Соперничество с ней

ТОМ I ❝ СОПЕРНИЧЕСТВО НЕ В МОЕМ ДУХЕ ❞

ничего для меня не сделаешь будешь холоден, равнодушен как сошлись — разойдемся, без криков, истерик

и

постскриптум: ты мне очень нужен.

せいり

Весна любимое время года у многих. Приятная погода, прекрасное цветение сакуры, ощущается некоторое новое начало. Иногда начало чего-то большего, порой начало новой жизни, новой страницы в своей истории, новые лица и знакомства, но, конечно же, что остается несменным и общим для всех — так это традиционное начало учебного года каждого ученика и студента Японии. Если день начинается воскресной тишиной, а вы точно знаете, что сегодня понедельник, значит что-то точно уже идет не так. Токита ощутила это только в момент, когда едва открыла глаза и через окно трамвая глянула на улицу, после чего в момент осознала, что буквально прозевала свою остановку. Как ведь знала, что с утра день не заладится! Чего она боялась больше всего — так это опоздать в первый же учебный день в новой школе. Отличное начало старшей школы, ничего не сказать. Выпрыгнув на первой же остановке и побежав в сторону академии, блондинка успокоила себя после того, как на ходу взглянула в экран телефона. До начала первого урока было еще достаточно времени, но поспешить все же стоило. Последние полгода третьего класса Сану все долго раздумывала, куда же пойти после окончания средней школы. Со своими оценками и успеваемостью, а также хорошей спортивной рекомендацией выбор был для нее велик — начиная со школы Аобаджосай, куда планировали идти некоторые ее друзья из волейбольного клуба и активно зазывали Токиту с собой, и заканчивая лучшим учебным местом во всей префектуре и одним из лучших в стране — академией Шираторизава. Но все же сложный выбор юной волейболистки пал на прославленную академию Яманэко, что славилась своими творческими и техническими кружками, спортивными секциями и в целом успешными студентами не только в области спорта на национальном уровне не хуже вышеупомянутой Шираторизавы. Наконец добравшись до места своего назначения, девушка тяжело и радостно выдохнула, в очередной раз любуясь видом академии Яманэко, хотя до этого она была тут около двух раз. Высокие светлые врата, где на входе приветствует студентов блестящая табличка с названием академии, годом открытия и некоторым описанием, а также покрытый золотой краской монумент в виде гордо стоящей рыси, что и являлась символом академии. Токита уверена, что пройдя дальше, она еще не раз столкнется с традиционной символикой Яманэко. Студенты, вступая на территорию просторного центрального двора, сразу же встречались с главным учебным корпусом. Большое четырехэтажное здание больше походило на постройку государственных учреждений какой-нибудь европейской страны. Яркие лучи апрельского солнца падали и отражались от панорамных окон центрального блока здания, розовые лепестки сакуры красиво срывались с ветвей деревьев в центральном дворе и с потоком ветра завораживающе пролетали мимо здания и над бесчисленными толпами студентов, что скитались туда-сюда, выбирая для себя различные секции или просто общаясь между собой. Конечно же, неотъемлемой частью первого учебного дня была клубная выставка. И сейчас студенческое объединение дружно и по традиции вывалило на внутренний двор академии все свои многочисленные секции и клубы. Двор был полон молодежи и двух рядов с транспарантами и небольшими столами, за которыми с важным видом восседают президенты клубов, менеджеры или же, даже где-то, сами тренеры. Между первогодками, что искали свой путь и будущее пристанище на ближайшие года три, активно метались и действующие участники клубов, пытаясь завлечь к себе как можно больше новичков. Со всех сторон и чуть ли не с каждого стола слышались разной степени громкости и креативности девизы, неся за собой заманчивые предложения. Сану, честно признаться, чувствовала себя будто не в своей тарелке — оно и ясно. Новая школа, и школа непростая, а одна из двух лучших в Мияги, что уже не первый десяток лет соперничает, но поддерживает близкие и дружественные отношения с Шираторизавой. Множество незнакомых лиц на незнакомой для нее территории, но этот страх только подливал масла в огонь ее пылкого интереса к своему нахождению здесь. Невероятные эмоции, что Токита еле в себе сдерживает, вырываются наружу и счастливая улыбка светится на девичьем лице еще ярче. Но все же, страх никуда не девается. Находясь здесь около двух недель назад с родителями, у одного из завучей Сану попросила сопровождающего, что будет первое время для девушки неким наставником, на что приятная женщина из приемной комиссии ответила положительно, выделив для новенькой ученика из студенческого совета. Теперь осталась самая малость — во всей этой многочисленной толпе найти того самого мэтра, с которым она списывалась накануне. — Токита Сану? — вдруг позвал ее приятный женский голос и из скопища студентов появилась высокая девушка в бежевой школьной форме. Вероятно, ответ ей не был нужен, она и так поняла, что не ошиблась и кивнула. — Я Хирано Тамайо — ныне третьегодка и член студенческого совета. Мы списывались на днях. Хирано выглядела собрано и строго, ее вид дополняла аккуратная прическа в виде четырех собранных последовательных хвостов песчаных волос, нахмуренные тонкие брови, сдержанная полуулыбка и серьезный взгляд проницательных темно-зеленых глаз. Одета третьегодка была в белую рубашку, поверх которой располагался традиционный бежевый пиджак с символикой рыси, темная юбка до середины бедра и лакированные туфли. В учет ее роста и подтянутого телосложения, Сану несмело предположила, что Тамайо наверняка состоит в одном из нескольких спортивных клубов Яманэко. — Д-Да... Да, эт-то