Твой голос

      Сначала перед глазами стояла чистая темнота, непроглядная. Тело словно онемело, заставляя каждую косточку местами вздрагивать. Это странное чувство, Вэлори, кажется, никогда не забудет. Когда ты падаешь, но будто уже приземлился. Эта неопределённость пугала, девушка не знала, куда себя деть. Она словно была здесь и нигде одновременно. Но где же это нигде?       Яркий свет слепит глаза так, словно в них залили спирт. Воздух резко заполняет лёгкие с такой скоростью, что их почти разрывает. Сердце стучит с дикой скоростью, ударяясь о ребра, которые до сих пор отходят от онемения. Руки и ноги покалывает, в горле сухо, как в пустыне. Но Вэл отчетливо чувствует, что жива. Боже, она жива.       Встать на ноги получается не с первого раза: конечности не слушаются. Когда Калвер все-таки поднимается, а глаза жжёт не так сильно, у нее выходит осмотреть местность: поле, заросшее травой, которая уже вся сгнила и чистое безоблачное небо над головой. Вдали виднелась дорога — вряд ли многолюдная. Тело понемногу приходило в себя, но было ясно, что что-то не так. Да, зеленоглазая конечно чувствует себя живой, но чего-то не хватает.        «Сила!», — кричит внутренний голос, а Вэлори встала в ступор. Она изо всех сил хотела воспользоваться своими возможностями, но остановила себя. Вэл не уверена, что здесь нет того, кто бы мог увидеть ее. Ей кажется, что после этого странного места, всем стало известно, кто она и что может. Словно тот барьер, который скрывал ее силы пропал. Или это ей просто кажется?       И Калвер решила не рисковать. Да, очень хотелось ощутить себя собой или же просто позвать ангела, но она не могла. Страх снова умереть не разрешал даже на мгновение задуматься о том, чтобы кого-то позвать. Придется выбираться самой, хоть это и довольно сложновато. На Вэлори остались ее прежние вещи, в которых она и погибла. Они были порваны в некоторых местах, грязные и помятые, что особо и не мешало блондинке. Она вышла на дорогу и как в старые добрые времена пошла вдоль, надеясь поймать машину.       К счастью, через пару минут, вдали показался тусклый свет от фар. Женщина, которая сидела за рулём серой машины остановилась, как только заметила Вэлори. Ее вид и правда внушал чувство жалости, так что она не могла не остановиться. Калвер не думая села на переднее сиденье, сразу благодаря милую женщину за помощь.       — Ты откуда такая, бедолага? — Не поворачивая головы в сторону блондинки, поинтересовалась сидящая за рулём.       — Я… — Ей однозначно не стоит говорить о том, что она востала из мёртвых, так что пришлось придумать другую историю, — Я с парнем поссорилась. Вышла из машины, а он уехал. Тут еще собаки бродят, вот я от них и бежала.       Женщина все-таки повернулась к зеленоглазой, с ужасом рассматривая ее тело. Не найдя видных повреждений, она отвернулась, снова наблюдая за дорогой.       — Не переживайте, я в порядке, правда, — пытаясь как-то успокоить свою спасительницу, Калвер немного хихикнула. — Можете меня подбросить до…       Дальше они пытались разобраться, где же всё-таки находиться Вэл, и как ей попасть домой. Точнее, домой к Сингеру. Оказывается, Чак решил не мучить ее, перенося в тот штат, в котором и находится ее семья. Женщина ехала хоть и в другую сторону, но согласилась подбросить как можно ближе. По пути они разговорились, и девушка узнала, что ее помощницу зовут Элла. У этой прекрасной женщины двое детей, и она как раз едет к ним из командировки. Они даже договорились как-то встретиться, но Вэл уверена, что не сможет спокойно общаться с Эллой, после того, как наврала. Хотя женщину обнадежила.       