Твой голос

      — Ты готова?       — Да.       Перед Вэлори сейчас находится то, о чём она мечтала последний месяц. Её немного потряхивает, ведь сейчас она увидит человека, которого любит сильнее жизни. Рядом с ней стоит Кас, положив руку ей на плечо в знак поддержки. Наверное, это невозможно, но при её попадании в рай, душа не разорвалась. Скорее всего, её душа отличается от душ обычных людей. В раю она чувствует себя как дома, а энергия ангелов, которая окружают её, кажется самой родной.       Табличка на белой двери содержит имя и года жизни самой прекрасной девушки на земле — Виктории Калвер. Вэл, как только узнала, что может попрощаться с ней нормально, тут же решилась это сделать. Какой-то груз в груди тащил её на дно, ведь она потеряла сестру по щелчку пальцев, не до конца осознавая это. Кажется, пришло время сказать такие нужные слова.       Ангел что-то нежно шепчет на ухо и открывает дверь, впуская блондинку внутрь. Она медленно кивает, ведь так и не расслышала его слова, и сделала шаг прямо в яркое свечение, исходящее из помещения за дверью. Перед глазами всё резко обрело краски, и Вэлори тут же прикрыла рот рукой, сдерживая слезы из последних сил. Как ей объяснили, рай — это место, в котором раз за разом повторяется самый счастливый день в твоей жизни. И какого же было её удивление, когда вокруг себя она увидела их летний двор. Всё вокруг цвело, и, кажется, пахло — если такое вообще возможно. Давно забытые качели легко покачивались туда-сюда от потока ветра; окно на кухню было раскрыто по привычке; на лужайке лежало покрывало и несколько подушек.       Она не могла поверить своим глазам. Всё это было её некоторое время назад, а теперь кажется таким далёким. Теперь она охотница, как и Винчестеры, которая умело справляется со своими заданиями с помощью своей силы. Да, было много раз, когда другие охотники видели её способности и пытались убить, но это так — ничего серьёзного. Всё-таки иногда круто иметь в друзьях лучших охотников, ангела, Люцифера и Бога. Хотя такой расклад событий представить было просто невозможно, сейчас он кажется даже наилучшим.       Иногда правда кажется, что если бы этого ничего не было, Вэлори так бы и осталась никем. Калвер бы всю жизнь думала, что больная, что так и останется такой, носясь за своей сестрой хвостиком. Вика же такой талант! У неё была бы своя семья, карьера... Зачем ей это недоразумение в виде сестры? И осталось бы Вэл одна до конца своих дней. А сейчас зеленоглазая чувствует себя живой. Она видит смысл в жизни и чувствует, что вот-вот сможет ощутить настоящее счастье.       Но единственное, что не устраивает Вэл — смерть сестры. Она не должна была заканчивать так! Это самый прекрасный человек, которого Вэлори только встречала. Почему судьба распорядилась с ней так — непонятно. И иногда Калвер бьётся в конвульсиях, пытаясь понять, чем же её сестра заслужила такой конец. В такие моменты жизнь кажется настолько несправедливой, что желание жить отлетает намертво.       Убрать свои мысли на второй план девушку заставляет голос, взявшийся из ниоткуда. Правда, только что же тут был лишь пустой сад и ничего больше…       — Вэл! Ты уже вернулась, — ласково произносит прекрасная кареглазая девушка в красном сарафане.       И Калвер срывается. Она смотрит на сестру и начинает плакать так горько, словно внутри неё погиб целый мир. Когда Вэл заходила сюда, то мысленно пообещала себе не плакать и, похоже, грубо наврала. Горячие слёзы текут по щекам, а заплывший взгляд пытается уследить за пятном впереди, которое, похоже, приближается.       — Ну ты чего, милая? — тёплое тело прижимается к младшей, и она чувствует, как её до боли знакомо гладят по волосам.       Хочется что-то сказать, но слова застревают в горле. Вэлори просто крепко обхватывает сестру вокруг талии, утыкаясь носом в шею.       — Вэл, — тихо начинает кареглазая, — что случилось-то? И где клубника?       Эта реплика Вики вызывает смех блондинки, и она смеётся, немного расслабляя хватку.       — Съела я её, — всё ещё смеётся. — Вот и плачу, что тебя обидела.       Калвер понимает, что нельзя ничего объяснять, из-за этого просто перенимает ситуацию, играя сценку. Виктория отскакивает от сестра со взглядом голодной кошки, которая вот-вот будет готова наброситься на мышь. Её лоб сморщен, а брови меняют свое положение: от удивления, до злости. Правда, её лицо через мгновение снова становится милым и нежным, когда губы расплываются в улыбке.       — Ну ты и дурочка, — девушка аккуратно ерошит волосы Вэл, а та заливисто смеётся. — Ты что, правда из-за этого плакала?       Неуверенный кивок.       — Правда дурочка! — она закатывает глаза, не переставая улыбаться, а после берёт Вэлори за руку и куда-то ведёт. — Давай, пошли. Я что, просто так что ли нам готовила место?       Зеленоглазая послушно идёт, вспоминая про лежащее на траве одеяло. Старшая аккуратно снимает босоножки — вовсе не аккуратно, это Вэл просто кажется — и плюхается на спину, делая руками вверх-вниз, словно хочет сделать ангела в снежном сугробе. Младшая падает за ней, и ей тут же открывается прекрасный вид на безоблачное небо и летевшие по нему самолёты. Красиво. И так реально. Девушки переплетают пальцы, и Вика заводит разговор о вселенной. «Вот выдумщица», — думает блондинка, слушая сестру, кажется, в последний раз.       Она будет скучать.