я. — слегка собравшись с мыслями, ответила Токита, подняв на собеседницу синие глаза. — Приятно п-познакомиться. — блондинка приветственно кивнула. Сану сжала кулак в кармане, проклиная саму себя и свое ненавистное заикание, что мучает ее фактом своего существования с самого детства. — Взаимно. — Хирано ответила тем же, и скупая улыбка на ее лице стала чуть шире. Кажется, она даже не заметила то, за что первогодка себя порицает. Хотя, скорее, деликатно и вежливо пропустила мимо внимания. — Добро пожаловать в Яманэко — в место великих возможностей. Новенькая светло улыбнулась и тепло поблагодарила третьегодку, после чего направилась прямиком за ней внутрь школы. От Тамайо Сану узнала, что по старым традициям академии в первый учебный день уроки обычно не проводятся, этот день посвящают тому, чтобы первогодки могли познакомиться со школой, с одноклассниками и семпаями, преждевременно выбрав себе какую-либо секцию, что являлось обязательным для каждого студента академии. Людей и классов в академии было очень много, но и с количеством спортивных клубов и каких-либо кружков проблем не было никаких. Токита задавала интересующие ее вопросы про спортивные секции, про преподавателей, про праздники и мероприятия, проводимые в течении года и про множество всего. Также, Сану узнала, что в этой школе есть и было куда больше выдающихся и известных игроков и студентов, чем ей казалось раньше. Хирано на все вопросы отвечала очень подробно, чем очень и привлекла юный ум. Сдержанная третьегодка очень понравилась новенькой в качестве наставника, как и ее мастерство речи, что не хотелось прекращать ее слушать. — У нас есть множество спортивных секций, — Хирано не быстрым, но широким шагом следовала вперед, местами дожидаясь Токиту, что делала некоторые остановки, с блестящими от восторга глазами рассматривая некоторые достопримечательности академии изнутри. — Баскетбольный клуб, футбольный, клуб игры в теннис — правда стартует он у нас только с этого года, так же у нас есть клубы игры в волейбол, бейсбол и плавательная секция. Несколько видов боевых искусств, дзюдо, кендо и карате, — третьегодка на пару секунд замолчала, будто что-то обдумывала или вспоминала. — Кстати, в свободное время от тренировок пловцов можно посещать бассейн. Только единственное, нужно сверяться с их расписанием. — Хирано взглянула на Токиту, убедиться, слушает ли ее та или же нет, но новенькая слушала крайне внимательно, по-детски затаив дыхание. — Ну, и помимо всего этого есть творческие и технические клубы. Наш выпускник взял первое место на международной выставке в январе, — она улыбнулась. — Слышала об этом? Сану, что все это время вроде как и внимательно слушала, только на секунду загляделась на своего спикера в некотором восхищении и уже была застигнута врасплох встречным вопросом. — Д-Да! — вдруг заметив, что она немного отбилась на ходу от Хирано, блондинка ускорила шаг и сравнялась с третьегодкой. — К-Когда я интересовалась Я-Яманэко и определялась со ш-школой, я слышала о нов-вости, что о-один из студ-дентов занял первое место в-в к-конкурсе со скульптурой и выиграл место в Т-Токийском университете и-искусств. — подняв синие глаза на девушку, Токита заметила, что та одобрительно кивнула. Немного поразмыслив и задумчиво хмыкнув, Сану продолжила: — Не м-могу с-сказать, что я-я что-то смыслю в-в искусстве, но т-то, что с-сделал тот парень, Хи-Хирано-сан… Это мало т-того, что б-безумно красиво, но и о-очень смело! Юный талант и уже нынешний выпускник академии Яманэко создал скульптуру в виде двух мужчин, что по задумке создателя явно были связаны нечто большим, чем просто физическим влечением и связью. Будучи изображенные стискивающими друг друга в крепких объятьях и окутанные животной страстью, однако, на удивление, это не выглядело пошло. Автор и не скрывал, что напрямую был вдохновлен творениями итальянского скульптора семнадцатого века — Джованни Лоренцо Бернини. Даровитый творец стал новой гордостью академии Яманэко, что каждый год выпускала минимум с десяток перспективных мастеров своего дела. Токита в очередной раз убедилась, что не ошиблась со своим выбором. — Ну так что, определилась с секцией? — закончив небольшую экскурсию по центральному и основному блоку академии, девушки возвращались на улицу. На свое удивление, Токита немного расслабилась, находясь рядом с Тамайо, и слегка разболталась, что за ней наблюдалось не так часто. Вероятно, это из-за того, что Хирано была одной из очень немногих, кто мало того, что не насмехнулся и не отметил ее дефект речи, так еще и вовсе не акцентировал внимание на этом даже в своих жестах и мимике. Это немало располагало первогодку к девушке, даже если это просто знак вежливости. — Я у-уже заранее знала, куда п-пойду. — заправив прядь коротких светлых волос за ухо, Сану подняла взгляд на собеседницу. Чуть помедлив под давлением проницательных изумрудных глаз Хирано, первогодка продолжила: — Во-волейбольный клуб. Темные глаза третьегодки раскрылись в приятном удивлении и вновь краткая улыбка появилась на ее лице. Тамайо ответила, что она так же посещает волейбольную секцию, на что Сану не нашла слов, но радость в ее глазах была сильно заметна, что и не прошло мимо ее будущего семпая. Сдержанная третьегодка действительно понравилась на первый, на второй и на третий взгляд впечатлительной первогодке. Может быть, Токита и в самом деле была наивна, но ей хотелось верить, что Хирано-сан хороший и надежный человек, с которым ей еще, теперь точно, придется столкнуться и если повезет, можно будет попытаться сблизиться и что-нибудь узнать друг о друге. Комплекс отличницы Сану за собой заметила еще в начале средней школы и только относительно недавно смирилась с фактом