песня твоего одиночества

Вильям одним резким движением отдернул с себя одеяло и сел в своей постели. Холодный пот стекал по его горячему лбу, а сердце в груди бешено стучало, угрожая вот вот вырваться наружу, раздробив его ребра. Он сидел в своей кровати, посреди мрачной комнаты. В спальню из-за наспех закрытой шторы проникал холодный лунный свет. Дождь уже кончился, но вся улица была усеяна маленькими темными озерами, в каждом из которых тонуло отражение полной луны. Выглядело так, точно сотни глаз смотрели Вильяму в душу. Точно сотни глаз… Глаза… Пара красных точек все ещё стояла перед перед внутренним взором мужчины. Он встал, наспех оделся и взглянул на себя в зеркале: чистая, идеально отглаженная, белая рубашка, которая всегда была в хорошем состоянии и, старенькие, но опрятные черные штаны. Он всегда заботился о своих вещах, в каком бы настроение не находился. Это была неотъемлемая часть его существа. Взгляд Вильяма упал на свою шевелюру: длинные каштановые волосы после сна приняли вид прически с типичного портрета выполненного любителем абстракционизма. Концы волос, некогда окрашенные в фиолетовый цвет, уже почти совсем выцвели — нужно перекрасить. Мужчина прошелся по своему подбородку и удивленно отдернул руку, которую только что уколол. Вильям удивился: — Когда у меня успела вырасти щетина? Впрочем он сразу же потерял всякий интерес к своему внешнему виду. «Сейчас это не важно " — подумал он. Он вошёл в большую комнату, быстро нашёл глазами нужный шкаф и, стремительно дернув его за ручку, открыл дверцу. Вытерев об штаны пыль с рук, он принялся включать все VR оборудование на котором гордо красовалась почти стершаяся надпись «Fazber Entertainment TM» и изображение Фредди Фазбера в VR шлеме под ней. Тут на глаза Вильяму попалось то, что он никогда ранее не замечал — надпись, сделанная несмываемым маркером, которая гласила: «Все получится: -D » Вильям улыбнулся — Надеюсь ты права, Лена. Улыбка резко сменилась выражением холодной решимости. Мужчина без раздумий надел шлем и запустил игру. Он тут же оказался в знакомом зале для вечеринок, неизменно ожидавший празднования, которое никогда не наступит. Десятки столов покрытых белыми скатертями, свисавшими до пола и усеянные потускневшим конфетти и праздничными колпаками гордо стоящими на них. Вильям сделал несколько шагов. По его спине поползли мурашки. Казалось, что сегодня этот зал еще более темный и жуткий, чем обычно. Сегодня явно что-то не так. Мужчина чувствовал на себе чей то пристальный взгляд, но как бы он не вглядывался во тьму, он ничего не мог разглядеть. Это и было самым жутким. Неведение… Ты никогда не знаешь что за монстр скрывается в темноте… Ты никогда не знаешь, когда он приближается к тебе… Ты никогда не знаешь, когда он решит напасть… Внезапно за спиной Вильяма зажегся яркий красный свет и гробовую тишину нарушил женский голос, говорящий шепотом. —  А я думала, ты уже не прийдешь.