***

      Когда из-за угла появляется Кас, Вэл понимает — надо заканчивать. Она аккуратно ему кивает и принимает положение сидя. Вики резко останавливается, не понимая, почему же сестра решила встать. Она повторяет за ней и вопросительно смотрит в зелёные глаза.       — А знаешь что, Вик? — она аккуратно берёт ладони сестры в свои, чувствуя, как дрожит. «Надо быстрее заканчивать, а то я не выдержу», — думает про себя девушка, смаргивая с глаз выступившую влагу.       — Что?       — Я тебя так люблю, — выдаёт без промедления, улыбаясь, и смотря напрямую в глаза напротив. — И всегда буду любить, сильно-сильно.       Она чувствует, как старшая сжимает её руки крепче, явно начиная беспокоиться, ведь такие признания никто просто так не говорит. Или говорит?       — Что-то случилось? — её голос взволнован.       — Нет.       Улыбается так открыто, как никогда раньше. Она понимает, что больше никогда не улыбнётся сестре, так что это улыбка должна быть самой лучшей.       — Я просто редко тебе это говорю. А сейчас очень хочется.       Руки Вэл падают на её колени и она тут же оказывается в чужих объятиях. Сестра обнимает её так крепко, что лёгкие неприятно жжёт. Но она ни за что не отстранится сама, потому что эти объятия — последние. На глазах наворачиваются слёзы, и несколько капель все-таки скатываются по красным щекам.       — А знала бы ты, как я люблю тебя, — шепчет в ответ Виктория, и по голосу слышно, что та тоже улыбается.       Объятия приходится прервать. Вэлори встаёт на ноги, в то время как Вика снова устремляет взгляд в небо. У неё красивый профиль, даже очень. Вэл смотрит не отрываясь, но ноги сами тянут её отсюда — ей ещё рано быть здесь.       — Пока, Вики, — ласково произносит зеленоглазая.       — Пока, Вэл, — говорит она, не открывая глаз от пролетающих самолётов. — Не забудь купить клубнику.       — Конечно куплю, — напоследок нагло врёт она, а после наклоняется и целует сестру в лоб, пока та, невинно прикрыв глаза, морщит нос.       Калвер уходит вдаль и даже не оглядывается. Нельзя. Она захочет вернуться, она знает это. Как только блондинка доходит до края, перед ней появляется дверь, и она, последний раз вдохнув такой приятный и родной запах их сада, выходит. Она уверена, что Вика смотрела ей вслед, но надеется, что ее рай так и останется раем, без проблем и забот.       За дверью её встречает Кас, который ловит почти упавшую на колени девушку и прижимает к себе. Она снова задыхается от слез, но уже легче. В разы легче.

