Внук Пирса

Питер подскочил на кровати, когда дверь в его комнату резко распахнулась. Он успел только испуганно вскрикнуть, как его рот грубо закрыли металлической рукой. — Страшно, сопляк? — прорычал массивный мужчина. Его длинные волосы почти скрывали лицо, и только кошачья ухмылка была отчетливо видна. Питер испуганно закивал головой. Ему кажется, что он уже видел этого мужчину несколько раз рядом с дедушкой, но тогда он был как робот. Сейчас его лицо было искажено ненавистью. — Тогда ори громче, — процедил солдат и разжал рот мальчика. — Бу! — всхлипы и рыдания вырвались сами собой из горла испуганного ребёнка. Зимний Солдат довольно перевёл взгляд на приоткрытую дверь. Потом снова посмотрел на мальчика. Совсем маленький. Он смотрел на Барнса своими огромными медовыми глазами, в которых уже собрались первые слёзы. Лохматая челка прилипла ко лбу от проступившего пота. Баки поморщился, но отступать было уже поздно. — Кто… кто Вы?! Что Вам надо?! Я позову дедушку! — испуганно затараторил мальчик. — Оу… — деланно испугался мужчина, — зови. Громко зови, — и он затрясся в глухом смехе. Потом резко дернулся в направлении мальчика и, повалив его на матрас, схватил живой рукой за горло. Питер зашёлся в истеричных рыданиях. Так продолжалось почти час. Мужчина пугал его до полусмерти и отстранённо ждал, когда у Питера спадёт приступ истерики, чтобы начать все снова. Питер понял одно — мужчине не столь важен сам факт его мучений, как его крики: мальчик почти выдохся и сорвал голос. Видимо, мужчина это тоже заметил и раздраженно цокнул. — Ну, а теперь оставим нужный след, — с отвращением прошипел он. Солдат сжал живой рукой щеки мальчишки, заставив того открыть рот, и протолкнул внутрь кулак железного протеза почти на половину, пока не увидел, как надорвался уголок рта у испуганного ребёнка. Питер смотрел затравленно, но сосредоточенно. Он уже совсем не понимал, что происходит, мужчина как будто выполнял четкие инструкции. Наконец, он вытащил железный кулак, но, не дав Питеру откашляться, схватил его за волосы и задрал голову, пропихнув два пальца живой руки до самого горла. Рвотный рефлекс сработал моментально, как и реакция мужчины. Он свесил голову мальчика с кровати, проследив, чтобы все содержимое желудка оказалось на деревянном полу. — Почти все, выдохни. Слушай сюда, детка! Ты ни словом, ни жестом не выдашь своему деду, что я с тобой делал. Иначе я убью тебя… И его, — прошептал солдат в самое ухо. Питер отрешенно кивнул головой. Он устал. Он не понимает, что происходит. Ему уже даже не страшно. — Пей, — мужчина достал маленькую пластиковую пробирку и откупорил её. По комнате поплыл сладкий приторный запах. — Что это? — безэмоционально спросил мальчик. — Слабительное. Сильное. Будет неприятно, но не смертельно. Прочистишь кишечник, — фыркнул мучитель. — Зачем?! — снова начал пугаться Пит. — По сценарию было бы неплохо тебе посидеть в туалете пару часов. — Какому сценарию? Мужчина не ответил. Он силой влил в Питера содержимое пробирки и собирался уходить, но остановился у окна. — Скажи деду, я буду приходить к тебе каждые два месяца. Он знает как это прекратить. С этими словами он открыл окно и выпрыгнул. Питер всхлипнул последний раз и, схватившись за живот, побежал в туалет.

