Твой голос

      Всё пространство словно застряло во времени: ветер уже не бьет о железные стены, вода не капает на бетонный пол — ничего. Лишь дыхание испуганной Вэлори слышится где-то сбоку. А сбоку, потому, что кажется, всё существующее сейчас находится между двумя мужчинами: Люцифером и Господом. Звучит так, словно всё, что здесь сейчас происходит — всего лишь страницы из библии.       Архангел аккуратно делает шаг навстречу отцу, но останавливает себя. Его лицо перестаёт быть удивленным и радостным. Он вернул свою злость и ярость, с которой сейчас смотрит на всех присутствующих. Лишь Калвер, которая является Спасителем, может прочувствовать его настоящие эмоции.       — Пришёл наконец-то? — яд однозначно присутствует в этих словно выплюнутых словах.       — Люцифер, — на выдохе и с улыбкой, совсем не замечая негатива, произносит Чак. — Рад тебя видеть, правда.       — Что, не хочешь снова меня в клетку засунуть, не?       Он начинает медленно двигаться по кругу, заставляя и Каса, и Вэл отойди подальше. Кстати, зеленоглазая не стала глупить, а сразу перебежала на сторону к ангелу. Тот обнял её со спины, прижимая к себе, и смотрели они на ситуацию уже с краю, готовые уйти.       — Люцифер, прекращай, — Чак закатывает глаза. — Я же не просто так принял такое решение.       — Ты... — архангел явно злился — его красные глаза тому подтверждение. — Да как ты смеешь!       Смотреть на это со стороны казалось довольно страшно. Вот представьте, что перед вами сейчас находятся самые могущественные существа на земле, и вы можете сбежать, но почему-то стоите. Представили? А вот Кастиэлю и Вэлори даже представлять не надо. Интересно, какая же будет схватка?       Чак был максимально спокоен, пока его сын был не в себе от злости. Он сжимал кулаки, скалил зубы, сверкал глазами — ничего не вызывало таких же эмоций у Бога. Люцифер выдыхался – ему тяжело без ответов, хотя он и понимает, что не добьётся их. Перед ним сам Господь, а он — по сравнению с отцом — никто. В душе, которой, вроде как, у Люцифера и быть не должно, зародилось чувство горя. Ему до одури обидно, что тот, кого он так сильно любил, бросил его. Злость понемногу уходит на задний план. Чем дольше длится тишина — тем больше накапливается обид.       — Почему ты не вернулся? — в его голосе звучит отчаяние. — Я молил тебя о помощи, как ты мог бросить меня там?!       Кас стоял, не двигаясь, словно тому было наплевать. Но не Вэл. Вся её сущность, душа, да абсолютно всё рвалось к бедному архангелу. Да, она прекрасно знает, что он делал, и знает, что заслужил это наказание, но когда видишь эту агонию в чужих глазах… Блондинка хочет вырваться, помочь, успокоить. Лишь ангел, который держит её со спины, останавливает от этого.       — Потому что, сын, ты должен был понять свою вину.       — Я понял! — Люцифер кричит так громко, что звенит в ушах. — Я понял всё прекрасно спустя несколько десятков лет. Я только и думал об этом! А дальше я страдал, отец, страдал.       Становится не по себе. Вэлори медленно отстраняется от Каса, а тот и не особо сопротивляется — увлёкся. Калвер делает шаг в сторону архангела, но ближе пока не подходит. Надо посмотреть, что же будет дальше.       — Чего ты сейчас хочешь? — Чак понемногу теряет свой спокойный настрой. — Понял, говоришь? А он? Посмотри на этого ангела, — Бог указывает на Кастиэля, а архангел следует за рукой взглядом. — Ты пытал его, сын.       — Чтобы связаться с тобой.       — Не смей меня перебивать! — теперь и он кричит. Кас приходит в себя и уже оглядывает девушку подозрительным взглядом. Слишком далеко она ушла от него. Небезопасное расстояние.       — Ты — худший отец, который только может быть. Тебе наплевать на всех, кроме себя, — чётко констатирует факт Люцифер, уже не переходя на крик.       А Вэл, кажется, стала понимать Люцифера, как никто другой. Если так подумать, на кого Бог оставил весь мир? На нее и таких же «перелюдей», как она? Это же бред! Им нужен был отец, который будет показывать пример и учить жить. А он ушёл, оставляя всё на произвол судьбы. Где наш Бог был столько лет? Издевательство чистой воды.       — Чак, — никто не ожидал, что Вэл встрянет в разговор. Все стояли в шоке, а Кас уже хотел схватить девушку и убраться, как можно дальше. — Ты правда бросил их. И я не только про ангелов, но и про людей. Ты оставил их на Нас, на Спасителей, которые, грубо говоря, ничем и не отличались от людей. Тем более, все они мертвы, не так ли? Одни твои творения убили других. Хороший ты Бог, конечно.       Мужчина даже рот открыть не смог — настолько он был шокирован. Кто она такая, чтобы что-то высказывать Ему? Это же смешно!       — Ты — лгун. Ты должен был помочь Спасателям, остановить ангелов, но молчал! — кажется, Вэлори вошла во вкус, начиная кричать. — Почему сейчас ты решил скинуть всё на Люцифера, который даже не причём? Он не виновен в тех бедах, которые устроили его братья.       — Но он виновен в том, что хотел уничтожить человечество, — было начал Чак, как тут же был прерван.       — А что с миром сейчас? Он умирает! А какое-то время назад был чуть ли не на грани!        Её глаза горели огнем. Кастиэль метался взглядом по помещению, пытаясь найти выход, хотя и имеет крылья, с помощью которых можно быстро свалить. А Люцифер стоял, не смея шелохнуться. Впервые кто-то заступился за него. Впервые кто-то пожалел, понял. Стало совестно за то, что с самого начала архангел хотел вырвать ей лёгкие. Дьяволу стало не по себе. Случаются же чудеса…       — Ты лезешь туда, куда тебе не стоит лезть, Вэлори, — Чак поистине зол, потому что кто-то впервые ткнул его носом в его же дерьмо. — Замолчи или отправишься в пустоту.       Угроза выглядела довольно реальной. Может, Бог и блефует, но на то он и Бог, что не поймёшь, чего он хочет. Калвер начало трясти изнутри. Страх за свою жизнь бился с сильнейшим чувством, которые тянут защитить архангела. В ней сейчас борются две личности: она — Вэлори Калвер, которая боится засыпать одна в своей комнате без сестры, и Спаситель — сущность, которой подвластен страх и всё ангельское войско. Блондинка еще и не знает, что же на самом деле может. Какова ее сила.       — А знаешь что…       Спаситель выиграл. Её больше не держат чувства. Она подходит в плотную к Чаку, который немного выше её, и смотрит так проницательно, что у самого Бога начинают трястись кости.       — Пошёл к черту.       В помещении проносится это ядовитое высказывание, в котором зеленоглазая оставила последние остатки страха. Мужчина отшатнулся от неё, но всё равно старался держать голову выше. Ему хамили, определённо. Вы вообще его видели? Алкаш, да и только. Чака избивали, выкидывали из баров, но все они делали это до того момента, пока не узнали, что перед ними стоит сам Господь. Когда Чак показывал им свои силы, те сразу падали на колени, жалостливо извиняясь. А Вэлори с самого начала знает, на что он способен. Но не боится. Это какой надо быть чокнутой…       — Я не боюсь смерти, — уже более расслабленно проговорила блондинка. — Можешь хоть в ад меня отправить.       Кас дёрнулся. Чак и правда сможет отправить её в ад, ему-то это труда не составит. Как только ангел представил, как мучается его девочка, стало плохо. Он никак не может этого допустить. Кастиэль, если честно, сейчас вообще ничего не понимает. Зачем Вэл помогает Сатане?! Это же настолько глупая идея, что хуже сейчас и не придумаешь. Он — Люцифер, дьявол, убийца, а она хочет его спасти. Ангелу стоит поторопиться с действиями, а то станет уже поздно.       — Ты можешь не бояться смерти, а что насчет твоих родных? — Бог стал медленно шагать по помещению, размышляя в слух. — Люцифер убьет их всех, ты же это понимаешь?       — Он не станет, — быстро кидая взгляд на архангела, но не задерживаясь на нем, твёрдо отвечает девушка.       — Почему же? Он убивал и будет убивать, даже если ты соизволишь ему помочь. Его уже не спасти, Вэл, хватит. Отключи Спасителя в себе. Ради всех остальных.       Калвер задумалась. Она правда может оставить всю ситуацию такой, какой она и была: Люцифер в клетке, а Бог неизвестно где. Но почему-то душа горит от одной мысли, что архангел, с таким грустным взглядом, отправится гнить в одиночестве куда-то под землю. Это несправедливо. Все заслуживают второй шанс. Даже дьявол.       Но остался еще один вопрос: как помочь Люциферу? Точнее два: как помочь Люциферу и сделать так, что бы он больше не убивал?       