***

      Кто бы мог подумать, что дома у самых крутых охотников будут сидеть не только ангел, но и еще несколько сверхъестественных существ. Таких, ну, незначительных: всего лишь Бог, Люцифер и Спаситель, о существовании которого они узнали всего месяц назад. Каждый день такое, конечно.       Но Вэлори вовсе не удивлена. Все они пришли поддержать девушку, хотя, вроде как, не особо дружат. Господь решил не запирать своего сына, давая ему шанс, а тот и не против. Они сидят на диване рядом с Бобби, который расслабленно развалился и потягивает по-тихому пивко из бутылки. Дин и Сэм сидят напряжённо, но как только в проёме виднеется блондинка с Кастиэлем, тут же расслабляются. Они знают, что кое-кто тут может внушать страх лишь своим присутствием, и это даже не Чак. У дивана стоит Самандриэль, который тут же бежит обнимать девушку и ловит на себе косые взгляды Каса.       — Как я рад тебя видеть, — уже отстранившись, говорить Риэль. И правда, как только всё закончилось, Вэл даже забыла об ангеле. А после новости о том, что она может попрощаться с сестрой, так вообще. Но сейчас очень приятно видеть Самандриэля у себя дома.       Да, сейчас Вэлори живет у Бобби. Ну, как живет, побольшей степени разъезжает по стране с братьями, но не суть — вещи же у неё тут лежат. Дом она продала, не забыв про вещи сестры, которые сейчас с радостью носит. И, увы, ей пришлось встретиться с родителями, которые, как ни странно, стали лесть обниматься, словно ничего такого они и не делали. Калвер молчала, не сопротивлялась, так как знала, что больше их не увидит. Правда, так было не весь вечер, ведь под конце родители хорошенько так подвыпили, решая пообщаться с дочкой на более серьёзные темы. Начался скандал о том, как же Кассандра просирает жизнь, не работает и даже не хочет заводить семью. Честно, ничего из этого Вэл не выводило, но стоило маме заговорить о «болезни» дочки, то она сорвалась.       Может, это и жестоко, но зеленоглазой не жаль. Она показала им свои способности, показала, что вовсе не больная, — даже Каса позвала — но они, почему-то, слегли в психушку. Ну, с кем не бывает. Неприятно наверное, когда тебя считают больным, а ты не такой, правда?       Вэл лишилась семьи, — подумаете вы, но будете не правы. Она лишилась семьи, когда легла в психушку, и когда умерла Вика. Сейчас же она обрела её. Да, может нормальная семья состоит не из двух охотников, парня-ангела и друга Бога, но это всё — семья для Вэл. И она никогда бы не подумала, что сможет настолько сильно полюбить людей не своей крови.

Семья не заканчивается на крови, но и не начинается.