его сильного влияния на себя, но отчего-то ей действительно захотелось произвести хорошее впечатление нисколько на будущих преподавателей и тренеров, а сколько на Хирано-сан. И, кажется, ей это удалось, когда разговор зашел о скульпторе из этой академии и его творении. Тамайо оценила этот момент. — В таком случае, — через долю времени начала Хирано, выходя на улицу и подзывая рукой новенькую за собой. — Тебе осталось только дойти до стола волейбольного клуба, там дальше, заметишь, и записаться. Там будет один из наших тренеров — Хашимото Акайо, и менеджеры. — Токита слушала внимательно, борясь со страхом ничего не пропустить и не забыть. — К обеду будет собрание в большом спортзале. Все инструкции ты получишь у менеджеров. — Тамайо перевела взгляд на девушку и невооруженным взглядом заметила, что та отчего-то слегка дрожит. — Не волнуйся. Все не так страшно. Или мне пойти с тобой? — Н-нет, я вполне сама с-справлюсь! — Сану бойко кивнула головой и прижала руки к бедрам в смиренной позе. «— Да, я и вправду волнуюсь… Глупая заика... — в мыслях твердила себе блондинка, собираясь с мыслями. — Возьми себя в руки, Токита! Ты не должна позориться перед Хирано-сан!». Третьегодка согласно кивнула в ответ. Хотела было девушка сказать что-то еще, как ее мобильник резво завибрировал в кармане бежевого пиджака, привлекая внимание обеих волейболисток. Хирано тяжело выдохнула и сунула руку в карман. — Если что, напиши и я тебя найду. — произнесла Тамайо и посмотрела на маленький верхний экран зеленой лягушки, куда невольно приковался и взгляд первогодки, где Сану прочитала «Идиотка», а рядом фиолетовое сердечко. Как мило, подумала последняя. — До встречи, Токита-чан. — с улыбкой напоследок ответила девушка и спешно направилась в сторону спортивных залов, попутно отвечая на звонок. Единственное, что отголоском уловила на слуху Сану, так только «Алло, да, Сэйери?» из уст Хирано-чан. Сэйери? Токита в момент поймала себя на мысли, что она точно слышала это имя в своей жизни и причем не раз. Но отчего-то в данный момент она конкретно понять не могла, с чем было это имя связано, вопреки этому в голове оно все же застряло. — До в-встречи, — негромко ответила Токита, но, кажется, говорила это она только себе, смотря в след уходящему семпаю. — Хирано-сан. — блондинка улыбнулась, действительно ожидая очередной встречи с третьегодкой и уже скорого знакомства с остальными членами клуба. Это ожидание приятно будоражило! До собрания волейбольного клуба оставалось еще пару часов и нужно было заняться записью в клуб, а после пройтись по некоторым окрестностям огромной территории Яманэко, где помимо учебных кампусов находилось несколько спортзалов — на каждую спортивную секцию по два, — большой закрытый бассейн, открытые площадки для бега и игры в бейсбол и футбол, также несколько блоков общежития для иностранных или иногородних учеников Яманэко, и небольшой красивый сквер. Все же, здесь было потрясающе.

せいり

— И где теперь эти два идиота?! — уже чуть ли не скрипя зубами от гнева и тяжело выдохнув, возгласила девушка. Все собравшиеся внимательно уставились на разгневанную третьегодку, даже не до конца понимая, о чем та ведет речь. Хотя, некоторые из новоиспеченных третьегодок, что уже расплывались в веселых улыбках, понимали, что, а вернее кто и чье отсутствие заставляло медленно, но верно вечно спокойную, пусть и часто нелюдимую, Тамайо выходить из себя. Доигровщица женской волейбольной команды Яманэко, ныне третьегодка, член студенческого совета и отличный психолог — Хирано Тамайо, славилась своей игрой в волейбол и в большую часть времени каменным выражением лица, но на деле была расчетливой, довольно мужественной и грубоватой личностью, которая никогда не боится высказывать свои мысли и недовольства, которых бывает немало. Особенно недовольств Хирано хватало в отношении капитанов волейбольных команд, что как раз в данный момент и заставляли ждать своих персон на большом собрании клуба. Большинство присутствующих, в принципе, не удивлены данной ситуации, а вот новенькие находятся больше в шоке, вообще не понимая, что происходит. В том числе и Токита, что пришла на собрание еще за пятнадцать минут до назначенного времени, боясь прийти не вовремя и опоздать, а по итогу вместе со всеми сидит в ожидании капитанов и тренеров уже минут десять. Сану очень хотелось пообщаться побольше с Хирано-сан, но сейчас последняя явно была не в духе. Конечно, разумнее было бы отложить общение на потом, что первогодка и решила сделать, вопреки своему горящему интересу. Не стоит лезть под горячую руку и в лишний раз надоедать. — Мика? — разгневанный взгляд изумрудных глаз пал на юношу, что сидел с краю ото всей толпы и копался в телефоне. Карие глаза, что, казалось, не были абсолютно ни в чем заинтересованы — ни в общем собрании волейбольного клуба, ни даже очередными сплетнями в ленте новостей Твиттера, — поднялись на Хирано и Такемиказучи вопросительно выгнул темную бровь. — Не скажешь где Дайске? Такемиказучи Рин, в обширных кругах более известный, как Мика, никогда не славился чрезмерной гиперреактивностью, как, к примеру, его лучший друг, в поисках которого Хирано сейчас под горячую руку попадется кто угодно. К слову, будучи основным связующим мужской команды, Мика не особо-то и любил лишнее движение и пустые действия, что не несли за собой даже частички смысла. Юноша не испытывал большой любви к волейболу, но не до конца было ясно, что его все еще держало в спорте. Рин не любил волейбол, но еще больше он не любил ханжество, гомофобов, пустую болтовню и бессмысленные действия. На первый, да и второй взгляд может показаться, что Такемиказучи не любит ничего вообще, но это не так. Рин любил Linkin