***

Питер сидел в своей комнате на полу, прижавшись спиной к кровати и обняв коленки. Прошло два месяца, и сегодня страшный мужчина должен вернуться. В памяти мальчика всплывали отрывки разговоров с дедушкой. Он извинялся, молил о прощении и говорил, что у него нет выбора. Что этот страшный человек его враг и хочет видеть его страдания. И что он перестанет приходить, только если дедушка убьёт тётю Мэй — жену покойного дяди Питера. Так он сказал. А значит, выхода нет. Питер должен терпеть все издевательства. Ради тёти, ради дедушки. Мальчик почувствовал холодок, лизнувший босые ноги. Он поднял голову, и крик отчаянья вырвался сам по себе. Зимний солдат, — так назвал его дедушка, — стоял над ним. Так прошли почти два года. Солдат приходил не постоянно, как обещал. Иногда его не было и несколько месяцев подряд. Все начиналось точно по первому сценарию. Раз за разом одно и то же. Запугивания до срыва голоса, засохших на глазах слез и прокушенных до крови губ, хотя в последние разы, правда, не было слабительного. Все чаще солдат оставался после и сидел у кровати вымотанного парня, наблюдая за его сном. Питер почти всегда отключался от изнеможения где-то в углу спальни, но просыпался всегда в кровати. В одном белье, с холодным полотенцем на лбу и аккуратно укутанным в одеяло, как в кокон. Питер понимал, это не дедушка. Мужчина никогда не проявлял нежность к внуку, его интересовали только его потенциал ученого и его кровь, мутировавшая после укуса паука. Парень не сомневался, после его отключки о нем заботился его мучитель. Он даже иногда мог вспомнить аккуратные касания, когда тот поднимал его на руки и переносил в кровать. Последний визит был самым странным. Солдат как всегда вошёл через дверь, давая понять, что его впустили. Питер испуганно посмотрел на мужчину и замер, как был, с футболкой в руках. — Оу. Я не вовремя? — Барнс опёрся о дверной косяк и с ухмылкой осмотрел полуголого парня. — Вы всегда не вовремя… — срывающимся голосом прошептал парень и, краснея от липкого взгляда, поторопился натянуть футболку. — Эй! Мы уже почти друзья. Мы видимся уже довольно долго, — засмеялся мужчина и, проходя в комнату, захлопнул за собой дверь. — Мы виделись точно десять раз в течение двух лет, — Питер стал отступать, пока не наткнулся поясницей на край стола. Барнс расплылся в хищном оскале, рванул к парню, хватая его за волосы, наслаждаясь их мягкостью, и швырнул на кровать. Тот вскрикнул от неожиданности. — Мало… — прошептал Барнс и навис над парнем, — попробуем что-то новенькое? — и, прежде чем Питер сообразил, Барнс укусил его в основание шеи. Почти прокусывая до крови. Парень залился слезами боли и обиды. — То, что надо, — прошипел Барнс и поднялся, отходя к окну. — Пожалуйста, хватит! — закричал парень, давясь всхлипами. — Прекратите! Я не могу спать! Вы снитесь мне в кошмарах! Зачем вы делаете все это со мной?! Мужчина повернулся, и его взгляд стал нечитаемым. Он снова подошёл к парню, но тот дернулся как ошпаренный, забившись к самой спинке кровати. Сжавшись в комочек, только повторяя на грани истерики: «Не надо… не надо… не надо…». Барнс погладил его по голове. Парень замер и напрягся. Солдат склонился над ним, оставил невесомый поцелуй на макушке и, прошептав «Прости, детка», ушёл. И с тех пор больше не возвращался.

***

Прошёл год. Питер не спрашивал про него, но дед сам подошёл с разговором. — Питер, этот мужчина… Зимний солдат… Он…— мялся мужчина. — Его не было уже давно. Он сам не приходит, — Питер побледнел. Он все равно помечал тот день, когда примерно мог бы прийти солдат. И сейчас этот «визит» мог бы выпасть прямо на его шестнадцатилетние. — Я знаю. Он не хочет больше приходить. Сказал, что ему больше не интересно… хм, проводить с тобой время. — Тетя?! — подскочил Питер. — Нет-нет, малыш. Все хорошо. Он не требует больше такого. Но мне угрожает страшная опасность. И только этот мужчина способен мне помочь. Я подумал, может ты… Учитывая, что уже два года вы с ним… Общаетесь… Мог бы уговорить его поработать на меня. Питер не мог поверить словам дедушки. Он хочет, чтобы Питер сам пошёл к этому мужчине? Да и куда? Он же сам не хочет больше приходить. Пирс, как будто прочитав немой вопрос парня, продолжил: — Я знаю, где он. Я позову его. Он сказал, что поможет мне, если ты не будешь сопротивляться. — Я никогда не сопротивлялся, разве у меня были шансы на это?.. — тихо прошептал Питер. — Тебе ведь уже наверняка не так больно. Ты же точно привык. Ты уже большой мальчик. Пойми, он нужен мне! — Да о чем ты говоришь?! Мне шестнадцать лет, а я спать боюсь из-за него! Последний раз он укусил меня! — и Питер выбежал из столовой.

