, не давая полноценно соображать. тэ ворочается во сне и понимает, что ему нужно отойти в туалет. он опускает ноги на пол и замечает открытую балконную дверь и решает её закрыть — по полу волокло. сначала он не замечает чужую фигуру, но когда несколько раз моргает и понимает, что ему не показалось, то задаёт вполне себе логичный вопрос: — ты чего здесь? чонгук, не ожидавший, что его отсутствие так быстро заметят, резко поворачивает голову в сторону тэ. он не находит действия лучше, как встать с насиженного места и подойти с раскрытыми руками к тэхену. чонгук обнимает его за талию, прижимая к себе и укладывает свою голову тому на плечо, целуя в мочку уха. тэ гладит его по спине, всё ещё немного сонно прикрывая глаза. — всё нормально? кошмар приснился? — тэ всё же отстраняется и берет чужое лицо в свои ладони. чонгук незамедлительно начинает тереться щеками о пальцы. — мне сейчас так паршиво, — тэ ловит его глаза и видит, что они немного опухли. — я могу поделиться с тобой? — конечно, только пойдём в комнату, здесь холодно, — он берёт его за руку и тянет в общую комнату. чонгук нехотя возвращается в тепло и видит, что солнце начинает едва-едва подниматься над горизонтом. — что случилось? — тэ усаживается на край кровати, чонгук же усаживается рядом, переплетая их кисти. на самом деле, он видит его в таком состоянии впервые — тревожном, неуверенном и потерянном. обычно это тэхён — сомневается, боится и прячется, но сейчас явно что-то случилось, раз ему негде больше взять поддержки, как у тэ. — чимин позвонил мне ночью и сказал, что они вновь вместе с хосоком. я не понимаю, почему он решил так поступить, неужели больше не с кем заниматься сексом в университете? — он сказал, что они сошлись или просто переспали? — тэ в рассветной темноте плохо видно чужое лицо, но по чужой позе и прикосновениям он понимает, что чонгук действительно волнуется. — это не одно и тоже в их случае? — нет, это две абсолютно разные вещи. если они просто переспали, то это значит, что никаких эмоций кроме как скуки и каких-то прошлых воспоминаний их больше не связывает, а вот если они сошлись, то уже в начале сентября чимин вновь будет жить у него. я понимаю, что для нас с тобой это одно и тоже, потому что итог один — они просто занимаются сексом. ты переживаешь что ли? — понимаешь, я столько сил потратил, чтобы просто оставить свои чувства к хосоку и дать себе спокойно жить и чтобы чимин был счастлив. я знаю, что это звучит странно, но он был первым, о ком я заботился о кто вместе со мной прошёл этот этап. — тебе нравился чимин? — нет, я наверное воспринимаю его как младшего брата, за которого не страшно и убить. мы с самого детства вместе, мы практически никогда не расставались, даже когда у него были какие-то отношения, мы всё равно общались. даже сейчас мы общаемся, он всегда приходит ко мне за помощью. я стал одним из первых, кто хотел помочь ему. — ты не подумай, что я ревную или что-то типа того, — тэ гладит его по руке. — невозможно же помочь всем, особенно тем людям, которые не хотят, чтобы им помогли. может чимину нравятся эти эмоциональные качели, он же не заставляет тебя качаться на них, — он говорит это спокойно, но чонгук не смотрит на него. — мне все так говорят, но мне так сложно это контролировать. ещё большая проблема, что он практически никогда не благодарит меня, мне так неприятно. я пытался говорить с ним об этом, но через время всё повторялось. — тем более, если ты не чувствуешь отдачи. чонгу, — он находит чужие глаза. — я не пытаюсь тебя переубедить и сказать тебе, как тебе лучше поступать. я не хочу видеть тебя таким расстроенным, что я могу сделать, чтобы ты почувствовал себя лучше? — просто будь рядом, — чонгук чувствует, как тэ прижимается своими губами к его щеке и держит его шею. — я правда так искренно рад, что у нас с тобой не так, как у них, что у нас нет этой ментальной мясорубки, что мы не торопимся, — тэ решает лечь на спину и переместить свою голову на подушки. он тянет чонгука к себе, и тот