Park, татуировки, рассыпчатое печенье и своего лучшего друга. — Если бы я только знал. — беспристрастно негромким голосом ответил Рин, вернув взгляд к экрану телефону, что был ему гораздо интереснее сложившейся ситуации. В принципе, большего Хирано не могла и ожидать. Доигровщица знала Мику не первый день. Но знать, где сейчас шляются треклятые капитаны обеих команд ей было нужно непременно. — Расслабься, Тамайо, — раздался голос девушки, чья цветная синяя макушка выделялась среди всей толпы. Токита обратила на нее внимание и сразу же узнала в этой девушке Сугияму Мидори, еще с того момента, как та переступила порог спортзала, и чья игра и стальные блоки последние годы поражали многих даже далеко за пределами Мияги. — Явно опять они шпилятся где-то. Если они только начали, то минут через пять будут. Сомневаюсь, что Цучимикадо хватает надолго. — блокирующая расплылась в ехидной ухмылке и заметила, как Хирано только закатила глаза. Рин, сидевший недалеко и все еще не отрывая внимания от мобильного, весело ухмыльнулся. Явно слова Мидори были им оценены, пусть речь и шла о его лучшем друге. Несколько новеньких, до которых дошли слова третьегодки, смутились, в этом числе была и Сану, что из интереса внимательно слушала и следила за известными игроками, которые вполне считались элитой. А другие новоиспеченные третьегодки даже не были удивлены ни словами Сугиямы, ни тем фактом, что ее слова вполне могли бы оказаться правдой. — Мидори… — смутившаяся девушка, сидевшая рядом, накрыла ладонью руку блокирующей, давая понять, что та явно сказала лишнего. Будто впервые. — Ладно тебе, Хотару. — девушка усмехнулась и махнула рукой на слова подруги. — Будто я не права. Была права. Отчасти. Цучимикадо Дайске и Учива Сэйери не пара, хотя принято считать об известных капитанах волейбольного клуба академии Яманэко иначе. Внутри волейбольного клуба все были свои и было уже чем-то обыденным говорить и подшучивать над капитанами, те и не были против, пока это не переходило границы. Дайске и Сэйери хорошие друзья, вернее будет сказать друзья с привилегиями, но это и не мешало их отношениям, как дружеским, так и капитанским. Однако, для имиджа команды и академии их провозгласили парой. Фанатов у волейбольных команд Яманэко было немало в префектуре и за ее пределами, в том числе за последние полгода прошедшего учебного года фанатов и у парочки капитанов накопилось достаточно. Но несмотря на фальшивый статус отношений с Учивой, Цучимикадо не терял свой статус завидного холостяка и лично его фанаткам так же отбоя не было. Девушка, чьи огненно-рыжие локоны цепляли взгляд чуть ли не каждого, показательно громко зевнула и расправила длинные руки по сторонам в легкой разминке, после чего произнесла, обращаясь к Хирано: — Если мы еще не планируем начинать, — рыжеволосая закинула в открытую сумку телефон с наушниками, через которые еще минуту назад увлеченно слушала музыку, и начала подниматься с пола. — То я пока сбегаю в кафетерий. Ты не против, Тамайо-чан? — Сидеть! — чуть ли не рявкнула третьегодка, но лицо ее было жутко спокойным. — Хигари, хоть ты не буди во мне дьявола. — Ладно-ладно, мамочка, — Ади с улыбкой на лице выставила две руки вперед в показательной защитной реакции и смиренно опустилась на насиженное место. Ади Хигари — ныне третьегодка академии Яманэко, и обладательница огненных рыжих волос ниже лопаток, хитрых зеленых глаз с лисьим прищуром, взрывного характера, дикого аппетита и цепких длинных рук, что являются главным ее оружием на площадке. Ади по своей натуре, конечно, девушка со сложным характером, но людей вокруг себя в толпы собирать умеет. Рыжая бестия любит тяжелый рок, готический стиль, сладости и выпечку, в том числе и сладкую выпечку, и, конечно же, злить Тамайо-чан. Помимо своих заслуг в волейболе, цепких рук и отличного коннекта с Сугиямой Мидори в стальных блоках на площадке, Ади может похвастаться своей, а когда-то отцовской, коллекцией пластинок таких легендарных рок-групп, как Nirvana, Metallica, AC/DC, The Rolling Stones и Queen. Даже Мика слюной истекает и умирает от зависти. — Может быть с Сэйери-чан и Цучимикадо-саном что-то случилось нехорошее? — вдруг взволнованно спросила девушка, что сидела между Ади и Сугиямой. Токита забавно улыбнулась, поймав себя на мысли, что эта девушка была такая маленькая и хрупкая среди всех этих громил обоих полов. Лицо ее было миловидным, почти кукольным, тело худощавым, но жилистым. Ее личико лишь украшали большие и блестящие карие глаза, яркий взволнованный румянец на щеках, малинового оттенка локоны ниже плеч и розовая заколка на челке. Сугияма расхохоталась с наивности сокомандницы и тут же заметила на себе ее хмурый взгляд. К слову, даже вроде как злобный взгляд девушки был по-детски забавным. — Кийса, ради всего святого, не будь такой наивной. — Хигари обняла подругу за маленькие плечи и притянула к себе в попытке защитить от гиены под именем Сугияма Мидори. — У них все хорошо. Уверяю, даже слишком хорошо. — Почему им должно быть слишком хорошо, Хигари-чан? — взгляд карих глаз все еще был озабочен, она приложила зажатую в кулак ладонь ко рту. Ади тяжело выдохнула и положила тяжелую ладонь на малиновую макушку Найто, заботливо поглаживая и думая над тем, что если она и начнет объяснять младшему товарищу о том, чем время от время их дорогая подруга Сэйери-чан любит заниматься с Дайске-куном, то это будет выглядеть ровно, как материнские просвещения маленькому ребенку о том, что обычно может быть между тетенькой и дяденькой помимо и дальше поцелуев. Конечно, Найто Кийса не ребенок и сама понимает какие вещи обычно могут происходить между двумя взрослыми людьми, но старается об этом думать крайне редко, а в идеале не думать