      Бобби явно гений.       — Ну что, — начинает Чак, который явно уже устал ждать, — как прошло?       В голову лезет образ Вики, и Вэл закусывает щеку изнутри, стараясь снова не заплакать. Это всё очень сложно. Просто представьте, что вот ваш человек рядом и оп — его уже нет.       — Я буду скучать по ней, — всё, что смогла из себя выдавить Вэлори на эту тему.       — Да не грусти ты, милая, — в своей манере начинает Люцифер, сразу поднимая настроение.       Они очень сильно подружились с тех пор, как архангел перестал убивать. Он правда славный парень, когда не хочет уничтожить мир, устраивая очередной апокалипсис. Вэлори стала доверять ему, а он — ей. Кто бы мог подумать, что дьявол будет дружить с человеком, вот так чудеса!       — Поддерживаю крылатого, — даже не поднимая взгляд с банки пива, произносит Бобби, вызывая улыбку. Слышится раздражённое «эй!» от Люцифера, по поводу крылатого, но, увы, Сингеру он ничего не сделает — это же его дом.       — Мы с тобой, Вэл, — Сэм тоже подключился к разговору. Дин лишь понимающе кивнул, глядя прямиком в зелёные глаза.       Этот настрой сразу поднял настроение Калвер, и она тут же присела на ручку дивана, начиная рассказывать какую-то историю. Все слушают внимательно, а Бобби, кажется, уже сопит Люциферу в плечо, слюнявя рубашку.       — Вэлори, помоги! — резко раздаётся в голове блондинки, что она сразу и не понимает, кто это говорит.       Она нервно оглядывается, начиная паниковать и уже собирается отвечать, но ловит на себе взгляд Люцифера.       — Ах ты ж! — понимая, что этот гад специально её напугал, она хватает первую попавшуюся крышку со стола и запуливает её прямо в лицо этому мерзавцу.       Все смеются, а Бобби, похоже, резко выключил свой режим чуткого сна, продолжая слюнявить плечо архангела. Это всё кажется таким нереальным, что даже не по себе. Вэлори смотрит, как те люди, — и не только — которые и не должны были встретиться, общаются как самые близкие друзья, и удивляется. А это ведь всё она. В груди что-то приятно разливается, заставляя улыбаться.       — А, кстати, вы же вместе? — резко и невпопад спрашивает Чак, показывая пальцами на Вэл с Касом.       Всё затихает, но ненадолго. Тишина прерывается смехом зеленоглазой, которая встаёт со своего места и подходит к Кастиэлю. Ангел явно не понимает, что от него требуется, но девушка действует сама. Она притягивает его к себе за шею и целует. Ей кажется, что сейчас это самое правильное, что может происходить.       — Воу, полегче, — слышится голос Дина, и Вэл отстраняется всё с той же улыбкой.       — А разве это законно? — вступает Сэм. — Типо, отношение ангела и человека запрещены, нет?       Кас мгновенно меняется в лице: с удивления, на отчаяние. Калвер видит это и лишь встаёт рядом, переплетая с ангелом пальцы.       — Ну знаешь, — она прижимается щекой к чужой груди, прикрывая глаза. — Когда у тебя в друзьях Бог, а ты можешь приказывать ангелам — все нипочём.       Заливистый смех всех здесь присутствующих заполняет гостиную. И Кас улыбается вместе с ними, крепче сжимая руку возлюбленной. Он не знает как, но он полюбил человека. И ему это однозначно нравится.       Кто бы мог подумать, что через пару лет у них родиться нефилим — ребенок ангела и человека. Вэл, как не совсем человек, легко выживет при родах. И знаете, к ним даже в гости заглянут ангелы, планируя убить ее, но, по секрету, у них ничего не получится. Их дочка будет прекрасной: будет любить летать в другие миры с дедушкой Чаком; будет обожать гонять с Дином на импале; ей будет нравится учиться стрелять из пистолета вместе с Бобби. Её крестным будет, как бы это странно не звучало, — Люцифер. Она его тоже будет сильно любить, как и родителей.       Вэлори будет болтать с сестрой на её красивой могиле, рассказывая как прошёл день. Вэлори будет любить уходить на охоту, оставляя малютку с Чаком. Вэлори будет любить Каса и ребят, которые были и будут её семьей. Вэлори будет любить жить.       Как такое может быть? Сначала человек был таким напуганным, разбитым, а потом превратился в любящего, сильного и независимого. Это сколько же надо пройти, чтобы добиться такого? Знаете, Вэлори может вам сама рассказать, как начинался ее путь, но сможете ли вы ей рассказать о своём?       Вставайте и идите на поиски того, что заставит вас жить. Для Вэл это был голос Каса, который пролил свет на судьбу зеленоглазой блондинки, считающей себя больной. Ну, а вы можете найти свой голос, который заставит вас любить эту чертовски непредсказуемую жизнь.       Удачного пути, сучки.