укладывается рядом. тэ запускает свои пальцы в его волосы и начинает массировать ему голову. чонгук оставляет множество поцелуев по всему его лицу и тэ не замечает, как чонгук в конце концов засыпает, прижавшись к его щеке. тэ несколько раз вздыхает, когда понимает, что он больше не хочет спать — единственное, чего он хочет — это смотреть на чужое лицо, мирно вздымающуюся грудь и иногда двигающиеся во сне брови. может, это странно, что они так легко могут меняться ролями, но в тоже время, когда через несколько часов чонгук просыпается и в абсолютном удовольствии крадёт у него долгие поцелуи прямо в кровати, то тэ понимает, что их отношения за эту поездку точно изменяться — и нет сомнений, что в лучшую сторону.

***

следующую неделю они проводят увлекательно — ходят по улицам, несколько раз чонгук посещает спортзал, расположенный прямо в отеле, пару раз они с госпожой чон выбираются в какие-то магазины одежды, но в целом не происходит ничего экстраординарного. тэ высыпается, насматривается на море и напивается всех безалкогольный коктелей, которые только помещаются в него. раз в несколько дней они ходят на платный пляж, где есть лежаки и буйки, но тэ больше нравится целоваться и лежать на песке где-то, где нет спасателей и бегают собаки. чонгук, готовый на любую его просьбу с радостью кивнуть, в это время ментально готовиться к крайне важному для него событию. коробку с кольцом он закинул подальше в чемодан, чтобы тэхён её случайно не нашёл, но он всегда помнил про неё и иногда ночами проверял её наличие. прошло уже почти две недели с их пребывания на бали, а чонгук всё не нашёл нужного дня и момента для того, чтобы сделать ему предложение. он не злиться и не торопиться — он хочет, чтобы тэ был максимально расслаблен и вспоминал только с огромной радостью об этом моменте. тэ, предполагающий, но не ожидающий, узнаёт от госпожи чон, что семья ким приедет сюда через три дня вместе с господином чоном. чонгук же наконец определяется с датой — пятнадцатое августа — его предварительная дата рождения, на которую он опоздал на две недели. сейчас опаздывать не хочется, потому что он даже придумал дату свадьбы — пятнадцатое января. он не знает, почему именно так, но что-то внутри вспыхивает от одной это идеи. тэ не знает, зачем госпожа чон оповестила только его о чужом приезде и попросила не рассказывать ничего чонгуку. он не имел даже малейшего понятия, кто такие семья ким и почему они так тесно связаны с чонгуком. и уж тем более он не догадывался о чужих планах на помолвку с лилой — чонгук, в принципе, тоже. кимы приезжают четырнадцатого, но селятся в другой отель поблизости, чтобы не смущать чонгука и планируют на следующий день устроить ему сюрприз в виде лилы, которая «случайно» оказалась на том же мероприятии отеля. у чонгука же пятнадцатое число расписано по часам, если не по минутам — утром он пропадает из номера и отправляется на поиски необходимых вещей. в его список входит немного, но найти те самые красные розы, которыми он, при чужом желании, мог обложить весь номер и хоть каждый день оставлять их в каждой локации, которую они посещают — дело не из легких. ещё нужно отыскать кофе, про которое тэ вскользь упомянул, как «любимое» и договориться с мамой, чтобы та уговорила тэхёна пойти на мероприятие, которое организует их отель — что-то вроде танцев с предшествующим фуршетом для всех постояльцев отеля. он целует тэ в лоб и оставляет его одного. старший находит себе занятие — он давно планирует помастурбировать не в душе, а прямо на этих белых простыня и чонгук, отлучившийся «по делам» даёт ему прекрасную возможность воплотить желаемое. мама чонгука решается пройтись с сыном — чонгук только немного сводит брови. он так боялся, что сюрприз не удастся, что нужного эффекта не получится, и он очень сильно расстроиться, но и отказать чётко маме он не может — это вызовет лишние вопросы. — не хочешь зайти в кафе? — чонгу, ищущий в картах цветочный, не слушает её с должным вниманием, поэтому кивает головой, не