В голову ничего не приходит до того момента, пока Калвер, в порыве размышлений, не задерживает взгляд на Кастиэле. Её начинают посещать мысли, которые раньше были где-то рядом, но не казались такими важными. Понимание приходит само собой. На самом деле, блондинка никогда не задумывалась на тему того, какой же предел её способностей. Она всегда думала, что слышать ангелов, перемещать их силу в себя — уже многое. Но замечала ли Вэл, как она действует на пернатых?       Взять даже Каса. Он всегда был рядом, всегда старался помочь, хотя у него и души-то нет! Никто его не просил, не умолял — Вэлори просто говорила. «Моя сестра умерла», — на это получила ответ, что убил её демон. «Мне нужна помощь», — сразу получила вопросы, по типу: «что с тобой?», «где ты?», «как тебе помочь?». Ангел всегда старался помочь, его тянуло к ней. Но в пример можно взять не только лишь одного Кастиэля… Самандриэль даже не зная её, готов был взяться за любое дело почти сразу. Он жертвовал собой, лишь потому что этого хотела Калвер. Они все слушали её.       Девушка расплывается в улыбке, понимая, что нашла решение проблемы. Все смотрят на нее с непониманием. Даже Господь не может понять эту странную зеленоглазаю блондинку и её мысли. Вэлори аккуратно двигается с места и подходит к архангелу, нежно положив руки на его плечи и всматриваясь в глаза.       — У меня есть классная новость для тебя, — она, не вставая на носочки, максимально близко приближается к дьяволу, но так, чтобы можно было видеть его лицо, и чтобы взгляд не сильно расплывался.       Она сосредоточилась, а улыбка пропала. На руках вспыхнули символы, что изрядно так напугали пернатого. Чак и Кас стояли в стороне, ожидая развязки. Пока вся сила медленно перемещалась со всего тела в сердце, Вэл успела выучить этот взгляд Люцифера. Он старается сделать вид, что ему не страшно, но он врёт. Его плечи напряжены, а самого его немного потряхивает.       Когда Калвер чувствует, что все силы там, где надо, она врезается взглядом в глаза напротив, не смея его отводить. Когда её зрачки начинают гореть тепло-золотистым светом, Люцифер на секунду зажмуривается. Они горят настолько ярко и непонятно каким образом, что Чак отшатывается назад. Он, создатель всего сущего, не знал, что Спасители так умеют.       — Ты       Вдох.       — Никогда.       Выдох.       — Никого.       Взгляд глубокий, руки крепко сжаты на плечах.       — Не убьёшь.       Секунда и Люцифер скрючивается от резкой боли в груди. Его начинает тошнить, но это длится буквально несколько секунд, после чего он поднимает ничего не понимающий взгляд на девушку. Её глаза начинают потихоньку тускнеть, а дыхание всё больше ускоряется. Она настолько тяжело дышит, что кажется, сейчас вообще задохнётся. Но это также длится недолго, и вскоре Вэл приходит в себя.       Она быстро осматривает пол и улыбается, найдя то, что искала. Серебряный клинок валялся где-то у колонны, испачканный в её крови. Вэлори подходит к оружию и берет его в руку, но долго она с ним так не стоит — сразу отдаёт архангелу.       — Попробуй убить меня.       Люцифер стоит на месте, кидая взгляд то на оружие, то на девушку. Она расставила руки в стороны и прикрыла глаза. Он не хочет ей зла, даже после всех её махинаций, но почему-то замахивается.       — Стой! — успевает крикнуть Кас и сдвинуться с места, но резко тормозит.       Клинок застревает в паре сантиметров от шеи блондинки, словно там невидимая стена. Он выдыхает, сбрасывает только что появившуюся горечь от понимания того, что Вэл может умереть, и успокаивается. Но она жива. Стоит себе смирно, и даже не трясётся.       — Вот и порешали, — Вэлори отмирает, отряхивая непонятно от чего руки и смотрит на ангела. — Надеюсь, Чак, ты всё понял.       Она не спеша подходит к Касу, берёт его под руку и уходит куда-то в сторону выхода. Непонятно как она его нашла, но, скорее всего, он там. Пока Вэлори так завораживающе шагала, с неё не смог отвести взгляда ни Кас, ни Люцифер, ни даже Бог. Кажется, на мгновение, все в этом помещение захотели встать перед ней на колени. От неё веет такой энергией, что многим и не снилось.       — Пока, мальчики, — она машет свободно рукой и улыбается. — Увидимся, Люци.       Подмигнув на последок дьяволу, она испаряется из комнаты с ангелом, оставляя отца с сыном переглядываться. Кажись, сегодня кто-то сделал самого Бога.