На улице не то, чтобы начало темнеть, но солнце уже светило не так ярко, готовясь уйти за горизонт. Вэлори открыла окно (предварительно спросив разрешение) и улыбалась приятному ветру, который дул ей в лицо, словно стараясь согнать весь тот ужас, который произошёл в эти нелёгкие дни. В машине играло дорожное радио с песнями из девяностых, а Элла качала головой в бит. Все налаживается, и Вэлори чувствует это.       Они подъехали уже к такому знакомому повороту, и блондинка попросила остановить. Она резво вышла из машины, обошла ее спереди и открывая дверь со стороны водителя, крепко сжала Эллу в объятиях. Она хрипло посмеялась, обещая зеленоглазой, что у нее все будет замечательно. Когда объятия были разорваны, а женщина уже разворачивала машину, то та на последнем крикнула.       — Живи хорошо, милая, не стыдись иногда врезать кому-то по лицу!       Вэлори мило улыбнулась ей вслед, а после, взяв в лёгкие побольше воздуха, направилась к дому Бобби. В голове смешались все мысли, и она начала трястись. Резко стало холодно, как будто смерть не отступила. Вдруг, они не будут рады? А если давно уже забыли о ней? Страх, конечно, выходил вперед, но, подождите, это же бред. Они должны быть рады, не так ли?       В своих мыслях, Калвер не заметила, как перед глазами появился знакомый фасад дома. Вроде бы, это куски гнилого дерева, собранные вместе и напоминающие дом в прошлом, но для блондинки это лучшее, что можно сейчас увидеть. Сердце пропускает удар, все сжалось в груди от нарастающей радости. Глаза понемногу слезятся, но Вэл не забывает делать шаг за шагом. Она идет на онемевших ногах, а в ушах гул. Пару метров и перед глазами уже знакомая дверь. Осталось всего лишь постучать.

***

      Все без сил. Комната находится в тишине уже второй день: никто так и не привык к тому, что девушки больше нет. Самандриэль не возвращался с небес и, скорее всего, уже не вернется. Кастиэль приходил в себя после нескольких дней пыток, а Бобби с Винчестерами решили просто отдохнуть. Все они знали, что Люцифер вместе с апокалипсисом на подходе, но надо было остановиться. Подождать, прийти в себя.       Диван, покрытый простынью и одеялом, стоял нетронутым. На нем в последний день спала зеленоглазая, а на утро даже не заправила его. Никто так и не решился убрать постельное белье. Все делали вид, что так и должно быть, что вот сейчас Вэлори войдёт в дом и сама все уберёт, шепча про себя, какая же она неряха. Потом сядет за кухонный стол, но вновь откажется от еды, приговаривая, что есть совершенно не хочется. А утром Сэм снова позовёт ее на пробежку, и они с Дином будут смеятся с того, как же медленно она бегает.       Но она так и не вошла. Всем просто хотелось увидеть ее, снова посмотреть в ее прекрасные зелёные глаза, которые довольно часто были заполнены слезами, и обнять. Так крепко, чтобы никто больше не посмел ее трогать. Она стала для них намного больше, чем просто девушка, которая им помогала. Вэлори стала семьей. И как же, черт возьми, они задолбались терять членов семьи. Постоянно кто-то умирает, оставляя еще одну дыру в сердце. Калвер проделала новую.       И вот, они вроде бы пришли в себя. Сэм сидит за столом с новой книгой, стараясь чего-нибудь добыть на Люцифера; Дин разговаривает с Бобби по поводу какого-то клинка; Кастиэль пытался достать информацию из ангелов в Раю. Все понемногу приходили в себя, хотя Вэлори они так и не обсуждали. Да, все были в курсе, что ее больше нет, но после похорон никто так и не осмелился произнести ее имя. До этого момента.       — Кас, — начал довольно тихо Сэм, но ангел его все равно услышал, — А ты… проверял?       — Что?       — Ты проверял Рай? — Кастиэль смотрел на мужчину, как на дурака. — Она там, да?       И Кас замер. Дин и Бобби в данный момент были в другой комнате и не слышали их разговор, поэтому ангел мог пропустить пару секунд, перед тем, как начать говорить. Но ему так не хотелось, ведь ее там нет. Вэлори не в раю.       — Проверял, — его взгляд был холоден. — Она не там.       — Как? — Младший смотрел с чистым непониманием. — Она же… она же должна быть…       — Но ее там нет, Сэм, — перебивая, прикрикнул ангел. — Я проверил это в первую очередь. И я не знаю, где она еще может быть.       Настала убийственная тишина. Никто не хотел продолжать разговор, так что Кас решил уйти. Побудет некоторое время на небесах, так спокойнее. Сэм, в свою очередь, продолжил чтение книги. Он соврет, если скажет, что эта новость его не задела. Еще как задела. Зеленоглазый читает слово за словом, но ему приходится снова перечитывать одну и ту же строчку. Мысли не дают сосредоточиться. Последней каплей становится стук в дверь.       — Сэм, открой! — Слышится крик сверху. Видимо, Бобби с Дином заняты чем-то очень важным.       Сэм нехотя встал из-за стола, откладывая книгу и плетясь к двери. Все словно навалилось на него сразу, и принимать каких-либо сейчас гостей он не намерен. Будет даже лучше, если за дверью будет стоять Люцифер. Может, они просто поговорят или же Сэм умрёт на месте — не важно. Просто все настолько достало, что хочется уже хоть какого-то движения. Даже если этим движение будет смерть от рук архангела.       Смотреть в глазок он не стал: лень тому виной. Или же пофигизм. Ну, если за дверью и правда Люцифер, что смотри в глазок, что не смотри — смерти не избежать. Так что смысла в этом действии и правда было немного. Дверь с неприятным скрипом открывается, запуская свежий воздух внутрь. Винчестер младший застывает в проёме, и ему становится уже не все равно.       В проёме стоит Вэлори: вся побитая, уставшая, но такая родная. Ее волосы цвета пшеницы немного испачканы в грязи, а зелёные глаза помутнели и отказывались гореть радостью, как раньше. Но она стояла там, прямо перед ним. Живая. Ее немного трясло, но на лице все-таки сияла улыбка. Сэм не знал, что и делать. Ему хотелось верить, но… она умерла у него на глазах. Да, чудеса случаются, но вместе с ними случаются и вещи похуже.       Вэлори стояла как вкопанная. Перед ней человек, которого до жути хотелось обнять, но он не спешил.       — Проходи, — холодно проговорил зеленоглазый, впуская девушку внутрь.       Калвер не знала, что и думать. Она прошла в дом, как под гипнозом и села на диван. «Не заправлен», — подумала про себя та, проводя рукой по мягкому одеялу. Сэм закрыл дверь и сел напротив, на кресло. В его голове было столько вопросов, но он старался оставаться холодным, безэмоциональным. Мало ли кто решил поиздеваться над ними, сто раз уже такое проходили. Доверяй, но проверяй, как говорится.       — Сэм, я…       — Что тебе нужно? — Склоняя голову набок, заинтересованно спросил парень. — Может, я? А может, моя смерть?       Вэл видела. Она видела, что Сэм говорит не с ней. Проверяет, однозначно.       — Ты чего?       — Отвечай, — настоял он.       — Да, мне нужен ты, — резво ответила зеленоглазая, — И Бобби, и Дин, и Кас — вы всегда будете нужны мне.       