до конца поняв вопрос. — нам нужно поговорить, чонгук, — они оказываются в маленькой забегаловке. чонгук ничего не заказывает — его мама же берёт кофе и мороженое в тарелочке. — я хочу быть полностью на твоей стороне в вопросах твоей личной жизни. — в чём дело? — семья ким ещё вчера приехала сюда, и ты не маленький мальчик и понимаешь, что пока это был просто вопрос предполагаемого сватовства, то конечно ничего страшного не происходило, но твой папа достаточно ясно дал понять, что если ты не женишься на лиле, но у тебя будут проблемы с ролью в его бизнесе. — у меня и так там ничего нет, — чонгук, практически опешащий, говорит это с некой злобой. — он лишил меня девяносто пяти процентов прибыли и акций ещё в восемнадцать лет, когда я признался ему в своих предпочтениях. если он планирует окончательно испортить наши с ним отношения, то я не против лишиться этих несчастных пяти процентов. мои выступления и пассивные приходы от собственных акций и вложений, не зависящих от его бизнеса, приносят мне в три раза больше, чем я получаю от «моей роли в его бизнесе». все деньги он делит между собой, его партнёрами и чохином. если он думает, что я не понимаю, зачем мне жениться на лиле, то развей его грёзы. я не женюсь на ней, и у меня нет никаких препятствий для этого. — я никогда не вникала в ваши финансовые отношения, — она осторожно пьёт кофе. — поэтому он и сказал это тебе, а не мне. если бы он сказал это мне, то я бы просто рассмеялся ему прямо в лицо. он правда считает, что моя жизнь сейчас материально хоть как-то от него зависит? я уже почти два года живу в своей квартире, которую купил со своих приходов и концертов, а не с его процентов. — я понимаю, почему ты зол, но знай, что я не поддерживаю это решение и мне абсолютно непонятно, зачем нашим семьям такое кровное родство. я никогда не буду против ваших отношений с тэхёном, потому что я банально вижу, что вы любите друг друга, — чонгук видит, что она искренно переживает за него, практические впервые в жизни. — он кстати согласился пойти на вечернее мероприятие. — отлично, — он оплачивает её кофе и мороженное, и они идут дальше, потому что чонгук всё же нашёл нужный цветочный и вроде как понял, как заказать доставку в номер. несмотря на его планы, он вдруг действительно осознаёт, что мнение отца о его жизни и уж тем более, его вес в ней, крайне незначителен и достаточно условен. он гоняет мысли по кругу — если тэ согласится (наверное, лучше говорить «когда»), то им нужно будет ехать за границу и расписываться, это очень важно в первую очередь для него самого — это окончательно расставит все точки над и в их отношениях. в кореи кроме университета и мамы его ничего не держит — он в любой момент может уехать, как это сделал чохин много лет назад. его вес в их обществе тоже мал — он не является партнёром отца по бизнесу и не владеет никакими правами на его имущество, что тоже стало последствиями того признания. возможно, если он женится на лиле, то у него появятся подобные привилегии — отцовские акции, счета и права на имущество, но это абсурд. у него нет морального права просто так оставить тэ и даже обсуждать это с ним — это будет означать его социальное дно, его окончательное смирение и признание невнятного отцовского авторитета. новость о чужом целенаправленном приезде злит его и выводит на странные мысли, которые он от себя гнал — это предложение тэхёну на глазах у значимых для него людей. он чувствует в себе ужасный импульс в эту сторону — подобным он окончательно закроет все вопросы, догадки и неуместные вопросы о женитьбе. а лила и семья ким навсегда исчезнет из его жизни. — мам, я могу поделиться с тобой своими планами на сегодня, но только с условием, что ты ничего не расскажешь тэхёну? — они стоят перед тем самым цветочным. — да, конечно. он осматривается по сторонам, потому что знает, что у стен есть уши. мама смотрит на него спокойными и как будто всё понимающими глазами. — я собираюсь на сегодняшнем вечернем мероприятии сделать тэ предложение