***

Когда Питер вбежал в комнату, его как парализовало. На заправленной кровати, которую сам парень с утра оставил в беспорядке, оперевшись о спинку, лежал Зимний солдат и читал его учебник по истории. — Что Вы здесь делаете?! Дедушка сказал, Вы больше не хотите приходить! — почти шепотом затравленно спросил Питер. Солдат отложил учебник и с усмешкой посмотрел на парня. Он оценивающе прошёлся по нему взглядом с ног до самой макушки. Барнс отметил, как за этот год вырос парень. Волосы отросли и стали виться крупными локонами. Из-за этого длинней прическа не стала, но стала заметно лохматей. Веснушки покрывали уже не все лицо, а только переносицу. Но что осталось неизменным, так это ужас в огромных оленьих глазах парня, с которым он всегда встречал солдата. — А я и не хотел, но твой дедушка умолял меня прийти поиграть с тобой и спасти за это его шкуру. — хрипло засмеялся мужчина. — Вы врете. Вы никогда не оставляли ему выбора. Зачем Вам это? — Питера начала бить легкая дрожь. Опять. Опять его будут душить, швырять как куклу, лишь бы вывести на истеричный плач. — Выбор, детка, есть всегда, — с насмешкой фыркнул мужчина. — Убить мою тётю и оставить меня в приюте, сев за это в тюрьму? Этот выбор вы ему дали? — Питер опустил голову и отвернулся. — Что? — искренне удивился Барнс, чем сбил парня с толку, — зачем мне такая дичь, пацан? — Я не знаю, Вы же псих! А зачем Вы делали все это со мной? Рвота, разорванные губы, слабительное! Черт, слабительное! О! Вы укусили меня! — шипел парень, но посмотреть на незваного гостя не смел. — Эй, детка, тебе же уже не тринадцать. Что ты думаешь, я тут делал с тобой все эти ночи по мнению Пирса? — серые глаза подозрительно сощурились. — Я не… — начал было Питер, но в его голове прозвучал голос дедушки «Тебе ведь уже наверняка не так больно. Ты же точно привык.» — Нет, не верю, — он хотел кинуться к двери, но там показался Пирс. — Питер, ты же уже большой мальчик, ты дол… Ты?! — седой мужчина замер в дверях, впившись взглядом в солдата. — Я решил дать тебе шанс. Скажи малышу, что он должен быть послушным и, если он будет хорошим мальчиком, я убью для тебя Старка, — Барнс снова откинулся на спинку кровати и, явно веселясь, стал следить за Питером. — Дедушка? — Питер в ужасе уставился на одного из самых родных людей, которые у него остались. — Питер, ты уже… Тебе уже не привыкать к нему. Я делаю это ради нас, Старк хочет уничтожить меня! Тебе нужно всего-то потерпеть. Ты же уже не раз это делал, — начал мужчина, — просто подумай о чем-то другом и сделай все, что он захочет. С этими словами мужчина вышел и хотел закрыть дверь, но Барнс его остановил. — Нееет, ты сядешь на пол у двери, зрителей я не люблю, а вот слушатель может быть интересен. Так что спиной к приоткрытой двери в коридоре, и поверь, я узнаю, если ты решишь уйти. Ты будешь слышать все очень хорошо, — прошипел солдат. Когда все было устроено как велел Барнс, он подозвал парня к кровати. Питер на ватных ногах подошёл ближе, не смея ослушаться. Мужчина похлопал по покрывалу рядом с собой, явно веселясь от того, как несмело парень садится на собственную кровать. — Давай, детка, поиграем? — но сам достал из кармана куртки смартфон и, быстро открыв новые сообщения, напечатал текст, показав его Питеру. «Не бойся, я больше не сделаю тебе больно. Попроси меня ничего не делать тебе, как можно жалобнее и громче» — Пожалуйста, не надо. Я не хочу…— хныкнул Питер, но он уже выглядел не испуганным, а скорее растерянным. Барнс одобрительно ему подмигнул, и снова набрал текст. «Я хочу, чтобы ты достал свой телефон. Вставил наушники и включил любимое порно» Питер уставился на мужчину широко распахнутыми глазами. Барнс сначала тихо хохотнул, но в следующую секунду парня уже сверлили ледяным взглядом, давая понять — это не шутка. Паркер тяжело сглотнул, но выполнил приказ. На экране новенького смартфона появились две девушки в школьной форме, явно им не по размеру и не по возрасту. Они страстно впились друг в друга поцелуем. Барнс одобрительно хмыкнул. Он перетащил Питера ближе, усаживая у себя между ног, облокачивая спиной о свою грудь, и больно ущипнул за бедро, когда парень отвлёкся от экрана. — Ай! Что Вы делаете?! — искренне воскликнул парень. — Дедушка велел тебе слушаться, детка, — Солдат с усмешкой посмотрел за дверь, а