Вроде бы, обычный разговор, но почему-то в уголках глаз уже начали собираться слезы. Ей сейчас не это нужно, а тепло. Она хочет обычных объятий, слов поддержки. Вэлори так устала. Она умерла и воскресла за один день! Кажется, сердце нормального человека уже бы разорвалось от нагрузки. Хочется, чтобы Сэм просто подошёл к ней и обнял, а не проверял.       — Ага, так я тебе и поверил, — все не унимался парень. — Отвечай, зачем ты здесь?       Вэлори было уже не смешно. Горло словно сжалось, дышать стало труднее. Он что, издевается? Она так долго сюда шла, так хотела жить, ради них. А он… Вдох-выдох.       — Это я, Сэм, — из последних сил сдерживая слезы, твёрдо сказала блондинка. — Прошу, пожалуйста, я…       — Хватит врать!       — Да я не вру! — Вэл крикнула так громко, что, кажется, шум на верхнем этаже прекратился.       Через секунду послышались шаги и в лестничном проёме показались Дин и Бобби. Они посмотрели сначала на Сэма, а после устремили взгляды на блондинку. Винчестер на выдохе разжал кулаки, а Сингер прошептал какое-то матерное слово себе под нос. Калвер смотрела то на одного, то на другой, не понимая, как еще держится. Она поднялась на ноги, планируя уже кинуться в объятия к старшим, но Дин (у которого всегда получается реагировать первым) свалил какое-то холодное оружие, в мгновение хватая девушку за шею.       Это была грань.       Когда Вэлори лишилась последних сил, то рухнула, держась лишь на руках Дина, которые лежат на ее шее. Она устала дико, не хотелось доказывать, что она — это, черт возьми, она! Кричать бесполезно, ведь не поверят же. Остается лишь смириться и ждать иного исхода событий. Смотря прямо в зелёные глаза Дина, Калвер проливала слезы на свои щеки, краснея, от нехватки воздуха. Ну вот, она умирает снова. Только Чак тут уже бессилен.       Возможно, это совпадение, возможно и нет, но внутри Вэл кричит. Проблема в том, что другого любого человека никто не слышит, но она то не просто человек. Сначала Касу показалось, что это лишь странная галлюцинация, но в скором времени, уже услышал чёткие слова. Её слова.       Мгновение. Тело блондинки падает на пол, а где-то рядом, у стены, лежит и Дин. Кастиэль в жизни бы не ударил друга, но это был исключительный момент. Он сверху вниз смотрит на маленькое сжавшееся тело и, не думая, берет девушку на руки. Она хватается за него, как за спасательный круг в открытом океане, крепко прижимаясь к груди. Ангел садится вместе с ней на диван, одной рукой отодвигая светлые пряди с заплаканного лица. Он смотрит на нее и понимает: не может отпустить. Она снова здесь, снова рядом. Не понятно как, но кому вообще сейчас не наплевать на это?       — Вэлори, я здесь, — говорит Кас, прижимаясь своим лбом к чужому. — Твой любимый ангел здесь.       На ее лице появляется лёгкая улыбка, и Кас улыбается вместе с ней. Перед ними стоят три мужчины, и каждому из них жаль. Они слишком боялись быть обманутыми, что заставило их повести себя так. Особенно жаль Дину, который по ночам винил себя, что не смог помочь, а когда девушка вернулась — оттолкнул.       — Я так… устала, — хрипит она. — Мне просто хотелось увидеть вас.       Сэм неверно поджал губы, понимая, что сглупил. Сильно сглупил. Ангел сажает девушку рядом с собой, и та поднимает голову, осматривая остальных. На ее лице правда виднелась дикая усталость.       — Я люблю вас, очень сильно люблю, — проговаривает Вэлори тихо-тихо, словно снова грозясь заплакать.       — Милая…       Сэм в мгновение оказывается рядом и, приподнимая, прижимает ее к себе. И она всё-таки плачет. Только уже не от усталости, а от счастья. Ей плохо, ей больно, но она здесь. Снова с ними. Снова обнимает Сэма, а вскоре, обнимет всех остальных. Проблемы позади. Главное, что она жива.