руки и сердца, — он выпаливает это быстро, но ничего кроме улыбки от госпожи чон он не получает никакой реакции. и великодушно благодарен за это. — я думала, что вы уже помолвлены, если честно. не думала, что ты можешь так долго терпеть, ты всегда был нетерпеливым, — он нервно смеётся, чувствуя своё сердце. — хорошо, но ты должен понимать, что там будет не только семья ким и твой отец. там будут другие люди и…это может смутить тэхёна. — он по-другому относится к этому. — может, нужно с чем-то помочь? с одеждой, кольцом? — нет, у меня всё с собой. единственная твоя задача — никому ничего не рассказать, я хочу чтобы это было настолько неожиданно, насколько это возможно. мне на самом деле, абсолютно всё равно, как отреагирует госпожа ким на это, потому что мне в целом всегда было всё равно на них и их мнение. — я учила тебя не быть таким категоричным, — они заходят в помещение, и в нос чонгуку бьёт множество цветочных ароматов. он делает заказ на доставку на семь вечера из пятнадцати красных и пышных роз. чонгук оставляет записку, которую просит вложить в букет: «спасибо, люблю тебя». мама продолжает спрашивать у него, волнуется ли он и уверен ли в своём решении. на часах мелькает обед — он старался разобраться с этим всем ровно до этого времени, чтобы успеть сходить с тэ покушать. госпожа чон подмигивает ему одним глазом и уходит к себе в номер — ей нужно подготовиться к танцам. она не планировала танцевать со своим бывшим супругом, но выглядеть хорошо холостячке — необходимый критерий для самооценки, как минимум. чонгук же возвращается в номер и идёт обедать вместе с тэхёном. тот, расслабленный и довольный, берёт цезарь и острый суп. — а что за мероприятие вечером? — он спрашивает это, когда чонгук пережёвывает кусок мяса. — танцы в отеле. тут есть что-то вроде клуба и там обычно каждые выходные проходят вечеринки с алкоголем, но в этот раз эта вечеринка во-первых безалкогольная, а во-вторых вроде как официальная. приедет руководство отеля и некоторые представители нашего общества. — твоя мама просила тебе не говорить, — он узнаёт эту интонацию, с которой его мама обычно говорила эту фразу, потому что она идентична. — на этом вечере будет семья ким. — как думаешь, зачем они приехали? — не знаю, я даже не понимаю — о ком она говорила, но видимо ты их не любишь. — мне не нравятся люди, пытающиеся запугать меня тем, что я не могу изменить, — он видит, что тэ не понимает о чём он, но ему видимо нет до этого большого дела. — не бери в голову. когда до вечеринки остаётся чуть больше часа, чонгук начинает откровенно переживать, потому что уже через несколько часов он окончательно установит свои права и намерения на тэхёна. ким, не предполагающий о чужом волнении, сушит волосы и укладывает их с помощью специального средства. они одеваются соответствующие — чонгук, взявший с собой костюм, на всякий случай, осторожно застёгивает запонки. — у тебя вообще есть такие вещи? — тэ улыбается, когда понимает, что чонгуку вообще-то идут подобные образы. — я не скажу, что мне прямо удобно, но иногда нужно влиться в атмосферу. — у меня с собой белый пиджак, мне кажется, что мы будем смотреться крайне подходяще, — тэ заходит в гардероб и снимает с вешалки нужный комплект. чонгук, заранее переложивший коробку с кольцом в карман брюк, чувствует себя восторженно, когда понимает, что пока всё идёт так, как он планировал. он не знает, как тэ так хорошо подбирает себе вещи, но его глаза заливаются чем-то вроде восхищения, стоит ему кинуть случайный взгляд на своего возлюбленного. — ты так хорошо выглядишь, — чонгук подходит к нему в момент, когда он поправляет волосы. — ты всё ещё носишь эту цепочку? — открытый вырез позволял увидеть цепочку и кулон, подаренный перед поездкой. — конечно, я хочу чтобы люди знали, что я не одинок, — чонгук притягивает его за цепочку осторожным движением к себе и мягко прикасается губами к губам. не получается даже поцелуя — ласка. семья ким с лилой уже ждут их в помещении клуба — чонгуку