вообще, жутко смущаясь, когда между подругами в их общих комнатах начинаются подобные обсуждения. Кийса знает о такого рода отношениях между ее подругой и капитаном мужской команды, но очень сильно такое не одобряет и не понимает, пусть в личные дела подруги не лезет, как и Тамайо с Хигари, которые относятся к этому делу проще. — Цучимикадо-куна и Учивы-чан еще нет? — с этими словами в зал спешно вбегает невысокая девушка с темными волосами, чуть не споткнувшись на пороге. И, получив отрицательный ответ от Хирано, девушка грустно выдохнула и задумалась. Прошло где-то с полминуты, как та подошла ко всей толпе, что уже немалое количество времени сидела на полу и каждый между собой переговаривался. Сравнявшись с Тамайо и встав напротив всех ребят, девушка громко хлопнула в ладоши, привлекая к себе внимание юных спортсменов. — Всем добрый день! Меня зовут Хаттори Юрико, я — один из менеджеров волейбольного клуба Яманэко. — некоторые юнцы из числа первогодок сразу про себя отметили симпатичного менеджера, только очень надеясь, чтобы красавица была менеджером мужской команды. — Сразу хочу извиниться перед нашими новичками и уже знакомыми лицами за столь долгое ожидание! Тренеры подойдут с минуты на минуту, случились некоторые непредвиденные обстоятельства, за которые я от лица всех еще раз прощу прощения! Так же, касаемо капитанов, они тоже сейчас будут. Откровенно говоря, Хаттори, как и Хирано, как и все остальные, понятия не имеет, где черт носит Цучимикадо и Учиву. Но чтобы не рушить ни свою репутацию, ни репутацию команды в глазах первогодок, что пришли в эту школу и этот клуб с горящими глазами и горящим сердцем, менеджеру пришлось соврать. Юрико внутри себя молилась всем Ками на то, чтобы проклятые капитаны успели появиться раньше тренеров, что направлялись в большой спортзал на собрание, мягко говоря, не в лучшем настроении. — Что случилось с Яманэко-сенсей и Хашимото-сенсеем? — отойдя в сторону с менеджером, поинтересовалась Тамайо. Хаттори во всех деталях обрисовала всю ситуацию и причину чудовищной задержки тренеров в рамках всей той информации, которой она сама лично обладала. А причина заключалась лишь в том, что за несколько минут до назначенного времени начала собрания тренер Яманэко, как старший и основной тренер, была вызвана к новому начальству академии по вопросам, связанных с расписанием и бюджетом волейбольного клуба. Яманэко Йошино несмотря на то, что около трех месяцев назад ей перевалило за шестьдесят два года, все еще являлась одним из лучших и опытнейших тренеров в Японии, что посвятила всю себя академии, что когда-то была создана ее отцом и в честь кого собственно и было названо учебное заведение. И несмотря на свои годы, Яманэко-сенсей все еще могла держать всю систему в своей сильной, женской хватке, однако, новое начальство активно шло в оборону против опытного и сильного духом тренера. Недовольство Йошино было вполне понятно и даже ожидаемо — новая система и правила, что были введены новым директором, откровенно сказать, не сулили ничего хорошего ни для академии, ни для ее спортивных секций и юных талантов Яманэко. — Такая история. — под итог сказала Хаттори, прижимая к груди пластиковый планшет с бумагами и поднимая светлые глаза на Хирано. — Я как раз бежала сюда, когда Хашимото-сан позвонил мне и приказал идти к ним, в основной блок, там же все это передал мне и сказал передать всем на собрании причину их опоздания. — Если ругается с директором Яманэко-сенсей, то что там делает Хашимото-сенсей? — встречный вопрос со стороны Тамайо не заставил себя ждать, смиряя менеджера тяжелым, пронзительным взглядом изумрудных глаз. — Сопровождает, что еще? — спокойно ответила Юрико, давно привыкшая не отступать под неосознанным давлением доигровщицы. — Но, с другой стороны, Хирано-чан, Хашимото-сан по пути успокоит Яманэко-сенсей, чтобы мы не испытали на себе гнев дикой рыси. — менеджер улыбнулась. Уголок губ Тамайо поднялся в легкой и сдержанной улыбке, это звучало забавно. Кажется, это было первое подобие улыбки со стороны третьегодки за последний час. — Но, — продолжила Хаттори, оглядев весь зал и в ожидании вернув взгляд к входным дверям. — Меня больше интересует вопрос, где Цучимикадо и Учива... — Самой бы знать. Не проходит и половины минуты с конца беседы между встревоженными третьегодками, как через двойные двери влетают в спортзал два высоких юноши и одна девушка. Среди только что появившихся можно было узнать известных игроков, что уже имели определенную славу и репутацию, как в своей префектуре, так и во всей Японии. В юноше роста примерно ста восьмидесяти семи и с черными смолистыми волосами, первогодки узнали центрального блокирующего и по совместительству капитана мужской волейбольной команды Яманэко — Цучимикадо Дайске. В юноше, что был чуть ниже, буквально на пару сантиметров своего капитана, и который явно не походил на японца и не имел никаких азиатских черт лица, было легко узнать аса команды — Сэйву Джеймса. А в девушке, что не скрывалась за спинами двух громил, стоящих рядом, все узнали Учиву Сэйери — связующую и капитана женской команды Яманэко. Большинство из новичков застыли в удивлении, пооткрывав рты, не в состоянии оторваться от именитых игроков академии Яманэко, которые для некоторых были даже кумирами и примерами для подражания, и ради которых, собственно, первогодки сегодня были здесь. — Фух, — девушка тяжело выдохнула и махнула черными волосами в сторону, оглядывая всех присутствующих. — Успели! — Успели?! — все те остатки спокойствия и хладнокровия, за которые Хирано отчаянно пыталась хвататься обеими руками за все время ожидания, в момент испарились в небытие, зажигая девушку, как спичку. — Вас не было блядских