***

      Прохладный воздух забирается под тонкую ночнушку блондинки, пока та смотрит вдаль тёмного леса. Она пытается разглядеть, найти кого-то там, в чаще леса. Может, этот кто-то и не так хорош, как кажется Вэл, но верить же не вредно. Она вышла на крыльцо совсем без верхней одежды, так что по рукам давно бегали мурашки. Но уходить не хотелось.       Этот день был очень запоминающимся: она наконец вернулась. После тяжёлой встречи они все вместе сели за стол и Бобби (вы не поверите!) сам приготовил ужин. Пусть картошка немного подгорела, но зато была сделана с любовью. Сэм извинялся так долго, как только мог, но Калвер вовсе не держит на него обиду. Конечно, всем было очень интересно, как же Вэл удалось вернутся, но сама девушка отказалась говорить об этом сегодня: и правда устала.       А на улице хорошо. Ветер и пение птиц расслабляет. Девушка приятно морщится и зевает, не замечая рядом незванного гостя. Ангелы не спят, вот Кас и вышел за ней на улицу.       — Красиво, — тихо говорит он, чтобы не испортить атмосферу.       — Кас, — произносит та с улыбкой, даже не испугавшись внезапного появления.       — Дрожишь. Тебе холодно? — Подходя чуть ближе, Кастиэль кладёт руку на плечо блондинки.       — Да.       Не думая, он прижимает ее к груди, разворачивая к себе лицом. Вэл мило упирается носом в его шею, щекоча своим дыханием. Это не особо помогает, ведь он — ангел — и не способен согреть своим телом. Зато в душе тепло, а это ой как помогает.       Простояв так еще немного, Вэлори решает отстраниться: все-таки, сон ей бы очень помог. Но ангел не даёт ей сделать это до конца, сжимая руки у нее за спиной. В итоге получается так, что Калвер находится максимально близко к его лицу. И проблема в том, что взгляд оторвать не получается. Кажется, его глаза светятся и без ангельской силы, словно два алмаза.       Проходит несколько секунд, и Кас решает все-таки ответить ей на тот самый поцелуй. Он аккуратно прижимается своими губами к ее, словно в первый раз, и девушка отвечает. Они стоят в кромешной темноте и сминают губы друг друга, не решаюсь углублять поцелуй. Вэлори перекладывает руки с плеч на шею ангела, нежно поглаживая ее пальцами. А Кастиэль теряется в этих ощущениях, кажется, еще больше. Он же ангел, как он вообще может чувствовать? Но все вопросы разом пропадают, когда он чувствует чужой язык у себя во рту. И входит во вкус. Его руки блуждают по всему телу девушки, стараясь взять под себя как можно больше пространства. Они прижались друг к другу максимально близко, уже углубляя поцелуй до невозможности.       Конечно, хочется больше и ближе, но усталость берет свое. Руки зеленоглазой ослабевают, и она разрывает поцелуй, падая в нежные объятия. Ангел выравнивает дыхание, так же, как и Вэл, а после, взявшись за руки, они вместе заходят во внутрь теплого дома. Кастиэль провожает девушку до ее спального места, целует в лоб и накрывает одеялом. Они последний раз за этот день встречаются взглядами, а после Вэлори попадает в царство Морфея, наконец получая желанное спокойствие.       Но сон заканчивается совсем скоро.       — Прошу, помогите! — Ударяясь о стенки головы изнутри, словно шторм, прозвучал отчаянный крик.       Вэлори резко вскочила, осматривая комнату. «Каса нет», — подметила блондинка, принимая сидячее положение. Ей безумно хотелось снова прильнуть щекой к прохладной подушке, но чувство беспокойства ее не отпускало.       — Я знаю, что меня кто-то слышит. Прошу, помогите мне! Пожалуйста… — голос и правда был ужасно жалостливым. Кому-то нужна помощь.       Отдалённо в мыслях звучал голос Риэля, который строго-настрого запретил ей отвечать на просьбы о помощи. Но что если кому-то правда нужна помощь?       — Я прошу вас, помогите!       Этот голос разорвал душу Калвер на мелкие кусочки. Этому ангелу так плохо, а она его игнорирует! Так же нельзя.       — Я слышу тебя, — всё-таки решилась она, отвечая очень-очень тихо, чтобы не разбудить кого-нибудь в доме. — Скажи свое имя, я смогу тебе помочь.       Но на другой стороне тишина. Такая громкая, что хочется услышать хоть что-то, лишь бы в ушах не звенело. И вдруг, наконец, слышится приглушённый смех. Вэлори было обрадовалась, что связь не оборвалась, но тут же замирает. Звук идет вовсе не из головы.       Она еле заставила себя повернуть голову в тёмный угол, из которого исходил смех. Ее глаза сразу встретились с чужими, ярко-красными, такими зловещими и внушающими ужас. Вэл даже не дрожала, а просто застыла. Вдруг, чёрная тень выходит из-за угла и делая шаг за шагом, подходит ближе. Виднеется очертание мужчины, но это отходит на второй план, по сравнению с глазами. От них не оторваться.       — Люцифер, милая, — вставая прямо перед Калвер, шепчет он. — Меня зовут Люцифер.       Вэл кричит, но крик словно и не успевает вырваться из глотки, как уже наступает смертельная тишина. Дом снова потерял одного человека. Этот дом снова видит расставание. А возможно, и снова видит смерть.