непонятно, чем она руководствуется, когда выбирает себе платья на встречи с ним, потому что платьев короче и открытее он не видел, наверное, никогда. тэ, стоящий с ним рядом, конечно, привлекает взгляды неизвестных ему женщин и даже мужчин, но он оголяет тело лишь на несколько сантиметров разреза рубашки. в помещении клуба есть два зала — со столами и фуршетом и собственно самой танцевальной площадкой. в первую очередь все собираются в первом зале, откуда слышится классическая живая музыка. чонгук видит своих родителей, сидящих за одним столом с семьёй ким и набирает побольше воздуха в лёгкие — ему предстоит пикировать минимум десяток раз, избегая глупых и неуместных вопросов. — чонгук, никогда не думала, что тебе так идут костюмы! — лила, видимо больше всех заинтересованная в данном мероприятии, смотрит на него умело подведёнными глазами. — мне в нём неудобно, — он отодвигает стул и ждёт, пока тэ усядется. он видит, что тот гулко сглатывает, понимая, что не сможет долго находиться под этими острыми пронизывающими взглядами. — а вы — брат чонгука? — она обращается к тэхён, и он чувствует на физическом уровне, как немеет. — нет, я — тэхён, — он с большим усилием смотрит ей в глаза, потому что чувствует себя крайне неудобно. неужели теперь вся ответственность за их статус на нём? — госпожа ким, а как вы добрались? — чонгук, понимающий состояние своего избранника, быстро старается отвести от него настолько пристальное внимание. — я думала, что мы не долетим, чонгук!.. он знал этот старый работающий приём — занять мозг госпожи и господина ким чем-то кроме внешних обстоятельств, и они будут полностью погружены в рассказывание историй. про тэ на некоторое время забывают — он уходит к фуршетному столу и нервно жуёт бутерброд, запивая минералкой. спустя десять минут, чонгук, выслушавший основной рассказ госпожи ким оставляет её общаться со своими родителями и уходит к тэхёну, который написал ему уже несколько сообщений, что ему страшно. — ты чего шарахаешься их? — он осторожно берёт его за локоть, заглядывая в глаза. — мне непривычно, что они так увлечённо смотрят на меня. не думал, что это так неудобно, когда люди не знают нашего статуса, — он отпивает минералку и видит, как глаза чонгука несколько раз моргают. — мы можем не подходить к ним? — конечно, через несколько минут мы уже пойдём в следующий зал. ты любишь танцевать? — последний раз я танцевал с кем-то в школьном актовом зале и то это была какая-то моя одноклассница, которая сама пригласила меня. — ты безнадёжен в отношениях с женщинами, — чонгук смотрит на него чуть игриво и осторожно гладит своим мизинцем его. — поэтому я сейчас здесь. остаётся около десятка минут, прежде чем все на самом деле пойдут танцевать под более современные треки, и чонгук понимает, что он не найдёт лучшего места для воплощения задуманного. — ты когда-то задумывался о браке с кем-то? — чонгук смотрит ему прямо в глаза и видит, что тэ немного напрягается. — я понимаю, что скорее всего когда-то узаконю свои отношения с человеком, это естественный процесс. на самом деле, мне сложно представить, как это — жить с одним и тем же человеком десятки лет, но это наверное от отсутствия опыта. а ты? чонгук чувствует и слышит собственное сердце и в последний раз оглядывается на стол с семьёй ким — он натыкается на взгляд мамы и ему кажется, что она едва заметно кивает ему. он улыбается и нервно вздыхает, поворачиваясь к тэхёну. — единственный человек, с которым я хотел бы провести десятки лет и проверить это на опыте, — он едва сгибающейся рукой тянется в карман и вынимает оттуда купленную ранее коробку с кольцом. тэ замирает со стаканом минералки, в секунду забывая о всём своём напряжении и всех тех пожирающих взглядах. сейчас существует только он, глаза чонгука и эта коробочка. — это ты, — чонгук присаживается на одно колено. музыка прекращает играть — госпожа чон машет музыкантам. стакан с минералкой падает на пол и с громким звуком разбивается, привлекая внимание всех собравшихся — неужели? — ты выйдешь за меня? в один момент тэ кажется, что ему послышалось или он заснул прямо за столом, за которым сидела семья ким. но минералка, попавшая ему на брюки во время полёта, мочит штанину до самой ноги и он понимает, что то, что происходит — реально. к ним приковываются все взгляды, которые они только могли собрать, но ни тэхён, ни чонгук их не видят и не чувствуют. у тэ намокают глаза и он так, чтобы чонгук точно услышал, говорит чуть громче, чем планировалось: — да, — и улыбается, не замечая, как слёзы начинают течь по его лицу. чонгук подскакивает с колена и обнимает его одной рукой, пока в другой всё ещё держит кольцо. тэ не в силах обнять его — он только утыкается своим лицом ему в плечо, начиная негромко плакать. чонгук отстраняет его от себя и берёт его ладонь в свою трясущуюся. со стороны они выглядят странно, но все, кроме одного стола начинают громко аплодировать, когда чонгук всё же надевает кольцо ему на безымянный палец правой руки. они целуются почти отчаянно — тэ не успевает утирать слёзы и не слышит чужих вскриков, и как музыка вновь начинает играть. он смотрит на чонгука почти завороженно — он не понимает, почему этот прекрасный парень, этот великолепный ухажёр принял решение, что именно он — тэхён — будет его спутником до конца дней. тэ не уверен, что достоин всего этого — чужого внимания, поцелуев при сотни гостей, кольца, которое он не успевает рассмотреть, но оно идеально подходит ему по размеру. тэ был почти уверен, что чонгук не собирается делать его своим мужем — подумаешь, повстречались, покатались на машине, поцеловались и поговорили о чувствах. с кем не бывает. но чонгук, оборачивающийся на маму, которая вытирает слёзы салфеткой и не замечает, как отец чонгука буквально вылетает из зала в ярости, сжимает его ладонь крепче. возможно, ему нужно будет рассказать всем этим людям, что он не намерен жить так, как хотят они, и будет делать так, как хочет он. это был его единственный запрос на всю юность — стать настолько свободным от всех прошлых, чтобы со спокойной душой принимать собственные решения насчёт будущего. в моменте не происходит ничего пугающего — семья ким просто не может покинуть данное мероприятие, потому что это вызовет определённые сомнения. они не могут позволить себе не думать о том, как их действия будут смотреться в глазах других людей. чонгук позаботился об этом заранее — даже полное его исключение из завещания, бизнеса и жизни отца не сведёт его в могилу. неприятно осадится и заставит чуть больше и тщательнее работать, но более никак на нём не скажется. и он и его отец это прекрасно осознают. все встают и уходят в танцевальный зал, а некоторые даже подходят и поздравляют их с абсолютно искренними намерениями, не желая ничего кроме счастья и долголетия. семья ким обходят их стороной, пытаясь делать вид, что незнакомы с этими парнями и госпожой чон. его мама подходит к ним обоим и с нежностью обнимает каждого — тэ впервые обнимает её чуть сильнее. весь остаток вечера чонгук не отходит от него ни на шаг — всегда старается находиться в доступности меньше двух метров и чаще всего держит его под локоть, иногда переплетая его руку с правой ладонью тэ. все медленные танцы они танцуют только друг с другом — никто и не думает даже подойти к тэ, хоть и завистливо поглядывают на чонгука. чонгук прижимает его за талию и с абсолютным счастьем в глазах смотрит в чужие такие же глаза. ему кажется, что теперь он окончательно успокаивается — всё прошло так, как он планировал и ничего страшного не произошло — он запускает свою руку под пиджак тэ, прижимая его ещё ближе к себе. когда эйфория от произошедшего немного сходит, они уже оказываются в номере. там уже лежат цветы, которые доставили прямо в номер, по просьбе чонгука. тэ снимает пиджак и бросает его куда-то на пол, чонгук же вешает свой на стул. — это тебе, любовь моя, — кроваво-красные бутоны передаются в чужие руки шипастыми стеблями, но тэ откладывает их на трюмо. он целует чонгука крепко и укладывает