потом перевёл взгляд на экран и ширинку парня. Подростковый организм не подвёл. Страх, не страх… Стресс, не стресс… А две сексапильные блондинки заставили тело парня реагировать уже через несколько минут. Дыхание потяжелело, а на ушах заиграл легкий румянец. Барнс аккуратно залез под майку Питера живой рукой и стал мягко массировать низ живота. Парень дернулся, но мужчина достал наушник и хрипло зашептал ему на ухо: — Не дергайся малыш, я не сделаю тебе больно. Просто расслабься и получай удовольствие. И желательно погромче. Тебе понравится, просто смотри на экран и не думай обо мне, — и он нежно прикусил мочку уха, потом загривок и носом провёл до макушки, взъерошив лохматые кудри. С губ парня сорвался полувсхлип-полустон. Это было странно и ново. Горячая рука скользила по груди, животу, опаляя кожу. Железная мягко перебирала пряди у основания шеи, освобождая участки кожи для невесомых поцелуев, которыми Барнс покрывал её. Через короткое время, Питер откинул телефон и уже еле воспринимал стоны в одном из наушников. Его собственные были гораздо громче и правдивей, они слышались как будто издалека. Солдат ласкал его везде, целовал у виска, в шею, мягко прикусывал голое плечо, оттянув край футболки. И издавал какой-то тихий рык, от которого шли мурашки по всему телу. — Хороший мальчик. Расслабься, не думай. Только чувствуй… — бархатный шёпот на ухо, сводящий с ума голос. Таким Питер этого мужчину не мог и представить. Наконец он повалил парня на кровать и начал торопливо расстегивать его джинсы. Питер не успел даже сообразить, что происходит, как его член уже оказался во рту Барнса. Парень удивленно приподнялся на локтях, и карие глаза поймали насмешливый серый взгляд. Солдат искренне забавлялся ситуацией. Питер не смог выдержать и повалился назад на матрас. Его стоны стали ещё громче, перемешанные с всхлипами и просьбами не останавливаться. — О Боже, Вы… Боже… — неразборчиво бормотал парень. — Баки… не «Боже». — коротко подсказал ему Барнс и вернулся к своему занятию. — Баки? — повторил плохо соображающий Питер и повторял ещё много раз, пока не кончил. Он пытался восстановить дыхание, когда ему на ухо зашептали: «Притворись спящим и слушай внимательно все, о чем мы будем говорить. Я знаю, что ты умный мальчик». Затем последовал нежный поцелуй в висок, и мужчина отстранился. Он торопливо скинул с себя футболку, оголяя накаченный торс, исполосованный шрамами как паутиной. Питер завороженно осматривал его, но потом в ужасе зажмурился, когда его взгляд наткнулся на уродливый почерневший шрам от стыковки бионического протеза с живой плотью. Баки невесело ухмыльнулся, резко скинул ботинки и залез под одеяло, пряча штаны. Тем самым не давая шанса понять, что сам он в процессе участвовал довольно поверхностно. — Пирс! — позвал он. Питер послушно засопел, когда услышал шаги входящего деда. — Зачем мне было это слышать? — явное отвращение в голосе. — Чтобы ты оценил, насколько послушный у тебя внук, — засмеялся Баки. — Послушный? Да эта маленькая шлюха явно ловил кайф от твоего члена у него в заднице, — презрение. — А что ты хотел? Ты отдал мне его в тринадцать лет. Считай, я, хотя нет — мы его к этому приручили, — соврал Баки, оставляя Пирса в уверенности, что он насиловал его внука с первой ночи. — Нет! Он просто хренов педик! Нормальный мужчина бы к этому никогда не привык. Будь он достойным человеком, он бы не смог получить удовольствие. — Ты не доволен, что он получает удовольствие, а не страдает? Ты хотел, чтобы он своими мучениями платил за твои убийства? — рык в голосе Баки, — Он страдал, поверь. Только сегодня я не захотел причинять ему боль, пока… — Я не доволен, что чувствовал вину, уговаривая его, когда он строил из себя целку. Я уже начинаю думать, что он тащился от этого с самого начала. Маленькая шлюха, как и его мать. Испортила кровь, спутавшись с Паркером. — Я заберу его на время подготовки к операции. Пусть скрасит мой мыслительный процесс. Ты же не против одолжить мне своего мальчика на поиграть? — Можешь оставить его себе, мне уроды в семье не нужны. Убей Старка и делай с выродком, что хочешь. Я даже готов накинуть на его содержание. Я думал, что в нем есть хоть что-то от меня… — и хлопок двери. — Поехали, собирайся, — хмыкнул Баки. Когда Питер поднял на него полные боли глаза, Солдат поморщился.