полчаса. И ты говоришь, что вы успели? — Спокойно, Тама-чан! — Цучимикадо ловко проскользнул мимо Сэйвы и вклинился между девушками, прикрывая за собой Учиву. Будучи готовым принять весть гнев Хирано на себя, он преградил путь доигровщицы к подруге. — Прежде чем ты разорвешь нас на куски, Тама-чан, мы должны хоть что-то сказать нашим дорогим первогодкам и старичкам, которые нас столько ждали! А позже, Тама-чан, я приму весь удар твоей прекрасной, тяжелой руки на себя! Моего родного американского друга, почти брата, как и мою прекрасную и чертовски горячую подругу, в обиду не дам! Даже тебе, Тама-чан! — Господи, Дайске, — Сэйери, которую капитан спрятал у себя за спиной, приложила ладонь ко лбу. — Заткнись. Джеймс ничего не сказал, но тоже весело улыбнулся, смотря на друга. А блокирующему хоть бы что, он тоже весело расхохотался, что вызвало только тяжелый вздох со стороны Тамайо, что была готова сию секунду голыми руками задушить всех троих. У Хирано, как и у большинства тут присутствующих, был вариант того, по какой причине могли задержаться капитаны, как это обычно бывало, но вопрос был в том, что с ними делал ас. — Я потом все тебе объясню, — едва шепотом произнесла Учива, обойдя Цучимикадо и подойдя вплотную к подруге. Тамайо ничего не ответила, но Сэйери по закатившимся зеленым глазам приняла положительный ответ на свои слова. Кажется, брюнетка уже наизусть выучила каждую повадку своей лучшей подруги. — А вы чего встали там, громилы? — обратилась связующая уже к Дайске и Джеймсу. — Что тут происходит? — холодом по коже третьегодок проходит строгий женский голос тренера Яманэко за могучими спинами, что едва ли переступила порог спортзала, но была лишена возможности пройти дальше из-за столпотворения юных спортсменов. — Цучимикадо, Учива, — строго начала женщина, обращаясь к капитанам, что уже планировали выкручиваться из ситуации. — Только не говорите мне, что вы только что пришли. — Хорошо… — юноша повернулся лицом к женщине, метнув темной шевелюрой в сторону. — Не скажем… — даже смотря на тренера сверху вниз с высоты своего роста, центральный блокирующий чувствовал, как сердечный ритм внутри учащается. Если Цучимикадо Дайске кого в своей жизни и боялся, то это была только Яманэко-сенсей и Учива-чан в яром гневе. Юноша подумал о том, как было бы сейчас неплохо оказаться на площадке в самый разгар игры и сжигать ладони в очередной и часто крайне удачной попытке заблокировать мощную подачу какого-нибудь аса. Цучимикадо усмехнулся своим мыслям, было даже забавно вспомнить об Ушиваке и его смертоносных подачах в такой не очень подходящий момент, когда был готов прощаться с жизнью под пристальным взглядом такой роковой женщины, как Яманэко Йошино. К слову, от подач лучшего аса Мияги капитан Яманэко страдал больше всего за все годы игры в волейбол, а играл он против очень многих. Стоявшая рядом Учива, конечно, давно привыкла к внезапным приливам веселья у Цучимикадо, но каждый раз фантастически удивлялась подобным способностям своего компаньона. Порой Сэйери было даже интересно узнать, о чем думает такой непредсказуемый человек, как Дайске, в любой момент его жизни. Знакомство новичков с тренерами, капитанами, семпаями и всем волейбольным клубом в целом прошло очень даже хорошо, несмотря на тридцатиминутное ожидание до этого. Пусть после ругани с новым начальством академии у Яманэко-сенсей настроение и испортилось, но за время, проведенное среди молодежи оно значительно поднялось, вновь увидев своих старых учеников и разглядев в глазах многих новоиспеченных первогодок азарт и неподдельные искры. До межшкольных соревнований на летний турнир оставалось чуть больше двух месяцев, поэтому это был один из первых вопросов, поднятых на собрании и выдвинутых на бурное обсуждение. На завтра была назначена первая тренировка и тренеры с капитанами уже планировали определиться с основными составами в ближайшую неделю, чтобы начать активную подготовку к межшкольным. Токита была готова проклясть себя за собственные проблемы с памятью, которые, к слову, она никогда за собой не наблюдала. Но все же не могла понять, почему в тот момент, когда Хирано-сан утром ответила на звонок и произнесла имя нынешнего капитана женской Яманэко, Сану не смогла вспомнить сразу кто это. Сэйери. Учива Сэйери. Капитан и связующая одной из лучших женских команд в стране. Учива имеет славу и репутацию еще со средней школы, будучи входя в топ лучших игроков Японии среди, на тот момент, средних школ, и, на нынешний момент, старших. Эта девушка является универсальным игроком, специализируясь не только на позиции связующей, но все же, отчего-то, она отдавала свое предпочтение именно этой роли. Во второй половине третьего года средней школы Сану много узнавала об академии Яманэко, о волейбольном клубе и многое слышала об известных игроках. Имена капитанов, асов и еще некоторых игроков были у нее на слуху уже давно, как и у очень многих, но отчего-то в нужный момент она запамятовала имя одной из центральных фигур волейбола среди старших школ. Женская команда Яманэко является многократным представителем Мияги на национальных играх, чем увы не могла похвастаться мужская. Но несмотря на многолетние проигрыши мужской команде Шираторизавы и соперничеством с Аобаджосай в том числе, мужская Яманэко тоже имела большую популярность и репутацию, как на уровне своей префектуры, так и на уровне всей страны. Яманэко славились своими стальными блоками, не хуже школы Датэко. Яманэко были крайне хороши как в нападении, так и в защите. В Яманэко, даже в женской команде, высокие игроки, они — верные столпы защиты. Нужно обладать редкой силой и ловкостью подач, чтобы обойти или пробить блоки ловких Рысей. Но и