свои руки на чужую шею. — а когда мы заключим брак? ты думал об этом? — они стоят в двери, но тэ и не хочет никуда двигаться. — как тебе середина января? сразу после каникул, — чонгук целует его за ухом. — неплохо, нужно будет позже обсудить это. — тебе не понравились цветы? — он уходит в гардеробную, чтобы переодеться в более комфортные вещи. как минимум — снять эти немного жмущие ему брюки. — понравились, особенно записка. мне тоже кажется, что я люблю тебя. ты готов сейчас слушать о моих чувствах? — конечно, — чонгук выходит из гардеробной в той самой футболке, в которой он был во время нового года, и тэ конечно узнаёт её. всё началось именно тогда — во время зимней сессии, с обсуждения незначительного проекта, с согласия доехать на чужой машине до дома. — знаешь, я не хочу переодеваться. — тебе и не надо, по тебе видно, что тебе удобно в этом, — он берёт его за руку и просит усесться на кровать. тэ хмыкает и смотрит ему прямо в лицо. чонгук всегда был красивым в его глазах — внешне и внутренне. раньше он не мог позволить себе так часто на него смотреть — он непроизвольно возбуждался и отводил глаза в пол, но когда чон сам практически съедает его глазами, то уже становится не так странно остановить внимание на чужих скулах или небрежной стрижке. тэ отвлекается на кольцо — он до сих пор смотрел куда угодно, кроме него. чёрный агат в форме сердца с каждой секундой казался всё привлекательнее, особенно в белом золоте — честно, тэ даже не хочет думать о том, сколько это стоит, потому что боится поперхнуться воздухом. — подожди, — он лезет за подвеской и тянет цепочку так, чтобы лучше рассмотреть кулон. — они что, из одного комплекта? — да, подвеска — это символ взаимности, а кольцо — бесконечной и чистой любви, — он говорит ему то, что рассказала консультантка. — это украшение было сделано в единственном экземпляре. тэ убирает подвеску внутрь и ещё раз рассматривает кольцо. неужели, он достоин чего-то подобного? чужого внимания, взглядов — съедающих и нежных, прикосновений — осторожных и сжимающих, подарков — дорогих и в единственном экземпляре? он — мальчишка, переживший нелюбовь и агрессию со стороны матери, вечно недостаточно хороший и вынужденный подстраиваться под всех, лишь бы не сойти с ума окончательно? он не верит, что достоин такого банального человеческого — счастья и любви. — и что нам теперь делать? — чонгук трётся своим лицом о его руки. — признаться всем, что мы помолвлены? ты планируешь сообщать кому-то? — я думал над более далёкими планами, — он видит чужие поднятые брови. — нам нужно будет заключить брак в европе. там проще всего — нужно будет поговорить с чохином и это дело максимум месяца. но тебе придётся оформить загранпаспорт, иначе нас не распишут. въехать в австрию — не сложно, но вот заключить там брак — тот ещё гемор, но этим займусь я. мы же пока не планируем съезжаться? — нет, это мы сделаем после того, как распишемся. куда нам торопиться? — ты — первый парень, за которым я так долго ухаживаю, — чонгук берёт его правую руку в свою и целует кольцо, смотря ему в глаза. тэ восхищённо смотрит на него. — мне казалось, тебе нравится. — да, мне нравится. не хочешь лечь спать? — тебе придётся оправдываться перед той семьёй? — тэ не хочет спать. — та девушка очень сильно расстроилась, когда увидела, как ты надеваешь кольцо на палец мне, а не ей. — я должен оправдаться перед ними, что устроил свою жизнь так, как хотелось мне? — чонгук уже не испытывает такой злобы от обсуждения семьи ким. — если бы не мама, я бы вообще не остался в моём обществе. мне там не нравится — я не чувствую себя уютно на встречах или в бизнес-поездках и когда я приезжаю к тебе, я думаю о том, чтобы полностью сепарироваться от них. в дальнейшем я планирую делать всё, чтобы они не портили ни мне, ни тебе жизнь. я обещаю, что всё будет хорошо. и наверное впервые в жизни тэ полностью доверяет человеку — знает, что нет смысла бежать от этого чувства привязанности. и он привязывается — чонгук делает тоже самое.