такие, конечно, находились. Собрание завершилось на теплой ноте. И как тренеры, попрощавшись со всеми, покинули большой спортзал, что Учива, что Цучимикадо пришли к выводу, что, в принципе, добавить под конец им нечего. И так уже было сказано достаточно, да и были затронуты на собрании многие важные темы. Единственное, что оставалось — только прощаться, расходиться и готовиться к завтрашнему учебному дню, а после и тренировкам до позднего вечера. — Ах да, — вспомнив одну не менее важную вещь, Сэйери развернулась к залу, где все еще толпились волейболисты, и хлопнула в ладоши, привлекая к своей не особо скромной персоне всеобщее внимание. — Оче-ень важное правило от меня, мои хорошие, — брюнетка улыбнулась, оглядывая ребят. — Никакого упоминания Шираторизавы и любых ее игроков в стенах наших родных и дорогих стен! На самом деле, что касаемо новичков, они не до конца понимали, к чему это было сказано, а люди, уже привыкшие к сильной и безосновательной антипатии Учивы к академии, с которыми их собственная академия как соперничала не первый год, так и дружила, — лишь весело усмехнулись, а кто-то и вовсе внимания не обратил. Вероятно, антипатия связующей к главным соперникам не была такой уж и безосновательной, как большинству казалось. Но лишь немногие из ближнего круга Сэйери знали истинные причины и мотивы такого отношения, однако, это не значило, что те самые «немногие» считали эти причины весомыми. К этому было проще относиться так, как и к другим, многочисленным, но личным заморочкам связующей. Но никто ничего не сказал, приняв слова капитана, вроде как, к сведению. Когда все потихоньку начали покидать помещение, Сэйери среди всей этой толпы наконец решила разглядеть одну фигуру, но все было тщетно. Старая компания собралась вместе, что-то обсуждая и, видимо, пока не торопясь уходить. Среди оставшихся нужного человека все еще не было. Это насторожило Учиву. — Сугияма, — кратко, но с дерзкой искоркой в голосе произнесла брюнетка. Игривое настроение блокирующей в момент исчезло, поймав на остром слуху ненавистный голос выскочки Учивы, но показательная и нахальная улыбка с ее лица никуда не пропала. Мидори обернулась к капитану и посмотрела на ту с высоты своего роста, смиряя хамским взглядом, но и Сэйери промахом не была. Аметистовые глаза связующей загорелись наглым блеском, а темные брови нахмурились. А все присутствующие уже чувствовали накал страстей. — Чего Вам надобно, Ваше Высочество? — центральная улыбнулась, демонстрируя аккуратные зубы и острые клыки в хищной усмешке. — Ками ради, оставь свое клоунство при себе, Сугияма. — у Учивы не было времени да настроения вступать в очередную перепалку с этой гиеной, что и на третий год обучения не даст покоя ей. — Где Мэдока? Одно слово, а вернее, одно имя, что к чертям собачьим в любой момент стирает едкую ухмылку с лица Сугиямы — было именем аса женской команды Яманэко. Накагава Мэдока. По совместительству экс-возлюбленная центральной блокирующей. — Ты, сука, еще спрашиваешь?! — прошипела Мидори, смиряя брюнетку гневным взглядом. Вена на выбритом виске Сугиямы вздулась, тяжелые кулаки сжимались так, что костяшки приобрели белый оттенок, широкие ноздри раздались, выдыхая горячий воздух. А темные глаза озверели, не отрываясь от твердого взгляда бирюзовых глаз снизу. — Следи за языком, Мидори. — из толпы вышла Ади, отодвигая в сторону Сэйву, что стоял перед ней, тоже готовый в любой момент остановить очередной стык капитана с блокирующей. Сэйери, если не до конца знала истинный мотив такой острой реакции Мидори на вопрос о том, где Мэдока и по какой причине ее не было на собрании, то хотя бы примерно догадывалась. А еще Учива пыталась вспомнить успела ли она сегодня принять две таблетки по расписанию, иначе она не сможет до конца контролировать свой гнев, который Сугияма, если продолжит, то точно спустит с крючка. Рыжеволосая сделала еще несколько шагов ближе к девушкам, но Сэйери протянула руку в сторону, останавливая подругу и давай той понять, что пока ситуация под контролем и в случае чего она разберется сама. — Это ваши лесбийские страсти, — напомнила Учива, не прогибаясь под давлением Сугиямы. Сэйери ее не боялась, скорее именно она и имела психологическое превосходство, оставаясь почти всегда спокойной в частых сопротивлениях против гиены. — Разбирайтесь с этим сами. Меня впутывать в это не нужно, тебе ясно? — капитан подошла вплотную к девушке, что превосходила ее не только в росте, но и в физической силе. Однако, это не имело особого значения для брюнетки. — Мне нужен только мой ас, сучка. — голос был холоден, а светло-голубые глаза нахально сверкали. Сугияма сжала губы, сдерживая вырывающийся наружу гнев. Ей точно было, что сказать Учиве, но она прекрасно знала — смысла в этом не было. Им обеим были нужны совсем разные вещи. Показывать свою слабость перед всеми, тем более перед проклятой Учивой было для блокирующей слишком. Несложившаяся беседа и без того бы не дала ничего дельного, Сэйери знала это заранее. Разговоры Учивы и Сугиямы за те два года, что они играют в одной команде, редко заканчивались без тяжелых последствий или на доброй ноте, поэтому и в этот раз не стоило ожидать чего-то хорошего, особенно при упоминании аса, что было больным местом центральной. Сэйери не до конца знала, что произошло между возлюбленными на последнем месяце второго года обучения, но судя по двойной волне язвительности и ярости со стороны Мидори, причина была в связующей, может быть и косвенно. Пусть Учива и малейшего понятия не имела о том, каким боком она была задействована в этом. В любом случае, не имело значения то, что между ними произошло, Учиве нужен ее ас и этим делом ей придется заняться лично, чтобы вернуть Накагаву.

せいり

— Кстати, напомнишь мне, — увлеченно начала Ади, выбежав вперед, когда они вчетвером возвращались домой, в общежитие. — Почему ты так ненавидишь Шираторизаву и ее игроков? — вопрос явно был обращен к Учиве, на что та лишь закатила бледно-голубые глаза. — Кстати, да! — активно поддержала Найто, облизнув шарик ванильного мороженного и посмотрев на подругу. — Почему, Сэйери-чан? Хирано, шедшая рядом, ничего не сказала в поддержку подруг, но тоже была бы не против вновь услышать слова подруги на этот счет. Может быть, на сей раз Хирано услышит что-то новое. — Слишком громко будет сказать, что я их ненавижу. — ответила Сэйери, думая, с чего бы начать свой «увлекательный» рассказ о не сложившихся отношениях с ненавистной ей академией. — Просто бесят они меня все. — Учива на пару секунд задумалась, после чего слегка исправила себя: — Все, возможно, кроме Мураками. — Мураками Канаме? — поинтересовалась Хигари, заправив рыжую прядь за ухо. — И что же в ней такого особенного? Хотя соглашусь, она довольно хороша. — девушка задумчиво закусила пухлую нижнюю губу, подходят ближе к Сэйери. — Она нормальная. — наверно, это было не единственное, а вернее, не совсем то, что устраивало связующую Яманэко в Мураками, но слов конкретнее она подобрать не могла. Сказать откровенно, то Сэйери действительно считала Канаме именно нормальной, самой нормальной, среди тех, кто окружал ее в Шираторизаве. — Спокойная, не с диким взглядом или выпученными глазами, готовая тебя сожрать целиком и полностью. Не с каменным лицом или напыщенной гордостью в глазах. — Учива закатила глаза, только на долю секунды увидев в мыслях образ того, кто в момент вспомнился. — Но она сильна и готова биться за победу. — «Не с каменным лицом или напыщенной гордостью в глазах», — с улыбкой на лице процитировала подругу Ади, уже предполагая, на кого это был откровенный отсыл из уст брюнетки. — Ты сейчас про Ушиджиму, да? — рыжеволосая ехидно улыбнулась, закидывая руку на шею Учиве и притягивая к себе. Тупая привычка, считала Сэйери и, к слову, Тамайо и Кийса охотно бы с этим согласились. — Боже, что?! — выпалила та, скидывая с плеча надоедливую руку Хигари. — Он, как раз-таки, меня больше всех и бесит. Ади громко расхохоталась на всю улицу. — Ожидаемо, Сэйери. — Ади услышала то, что именно и ожидала вновь услышать. Только и вправду не было ясно в чем конкретно заключалась причина такой неприязни их подруги. — Он, кстати, очень хорош, как в игре, так и внешне. — слегка ушла от темы рыжеволосая, мечтательно наматывая жгучий локон на аккуратный пальчик. Хирано ухмыльнулась, по-новому поражаясь тому, как Ади, задавая тему разговора, сама же неосознанно с этой темы и съезжала. Хотя, больше ее все же удивляла связующая. Тамайо знала Сэйери дольше и лучше всех присутствующих. Знала, что пошло не так в ее истории, что, кто и каким образом был связан со сложившимся у Учивы этаким мнением о Шираторизаве и лично того, что было связано с Ушивакой. Она знала обо всем, но далеко не разделяла эту точку зрения. — Ушиджима Вакатоши? — переспросила Кийса, подняв карие глаза на подруг и получив положительный ответ на свой вопрос, продолжила: — А что случилось, Сэйери-чан? — Мы можем поговорить о чем-нибудь другом?! — не выдержав, выпалила та, бросив острый взгляд в сторону Найто и Ади. В конце концов, она не была обязана оправдываться. А может, дело было в том, что Учива не до конца знала, что ответить. — Да, можем. — наконец в беседу подключилась Хирано. — Объясни мне, Сэйери, какого хрена вы с Дайске опоздали. Обязательно нужно было идти трахаться во время собрания? — а Учива так надеялась, что лучшая подруга уже отпустила эту тему. — Да не трахались мы! — громко возгласила брюнетка, раскинув руки по сторонам. Ади вновь громко рассмеялась. — Этот придурок набрал воды в презерватив и сбросил из окна комнаты Джимми, когда я пришла за ними, чтобы забрать на собрание! Завуч увидела это, после чего отчитывала нас троих у себя в кабинете! Щеки Найто в момент залились ярким и постыдным румянцем, лучше бы она не слышала этой истории! Хирано, конечно, была удивлена, но не то чтобы сильно, скорее, это было даже ожидаемо и как раз в духе Цучимикадо. А смех Ади, который было лучше сравнить с криками умирающей чайки — не прогадали бы, кажется, был слышен в Канто. Возвращаясь к теме Шираторизавы, если слегка капнуть в глубину истории, то дело было даже не в капитане мужской команды. Учива слегка соврала, вернее, к слову приукрасила о том, что именно Ушиджима раздражает ее больше всех. Да, раздражает в самом деле, и довольно сильно, но это немного другая история. Есть человек, с которого как раз и начались натянутые отношения Учивы с Шираторизавой. Человек, что только один своим образом, всплывающем в памяти, вынуждает вспоминать среднюю школу и метаться между чувством сильного раздражения, жалостью или нарастающим внутри заливным смехом.